Bloody game

За всю свою довольно долгую жизнь Чонгук повидал и попробовал не мало вещей. Ему казалось, что в мире больше не существует того, что могло бы произвести на него впечатление. Став вампиром, Чон совсем перестал ценить собственное существование. В первые годы после перевоплощения он отправился во все тяжкие, отрывался по полной и оставлял за собой следы крови, не боясь, что его рассекретят. Не было того человека, который бы остановил его неутолимую жажду крови. И не было того существа, которое бы курировало его по началу вампирического бытия. Чонгук познал все самостоятельно. Несмотря на то, что их с близнецом обратили практически в одно время, братья друг друга поддерживать не стали. Это было самый худший период по мнению Чонгука. Он трудно переносил условную потерю брата и все их изменения. Как физические, так и моральные. Он чувствовал себя максимально одиноким. А теперь вспомним про то, что чувства вампиров обостряются в несколько раз. Одиночество поглотило юного Чонгука, раздирало его изнутри и не давало покоя многие годы. Он ни в чем не мог найти утешение. Все казалось отвратительным и бессмысленным. Чон много раз жалел о том, что вообще согласился на такую жизнь. Точнее, что согласился на смерть. Но стать вампиром являлось его добровольным решением. Без него он вряд ли бы стал тем, кем есть сейчас. И вряд ли бы имел то, что имеет. Будучи человеком, Чонгук не верил в существование чего-то сверхъестественного, а его брат был полной противоположностью. Джей буквально жил различными историями про вампиров, оборотней и прочей нечисти, пока ему не посчастливилось стать частью этого темного мира. Чонгук не знает всех подробностей встречи Джея с тем самым вампиром, который высосал из них человеческие жизни, но одно он знает точно: если есть шанс, то им нужно пользоваться. И только после принятия окончательного решения, близнецы узнали, что все слухи про вампиров и их способностях являются правдой. Прошло очень много лет. Количество давно перевалило за сотню и за это время память явно стала давать сбои. Либо это свойство времени, либо огромное желание забыть о начале вампирического пути как можно больше, но Чонгук действительно мало, что помнит с того времени. Может, это к лучшему. К лучшему, ибо на данный момент он счастлив. Еще недавно прохладные пухлые губы начинают заметно краснеть от мелких покусываний. Тэхен мычит в очередной поцелуй, пытаясь отпихнуть от себя Чонгука, но последний рычит в ответ, цепляясь за тонкую человеческую талию крепче. Они целуются уже около часа, лишь иногда делая небольшие перерывы на поглощение приличной порции кислорода. Вампир прижимает Кима к столешнице и открыто кайфует из-за происходящего, что только больше выбешивает самого Тэхена. Чонгук мешает ему в готовке и, кажется, даже не собирается вспомнить, что бессмертный в их дуэте только один. — Чонгук.. — Ким откидывает голову назад, из-за чего вампир переключается на его шею. — Только попробуй укусить меня, ублюдок. — Разве я не упоминал, что чувства вампиров обострены? — Чон, наконец, отстраняется и присаживается за стол. — Чувство возбуждения в этот список тоже входит, дорогуша. У нас даже секса не было, а ты уже расхаживаешь по моему дому в одной рубашке. Причем моей рубашке. Мы только и делаем, что целуемся последние несколько дней. — Во-первых, под рубашкой есть нижнее белье. Во-вторых, в твоей вампирской берлоге безумно жарко. В-третьих, а чего ты хотел? Да, ты прав в том, что мы только целуемся, но в свободных отношениях сексом заниматься я не намерен, дорогуша, — Тэхен вытирает рукавом напрочь покрасневшие губы и с недовольством возвращается к готовке. — Ты даже