Под крыльями ворона

Никто в колледже не знал, что ударило в голову их директору, может, он во время очередного полета врезался в башню какую, но этой весной он решил устроить совместно с Королевской Академией Меча фестиваль со всеми вытекающими в виде различных мероприятий, танцев и так далее. Случиться это должно было в самом конце весны, и несмотря на победу над академией в чемпионате по магифту, большая часть студентов рада не была — слишком уж они не любили Королевскую Академию Меча. Совершенно не рад был и Эпель, на долю которого выпали очередные испытания от Вила. — Я правда не понимаю, зачем мне учиться танцевать, Вил-сан, — вздохнул он в очередной раз, стоя в балетном зале напротив зеркала. — На фестивале можно будет заняться и чем-то другим. — В жизни, мое милое яблочко, может пригодиться что угодно. Спину выпрями. Эпель прикрыл глаза на секунду, в тысячный раз пожалев, что попал в Помфиор, и выполнил приказ Вила. Проходить этот фестиваль должен был в Королевской Академии Меча, к счастью, а не у них. Возможно, Кроули счел, что с колледжа достаточно испытаний на этот год, возможно, ему просто не хотелось заниматься организацией всего этого, хотя он бы и не занимался, спихнув все, как и всегда, на старост, но факт оставался фактом — через полторы недели они все должны были отправиться на другой конец острова в место, которое многие откровенно не переваривали. Эпель все еще помнил ту бурю эмоций, испытанную им, когда они проиграли на VDC, и сталкиваться хоть с кем-то из студентов академии совершенно не хотел, однако его мнения никто не спрашивал. — Вил-сан, — позвал его Эпель и повернул голову, чтобы встретиться взглядом с фиалковыми глазами, — там ведь будет Неж. Вил приподнял бровь. — И что с того? — Как… С вами все будет в порядке? — замявшись, все же спросил Эпель. Несколько минут Вил смотрел на него с прохладой, а потом его взгляд оттаял, будто сломался лед на реке весной, он приподнял уголки губ в улыбке и склонил голову вправо в своем любимом жесте. — Не волнуйся обо мне, с ума я не сойду и истерить не начну. — Да я не сомневаюсь! — Эпель не сдержался и вскрикнул, потом понял и попытался взять себя в руки. — Но вам же будет неприятно. — За годы своей карьеры я привык делать то, что мне не хочется, и общаться с теми, кто мне не нравится. Не в первый раз, переживу. А теперь продолжим наш урок. Эпель замолчал и послушно принял нужную позу. Ладно, если Вил говорил, что все будет нормально, стоило поверить ему. Радовало еще только, что не он один страдал — не было в их общежитии того счастливчика, который избежал бы попыток Вила слепить из него некое подобие совершенства. Ну, возможно, только Руку относительно повезло — Вил был в нем абсолютно уверен, потому и не мучил, хотя, как Эпель убедился, именно это Рука и расстраивало. Какой же он все-таки ненормальный. В день фестиваля Эпель с утра сбежал из Помфиора в Хартслабьюл в надежде, что там его не достанут и что там безопаснее и спокойнее. Он еще никогда в жизни так не ошибался — в общежитии Эйса и Дьюса зверствовал Риддл. Против Эпеля он ничего не имел, если честно, то Эпелю даже показалось, что Риддл забыл о нем сразу после того, как отвернулся. — Ну и жуть, — прошептал он стоящим рядом Эйсу и Дьюсу. — Не, это еще староста спокоен, — отмахнулся Эйс и почесал затылок, — он просто волнуется. — Я тоже, — Дьюс икнул и задышал глубоко. — А ты-то чего? — Мы отправимся в Королевскую Академию Меча! А если я сделаю что-то не так? А если я подведу всех? А если… — Успокойся, Дьюс, — улыбнулся подошедший к ним Трей, — это же не соревнование какое, а просто фестиваль. — Ага, Вил-сан с этим явно не согласен, — пробубнил себе под нос Эпель, но его чудесным образом услышали. — Ну-у, — Трей скрестил руки на груди, а его лицо приняло странно-задумчивое выражение, — это Вил. Действительно, это объясняло буквально все. — Ладно, идите лучше в свою комнату, а я постараюсь Риддла отвлечь, пока он сам себя не довел в очередной раз. — Как скажешь, — Эйс