Бериляка учится дрочить

Ебет как-то переводчик дипломата, заходит Виталий Вадимович Батончик и говорит: «Состоялся коммуникативный акт»

Новый выпуск программы решили снять в США, чтобы при разговоре было ощущение что хуй во рту. Бериляка бросил в чемодан все самое важное: картину коня, кошачий лоток (наполненный), анальную смазку, сосиску в тесте, творожную массу и поддельные паспорта. Дядя Дэнчик арендовал заниженную приору баклажанового цвета и они всей группой поехали в Бристольский аэропорт. Кота Бендера пришлось посадить в переноску для животных, Лили — в клетку с поилкой, где в поилке была моча, потому что Бериляка решил пошутить. В аэропорту Денис спокойно прошел таможенный контроль и пошел жрать limp biscuits в кафешке, пронеся с собой еще и кота с птицей после первой проверки. Макс спокойно прошел вместе с ним в жопе у дяди Дэна, чтобы тому не пришлось платить за лишний билет. Тем более у червей нет паспортов. А вот у Бериляки возникли проблемы. Гусеница залезла в его жопу, взяв на заметку пример отца, но Берилякина жопа оказалась слишком узкой для разжиревшей на харчах Гусеницы, так что их засекли, ведь она не смогла замаскироваться под второй кишечник. Бериляку бросили в камеру для последующего допроса. Тем временем Дэн сдал багаж и вместе с ним кота и Лили в отделение для животных. У Бена произошло интересное знакомство именно там.