не позаботился о том, чтобы в твоем холодильнике было что-то, кроме крови. Зачем тогда затащил меня сюда? Чтобы я облепил себя со всех сторон доставкой продуктов? — В «свободных отношениях»? — Чонгук хмурит брови. — Что это значит? — Это значит, что ты не предложил мне встречаться, Чонгук, — Ким тяжело вздыхает и вонзает лезвие ножа в деревяную доску для нарезки. — Я знаю про количество нюансов и не скажу, что меня это не пугает, но в будущем я не хочу сожалеть об утраченной возможности быть с тобой. — Ты мне безусловно нравишься, но разве я подхожу для отношений? Да, я был когда-то человеком и тоже с кем-то встречался в то время, но я уже многое забыл. Я вряд ли смогу быть достаточно мягким для тебя. Да и я убиваю людей ради крови.. — Чонгук словно ловит осознание на последнем предложении. — Спасибо, что обозначил мне свою позицию до того, как мы переспали, — с нервной усмешкой говорит Ким. — Но знаешь.. только трусы позволяют себе так поступать. Ты преследовал меня, сам же влюблялся и сейчас пытаешься оборвать всю связь. Ты правда ублюдок. — Что ты ожидал от меня? Я бессмертный, я не смогу постареть вместе с тобой и умереть, оставив после себя потомство. Все, на что я способен впервые за многие годы, — это признаться в том, что ты мне пиздец, как нравишься. Я бы мог повести себя, как эгоист и обратить тебя в вампира, но это низко с моей стороны, — Чонгук берет Тэхена за руку и притягивает к себе, усадив на одно из своих колен. — Ты прав, я поступаю, как ублюдок, но ты вскружил мне голову. Я не хочу делить тебя с кем-то, смотреть на твое счастье с другим и так далее. — Тогда просто встречайся со мной. Время покажет, захочу ли я прожить с тобой вечность или нет, — Тэхен заглядывает в глаза напротив. — Тебе ли не знать, что в жизни очень много трудностей. Испугался ответственности? — Я серьезно выгляжу испуганным? — А разве не ты сейчас пытаешься слиться? — То, что я говорю, не относится к тому, что я буду делать, — Чонгук хмыкает и укладывает ладонь на оголенную ногу Кима. — Для человека ты слишком умный, знал? Думаю, мне стоит прислушаться к тебе. — Что? — с уст Тэхена слетает нервный смешок. — Это ты мне сейчас сказал? Куда ты дел моего Чонгука, который, кроме своей самооценки, никого не замечает? — Вот видишь, ты правда вскружил мне голову, — Чон оставляет легкий поцелуй на хрупком плече. — Если говорить серьезно, то с этого момента мы состоим в отношениях. В дальнейшем я приму любое твое решение. Захочешь умереть из-за старости — хорошо. Захочешь стать вампиром — сделаю. — Уже больше на тебя похоже, — Ким довольно улыбается и перемещает руку вампира на свою талию. — Чонгук, — он поджимает губы и перекидывает ногу через мощные бедра, усаживаясь на мужчину сверху. — Я не знаю, что тебе пришлось пережить и что испытать, раз сейчас ты сомневаешься в своем выборе, но нужно попробовать. Я всего лишь человек и поверь, мне тоже страшно, но после твоей выходки в клубе я не могу смотреть на тебя, как раньше. Я не прощу себя, если сам не попробую. У меня нет розовых очков, я прекрасно знаю, что ты пьешь кровь и позволяешь себе убивать людей, но я не могу ничего с этим сделать, тогда зачем на этом зацикливаться. Ты умрешь без крови, а я умру, если сейчас дам заднюю и уйду. Пожалуйста, скажи уже что-нибудь, пока я не потерял свою каплю смелости за весь день. — Знаешь, я был уверен, что меня больше ничего удивить не сможет, но твоя смелость.. Меня правда поражает твое поведение, потому что еще не так давно, тогда в машине, когда я пил твою кровь, ты испытывал ко мне не самые теплые чувства, — с уст вампира слетает смешок. — Даже предположить не могу, на сколько тебя