Сиори

— Я дала прилично времени для обдумывания решений ситуации. Как я вижу, вы отказываетесь от мирного проигрыша... как знаете. Предводитель уже почти опускает руку для атаки своих подчинённых, как вдруг за их спинами на всю округу протягивается высокомерное запевание: — Э-э-эй, ребята в идиотских масках, взятых из ближайшего детского магазина, мы зде-е-есь! Толпа мигом разворачивается, а их предводитель проталкивается сквозь неё, чтобы лицезреть человека, сказавшего это. О да, собственной персоной Дазай Осаму. Имечко звучное во многих кругах. У кого-то ноги подкашиваются, да волосы седеют при виде него, но слухи могут не оправдаться. Предводитель оценивает молодого мафиози внешне. Её пятилетний кузен был поплотнее и грознее, чем этот хилый школьник. И он то дьяволёнок воплоти, как называли? Только курам насмех. А по правое плечо похоже тот самый повелитель гравитации, сосуд всемогущего монстра — Накахара Чуя. Благодаря его габаритам, впечатления о нём ещё хуже. У Портовой Мафии особенный юмор? — Быть на готове, не отвлекаться. Стоящие ближе к штабу — следить за возможными нападениями с его стороны. Ближе ко мне — цельтесь в них, — протараторив, предводитель выходит на контакт с парнями: — Неужели Двойной Чёрный? Мы вас ждали, но, если быть откровенными, не так рано. — Знать бы хоть с кем мы имеем дело. Совсем никакого представления нет, в сравнении с некоторыми другими группировками. Название бы тогда уж поменяли, а то звучите, как дешёвая музыкальная группа. — Посамоутверждаться захотел? — втихаря доносит до Дазая Чуя, надеясь, что в них не запустят пули преждевременно. — Хочешь, тоже своё добавь, не отбираю права, — стараясь не шевелить губами, "скрытно" отвечает Дазай. Они бы ещё использовали азбуку Морзе. — Закончили с чушью и шёпотом?! Рекомендую сдаться и отступить. Вам никто не поможет. Мои люди везде. Прямо сейчас снайперы с крыш держат палец на спусковом крючке, целясь в вас. Не в наших приоритетах устраивать бойню. Пафоса у них — отбавляй. А мозги сильная их сторона? Проверка не помешает: — Вы знали, что именно мы поедем на липовую сделку? "Сколько можно тянуть...", — надоедливо вертится внутри Чуи идейка выполнить работу за "Обородзуки", прибив Дазая. Своей болтовней козыряет всюду. В присмерти будет, наговорит такое, что ты быстрее очутишься на том свете. — Нет, не знали. Но очень обрадовались выезду большего числа сотрудников на нашу ловушку. Вы облегчили нашу задачу с захватом. Виновник этого Чуя. Он хотел, как лучше... безопаснее. И этим подвёл. Что он за человек такой?... он больше не может сдерживать свой пыл. Пострадают многие, Чуя уже чувствует запах литра крови. Арахабаки не терпится начать... Зловещий вихрь срывается с Чуи на группировку, сумев у некоторых выбить землю из под ног. Громадная сила притягивает к себе целые фонарные столбы, отрывая их полностью с места и метая во врагов. Счёт жертв пошёл. Босс "Обородзуки" хочет крикнуть о самообороне, пустив в ход горячее оружие, однако в эту же секунду случается переворот ожиданий. Дазай деактивирует способность Чуи, тот подрывается к источнику вмешательства и получает нож прямо в своё сердце. Так просто повержен могучий эспер обыкновенным лезвием. Чуя пытается удержаться на Дазае, пав на него всем грузом. Что-то в виде обнимашек у них может быть лишь при подобном раскладе. Поддерживая свисающего на себе Чую, Дазай ломким голосом выдвигает речь на публику: — Чуя, мне очень жаль, но пора это закончить. Портовая Мафия должна исчезнуть во благо города. Снимаю с тебя груз, который ты взвалил на себя, и дарю покой. Я ценю то, что ты был моим напарником... и хочу только лучшего для тебя. Прости. Дазай прожёвывает все буквы, пронося их и через себя, а Чуя никак не отпустит. Смерть уже должна заменить жизнь, что не сходится в общий порядок бытия. Как это возможно? Дазай прискорбно отстраняет от себя Чую, крепко-накрепко сцепившегося в него и помогает безболезненно лечь на землю.        