Что упало - то пропало

Не так Чимин представлял сегодняшний день… Уже почти вечер, а он только освободился и взялся наряжать ёлку, которую с трудом выпросил вчера в магазине. До этого омега мыл посуду после готовки старшего и их позднего завтрака, а потом убирал погром по всей квартире, пока альфа чинил ручку на двери и свой рабочий стул, чем очень впечатлил омегу, ведь старший в итоге всё отремонтировал. Сейчас Мин, чертыхаясь, подкладывает свои драгоценные книги под покосившуюся сторону кровати, чтобы выровнять её. — Какой отстой… — Чимин вспоминает фотки, которые Тэхён сегодня выложил в инстаграм. Его друг там отрывается во всю, а он как золушка из сказки, заперт на чердаке и поговорить, кроме как с мышью ворчливой, больше не с кем. — На время и так сойдёт, это лучше, чем спать на полу, — раздражённо отвечает Юнги и садится на кровать, чтобы проверить её устойчивость. — Да я не про кровать, — вздыхает омега, поправляя последнюю искусственную веточку. — Просто мне скучно. — Ну, извини, клоуном я сегодня не подрабатываю, — на что Чимин закатывает глаза и, поставив ёлку на рабочий стол, разворачивается к альфе. — Ты уже закончил? — младший рассматривает инструменты, валяющиеся на полу. — А что? Планируешь развлечь себя вторым забегом? — Почему бы и нет, весело же было, — язвит в ответ, садясь с другой стороны от Мина, и начинает слегка подпрыгивать на матрасе. — Вроде крепко стоит, — замечает омега. — Ясен хуй. Я ж рассчитал примерный вес и правильно установил точки опоры, а потом … — Ой, хён, не нуди, и так тошно, — откидывается на кровать звёздочкой и задумчиво смотрит на потолок. — Может накатим коктейльчиков и фильм какой-нибудь посмотрим? — Накатывай. — А ты? — привстаёт, глядя на альфу. — А мне и так заебись, — Мин слезает с кровати и начинает собирать инструменты. — Ну да… кто бы сомневался, — Чимин встаёт с раскачки и решает воплотить недавно озвученный план. 🥂 Юнги лежал и скучающе проматывал ленту новостей на телефоне, когда омега вернулся в комнату с полным подносом и поставил его на кровать, залезая следом. Он только хотел сделать младшему замечание, что если тот хоть крошку или пятнышко оставит на его постели, то заставит всё перестелить и перестирать, как замечает среди коктейлей стакан с подозрительно знакомой жидкостью. — Ты мой виски открыл? Не припомню, чтобы я разрешал им угощаться, — Мин посматривает искоса и незаметно сглатывает подступившую слюну. — Это мне за моральный ущерб, — Чимин ухмыляется, закидывая в рот виноград. — Конфискую, — Юнги забирает с подноса стакан и по привычке подносит к лицу, чтобы принюхаться. «Ну надо же, не палёнка… даже удивительно!» — немного с сожалением вспоминает о двух альфах, что сейчас, наверное, уже подвыпившие бегают по заднему двору родителей Чонгука и запускают фейерверки друг другу в жопу… а ведь в прошлом году они делали это вместе. Совершает глоток на пробу и удовлетворительно мычит. Свежий насыщенный вкус, дополняется нотами сладкой ванили с оттенками сушёных фруктов, которые оседают приятным послевкусием… но виски раскрылся не до конца. Чимин неправильно подал этот благородный напиток, заранее налив в стакан и добавив льда, от чего некоторые дегустационные свойства потеряли свою изюминку. Альфа решает спасти его, пока не стало слишком поздно и, немного морщась, допивает мелкими глотками до дна, не замечая, как за этим внимательно наблюдает омега и, хитренько улыбаясь, потирает свои маленькие ладошки. 🥂 Чимин листает на ноутбуке уже пятую страницу с фильмами, но альфа продолжает критиковать каждый предложенный вариант, строя недовольную гримасу. Он делает это из вредности, потому что младший не захотел ничего смотреть по телевизору на большом экране, видите ли так какого-то вайба нет, а вот пялиться в маленький экран — это прям оно самое. — Ну, может вот этот посмотрим? — омега пододвигается поближе к боку Юнги, который, щурясь, пытается понять, что изображено на картинке. — Что это за волосатая зелёная хуйня? — Это Гринч — похититель Рождества, — хихикает Чимин, кликая на фильм. — Похож на тебя, да? — улыбаясь, тыкает локтём в бок альфы и заливается смехом, когда Юнги поворачивается к нему, скопировав выражение того самого Гринча с обложки фильма. — Вкус у тебя, конечно, специфический, — старший не делал из этого шутку, но омега почему-то опять начал заливаться смехом. Он какое-то время ждёт, но Чимин, только успокоившись, опять хихикает и отворачивается, просто от того, что альфа взглянул на него. — Ну-ка посмотри на меня, — берёт за подбородок и поворачивает лицо омеги к себе. У того губы поджимаются, сдерживая улыбку, и глазки как-то лукаво бегают, подозрительно поблёскивая при этом. Что-то тут не так… Показывает омеге палец и тот, прикрывая лицо ладошками, начинает слегка похрюкивать, сдерживая смех. — Ты когда успел наклюкаться? Я считал, ты только три бокала выдул. Тебе так мало надо? — на что Чимин отрицательно мотает головой с абсолютно счастливым выражением лица. — Хён, давай уже фильм смотреть, — нажимает на "начать просмотр", но Мин сразу его останавливает. Голос у младшего вроде трезвый, может ему показалось? — Только не этот. Давай что-то другое и нормальное, чтобы я тоже мог посмотреть. — Может тогда сериал? — Какой? — устало вздыхает