улыбнулся и потащил Дьюса с Эпелем за собой. Когда они очутились в пустой комнате, Эпель выдохнул с облегчением, почувствовав себя в относительной безопасности. Оставалось надеяться, что Вил не вздумает вдруг его искать и что его никто не выдаст из Хартслабьюла. Пожалуйста, хоть бы его кто отвлек, хоть бы он забыл вообще про существование Эпеля! — Кстати, а ты чего к нам пришел-то? — поинтересовался Эйс, достав из ящика шоколадный батончик, открыл его и откусил сразу половину. — Еще немного — и я бы помер, — произнес страдальчески Эпель, — эти танцы, правила поведения за столом, манеры, правильные движения — достало! Я…не отрицаю, что от всего этого может быть толк, но зачем мне столько всего знать-то?! Я же не собираюсь, как Вил-сан, становиться знаменитостью! — Это ж Вил-сэмпай, — Эйс дожевал батончик и пожал плечами, закинул руки за голову, — он хочет, чтобы все вокруг оправдывали его ожидания. Я думал, ты уже привык или смирился. — Почти, — поморщился Эпель и упал на чужую постель, — но иногда его становится слишком много. Как Рук-сан его выдерживает вообще? Дьюс сел на незастеленную кровать, поставил локти на колени, а подбородок положил на переплетенные пальцы, нахмурился и глянул на Эпеля. — Меня больше волнует, как у них отношения умудрились не испортиться после того, что произошло на VDC. Да, я помню, что Шоэнхайт-сэмпай и Хант-сэмпай потом объяснили настоящие причины произошедшего, но все равно. — Мне тоже интересно, — признался Эйс, — даже если Рук-сэмпай голосовал за команду Нежа не потому, что его фанат, а потому что их выступление было объективно лучше, это можно расценивать как предательство. Эпель прикрыл глаза, очень стараясь думать о том, насколько мягкая кровать у него под спиной, а не о том, чему становился свидетелем неоднократно. Получалось никак, а все из-за Эйса и Дьюса, продолжающих недоумевать. Ну правда, почему им так интересны староста Помфиора и его заместитель? Неужели не было других тем для разговора? Или в этом виноват Эпель? — Они точно говорили об этом, я просто не знаю, к какому результату пришли, но отношения Вил-сана и Рук-сана нисколько не изменились, — Эпель открыл глаза и уставился в покрытый белой краской потолок, — они как встречались, так и продолжают. Дьюс поперхнулся. — Они что?! Эйс захихикал, а Эпель посмотрел недоуменно на друга. Он как-то не так выразился? — Не обращай внимания, — сказал Эйс, едва отсмеялся, — Дьюс настолько невнимательный, что до этого момента и не догадывался, какие на самом деле отношения у Вил-сэмпая и Рук-сэмпая. — В-вы не шутите? — Да какое уж там… У Эпеля перед глазами снова промчалась картинка двухнедельной давности, когда он шел по коридору общежития в свою комнату. Был уже поздний вечер — он задержался, потому что делал в библиотеке домашнее задание, а все остальные уже спали. Как оказалось, не все. Стоило ему вывернуть из-за угла, как вообще все мысли, касающиеся учебы, из головы вылетели. Погода весь день была ясной, и в тот момент почти полная луна свободно заливала через большие окна коридор бледным светом, делая особо четкими две хорошо знакомые Эпелю фигуры: Рук прижимал собой Вила к стене и целовал его, обнимая руками за талию, а ногой раздвигая чужие бедра. Сам Вил скользил ладонями по его спине и на поцелуй отвечал. Эпель тогда даже сдавленного звука издать не смог. Он уже давно знал, что эти двое встречались, не раз видел их вместе, просто всегда это оказывалось полнейшей неожиданностью. Эпель понятия не имел, как долго бы стоял там и глазел на них, если бы Вил не разорвал поцелуй — это отрезвило, и Эпель юркнул обратно за угол, прислонился спиной к стене и прижал руку к колотящемуся сердцу. Вот бы не заметили, вот бы не заметили! — Что с тобой, Рук? Даже до спальни не дотерпел, — послышался голос Вила, он выдохнул как-то судорожно и промычал что-то непонятное. Эпель чуть нахмурился, борясь с желанием выглянуть и посмотреть, что там происходило. На Вила это похоже не было. — Ах, прости меня, мой король ядов, это