POV Кот Бен

Совсем еще недавно я отослал на публикацию в Оксфордском научном сборнике статью о том, насколько разительно отличаются друг от друга британская культура от культуры США. Последняя, как говорится в моей статье, более прямолинейна и проста, в то время, как типичному британцу понадобится целый набор виньеток и оборотов — в противном случае вас сочтут за грубияна и глупца. Однако в сей день моя британская порода не терпела реверансов, и свою мысль я выражал довольно прямо, так как она была совершенно проста: моей природе приспичило как следует просраться в отхожем месте, но я не мог найти такового в багажном отделении. Более того, даже если бы сортир и находился здесь, я бы не смог до него добраться, ведь я сидел в тесной переноске, решетка которой ограждала меня от внешнего мира, и открыть ее можно было лишь извне. Долго горевать о своей деликатной проблеме мне не пришлось. Как только я начал орать на весь самолет, как это мне велит моя кошачья природа, голос подал кто-то еще из представителей рода кошачьих. — מיאַו! מיאַו! — Говори по-английски, эмигрант ебаный! — вежливо мяукнул я ему в ответ на языке бывшей Великой колониальной Империи. Далее, как настоящий переводчик, я буду переводить вам наши реплики, так как мы впоследствии целиком перешли на английский. — Эй, тут в другой переноске свинья, скинь ее, чтобы она об чемоданы разбилась. — Что?! Зачем мне это делать? — Свинья хуже христианина. — Я дипломированный переводчик и уважаю все виды. К тому же я заперт в этой переноске. Даже если бы я хотел помочь тебе в твоем гнусном деле, то попросту не смог бы выбраться. — ПОНЯТНО, ОЧЕРЕДНОЙ ГОЙ, — мявкнул в ответ еврейский кот Моисей. — Ты хотя бы обрезанный? — Извините, сэр, я не думаю, что мое образование и расставленные мной еще в юности приоритеты позволяют мне делиться подобными интимностями моей половой жизни. Немного подумав, я пришел к своевременному выводу, что лучше не ёрничать и сказать моему новому еврейскому приятелю правду. Стимулом послужили его огромные острые когти, явно намеревающиеся вонзиться в мое горло. — Нет, сэр, я не обрезан. — А целочка дырявая? — опять спросил Мойша, вылизывая свои пушистые тестикулы. Сэр, это совсем непозволительно… Но я сдался нескончаемой глупости моего собеседника. — Нет, мое очко тоже целое. — Сейчас исправим, кэцеле, — сказал кот, открывая острыми когтями свою клетку, а затем подкрадываясь к моей. Мое, pardon, очко сжалось. Анальная компрессия — это специфическое лингвистическое явление, которое наблюдается, когда имеется возможность сокращения некоторой части тела без существенного ущерба для его содержания. Стоит заметить, что серьёзной проблемой является отсутствие в современном анусоведении целостного и системного понимания компрессии художественного ануса. Хотя термин «компрессия» появился в анусологии лишь в середине XX века, само понятие анальной компрессии до сих пор не получило однозначного толкования. В общей сложности в работах разных авторов можно обнаружить около двадцати отличающихся друг от друга определений явления анальной компрессии. Кстати о компрессии, в моем анусе происходила именно она. Стоит заметить, что доселе я не имел возможности поближе познакомиться с представителями еврейской культуры. Поэтому, с одной стороны, меня охватил страх за свой, простите, задний проход. С другой же, еврейский кот представлял для меня некоторый интерес. Очевидно, хозяева этого кота пренебрегли кастрацией, оставляя для его рода возможность продолжения. В то же время, каким-то образом мой собеседник все же прошел через обрезание. Понял я это по тому, что завидев хвостовую часть моего тела, показалось Моисеино естество. Да, он мне представился. Как и любой джентельмен перед еблей, я тоже представился. — Бенджамин Гейлорд, сэр, — сказал я, когда семит смазывал мое волосатое дупло слюной для более легкого входа. — Ой вей! Как же похуй, — отозвался мой растлитель, уже вводя свой окаянный отросток в мое прежде никем не тронутое лоно. Я чувствовал унижение, настолько испепеляющее мое сознание, что оно уже начало смешиваться с удовольствием. Я поджал задние лапы, по которым капала смазка, позволяя ему вторгнуться еще глубже в мою бухту. Когда шипики на его израильском пророке окончательно разработали мою зажженную минору, я почувствовал, что мой собственный пенис поднялся. Моисей начал осуществлять мануальные ласки по нему своей лапой. Вскоре его семенная жидкость вылилась из моей набухшей дырочки, оттуда показалась и коричневая колбаска, упавшая на пол. Ведь до соития я хотел срать! Мойша не постеснялся и откинул ее задней лапой в сторону, продолжая страпонить меня уже своими пальцами. Я излился на пол. Мой партнер прижал мою голову к полу, заставляя слизывать замэн. — לעקן מײַנע ייִדישע ביצים! Моисей потом повернул мою изнеможенную морду к своим тестикулам. Я принялся лизать его мохнатые бубенцы, поглаживая при этом его дырочку. — יא מיין רבי… — Отозвался раболепно я. Да, я говорю на идише, я же кот, который знает все языки. В это же время мой язык оторвался от яиц, выблевал накопившуюся в горле шерсть и вернулся к работе лапами. В конце концов, я настолько яростно надрачивал Моисею, что он не просто излился — из его нефритового жезла пошел огонь. Учитывая, что его хозяйство со всех сторон было окружено растительностью, это невольно напомнило мне горящий куст. Анальный ребе, конечно, был несколько ошеломлен, что мне такое удалось, но не слишком, так как он в этот самый момент достал из жопы сигару и закурил. Еще одну сигару он предложил мне, и я, как настоящий джентльмен, счел должным принять ее. Мы лежали в обнимку с раздолбанными жопами. Моисей целовал меня и вылизывал мою взмокшую шею. — Кэцеле, ты мне понравился. Не хочешь в Нью Йорке пообедать со мной хумусом и фалафелем? — Сэр Мойша, боюсь, мы держим путь в иной город и вообще штат. — Куда же летишь? — кот обнял меня за талию. — В Огайо. — Пиздец, — кратко прокомментировал он. — Тогда это был лишь курортный роман, мейн гольд? — Получается, что так… — ответил кротко я. — Ты запомни меня на всю жизнь, котенок. Больше такого самца в твоей жизни не встретишь… Я уже запомнил его. Его образ навеки в моей голове. Его обрез в моей жопе. Я буду вспоминать наше с ним грязное соитие чаще, чем думаю о заимствованиях с суахили и о законах Гримма. Самолет начал готовиться к посадке. Мойша поцеловал меня в лоб на прощание и закрыл наши клетки, чтобы нас не рассекретили. С зудящей жопой и сигарой в лапах, я летел остаток пути, думая о лучшем сексе в моей короткой кошачьей жизни.