альфа. Сейчас у него терпения хоть отбавляй, благодаря односолодовому "успокоительному" 12-летней выдержки, так что он даже подумывает согласиться на первый вариант, что предложит Чимин. — Я хотел бы досмотреть "Игру престолов", но ты, наверное, такое не смотришь… — Пойдёт. Помнишь на какой серии остановился? — младший кивает. — Тогда включай, — Юнги его не так давно смотрел, сюжет там не заезженный, так что можно и ещё раз его глянуть. — Сейчас, только обновлю себе стакан, — Чимин радостно спрыгивает с кровати и скрывается в коридоре. Мин задумывается о том, зачем омеге постоянно бегать туда-сюда, когда можно было бы принести всё в комнату и тут наводить свои коктейли, как это сделал альфа, забрав виски и поставив его возле себя на тумбочку. Да и торчит он там подолгу… от чего у старшего закрались подозрения, и он решил через некоторое время проследовать за Чимином на кухню. — Так и думал! — от внезапного появления Юнги омега резко прячет почти допитый стакан позади себя и виновато улыбается. — Значит тут порцию в тихаря выпиваешь, а потом наливаешь новую и идёшь с ней в комнату? Сколько ты уже выпил? — замечает пустую на 2/3 бутылку MARTINI, которую Чимин не успевает прикрыть. — Хён, ну вот почему ты становишься умным, когда это не нужно, — хнычет из-за того, что Мин забирает бутылку. — Ты слишком много пьёшь для такого маленького промежутка времени. Плохо ещё станет, а отвечать за тебя — мне. Так что сам буду контролировать твои приёмы алкоголя, чтобы лишнего не хапнул. А теперь марш в комнату. Чимин какое-то время сверлит альфу глазами, а потом, недовольно цокнув, проходит мимо него, соблазнительно виляя задницей. — Хорошо, папочка, — томно вздыхает и оборачивается напоследок, убеждаясь, что Юнги всё это время не сводил с него глаз, а теперь ещё и мило ротик приоткрыл в своей манере. 🥂 Во время просмотра сериала Мин чувствовал, как омега подползал всё ближе и ближе, пока вовсе не примостился у него под боком. И о какой дистанции может идти речь? Но одно радует: лишних будоражащих воображение мыслей по поводу омеги не возникало. Под небольшим опьянением альфа довольно спокойный, поэтому он предусмотрительно обновляет себе стакан с виски, чтобы поддерживать это состояние. Иногда Чимин укладывал свою голову ему на плечо или брал за руку на особо жестоких моментах, Юнги же старался на это не реагировать, пока не начались они… постельные сцены. Альфа довольно искушённый зритель и такому в фильмах он не придаёт особого значения, а вот когда они начали сопровождаться реальными ощущениями, тут уже сложно сосредоточиться на сюжете и гармонии со своим телом. Из-за ноутбука, что лежал на его животе, не было видно что за ним происходит, но, кажется, Чимин осторожно закинул на его бедро ногу и начал ей слегка елозить. Мин решает, что нужно выпить ещё. Может алкоголь и притупляет физическое влечение, но вот нюх альфы до сих пор работает отлично. Поэтому, когда Юнги делает сразу пару глотков обжигающего горла напитка, на него накатывает нестерпимое желание закусить сладким мандаринчиком, которым просто всё вокруг пропахло. Но, увы, это невозможно... Очередной стакан. Альфу совсем расслабило и ему уже как-то становится на всё приятно пофиг, поэтому после хорошего такого глотка он решает смачно занюхнуть макушку, что покоилась у него на плече. Волосы омеги пахнут летним солнцем, мандаринами и цветочками, от чего Мин довольно мычит. — Хён, — Чимин запрокидывает голову, чтобы посмотреть на альфу. — М? — Юнги переводит взгляд с экрана на младшего и начинает невольно залипать на хлопающие длинными ресничками глаза, в уголках которых виднеются тонкие аккуратные стрелочки и почти незаметные перламутровые блёстки. — Я не против, что ты меня вот так нюхаешь, но лучше бы ты вместо этого закусывал, — замечание было небеспочвенным. Мина выдают поплывшие глаза и несвойственное для него умиротворённое выражение лица, которое сопровождается глупой улыбочкой. — Не волнуйся за меня, малой, я не только за тобой слежу, — треплет рукой волосы омеги, словно гладит собаку, поощеряя за хорошее поведение. — Малой?! — возмущается Чимин и пытается исправить весь тот хаос, что альфа устроил у него на голове. — Знаешь что, Юнги-хён, тебе тоже следует приостановиться, иначе такими темпами ты до курантов не дотянешь. — Да кому они нужны, — Юнги привстаёт, чтобы налить новую порцию, но младший его опережает и забирает бутылку на свою сторону. — Мне, — серьёзный тон и суровый взгляд омеги заставляют Мина отступить с обречённым вздохом, а потом недовольно промычать, потому что Чимин ловко пропихнул ему в рот кусочек шоколадки. — Хороший Альфа, — хвалит нежным голосом и облизывает пальчики, а Юнги… Юнги залипает уже во второй раз. На экране эпичный момент и омега увлечённо смотрит, почти не моргая. Старший помнит эту серию и знает, что сейчас начнётся кровавое месиво, а ещё он с нетерпением зачем-то этого ждёт. Как и ожидалось, Чимин охает и хватает альфу за руку, испуганно пряча лицо в его плече. Мин на это удовлетворённо хмыкает. Всего за пару серий он изучил какая реакция будет на тот или иной момент, ведь омега за это время успел показать весь спектр своих эмоций: и посмеялся, и прослезился разок, и испугался, как сейчас. А ещё младший любит комментировать и иногда