оказалось сильнее меня, — и пусть интонация была полна раскаяния, Эпель вообще не поверил. — Ты не меняешься. Пойдем. Подождав немного, Эпель осторожно высунулся из-за угла и успел еще увидеть Рука перед тем, как он вслед за Вилом скрылся на лестнице. Рук ему подмигнул и коснулся указательным пальцем своих растянутых в улыбке губ, прося молчать об этом. Да без проблем, правда, только перестаньте уже попадаться ему! — Вау… — выдавил из себя наконец ошарашенный Дьюс, возвращая Эпеля в реальный мир. — Я…не ожидал. Эйс засмеялся. — Да все вокруг, мне кажется, уже об этом знают! Эпель же постучал Дьюсу по спине ладонью и извинился: — Прости, я не хотел рушить твою…э-э-э…устоявшуюся…э-э-э-э… — Картину мира, — подсказал Эйс. — Да, не хотел рушить твою устоявшуюся картину мира. — Все в порядке, — покачал Дьюс головой и помассировал висок пальцами, таращась в ковер. — Кстати, Эйс, это действительно уже всем известно? В Помфиоре только мне везет постоянно натыкаться на них, и я думал, что остальные могут догадываться. И все. — Ну ладно, может, насчет всех я и преувеличил, но слухи слышал. — Вот как… Да наплевать уже, честно, Эпеля все это не касалось — не его же личная жизнь, так что можно было и забить. Главное, чтобы он на них больше не натыкался повсюду. — Не хотите сыграть? — Эйс потряс колодой карт, которую достал непонятно откуда, и улыбнулся широко. — Отличная идея! — Д-да, можно. Время за игрой до обеда, когда они должны были все собраться в зале с зеркалами, пролетело неприлично быстро, и Эпель вместе с Дьюсом и Эйсом, а также присоединившимся к ним Джеком прошел через зеркало в Королевскую Академию Меча. Ярко освещенный светлый холл ослепил и заставил поморщиться, зажмуриться, Эпель накрыл ладонями глаза и отошел в сторону, чтобы не мешать другим. О, как же это ужасно! Тут все было выложено практически белым камнем, возможно, даже мрамором, да еще и люстры светили во всю мощность — привыкшим к темным цветам и полумраку колледжа студентам было максимально некомфортно. — Добро пожаловать в Королевскую Академию Меча! — раздался словно отовсюду громкий голос, Эпель приоткрыл слезящиеся глаза и посмотрел на ректора этой академии. С виду такой добродушный старичок, дедушка даже, ему не понравился совершенно сразу. В дальнейшую его речь Эпель не вслушивался, вместо этого вертел головой и изучал обстановку, а потом пришел к выводу, что колледж ему явно нравился больше, и дело было не в привычке — Эпель никогда не тяготел к таким светлым цветам, особенно к белому. После того, как ректор академии завершил свою прочувствованную, растянутую на добрые полчаса речь, Кроули ответил буквально несколькими предложениями и тем самым завершил приветствие. Очевидно, их директору тут тоже не особо нравилось. Как только прозвучало приглашение-разрешение покинуть это место и пойти осматривать все, что академия приготовила для проведения фестиваля, Эпель с друзьями в числе первых направился на выход. Улица встретила теплом, свежим воздухом и гораздо более приглушенными, спокойными цветами. Красота. — Куда пойдем? — поинтересовался Эйс, щурясь немного. — К киоскам с едой? — предложил Дьюс. — Если честно, я успел здорово проголодаться, пока мы сидели и в карты играли. — Тогда пошли. Джек, ты с нами? — Да. И они поспешили туда, пока не сформировались огромные очереди. Пользуясь тем, что поблизости не было ни Рука, ни уж тем более Вила, Эпель купил себе барбекю и с огромным удовольствием умял порцию. Он все еще не понимал, за каким чертом директор решил устроить этот фестиваль да еще и совместно с академией, смысла не видел вообще, поэтому и не знал, чем заниматься. Зато у него был Эйс, который непонятно откуда вытащил Юу с Гримом, и такой веселой компанией они пошли гулять по территории академии. Там все было до безумия чисто и аккуратно, и даже смех и беготня студентов ничего не портили. Совсем не настроенный на такую радостную атмосферу Эпель предложил заглянуть в парк. Он оказался прав — среди деревьев было гораздо тише, а