хватит, но давай попробуем. — Я только сейчас понял, что не до конца выполнил свою часть нашей сделки, — Тэхен обвивает крепкую шею руками, пока сам Чонгук направляет заинтересованный взгляд на его лицо. — Ты ведь просил день человеческой жизни, чтобы прочувствовать давно забытый спектр эмоций. Верно? — Верно, — кратко отвечает Чон, чувствуя, как от близости с этим парнем кровь в венах закипает. — Тогда доверься мне, ладно? Я покажу тебе самое яркое человеческое искушение, — Ким тянется вперед и накрывает вампирические губы своими, втягивая их хозяина в поцелуй. Тэхен настроен более, чем серьезно, поэтому времени не теряет. Он одной рукой сильнее хватается за чужую шею, а пальцы второй запускает в шелковистые волосы на его затылке. Ким позволяет себе сжать волосы у самых корней и пустить в ход язык, тем самым углубляя поцелуй. Он чувствует, как Чонгук охотно поддается его действиям, отвечает на все взаимностью, и резко хватает вампира за запястья. Тэхен устраивает мужские руки на своей талии под одеждой, без слов давая ему зеленый свет. И Чон его сразу же принимает. Чонгук водит ладонями по бархатной коже, поддевая подол рубашки, и скользит руками выше. Он отстраняется от манящих губ и заглядывает в невинные глазки напротив, параллельно с этим расстегивая пуговицы. Вампир стягивает с хрупких плеч тонкую ткань и самодовольно усмехается, когда замечает легкий румянец на чужих щеках. Как бы усердно Тэхен не старался выглядеть смелым, стоит Чонгуку дотронуться до него — и тот сразу тает, меняется в лице, а его характер совсем сходит на «нет». — Ты ведь слышишь мое сердцебиение и поток крови в венах? — Ким окончательно снимает рубашку, оставаясь в нижнем белье. — Сосредоточься на чувствах. На человеческих чувствах. Не думай о том, какова моя кровь на вкус. Думай о том, как тебе хорошо рядом со мной. — Ты решил меня приручить, чтобы я случайно не убил тебя? — Чонгук хмыкает и поглаживает ладонями упругие ягодицы, что расположились прямо на его паховой зоне. — Да. Ты все еще вампир, а я все еще человек. Одно неверное движение и ты высосешь всю мою жизнь, — Тэхен крепче хватается за широкие плечи и начинает водить бедрами по его паху сквозь ткань одежды. — Почему ты так спокойно рассуждаешь об этом? — Чон томно выдыхает и слегка откидывает голову назад. — Он просто ищет повод порвать с тобой все связи, — на кухне внезапно появляется Джей, застав обоих врасплох. Тэхен широко распахивает глаза и быстро слезает с вампира, подхватив рубашку. Он натягивает ее обратно, прикрывая части тела, и прячется за спиной Чонгука. Ким определенно опасается его близнеца и не скрывает этого, что забавляет обоих братьев. — А вот и Джей со своим очередным бредом пожаловал, — Чонгук складывает руки на груди, чувствуя человеческое дыхание на своей спине. — Почему бредом? Я говорю вполне логичные вещи. Что мешает твоему ненаглядному проверить тебя на прочность? Если ты сорвешься, то вашим отношениям конец, — старший вампир пожимает плечами. — Тебе не кажется подозрительным, что он без лишних опасений готов сесть на твой член? — Кажется, но я и сам в состоянии разобраться с этим, — Чон не отступает, пока Тэхен впопыхах застегивает все пуговицы на рубашке. — Тэхен, не хочешь озвучить свою позицию? — Джей слегка наклоняется в сторону, дабы получше рассмотреть пассию своего брата. — А что ты хочешь услышать? Что я мечтаю накачать Чонгука вербеной? — Ким фыркает, но из-за спины Чона не выходит. — Это уже более похоже на правду, — Джей подходит ближе и резко хватает парня под локоть, притянув к себе. — Ты меня не проведешь, ясно? — Отпусти его, — Чонгук только собирается вернуть Тэхена обратно, как