Бериляка учится дрочить

POV Гусеница-Подсказка

Я была рождена мертвым телом. Я видела всю гниль этой жизни еще до того как увидела саму жизнь. С самого начала меня было невозможно напугать никакими чертогами. Более того, я настолько привыкла к ней, что сама ищу чертоги. Чтобы спрятаться от всей остальной грязи и похабства, что уготовила мне судьба. Но, как я пойму позже, мне не удалось избежать ни того, ни другого. Мое рождение было порочно с самого начала, меня родила даже не мать, а отец. Отец, оскверненный чьим-то семенем, валяющийся бездыханный в компостной яме, и даже опарыши воротят свои жалкие тельца от этого бренного тела. Но похоже мое рождение принесло телу моего родителя облегчение. Вдруг он поднял голову, одаренной всевышним (если таковой еще остался в этом мире) небольшой копной рыжих волос, скопившихся на лбу. Такой же червь, как и я. Я почувствовала, что уже достаточно подросла для того, чтобы покинуть отчий дом. Выкарабкавшись из компостной ямы, я оглянулась. Вокруг ни души, одно зловоние. Только из тумана возвышается башня. Похоже на телевышку, на какую-то телестудию… туда мне и надо. Я не имею понятия, откуда у меня эти знания, должно быть передались от отца. Но я точно знала, что мне туда надо. …Бесконечная лестница на третий этаж и вот она — студия, которая мне нужна. Там как раз шли приготовления к съемкам. Я оглядела суетящихся людей и выделила одного парня глуповатого вида, который еле разбирал буквы на телесуфлере. Да, это он. Он станет моим новым хозяином. Теперь из него я буду получать свое пропитание. Да, я жалкий паразит. Но в отличие от остальных смертных тварей, я это признаю.

***

Бериляка только научился читать. Но он хотел большего. Он научился базовым лингвистическим навыкам, но ему хотелось позаниматься и мануальным трудом. Он знал, что взрослые дяди трогают писю для удовольствия, и что это называется словом «дрочить» (2 спряжение, несовершенный вид, невозвратный, переходный глагол). Он сначала сам попробовал подрочить, но не получалось. Главной проблемой была сухость кожи и то, что он не знал, как правильно поставить руку. Бериляка решил найти репетитора по дрочке чтобы освоить это мастерство. По объявлению на вокзале Берилий нашел своего нового наставника — дядю Дэна. Он жил в Лондоне. Бериляка сел на свой москвич и поехал в столицу дождей (не золотых) и туманов. Как раз были съемки передачи. Бебра вошел в студию и поздоровался. — Hello, kids. Today we have a special guest, — сказал Дядя Денис. Бериляка вдруг почувствовал, как ему что-то заползает в анус. Что'-то большое и твердое. Хуй встал, но как его дрочить Берилий пока не знал. За этим он и приехал сюда — чтобы научиться. Sciencia potentia est. Потенция. — Дядя Дэн, у меня встал мой Восклицательный знак! Что делать? — спросил он, едва включилась камера. Все смотрели на него. Глаза дяди Дэна округлились, Лили отвернулась скрывая слезы, даже Бетти осуждающе уставилась на провинившегося. Ведь он говорил не по-английски. — Uncle Dan, Mr Berilyaka is having a boner and he does not know what to do. — великодушно перевел его кот Бэн. — Don't be nervous, — ответил учитель. — Бирмаг, давай мы тебе покажем! — Бен пристустил штаны. Из семейников луи виттон были видны два мохнатых яичка. Кот провел по ним лапой, а потом немного поправил мошню. — First you jerk off balls, — сказала Лили, продолжая смотреть на то, как Бен наяривает свои махровые бубенцы. — Для начала можно потрогать яички, — перевел кот, перекатывая кошачьи фаберже в лапах. У Лили все намокло от этого вида. Чтобы показать Бериляке, что у девочек все немного по-другому устроено, она принялась надрачивать свою клоаку. Бен уже перешел к пенису, небольшому, нежно-красного цвета, с шипиками у головки. Но вдруг произошло необъяснимое. Из клоаки Лили вылетело яйцо. У Бериляки встал, и он уже имел некоторое представление, что ему делать. — Let's look in the Magic book! — от неловкости воскликнул дядя Динамо и открыл на рандомной странице этот огромный талмуд, перенося зрителя в мир синонимов и эвфемизмов к слову «кошачьи яйца». А тем временем в жопе Бериляки шел ожесточенный бой. Гусеница подсказка хоть и была сама паразитом, себе подобных в организме хозяина не терпела. Анальную территорию огнем и мечом пришлось отвоевывать у других червей, похожих на Макса, но совсем другого порядка. Это был Второй Глистовый поход в истории их семьи. Однако бороться с полчищами жителей глубин было не так-то просто, и Подсказка должна была вскоре пасть в битве. Но тут помощь подоспела, откуда не ждали: прямо Бершке в анус залетело то самое яйцо, и из него вылупилось существо, отдаленно напоминавшее не то птицу, не то кота. Новорожденный тут же побежал драться, не разбирая, кто есть кто, и Гусеница поспешила ретироваться из боя, пока существо не забило и его. Подсказывающее насекомое выглянуло из Волшебного чуланчика Бериляки. Вставка из эвфемизмов как раз закончилась, и Дионисий объявил: — Now let's practise! What have you learned, my friend? Берия начал показывать, как он усвоил полученные знания, и начал неловко надрачивать, но пока получалось не очень хорошо. Гусеница, вылезая из жопы, начала ему по привычке подсказывать, как двигаться правильно. Другие участники программы от них не отставали. В клоаку Лили вошел Биг Бен кота-переводчика, а Бетти начала страпонить дядю Дендрария.