еще в самом парке почему-то никого не оказалось. — Хорошо, — Юу довольно улыбнулся, прикрывая глаза, — вот тут я бы провел денек, но не в академии. Ни за что. — Вам тоже она не понравилась? — спросил Джек, и они все дружно закивали. — Слишком белая, аж слепит. И это я еще что-то наговаривал на мрачность Диасомнии и помпезность Помфиора, беру свои слова обратно, — фыркнул Эйс и потянулся, зевнул. — Верно, — качнул головой Юу, — я как-то привык к колледжу, его полутемным коридорам, прохладе, гопникам из Саванаклоу и к нашему о-очень доброму директору. Грим, шедший впереди, мяукающе расхохотался, развернулся к ним, встал на задние лапы, а передние упер в пушистые бока. — Кроули тот еще обманщик и вымогатель! Сколько раз он заставлял нас помогать ему? Господин Грим со счета сбился! Юу вздохнул тяжело и накрыл лицо ладонью. — Кроули — зло привычное, а вот ректор академии теплых чувств не вызывает. Даже если он похож на Санта Клауса, наоборот, эта схожесть только портит все. И мне все равно, что мы и парой слов не перекинулись. В любом случае, — он обвел их взглядом и улыбнулся тепло, — я рад, что попал именно в Колледж Ночного Ворона. Ответить им помешала разнесшаяся по парку мелодия. Эпель с Дьюсом принялись оглядываться в попытках разглядеть источник этого звука, Джек навострил уши, а вот Юу почему-то нахмурился, коснулся собственного подбородка пальцами и пробормотал тихо: — Какая знакомая мелодия… Он первым сошел с дорожки и направился вглубь парка, всматриваясь внимательно в просветы между деревьями. Джек, продолжавший шевелить ушами, в какой-то момент застыл на несколько секунд и указал Юу конкретное направление, причем на его лицо набежала тень. Эпель это заметил и переглянулся с Эйсом, но тот, как и Дьюс, ничего не понимал тоже. Все встало на свои места, когда Юу остановился у высокого пышного куста и, раздвинув тихо ветки, уставился в получившееся окошко. Джек, как самый высокий из них всех, посмотрел поверх этого самого куста, Эпель присел на корточки и выглянул, а над ним из своеобразного укрытия высунулись Эйс с Дьюсом. Куда там приткнулся Грим, никто из них не заметил. — А-а, я был прав, — протянул шепотом Юу. У одного из деревьев прямо на зеленой мягкой траве сидел Леона. И если бы один. Рядом с ним, а точнее частично на нем, лежал Маллеус, устроивший голову на чужом плече. Глаза у него были закрыты, кончики рогов упирались в темную кору, а он сам чуть морщился из-за звонящего телефона, находившегося в руке Леоны. — Мать твою, Лилия, — выдохнул раздраженно он и сбросил звонок, разблокировал телефон и что-то напечатал. Несколько мгновений царила удивительная тишина, нарушаемая лишь их дыханием, а потом телефон коротко звякнул. Леона прочитал сообщение, приподнял брови и глаза закатил, но тем не менее вытянул руку со смартфоном так, чтобы и он, и явно спящий Маллеус попали в кадр, и сделал селфи, отправил его, заблокировал телефон и кинул на траву рядом с бедром. Его хвост откровенно лениво скользнул по ноге Маллеуса, обвился вокруг его талии, Леона повернул голову и легонько чмокнул его в лоб, прикрыл глаза и уснул ровно через три секунды. На звякнувший снова телефон внимания не обратил никто из них. Чему-то улыбающийся Юу почти бесшумно отошел от куста и жестами предложил идти обратно. Его идею поддержали все и в полном молчании вернулись на дорожку. — Ты чего такой довольный? — осведомился Эйс, когда они удалились на приличное расстояние от двух старост. — Рад осознавать, что у них все хорошо, — протянул Юу, — я к вам всем привязался, потому буквально месяц назад, когда пришлось наблюдать за тем, насколько… Маллеусу было плохо, я так беспокоился. — Ты стал называть его по имени? — удивился Дьюс и вскрикнул, когда Грим неожиданно кинулся ему под ноги. — Грим! — Чего ты орешь, Дьюс? Я виноват, что ты не смотришь, куда идешь? Юу, совершенно не глядя, схватил Грима за хвост и потянул на себя, игнорируя вопли, приподнял и встряхнул несколько раз, с тяжелым хеканьем взял на руки и прижал