Окровавленный Чуя так и остаётся с оставшимся ножом в сердце. Члены "Обородзуки" забыли как шевелиться. Надо полагать, что за всю их преступную деятельность они впервые наблюдают преднамеренную подставу... а возможно ли, что мысль о ней появилась лишь из-за них? Дазай поднимается с колен и обращается к преданным зрителям: — Меня тяготит нахождение в Портовой Мафии. И уже давно во мне живёт идея её свержения с верхушек правления Йокогамой. По воле судьбы, мне явились вы — борцы за справедливость. При помощи вас моя идея вышла наружу, и я решил, что объединив наши силы, мы достигнем общей цели: безмятежную жизнь жителей города. Проглотив застрявший ком в горле, глава группировки озадачивается новшествами в происходящем. — Не думала, что кто-то из вас способен убить своего напарника... В кругах вас описывали как "одно целое", — дивится предводитель, переводя взгляд на тело Чуи. — Я сделал то, что нужно. Так будет лучше для нас обоих. — Что ж… Ты можешь помочь, верно? — Да, в моих силах отключить систему безопасности штаба. Сердцевина мафии станет нашей. Люди в масках расходятся, подавая Дазаю дорогу ко входу. Прямо появившаяся по волшебству палочка-выручалочка. Он доходит в плотную и вводит какой-то пароль, который тут же отворил проход. Босс группировки подходит сзади и приставляет пистолет к спине Дазая. — Заходи. — Обязательно, но с одним условием. — Каким ещё условием? — Вы снимете свою маску, — держурно улыбается Дазай. — Для чего? — Я снял свою, настал ваш черёд. Это даже не равный обмен. Маска личности намного ценнее осязаемого пластика, не находите? Переварив эти слова, предводитель снимает её с себя. Она стала ощущать вкус победы, поэтому останавливаться категорично против. Большим шрамом искоса по всему лицу Дазай более чем доволен. Иные зацепки в поисках не нуждаются. — Доволен? — Очень. — Тогда не медли, — снова тычит дулом предводитель. — Ау, больно. А я ненавижу боль. Напоминаю, что я за вас. — Когда всё это закончится, не придётся держать ухо в остро. Продались мыши за муляж сыра в мышеловке. Обратно уже не повернёшь, что забавляет Дазая. Пришло время подёргать их за хвостики, наслаждаясь жалобным писком. — Пожалуйста, не надо! Я же ничего не сделал! У меня больные де… Фразу обрывает выстрел. Предводитель "Обородзуки" забегает внутрь, а за ней и её люди. Одна картина ужаснее другой. Сколько же убийств сегодня ещё произойдёт ради достижения счастливого конца? А он разве... вообще реален? За приёмной стойкой свисает тело мужчины. Но это не самое ошеломляющее, что все лицезреют. Нажал на спусковой крючок Дазай. — Зачем ты это сделал?! Одним сотрудником меньше, что плохого? Заработок вырастет у остальных. Считай, своей смертью эта жертва сотворила доброе дело. Всем бы поучиться у него щедрости! Дазай перекрывает свой кран под названием "потоп стендапа" и отыгрывает капитана Очевидность: — Как зачем? Они наши враги, всех их надо убить ради нашей цели. — У него дети… как же так?.. — говорит предводитель, прикладывая руку ко лбу. — Вы всерьёз думали, что все работающие здесь люди — роботы, не имеющие обыденной жизни? У них так же, как у вас, есть чувства, эмоции и, конечно же, что-то им дорогое. Босс поднимает отчаянные глаза, полные сомнения. — Ты... водишь нас за нос, мерзкая псина. Да ты просто психопат! Убиваешь своих же! Ещё один секретарь к своему несчастью заявляется на подогревающуюся вечеринку. Это то, что сейчас необходимо Дазаю. Он чувствует себя ковбоем, подстреливающего дичь ради развлечения. Второй выстрел отнимает ногу бедной работницы и она хрипло стонет с невыносимой боли, лишаясь голоса насовсем. Вакансий на работу в Портовой Мафии может стать больше... — Что ты делаешь?! Не смей её убивать! — выбивает одним ударом пистолет у Дазая девушка и вмазывает по его лицу. Никто не воспринимает ненависть Дазая к боли, как данность! Никто её не