пытается угадать, что будет дальше, внимательно поглядывая на альфу, чтобы определить оказался он прав или нет. Но тут, конечно же, без шансов, Юнги с его вечно безразличным лицом только в покер играть. — Эмилия Кларк красивая, да? — внезапно спрашивает Чимин, выводя альфу из полудрёма. — Обычная, — зевая, отвечает Мин. — Ты серьёзно? Она же классная… — удивлённо косится. — А какие тогда омеги тебе нравятся? — Скромные. — А ещё? — Молчаливые. — Ещё? — Нетребовательные. — Хён, у меня для тебя плохие новости — такие только на кладбище, — хихикает омега. — Возможно, — улыбается Мин и, не сдержавшись, снова принюхивается к розовой макушке. Алкоголь в его крови диктует свои правила, и одно из них требует иногда нюхать волосы омеги. Пристрастился он к этому приятному аромату и ничего с собой поделать не может. Чимин, конечно же, это замечает. — Если хочешь… можешь обнюхать меня, — неожиданно предлагает омега, застенчиво отвернувшись от удивлённого взгляда Юнги. — С чего это ты вдруг? — альфа ставит сериал на паузу и начинает подозрительно рассматривать немного покрасневшее лицо Чимина. — Просто, я же это сделал с тобой, вот и подумал, вдруг ты тоже хочешь… но если нет, то давай смотреть дальше, — тянется к кнопке, чтобы убрать с паузы, но не успевает, потому что Мин убирает ноутбук в сторону. — Как мне это сделать? — поворачивается к омеге, слегка привстав. Немного подумав, Чимин наклоняет голову в бок, открывая тем самым шею. «Наверняка, это какая-то ловушка…» — но нависает над омегой и резко наклонятся к соблазнительному участку, не давая тому времени что-либо осознать. Вдруг передумает, когда альфа уже настроился. Юнги останавливается за несколько миллиметров от кожи, избегая соприкосновения, и глубоко втягивает воздух. Замирает, а потом медленно выдыхает через рот. Снова повторяет те же действия, но теперь возле ушка, и немного заходя за него. Прикрывает глаза от внезапно настигшего его лёгкого головокружения. И дело тут не в алкоголе… Чимин опьяняюще пахнет созревшими под палящим Солнцем мандаринами. Теория альфы, что чужие волосы из-за шампуня так приятно ласкали его обоняние, потерпела крах. Это был не искусственный запах, а самый натуральный и принадлежал он омеге. Невероятный… Мину словно голову лучами того самого Солнца припекло и он, не удержавшись, утыкается в шею, отчего тело под ним немного вздрагивает, не ожидая такого порыва. Юнги и сам не заметил, как слегка прилёг на младшего. Но тот ему ничего не говорит и не отталкивает… а значит альфе можно остаться в таком положении? Да? Вся неуверенность развеивается, стоило почувствовать ладони омеги, что начали одобрительно поглаживать по спине, словно Чимин прочитал его мысли. Это зря. Альфа сейчас не в том состоянии, чтобы от такого отказываться, поэтому он без зазрения совести укладывается поудобнее и полностью расслабляется. Мин чувствует, как Чимин дышит, как бьётся его сердце… размеренно и убаюкивающе. Нежные поглаживания маленьких пальчиков ощущаются через футболку так, будто его ласкает лёгкий ветерок. Юнги словно на курорте оказался… Чимин продолжительно вздыхает. Альфа уже довольно долго не шевелится, уткнувшись лицом ему в шею, а теперь ещё и начал издавать странные клокочущие звуки, похожие на мурлыканье. Такое ощущение, что он большого кота у себя на груди пригрел. Это, конечно, мило, но Чимин рассчитывал на другую реакцию. Альфа должен был на него слюни пускать… Да, Юнги через какое-то время действительно начал это делать, но только потому что бессовестно уснул. — Хё-ё-ён, — шепотом зовёт омега, но Мин не откликается, продолжая с приоткрытым ртом горячо дышать на чувствительную кожу. — Юнги, ты реально уснул что-ли? — слегка хлопает ладошкой альфу по плечу, на что тот только неразборчиво что-то промычал. — Юнги-я-я, встава-а-ай, — пробует ласковую интонацию и, кажется, это срабатывает. Старший, улыбаясь, начинает тереться лицом о его шею. От щекочущих ощущений Чимин захихикал и поджал плечо, чтобы уйти от настойчивого альфы. Юнги громко недовольно рыкнул, но сам же от этого проснулся и непонимающе приподнял голову. — Ты сегодня не выспался? — улыбаясь, спрашивает младший, пока Мин затуманенным взглядом пытается понять, что произошло. — Немного, — хриплым голосом отвечает Юнги и осторожно привстаёт с омеги, чтобы сесть. По телу разлилась приятная лёгкость, короткий сон избавил его от усталости, что периодически накатывала на него в течение дня. Альфа чувствует себя отдохнувшим, что вообще для него нонсенс. — Подай вискарь, — тянет руку в сторону Чимина, который сразу встрепенулся. — Только обмен, — хитренько улыбается и тоже протягивает ладошку в требовательном жесте. Юнги, вздохнув, вытаскивает из-под своей подушки бутылку MARTINI. 