к груди. — Н-ну… — промычал он, — я просто в какой-то момент подумал и решил, что это как-то чересчур. У него есть имя, так с какого перепугу я продолжаю называть его этой кличкой? Отношение мое все равно не поменяется, бояться я его не начну, хотя, должен признать, иногда я так скучаю по выражению лица Себека, которое он строил каждый раз, едва я называл Маллеуса Цунотаро, — Юу рассмеялся. Эпель заулыбался, вспоминая ту истерику Себека, свидетелем которой он однажды стал. О да, это было незабываемо. В итоге по парку они гуляли до самого вечера и вышли из него обратно к академии лишь тогда, когда солнце стало клониться к горизонту, а по-летнему голубое небо окрасилось в оранжево-желтые тона с проблесками розового. С большой площадки неподалеку доносились голоса и музыка, и они двинулись туда, желая посмотреть, что же там такое было. Нехорошее предчувствие пустило сердце Эпеля вскачь, и он открыто застонал в бессилии, когда понял, что это действительно был обещанный танцпол, по которому даже кружились пары. — Ого, там Неж, — Эйс ткнул пальцем влево, Эпель повернул голову и поджал губы, увидев улыбающегося камерам Нежа в окружении гномов. Гномы по-прежнему были миленькими, Неж по-прежнему вызывал воспоминания обидного проигрыша. Дьюс и Юу с Гримом на руках первыми аккуратно, стараясь никому не попадаться и вообще не привлекать внимания, направились в сторону актера, Эпель с Эйсом переглянулись и поспешили за ними, а Джек, видимо, не захотел оставаться в одиночестве и присоединился. До них донесся милый смех Нежа, его тихий ответ на какой-то вопрос от журналиста они не услышали, а потом сменилась музыка — и Неж застыл с приоткрытым ртом, глядя куда-то вперед. Эпель, на удивление, первым догадался проследить за его взглядом и охнул, едва понял, что так шокировало Нежа. Все оказалось до безумия просто и очевидно — там, на этом сооруженном танцполе, среди пар кружились в вальсе Вил и Рук. И все бы ничего, если не считать того факта, что Вил был в длинном темно-фиолетовом платье с открытой спиной. Его рукава, свободные до локтей, у них сужались и обтягивали руки до самых запястий, на голове чуть мерцала хорошо знакомая Эпелю корона, а из-под подола при выверенных шагах выглядывали мыски туфель в тон платья. Рук в этот раз тоже надел сапоги на каблуках, видимо, чтобы разница в их с Вилом росте не бросалась так уж сильно в глаза, как обычно, а еще снял свою привычную шляпу. Но даже не это все привлекло внимание Эпеля — его поразили до глубины души невероятно счастливая улыбка на лице Вила и блестящий взгляд, который он от Рука не отводил ни на секунду. — Вил-сэмпай в платье? — заморгал быстро Эйс. — Или у меня глюки? — Групповых глюков не бывает, — отозвался Юу, — так что Вил действительно в платье. Черт, ему идет. Хоть что-нибудь из одежды будет смотреться на нем плохо? — Сильно сомневаюсь, — подал голос Эпель и весь вздрогнул, услышав от журналистов неподалеку: — Ах, это в самом деле Вил Шоэнхайт! А кто это с ним? Неужели никто не в курсе? И как бы узнать, кому же так повезло? Они — репортеры и журналисты — оторвались от Нежа и сосредоточились на вальсирующих Виле и Руке, как и все те, кто не танцевал, а стоял вокруг танцпола. Неж встряхнул головой и прижал ладони к груди, улыбнулся восхищенно и проговорил: — Впервые вижу Ви-куна таким счастливым… А Эпель вдруг ощутил ни с чем не сравнимое торжество. Наконец-то все, вообще все обратили внимание только на Вила. Перехватив понимающий и такой же донельзя довольный взгляд Юу, Эпель понял, что не он один думал об этом. Замечательно. Хотя бы ради этого стоило пойти на фестиваль. В конце концов, Вил заслужил эти восхищение и восторги, полные зависти взгляды — Эпель знал это, как никто другой. И на душе вмиг стало так спокойно. Все было хорошо. Но все же стоило потихоньку уйти, пока Вил его не заметил и не устроил разбор полетов. Впрочем, это могло подождать еще минуту или две, просто…от такого невозможно счастливого Вила глаз оторвать правда было невозможно.