уважает... — Придя сюда, вы надеялись, что все легко сдадутся? Что убивать совсем не придётся? Вот это безмозглость... — при прикосновении к тронутой дамским кулаком щеке, острая ломота отсутствует. Оказывается Чуя заслуживает не думать о нём, как о недопарне... Наличие человечности мешает осуществлению заслуженной мести. Почему-то только сейчас начинают это осознавать друг за другом простые граждане из никакущего объединения, организовавшегося очень зря. Испуг, отторжение помогает остальным повторить за первым бросившем оружие на пол и забыть о невозможном исполнении долга перед теми, кого потеряли. Их уже не вернуть, а рассудок терять нельзя. — Что происходит?! Возьмите оружие обратно, вас ведь всех убьют! — Их нет, тебя да. К сожалению, последним, на кого обращает свой взор искалеченная скорбью девушка становится злодей, против которого собиралась выступить лично. Его пуля пронзает её голову наскозь, дав всем сокам вытекать из неё. На что не пойдёшь во благо своих идеалов. Два босса могут разделить эти слова ровно по половине. Потерявшие контроль люди с кончины предводителя "Обородзуки" намереваются выбраться из неизбежного наказания, но их ожидает дополнительный подарок на выходе: восставший из мёртвых Чуя разминает спину после полеживания на приставучих камнях. — Тебя же убили на наших глазах! — кричит в страхе из толпы членов группировки. — Да, а ещё я фея крёстная. Видно же, блять! — измывается на пороге Чуя и просто отдаёт их на растерзание Коё, уходя и жестикулируя рукой в одночасье. — Они твои, Анэ-сан. Решено с прискорбием: на маникюр она сегодня не идёт. — Отлично сработано, Дазай, — сквозь лёгкую улыбку говорит Мори и подаёт парню влажную салфетку для небольшой царапины на щеке, как заботливый отец. Её принимают. — С помощью твоей хитрой заманиловки мы обошлись без бойни и значительных потерь. Также сэкономили на оружии и патронах. Мои благодарности, ты будешь поощрён. Равнодушно кивнув, Дазай собирается уйти в переполняющей его пустоте, однако напарник приковывает к себе своим появлением. Выглядит так, будто напялил неудачный костюм на Хеллоуин. Весь в кровище и измотанный. — Что вы будете делать с группировкой? — интересуется напоследок Чуя у Мори. — Коё лишь поговорит и сделает так, чтобы больше подобных диверсий не было. "Ясно, им лютая пизда", — облегчённо выдыхает Чуя про себя. — И да, Чуя, зайди ко мне в кабинет через десять минут. Это ненадолго. Чуя сжимает кулаки, осознавая, какая будет тема для разговора. — Слушаюсь, босс, — твёрдо отчеканивает Чуя. Он зол на Дазая только за то, что тот оказался прав и спас организацию, в то время как один всё усложнил. — Здоровья погибшим, — глумится Дазай во всех значениях этой фразой и любовно хлопает напарника по шляпе. Сегодня она останется на его голове. Дазай сдержит слово. — И тебе того же... — кидает рык Чуя, уследив на миг за маршрутом Осаму. Очевидно, куда он намылился. Чуя обязательно с ним ещё потрещит. А пока что его ждёт ковёр.

***

— Вы хотели поговорить со мной насчёт взятия на миссию лишних людей? Предоставленные Чуей хлопоты приведут к наказанию. Он и не будет сопротивляться, потому что вместо молока матери питался насильно впихиваемой ему ответственностью. Мори с виду не пестрит лукавой улыбкой и убийственной вежливостью. Кажется очень собран для чего-то. — Да. Но позвал я тебя не отчитывать. Вот так здрасте добро пожаловать. Голубые глаза становятся насыщеннее от изумления. — Хоть ты поступил самонадеянно, меня всё больше радует твоя искренняя преданность и переживание за благополучие мафии. Таким темпом ты вступишь в Исполнительный Комитет. Это всё, что я хотел тебе сказать. Можешь идти. Это шутка? Чую захотели подловить? И как же лучше отреагировать? Ему бы попарить вниз башкой, чтобы утрясти эту информацию и пооценивать её со всех точек зрения. Он совершает нейтральный манёвр, как благодарственный поклон и попрощавшись, уходит прочь.