***

Тем временем Бериляку отвели в комнату для задержанных. Охрана аэропорта озадаченно изучала вынутую из жопы Гусеницу-подсказку, безрезультатно пытаясь узнать ее гражданство. Бериляка еще не владел английским настолько хорошо, чтобы понимать их вопросы, поэтому его просто оставили в комнате с другими задержанными, пока за ним не придет дядя Дэн. Оказалось, что вместе с Бершкой накладка с перелетом случилась еще и у гномов Пэм и Сэма. Они хотели протащить под колпаками шкалики со своей гномьей настойкой, но ничего не получилось. Они выпили самогонку, чтобы не брать с собой бутылки, но и нажравшимися их не пустили на самолет. Странно, до этого они спокойно катались к родственникам в Лланвайрпуллгвингиллгогерихуирндробуллллантисилиогогогох — их родную деревню в Уэльсе. Но американцы не валлийцы, их, видите ли, не устраивают дебоширящие гномы. Ну что сказать, тупые. От шкалика Пэм и Сэм сделались еще веселее, чем на съемках передачи. Им захотелось поебаться. Когда они начали, Бериляка это заметил. — Эй, я тоже хочу! — начал канючить великовозрастный дислексик. — Может возьмем его с нами? — спросила Пэм, вгоняя Сэму в жопу тридцатисантиметровый страпон, который сходу как родной залетел в очко гнома. Она стащила его со стола охранников, где были собраны разные вещи, конфискованные у других пассажиров. — Ты чо, он еще не умеет ебаться, только дрочить. И правда, по тому, как руки Барабули уже скользили по писюну, было понятно, что он уже кое-чему научился. Но этого было недостаточно. — Ну давай он хотя бы пососет тебе, — возразила гномиха-доминаторша. — Ну лаааадно. Сэм приставил свой немытый хоботок ко рту Бериляки. Тот заплакал, потому что он пах тухлыми яйцами. — Надо взять пену в рот и пососать, — сказал Сэм. — Но я не умею сосаааать, Дэдди Дэн еще не научил меня этому. Тогда Пэм начала показывать, как это правильно делать. Беркут попробовал дотянуться ртом до собственного членика, но не хватило растяжки. — Он меня заебал! Он пиздец какой тупой! — завопила Пэм, отрываясь от члена брата. — Будь толерантнее. Он только учится. — Ну, хотя бы елда у него приличная, — сказала похотливо гномиха, насаживаясь на член Бебры. ТОт настолько охуел от вида женской мохнатки, что потерял сознание. Пришлось отпаивать его остатками самогона. — Sorry, it has been a misunderstanding, sir. I will take my retarded friend with me, if you will, — послышался за пределами решетки голос дяди Дэна. Охранники не устояли перед харизмой и открытыми сосками дяди Дэна и им пришлось отпустить Бериляку, а в придачу и двух пьяных гномов. Все четверо сели на свои места в самолете. — I will teach you a lesson later, — сказал раздраженно дядя Дэн своему анальному приятелю. Гусеница и Макс спокойно поместились в его жопе. Они даже пообедали, когда стюардесса принесла им пепсу и бургер. - Ашкэдэ не хватает, — размыслил вслух Дэн. Из жопы показался оранжевый хвост и протянул ему ашку с сырным вкусом на 1264 затяга. Дядя Дэн был настолько крут, что курил прямо в салоне и никто ему ничего не сказал. Только из багажного отделения иногда были слышны странные чавкающие звуки… Через восемь (8) часов самолет приземлился в Огайо. Все наши герои отправились в отель «Золотая свиристель».