Джей одним движением отталкивает близнеца в другой конец комнаты. — Я уже говорил тебе о том, какой ты наивный? Ты уже столько лет живешь в этом мире и все усвоить не можешь, что к вампирам никогда без опаски относиться не будут. Он по любому накачал себя вербеной, чтобы потом отравить тебя, — Джей берет нож и острым кончиком аккуратно делает порез на человеческой ладони, пока сам Ким шипит от очередной боли. — Видишь? Он не сопротивляется, потому что я прав. — И что с того, что он выпил раствор? Мне же будет уроком, что его кусать нельзя, — Чонгук все же подходит к брату и выхватывает из его рук нож. — Свали. — Это уже признак недоверия. Разве ему есть место в отношениях? — Джей кидает на Кима строгий взгляд. — Если отравишь его, то твой череп пополнит мою коллекцию. Джей покидает кухню и поднимается на второй этаж в свою комнату, оставляя новоиспеченную пару наедине. Чонгук тяжело вздыхает и смотрит куда-то в сторону, пока Ким становится перед ним, виновато склонив голову. Возможно, старший брат Чона в чем-то прав и нужно объясниться перед тем, кто тебе действительно небезразличен. — Чонгук, не пойми неправильно, но я правда боялся, что ты укусишь меня снова. Поэтому я выпил раствор вербены и так уверенно лез к тебе, ведь знал, что в случае чего ты.. — негромко говорит Тэхен, но Чон его перебивает. — То есть, ты хотел каждый день напиваться этим раствором? — вампир задает четкий вопрос и опирается бедрами о стоящую сзади столешницу. — Я хотел проверить сегодня, укусишь ли ты, чтобы сделать для себя дальнейшие выводы, — Ким поджимает губы и тянется вперед, взяв Чонгука за руку. — Извини, я должен был обговорить с тобой эту тему заранее. — Ты не доверяешь мне и вряд ли будешь. Судя по твоему сердцебиению, ты даже сейчас боишься, что я разозлюсь и оторву тебе голову, — Чонгук забирает свою руку. — Джей прав в том, что в отношениях места для недоверия нет. Я сразу сказал тебе, что не уверен в том, что буду образцовым парнем. Я был с тобой честным и думал, что ты искренен со мной. — На этом все? — еле дрожащим голосом спрашивает Ким. — Не дождешься.

***

Было бы глупым отказываться от возможности познать заново человеческую любовь. По крайней мере, так думает Чонгук. Если жизнь дает шанс, то нужно хвататься за него, несмотря ни на что. Жизненный путь состоит из череды бесконечного выбора, а уже за ней тянутся последствия. У всего есть последствия, за все существует своя плата, именно поэтому Чонгук решил рискнуть. В любом случае его душа будет считаться грешной, так чего сомневаться? Около трех месяцев Чон усердно подавлял жажду крови, находясь рядом с Тэхеном. Он не ожидал, что так выйдет, но для него стало действительно важным, чтобы Ким мог в полной мере доверять ему. Было сложно. Особенно в те моменты, когда Тэхен случайно ранил себя. Ведь у всех людей так бывает? Запах крови любимого человека бил прямо по носу и выступал в качестве запретного плода, из-за чего «дрессировка» проходила еще сложнее. Что касалось самого Кима, он осознанно понимал, что отучить Чонгука потрошить людей не получится, но надеялся, что вампир не тронет своими клыками хотя бы его. Такое себе утешение, не правда ли? Где-то в глубине души Тэхен уже продумывает план действий на будущее и размышляет о собственном перевоплощении в вампира. Возможно, сейчас, когда прошло не так много времени, думать о таком неразумно. Но если не сейчас, то он уже никогда не решится. — О чем задумался? — голос Чонгука внезапно пронзает слух и Ким поднимает взор на вампира, открывшего ему входную дверь еще пару минут назад. — Тэхен? — А? Да, — мальчишка быстро проходит внутрь. — Извини, я задумался. — Это я