🥂 — Хён, чем теперь займёмся? — ненадолго отрывая пухлые губы от трубочки в коктейле, спрашивает Чимин, пока старший с наслаждением потягивает тёмную жидкость из своего стакана. — Без разницы. — Может тогда сыграешь для меня? От предложения омеги Мин чуть не давится и замирает, уставившись с подозрительным прищуром. — Всю мою квартиру уже облазил? — Я убирался! — возмущается Чимин. — Ещё скажи, что решил пыль протереть под тканью в углу, — усмехается альфа. — Ну Юнги-я, пожа-а-луйста, — строит жалостливую мордашку. — Я в этот Новый Год ни одного подарка не получил… а если сыграешь для меня, то это будет считаться как подарок. — Я не понял, а это тогда что? — Мин поочерёдно указывает на алкоголь в руке омеги, искусственную ёлку на рабочем столе и гирлянду на окне. — Ты же сам в магазине сказал, что это благотворительность, — мило дует щёчки, подключая всё своё обаяние. — Ну пожалуйста… у меня же будет такое классное воспоминание о тебе… великодушном Хёне, что спас меня, не оставив на холоде, и иногда немного вредном Альфе, с которым я провёл самый необычный Новый Год в моей жизни. — Я уже давно не играл… — Юнги отводит взгляд. Почему-то от слов Чимина ему стало не по себе. Он уже и забыл, что омега скоро уедет и альфа опять будет жить как прежде, в своём любимом одиночестве… — Поверь, ты будешь явно не хуже, чем мой друг, который практикуется на саксофоне, дай боже, 2 раза в год, а потом играет на моём Дне Рождении. — Гитара или электронное пианино? — Мин всё-таки решается, но только из-за того что пьян и у него подходящее для игры настроение, которого уже довольно давно не было. Сейчас вдруг захотелось вновь испытать это чувство. — Давай и то, и другое, — сразу воодушевился Чимин, наблюдая, как альфа встаёт и подходит к тому, что таилось в углу комнаты. — Не наглей, выбери что-то одно, — Юнги медленно стягивает тёмную плотную ткань. — Тогда… — немного задумывается. — Гитара! — на что альфа усмехается и растёгивает чехол, доставая инструмент. — Тогда тебе придётся подождать, мне надо её настроить, — усаживается на свой рабочий стул и, поочерёдно подцепляя пальцами струны, регулирует на слух колки на головке грифа. Чимин терпеливо ждёт и в предвкушении пересаживается на противоположный край кровати, поближе к старшему. Юнги параллельно думает о том, что ему сейчас исполнить, пока омега с интересом наблюдает за процессом настройки. Альфа не боится играть на публику, хоть и делает это крайне редко. Чтобы сосредоточиться он обычно в такой момент просто уходит в себя и отстраняется от внешнего мира. Но сейчас почему-то не получается. Пальцы начали слегка подрагивать, и ладони внезапно вспотели от какого-то странного волнения. Скорее всего это из-за бушующего алкоголя в его крови. Мин сделал выбор. Он пытается вспомнить аккорды и, прокашлявшись, тихо мычит мелодию под нос. Чимин уже заждался и нервно теребит колечки на пальцах, не сводя взгляда с альфы. На некоторое время наступает тишина. Мин садится удобнее и протяжно выдыхает, ненадолго прикрывая глаза, а потом… Потом уголки губ омеги приподнимаются, услышав первые аккорды приятной мелодии. Но после короткого вступления улыбка сходит, и Чимин замирает, приоткрывая рот. Он не ожидал услышать голос Юнги… Prime Circle - As Long As I Am Here (Acoustic Version) I find that I am shaking, From my head down to my feet, My hands are sweating so bad And I can barely speak. Read between the lines here Don't know what to think, It's a guessing game… Чимин понимает, что альфа поёт на английском, но даже не пытается уловить хоть какие-нибудь знакомые слова. Он поглощён приятным тембром и, кажется, медленно, но верно начинает задыхаться и тонуть в нём… Was it the face? Was it the moves? Was it the way that he just knew me? Was it the meaning behind every smile I try to walk, but can't leave His eyes, they pierce right through me But I don't care As long as I am here Заворожён… Омега не может отвести взгляд сначала от движений длинных красивых пальцев, от жилистых сильных рук, будоражащих воображение, а потом и от слегка колышущихся тёмных, немного вьющихся волос, что прядями ниспадают сейчас альфе на лицо, а после и от размыкающихся и смыкающихся чувственных тонких губ. I can't move cos I'm under his spell Can't breathe, as a side-effect from this And I know that this will be the end of me… I can't move cos I'm under his spell Can't breathe, as a side-effect from this And I don't care, As long as I am here — My head's a mess But at the time clearer, And I'm feeling so content But unsure, Reaching out, reaching in, Wish I knew what you were dreaming, And I never want to ever let this go… — I can't move cos I'm under his spell Can't breathe, as a side-effect from this And I know that this will be the end of me... I can't move cos I'm under his spell Can't breathe, as a side-effect from this And I don't care, As long as I am here… Чимину кажется, что вместе с дыханием останавливается и его сердце, когда альфа, на заключительном припеве, поднимает глаза от струн гитары и устремляет на него обречённый взгляд, что кажется глубже и темнее любой бездны. А ещё от него веит несвойственной нежностью и одновременно скрытой печалью… Юнги как будто рассказывает чью-то историю, а не поёт. Омега не знает о чём она, но ему внезапно захотелось расплакаться и кинуться к альфе, чтобы вырвать из рук инструмент и заключить его в крепкие объятия. Заметив как у Чимина начинают трястись губы и собирается влага в уголках глаз, Мин резко откладывает гитару в сторону, не закончив финальные аккорды. — Чимин, что такое? — взволнованный тон Юнги заставляет омегу тихо всхлипнуть и опустить голову. Альфа незамедлительно встаёт, чтобы подойти и опуститься на одно колено перед младшим, что, свесив ноги на пол, сидел на краю кровати и нервно