POV Макс

Мое тело разлагается. Но оно еще живо. Я могу чувствовать кровь, что течет в моих венах. Я могу чувствовать семя, которое не извергалось из меня годами. Макс вылез из компостной ямы. Его дитя уже покинуло могильный роддом. Червь пополз на телебашню, мечтая увидеть своего любовника еще раз. За все время, проведенное в смердящей яме, он понял, что всемилостливый создатель одарил его величайшим из талантов. Даром всепрощения. Он простил грешного любовника, что порвал ему очко своим гигантским пенисом; он простил бастардессу-дочь, что даже не удостоверилась, жив ли ее отец перед своим побегом. Все в прошлом. Да простит Лунная Пчела их грешные души. Особенно души гусениц и червей, ведь их души самые мерзкие и нечистые из всех живых существ.

***

— Now touch the ballsack, — прошептала Лили Бериляке, у которого уже немного получалось дрочить. Его грустная макаронина стояла под углом 30°F. (Ден для научных целей измерил транспортиром). — Потрогай мошонку, — любезно перевел Бенедикт, уверенно при этом наяривая собственный межлапный агрегат. Он был как всегда лингвистическ и кошач. Но у Бетти нашлась другая идея. — Let's use the Magic book! — с этими словами летучая мышь подлетела к фолианту и подняла его своими когтистыми лапами. Книга была уже довольно старая, и от резкого движения из нее вылетела пара страниц. Бетти открыла книгу на Фонетических оппозициях, но ее не интересовало содержание этой главы. Она же мышь, она вообще нихуя не понимает в теорграмматике. Поэтому этими умными страницами были крепко, как в тиски, зажаты берилякины яички. Бетти хлопала книгой, пока Беннадий и Лили держали Бериляку за руки, чтобы тот не бульбушил. Тем временем дядя Дэн подкрался сбоку и начал шлепать член Берри свернутыми в трубочку конспектами по лексикологии. Бериляке сначала не нравилось, так как яички были очень чувствительны. Но потом он понял что возбуждается от мускулистых рук Денчика и позволил издеваться над собой. Его рогалик уже жестко стоял, сочась смазкой. — Now you should feel yourself, — подсказала Бетти. — Передерни, — перевел кот-шушутажник. Бериляка стрессанул. До этого у него не получалось дрочить, почему должно получиться сейчас? Но он начал водить рукой по хоботку. Все расступились. Лиловая залупа сочилась смазкой, яички посинели от пытки, но Берилия это только возбуждало. — Уххх бля, — прошептал он, яростно надрачивая. — Ohhh fuck, — любезно перевел Бэн. — Ребята, Бериляка скоро кончит! — объявила Гусеница. Но тут Белка остановился. А что надо делать, чтобы кончить? Вдруг Берилий увидел конспекты лекций по теорграмматике. Binary privative opposition. Binary. Bi. B. У него встал на букву, ведь это была первая буква его имени! Буква вдруг ожила и он принился ебать ее в дырку как искуственный анус. Бериляка жестко кончил, оспермив всю студию и даже шерсть кота Бена. Все захлопали в ладоши. — Hooray! He managed, geez, — воскликнула Лалка и начала слизывать семя с пола и с кота. — Mr Berilyaka, let's talk in my office, — прошептал дэдди Дэн, уводя нового друга в свои покои. — They're gonna fuck, — предположила Лили. — Indeed, — подтвердил догадку Бэн. Дэн и Бериляка удалились.