понял, — с уст вампира слетает смешок. — Готов к контрольному замеру? — А ты сам уверен, что готов? Я видел уже твои способности сдерживать жажду, но вдруг сейчас выйдет все по-другому? — Тэхен проходит на кухню вместе с Чонгуком, после чего залезает в ящик, доставая нож. — Нужно проверить, насколько усердно я старался ради тебя. Доверяй мне, Тэхен. Я серьезно, — Чон подходит к парню и цепляет пальцами его подбородок. — Последний раз. Если не выйдет, то мы разойдемся. Я больше тебя не потревожу. — А если выйдет? — Ким заглядывает в серебристые глаза напротив. — Тогда мы оба будем уверены, что я больше не представляю для тебя угрозы, — Чонгук отстраняется и складывает руки на груди. — Давай начнем. — Боже.. — Тэхен судорожно выдыхает, поднося к ладони лезвие. Ким иногда не понимает, каким образом вообще подписался на это. Но, к сожалению, это единственный шанс проверить, как именно вампир среагирует на появление его крови. Им обоим важно, чтобы Чонгук смог. Чон так долго тренировался и пытался себя сдерживать, что провалить нынешнее испытание будет полнейшим позором. Ему уже не раз доводилось сдерживать вампирический порыв, когда они были только на стадии знакомства, но сейчас все иначе. Они ответили друг другу взаимностью, а это значит только одно — Чонгук желает кимовой крови только сильнее. Отсюда и проблемы. Вампир смотрит на человеческую ладонь и нервно кусает губы изнутри, когда Тэхен делает первый надрез. Лезвие ножа постепенно проникает глубже, разрезая кожу и выпуская красную жидкость. Чонгук пронзает кровь взглядом. Он пристально наблюдает за тем, как капли стекают по чужой руке вниз, и через пару секунд закрывает глаза. Теперь вампир чувствует лишь запах. Он вдыхает его полной грудью и множество раз повторяет в голове одно и то же. «Это Тэхен. Пить его кровь нельзя». Тяжело. Но Чонгук открывает глаза и подходит к Киму, забирая у него нож. Тэхен уж было подумал, что вампир не справился, только вот через мгновение его глаза расширились в удивлении. Чон спокойно, без единой эмоции на лице разрезает собственную кожу и помещает капли крови в прозрачный стакан. Он отдает его Киму и хватается за бумажные полотенца, дабы вытереть человеческую кровь. Тэхен не глупый. Понимает, зачем в его руках оказался стакан, поэтому сразу выпивает все залпом. Брови хмурятся из-за насыщенного металлического вкуса и уже через пару секунд Ким откашливается. Свежая рана на ладони в мгновение ока затягивается, а испачканные в крови полотенца летят в урну. Чонгук прошел испытание свежей плотью. Боль от пореза быстро проходит и Тэхен делает пару шагов вампиру навстречу. Он крепко обнимает его, вешаясь на шею, и утыкается в нее носом. Недавний стресс постепенно сходит на «нет», а на лице постепенно проявляется легкая улыбка. Чонгук справился. Он смог не укусить его, как в тот раз в машине. Он смог вывести в себе условный рефлекс, связанный с запахом крови возлюбленного. — Спасибо, Чонгук.. — шепчет Ким в прохладные губы и накрывает их своими. Им пришлось пройти не самый легкий путь вместе, чтобы иметь те взаимоотношения, что они имеют сейчас. Людям сложно просто любить друг друга даже, если они чем-то похожи, а тут судьбой было предназначено полюбить давно умершего человека, когда-то кровожадного существа и нетипичного вампира вовсе. Им предстоит очень длинный путь, что полон проблем, но пока их руки соединены в крепком замке, бояться нечего. — Вот же сосунки, — Джей фыркает себе под нос, как только застает на кухне двух целующихся. Возможно, где-то далеко в глубине он и рад за брата, но явно этого не покажет. Все же в каждой истории любви должен быть тот, кто добавит в мёд ложку дёгтя.