теребил кофту на животе. — Тебе не понравилось? — шепчет Мин и осторожно дотрагивается до сведённых коленок в белых гольфиках, чтобы обратить на себя внимание. Но на вопрос омега отрицательно машет головой и упорно продолжает прятать глаза. — Хреновое я о себе оставил воспоминание, да? — Юнги невесело усмехнулся, наблюдая как с щёчки скатилась слеза. — Прости, что испортил твой "день счастья"... — ловит её на подбородке и невесомо утирает подушечкой большого пальца. Всё. Чимин больше не может себя сдерживать и кидается альфе на шею, заваливая его на пол. — Не говори так… — дрожащим голосом шепчет омега, стискивая обескураженного Мина в объятиях. — Ты сделал самый лучший подарок… та песня она… такая красивая… мне правда очень понравилась… — Тогда… почему ты плачешь, маленький? — альфа инстинктивно выпускает успокаивающие феромоны и, слегка поглаживая, оплетает руками стройное тельце на себе. — Когда пел, ты… ты казался мне самым грустным… и одиноким альфой на свете… — утыкается носиком в чужую шею, глубже вдыхая приятный хвойный запах, который становился только интенсивнее. — Хён… о чём та песня? — Я и сам ещё не до конца понял… — Юнги, поддавшись внезапному порыву, зарывается лицом в омежью макушку и стискивает тонкую талию, медленно умирая… потому что чувствует прикосновение улыбающихся губ на своей шее, и как в ответ руки Чимина обнимают его ещё сильнее. — Ты выучил песню, не зная её перевода? — трётся головой, как котёнок, требующий ласки. — Дело не в переводе… «А в тебе…» — мысленно добавляет. — Наверное, песни Вонхо тебе бы больше понравились, — Мин не может надышаться сладким ароматом волос и подтягивает омегу повыше, чтобы обнюхать его вкусную шейку. — При чём тут Вонхо? — Ну, он же в твоём вкусе, — медленно водит носом по нежной коже до ушка и обратно, от чего Чимин тяжело выдыхает, млея от немного щекочущих ощущений. Сейчас они так напоминают ластящихся к друг другу котиков. — У него красивое тело и приятный голос, — мечтательно произносит Чимин. — Ай, хён! Контролируй свои клыки! — возмущается, почувствовав, как альфа прикусил кожу на венке с железой. — Не ревнуй, твоя песня мне больше нравится… Хотел бы я ещё послушать, как ты поёшь, — скользит пальчиками по задней стороне шеи Юнги и зарывается в волосы, слегка массируя кожу головы. А потом охает от того, что альфа начал остервенело вылизывать слюнявым языком определённый участок кожи. — Юнги-я, что ты делаешь? — хихикая, спрашивает и улыбается от того, как ему ещё и несдержанно пыхтят в шею. — Ты шоколадкой испачкался, — отвечает альфа, ненадолго прерывая своё занятие. — Это родинка, хён, — смеётся омега. — Странно… а на вкус, как шоколад, — Мин заставляет себя оторваться от чужой шеи и откидывает голову, встречаясь затылком с полом. «Кажется я пьян…» — не насытившись таким маленьким "десертом", альфа голодно облизывается и встречается помутневшим взглядом с омегой, который хотел привстать, но ему не дали это сделать крепкие руки, что от жалкой попытки младшего только усилили хватку. — Юнги… я тоже хочу сделать тебе подарок, — прошептал Чимин, медленно приближаясь к лицу альфы. — Како… — Мин не успевает договорить, как его губы неожиданно берут в плен. Он удивлённо вскидывает брови и округляет глаза от того, как омежьи пухлые губки начали сладко терзать его, медленно сводя с ума… «And I know that this will be the end of me… но…» — Юнги прикрывает глаза и жадно впивается в ответ. Все посторонние мысли покинули голову, альфа упивается мягкостью и сладостью желанных уст. Он запрещал себе мечтать о них, запирая где-то на задворках сознания все грёзы и фантазии с их участием, а сейчас… Сейчас самые необыкновенные и прекрасные губы в его власти. Юнги ощущает их идеальную форму, проводя языком по контуру, их упругость и сладость, требовательно сминая и покусывая, попутно размышляя о том, как они похожи на две дольки мандарина… Но всё становится опаснее, когда эти самые губы размыкаются и с тихим полустоном пропускают альфу внутрь. Мин бесстыдно пользуется этим шансом, изучая языком прелестный горячий ротик, и мычит от удовольствия, когда Чимин ему отвечает, проворачивая то же самое с его. Омежий язычок извивается как змея, соблазняет, толкает Юнги на грех… Он забирается пальцами под кофту омеги и, почувствовав разгорячённую кожу, обезумевши сжимает талию, а потом натыкается на них… Чимин несдержанно сладко стонет в поцелуй, когда подушечки пальцев начали изучающе оглаживать ямочки Венеры на пояснице, прогибается под его руками, возбуждённо потираясь. Альфа сходит с ума от такой реакции на его прикосновения, хочет доставить больше удовольствия… но Чимин резко прерывает поцелуй и отстраняется, часто дыша. Мин судорожно сжимает челюсти, от того как омега, молча, смотрит на него сверху-вниз своими беспощадными тёмными глазами. Он готов понести самое жестокое наказание за свои действия, только если приговор будет озвучен бесподобными, опухшими от поцелуев, устами этого омеги. — Юнги… на кровать, — хрипло произносит Чимин и зачёсывает свои волосы назад под немигающий взгляд альфы, что, приоткрыв рот, пытается навсегда запечатлеть эту картину в своей голове. — Я хочу на кровать, — уже более требовательно проговаривает, сверкая прищуренными глазами в мягком полумраке