***

Они вошли в спальню ярко, почти до агрессии оранжевого цвета. Над кроватью навис легкий рыжий балдахин, напоминающий чем-то челку, ниспадавшую на чье-то лицо; комод, все столики и шифоньер были выполнены из красного дерева. На туалетном столике лежало какое-то невообразимое количество ремней и цепей, впрочем, и в шкафу вряд ли были костюмы для выпусков детской передачи. По углам стояли кадки с цветами, на потолке посреди барельефа красовалась фреска — копия «Рождения Венеры», но с цветами на максимальной яркости и на месте прекрасной богини стоял прекрасный червь. И как здесь только можно спать, подумал Бергамот. Но эти покои были не для сна. Раньше они служили для страстных утех Дена с Максом, но когда червяк умер, ебаться здесь было не с кем. Теперь Daddy Dan наконец-то нашел, кого сюда привести. Вслед за Букводрочером в спальню зашел хозяин покоев, и плотно закрыв за собой дверь, толкнул свою жертву на кровать. — Вы ч-что делаете, — испугался дислексик. — Now we will work in pairs. — начал объяснять тичер. — Show me what you've learned today. If you make the teacher cum you will get an A. — Зачем мне A?! Я хочу B! Из всех объяснений Бериляка понял только названия букв, однако и того ему хватило, чтобы возмутиться. — I don't give a fuck. Just do your job. Парень не понимал ни слова из того, что говорит англичанин, однако когда тот снял штаны и на Берлогу уставился 28-сантиметровый чудак Дэна во всю его немалую длину, языковой барьер был разрушен. Но сейчас должен был поработать его кулак, а не рот. — Jerk this boner off, — приказал Бенис. Бериляка принялся дрочить хуй преподавателя. Дэдди Дэн мял яички Бериляки. — Потрогайте саму писю…- взмолился Берилий. — English please, — не отрывался от cumменного мешочка Дэнни. — Potrogayte pisyu, — попросил Барий на иностранном языке. Учитель потрогал. Но вдруг рвзврату пришел конец. В проеме двери стоял убитый горем Макс. — Макс, ты жив! — дядя Дэн пулей отскочил от сасаки и метнулся к червяку. — Ты, видимо, думал, что после того, что ты сделал, я никогда не приду. Но я воскрес, Дэн. Бериляка продолжал дрочить на диване. Лингвистическая тефтеля была слишком занята собой, но не горем других. — Максим, я хранил тебе верность два чертовых года. Я не прекращал думать о тебе во всех смыслах. Я каждый день навещал твою могилу и жрал оттуда конфеты «рачки», дабы почтить память о таком замечательном друге и муже, как ты. Но ты воскрес и я снова хочу накормить тебя своим семенем. Я сорвался, мне нужно было поебаться. Если бы я знал, что ты воскреснешь, я бы не стал дрочить Бериляке. — Ты мне лжешь. Если бы ты каждый день бывал в моем компостном склепе, ты бы узнал, что у меня родилась дочь. У нас. — И я воспитаю ее, научу всему, что знаю сам, Максим. Я буду лучшим родителем для малышки. — Поздно, Дэн. Она уже покинула отчий дом и поселилась в чьем-то несчастном чреве. Ты даже не платил алименты. — Мы будем жить в этом прекрасном номере, я обеспечу вас обоих без проблем. Вы самое важное, что есть для меня в этом мире. Драматичную нотку прервал Бериляка, уже второй раз обкончавшийся на леопардовый палас. — А это что за уебище вообще? — спросил немного успокоившийся Макс. — Это Бериляка, я же говорил. Я его репетитор по дрочке. — То есть у вас просто отношения преподаватель-ученик? Чисто формальные? Ты не любишь его? — Нет, макс. Я люблю только тебя и с недавних пор нашу прелестную дочь. Макс бросился в объятия Дениса и заплакал. Бериляка ел свиную раковину с собственным белковым соусом с серебряной тарелки, что стояла на тумбе. — Berilyaka, I demand you go to the studio and tell everyone you've managed to cum and jerk off yourself, — оторвался от объятий любимого Дэн, пытаясь выпроводить ученика. — Че, — красноречиво отозвался Бром. — Пиздуй в студию и скажи всем, что научился дрочить. — А, ок. Бериляка ушел к остальным фуррям на первый этаж. Макс и дядя Дэн долго смотрели то на луну, то на картину коня. Они сосались. — Дэн, у него большой потенциал. Ты должен научить его не только дрочить, но и сосать. Он будет нашей секс-игрушкой, — сказал вдруг Макс. Дэн коварно улыбнулся.