комнаты, что теперь освещалась только жёлто-оранжевым светом гирлянды. Мин и не заметил, как стемнело… сколько времени они самозабвенно целовались, лёжа на полу? — Почему ты так глупо на меня смотришь, я требую чего-то невозможного? — наклоняет голову в бок и ожидает исполнения своего желания, дерзко ухмыляясь. Но не надолго… Властный тон заставляет альфу оскалиться и выпустить больше феромонов, а после подхватить омегу, восседающего на нём, под бёдра и встать. Бушующие в крови адреналин с алкоголем придают сил и превращают младшего в руках Мина просто в пушинку. Пройдя пару шагов, он наклоняется и осторожно укладывает свою ношу на кровать. Оказавшись на мягкой постели, Чимин не спешит выпускать плечи альфы из своих цепких рук, он тянет их на себя и шире раздвигает ноги, довольно наблюдая, как Юнги поддаётся и нависает сверху с потемневшим взглядом. — Тебе не кажется, что это неправильно? — Мин шепчет, тяжело дыша возбуждающим запахом омеги, и не может отвести глаз от губ, которые дразняще облизывает розовый язычок. — А знаешь, хён… — Чимин отводит взгляд, поджимая губы. — Ты прав... это неправильно. Юнги судорожно сглатывает слюну и крепко сжимает зубы. На что вообще рассчитывал? Он же ни по одному пункту не дотягивает до альфы, что мог бы понравиться Чимину… но Мин переживёт это как-нибудь, спрячет и будет довольствоваться в памяти самым мучительно-сладким подарком в своей жизни, доставая его только в самые невыносимые дни… — Неправильно, что мы всё ещё в одежде... — продолжает омега и, вдоволь насладившись всем спектром эмоций на лице альфы, медленно подаётся вперёд, чтобы соприкоснуться с губами напротив, что тут же приоткрылись в немом вопросе. Выдыхает на них томно, целует поочерёдно верхнюю и нижнюю с тягучей нежностью, чувственно проводит по ним языком, а после поднимает горящий взгляд, в котором маленькие чёртики водили хоровод вокруг отдавшему в этот момент душу Юнги. Оцепенев, альфа лихорадочно убеждает себя, что сейчас Чимин так забавляется, специально выводит его на эмоции и необдуманные действия, чтобы потом сказать, что это была всего лишь шутка и посмеяться над ним… Эти мысли роем жужжат в голове, пока Юнги не замечает, как омега, подцепив пальчиками свою кофту, начинает тянуть её наверх, оголяя подтянутый живот, а потом, изящно прогнувшись, снимает до конца и отбрасывает в сторону. — Хён, тебе нравится то, что ты сейчас видишь? — интересуется Чимин и растягивает губы в лукавой полуулыбке, наблюдая, как жадный взгляд альфы блуждает по его телу. — Нет… — еле слышно отвечает Мин и с трудом прекращает пялиться на обнажённую грудь омеги. — Почему? Разве я непривлекателен? — игриво спрашивает, прекрасно зная, что альфа сейчас нагло врёт. Омега ещё на полу почувствовал, как возбуждённый член старшего упирался ему в бедро. — Привлекательный, — не сразу отвечает Юнги. — Но вызываешь во мне странное желание… — младший на это только усмехается. — И какое же, хён? — Хочется съесть тебя, — Юнги переводит взгляд на пухлые губы, что отпусти смешок. — Так съешь, — хитро улыбается. — Можешь начать отсюда, — медленно ведёт ладонями от живота до груди и останавливается на нежно-розовых сосках, соблазнительно кружа подушечками средних пальцев по их ареолу. Альфа подозрительно суживает глаза, наблюдая за этой развратной картиной. Он, должно быть, видит сон, в который пробрался Суккуб в обличии Чимина, иначе как объяснить то, что сейчас происходит? Омега вздыхает и недовольно поджимает губы. Он немного пьяненький и у него отличное настроение… а ещё сильное возбуждение, благодаря одному хвойному альфе, что впервые не сдерживает свои доминантные феромоны, окутав ими его с головы до ног. Чимин внутри давно весь извёлся и хочет, чтобы Мин Юнги взял уже наконец ответственность за его мокрые шортики, что неприятно липли к ягодицам. Но Юнги вместо того, чтобы накинуться на него, молча ушёл в прострацию. «Вот сколько ещё можно тупить? Пора кончать играть в эти бессмысленные игры» — решает Чимин. Альфа отмирает в тот момент, когда младший заводит руку за его шею и с силой начинает давить на неё, склоняя его вниз. Думать сейчас, что правильно, а что нет, не имеет никакого смысла, потому что его берут за загривок и, как слепого котёнка, тыкают в сиську. Юнги безоговорочно сдаётся, он уже под чарами маленького демона-искусителя, что бессовестно пользуется его слабостями. Да и вообще, кто он такой, чтобы сопротивляться такому подарку судьбы? Ведь Мин уже довольно долго буравит голодным взглядом эти немного пухленькие, кругленькие и мягкие на вид сосочки. — А-а-х…— Чимин вздрагивает, не ожидая, что альфа без прелюдий сразу присосётся и начнёт яростно терзать его языком. Омега, закусывая губу, еле сдерживает стон, когда Мин, жадно втянув в рот, оттягивает чувствительную бусинку и так нагло в этот момент рассматривает его лицо сквозь упавшие на прищуренные глаза тёмные волосы. Взгляд как у хищника… но омегу это наоборот только сильнее заводит. Он хочет добавить себе больше приятных ощущений, поэтому приподнимает бёдра и делает телом волну, потираясь о живот альфы своим пахом. Юнги на это действие порыкивает довольно и несильно прикусывает сладкую маленькую зефирку (так он решил называть эти вкусные омежьи штучки, из-за их сходства с десертом). Вторую тоже без внимания оставлять нельзя, поэтому через некоторое время он переключается и на неё. Чимин под ним извивается и дышит загнано, сжимая в кулак его волосы на затылке, что ещё сильнее мотивирует Мина. Он переносит свой вес на одну руку, а освободившейся начинает ласкать другой сосок, массируя его и зажимая между пальцев, отчего омега ещё требовательнее трётся об него. Чимину этого мало. Он закидывает свою ножку на поясницу альфы и силой заставляет улечься между его бёдер. Теперь трения достаточно. Омега откидывает голову назад и начинает сильнее вжиматься своим возбуждённым пахом в живот Юнги. У альфы контроля над собой почти не осталось. Зрелище перед ним невыносимо возбуждающее, отчего всплывают воспоминания о ночном инциденте, и как он дрочил в ванной, представляя свой член между бёдер этого омеги. А теперь у него есть возможность сделать хоть что-то подобное. Юнги слегка выгибает спину и толкается в возбуждение омеги своим. Из влажных искусанных губ вырывается очередной стон, когда их хозяин чувствует твёрдую плоть, что через грубую ткань джинсов и шорт упирается в него, жёстко толкаясь. Чимин не пай-мальчик, он любит секс, и любит его в разных проявлениях. Омега вспоминает о том, как где-то слышал, что компьютерные задроты отличаются ловкостью пальцев и особенной старательностью, это пробуждает в омеге интерес. Такого альфы как Юнги у Чимина ещё не было, и эта неизвестность привлекает. Но только ли по этой причине его тянет к Мину? Сейчас рассудок омеги штормит, и он решает подумать об этом потом… В данный момент он хочет испытать эйфорию от оргазма. А Чимин всегда получает то, что хочет. Поэтому он себе помогает и представляет, как альфа мог бы грубо иметь его сзади или же нежно трахать сверху, а лучше по очереди и то, и другое. Хотя омега бы не отказался от ещё кое-чего. То, как Мин умело орудует своим языком, толкает на интересные мысли, в которых участвует его дырочка. Но альфа явный противник таких ласк, от чего Чимину ещё сильнее хочется добиться их от него… но только как? Юнги удивлённо мычит, когда его грубее хватают за волосы и, направляя, вжимают в грудь, заставляя, действительно, чуть ли не съесть её. Плечо Мина тоже пострадало, кажется, омега своими острыми ноготочками даже через футболку его умудрился исцарапать. Но причина этому сразу стала ясна, стоило Чимину, подрагивая всем телом, выгнуться под ним и протяжно простонать. Через несколько секунд наступает тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием омеги. Руки, что сжимали его плечо и волосы, опадают на постель, и теперь альфа может выпустить изо рта омежью грудь и посмотреть на результат своего труда. Светло-розовые пряди были немного влажные у лба и висков, щёчки стали розовыми, словно от румян, на прикрытых веках мелко дрожали реснички. Омега выглядел удовлетворённым, и Мин от этого получал свою дозу кайфа. У него самого в штанах пожар, и если бы не подрочил утром, то точно уже спустил в них. Немного придя в себя, Чимин приоткрывает глаза и встречается с довольным взглядом альфы, который ещё и приподнял уголок губ в усмешке. Омега решает это исправить. — Хён, теперь моя очередь тебя скушать, — тянется руками к краям футболки и, ухватив их, начинает тянуть. Мин не сразу понимает смысл слов. Чимин хочет сделать то же самое и с ним? Но у альф грудь не такая чувствительная, как у омег, и для них подобные ласки довольно специфичны… но раз младшему так хочется, то ладно. Юнги, привстав, сам снимает и откладывает в сторону футболку. А дальше что? Ему надо лечь или как? Но младший снова всё берёт в свои руки и, опрокинув альфу на спину, усаживается на его бёдра. Какое-то время наслаждается чужой растерянностью и подаётся вперёд, приближаясь к губам, что сразу приоткрылись в ожидании поцелуя, но он обходит их стороной и мажет языком по линии челюсти. Долго на ней не задерживаясь, переходит на шею под взволнованный вздох альфы. Кружит по ней и находит венку с железой, немного лижет её, а после спускается ниже до ключиц, прерывается, чтобы посмотреть на Юнги, и с высунутым языком, слегка лизнуть его тёмно-коричневый сосок, что красиво контрастировал на бледной коже. Взгляд Мина уже тёмный и немигающий, этого достаточно для Чимина. Он спускается ещё ниже, к плоскому животу, что сразу поджался от прикосновения мокрого языка. Тяжёлый вздох Юнги говорит о том, что омега на правильном пути, поэтому он начинает стараться усерднее и постепенно подбирается к кромке джинс, водит языком вдоль неё, а после останавливается и пытается расстегнуть, застав альфу врасплох. — Ч-чимин… зачем ты их расстёгиваешь? — старший испуганно приподнимается на локти. — Хочу ещё раз посмотреть на твою татуировку, — омега уже ловко расправился с молнией и цепляется пальчиками, чтобы приспустить, но Мин его останавливает, ухватив за руку. — Не думаю, что сейчас это хорошая идея… — Почему? Боишься, что я увижу твой член? — Чимин усмехается, глядя, как альфа замер и приоткрыл рот от его прямолинейности. — Не думал, что ты из стеснительных. Но, знаешь… мы можем это исправить, если оба окажемся в равных условиях, — коварно улыбнувшись, скидывает руку Юнги со своего запястья и встаёт на кровати в полный рост. Наблюдая за реакцией альфы, приспускает шортики, на которых спереди виднелось маленькое мокрое пятнышко от их недавней игры. Омега делает это медленно, соблазнительно покачивая бёдрами, пока они не падают на постель. Выходит из них одной ножкой и, подцепив носочком второй, отбрасывает их на пол, под шокированный взгляд Мина. — Давно уже хотел это сделать, — облегчённо вздыхает и, откинув голову, зачёсывает немного растрёпанные волосы. — Почему на тебе нет… — альфа еле шевелит языком, широко раскрыв глаза. — Трусиков? Я сегодня весь день без них хожу. Люблю, когда попка дышит, — Чимин говорит, как что-то само собой разумеющееся, представ перед Мином полностью обнажённым, если не считать белые гольфы, которые он решил пока оставить. Юнги на время сломался, округлив глаза и потеряв дар речи, периодически открывая и закрывая рот. Омега решает этим воспользоваться и, пока Мин не очухался, опускается на коленки между его ног и быстренько приспускает джинсы с нижним бельём. — Хён, я выбрал место, которое хочу скушать, ты же не против? — Чимин переводит блестящий взгляд на альфу, слегка проводя пальчиками по мокрому возбуждённому члену, который сразу дёрнулся, отзываясь на незатейливое прикосновение. Юнги не смог ещё отойти от лицезрения обнажённого тела с идеально гладкой кожей и… аккуратного маленького члена, от которого альфа не мог отвести взгляд, как омега уже оказывается на коленях и ласкает рукой его между ног. — Это слишком, — Мин сглатывает слюну и заставляет себя думать в такой момент трезво. — Ты… ты не должен этого делать, — тихо шепчет и тянется рукой, чтобы обратно натянуть на себя спущенные джинсы с боксерами. — Почему нет? — спрашивает Чимин, невинно склоняя голову вбок. — Для меня это… слишком серьёзный шаг и… — Серьёзный шаг? — перебивает омега. — Что в этом такого? Я просто хочу сделать тебе приятно, хён, — проскальзывает пальчиками на багровую головку и почти невесомо размазывает по ней выступившую каплю предэякулята, отчего альфа шипит, зажмуриваясь. — Ведёшь себя так, как будто тебе минет никогда не делали, — хихикает, но сразу перестаёт, заметив как Юнги, поджав губы, отворачивается. — Что? Это правда?! — Чимин удивлённо приподнимает брови, округляя глаза, но Мин на это молчит. — Тогда я просто обязан лишить тебя минетной девственности, — на воодушевлённый тон омеги Мин резко поворачивает голову и уже приоткрывает рот, чтобы возразить, но закрывает его обратно, крепко стискивая зубы. Всё из-за того, что встретился взглядом с Чимином, что в этот момент проводил высунутым языком от мошонки до головки. — Твою ма-а-ать… — тяжело тянет альфа, сминая руками одеяло под собой. — Ругательства меня только сильнее поощряют, хён, — омега нежно чмокает в головку, не сводя глаз с Юнги, который оцепенел от самого развратного поцелуя в его жизни. Чимин, улыбаясь, облизывает губы и, обхватив ладонью твёрдый член, подносит его ко рту. — Ох, такой большой… интересно у меня получится взять его полностью, — вслух размышляет омега, а Мин от этих слов чуть ли не воет, откидывая голову назад. Он не может на это спокойно смотреть. «Тебе это снится. Тебе это снится, Юнги… Ну не может омега, который выглядит и ведёт себя как ребёнок, так бесстыдно говорить и брать твой член в рот… » — Мин разлепляет глаза и возвращает взгляд на Чимина, который только этого и ждал. «Всё-таки может…» Омега обхватывает головку губами и на пробу начинает посасывать. Сглотнув слюну, он насаживается наполовину, а после возвращается. И так снова, и снова, стараясь с каждым разом взять всё больше. Мин стонет низко, зажмуривая глаза от потрясающего ощущения упругих губ, которые плотно обхватывали возбуждённую плоть и скользили по ней вверх-вниз. Тело начало потряхивать, словно его мелкими разрядами тока прошибает. «Охуеть…» — альфа резко распахивает глаза, жадно глотая воздух. К губкам, что ни на секунду не выпускали член из горячего ротика, подключился ещё и юркий язычок, который начал упираться в головку и полизывать её. «С ума сойти…» — удовольствие просто запредельно-пиздецко-приятное, и не такое, как Юнги представлял в своих фантазиях. Его член словно стая бабочек облепила и щекочет его своими трепещущими крылышками. — Я сейчас кончу, — шипит сквозь зубы Мин, наблюдая как омега уже почти полностью вобрал его в рот. Чимин резко отрывается от своего занятия и зажимает в кольцо ствол у основания, препятствуя подступившему оргазму. — Ещё нельзя, хён. Я только начал входить во вкус, — обиженно дует губки. — Дай мне кончить… я больше не могу, — задыхаясь, умоляет альфа и толкается в кольцо пальцев, что еле сошлись на его члене. — Можешь, — беспощадно отвечает омега. — Просто тебе надо отвлечься,— заговорчески улыбается. — Чтобы такого придумать... — он поднимает глазки наверх, как будто и правда размышляет над этим вопросом, попутно возвращая перевозбуждённый орган в рот и начиная сосать его как чупа-чупс, заводя иногда за щеку. Альфе, кажется, что от такой картины и накативших ощущений он сейчас просто кончит, но в плохом смысле этого слова. — Знаю! — радостно восклицает, после того как выпустил из ротика со звонким чпоком твёрдый как камень член с уже сильно вспухшими на стволе венами. Юнги несчастно наблюдает за тем, что задумал омега и растерянно охает, когда Чимин толкает его в грудь, чтобы он полностью лёг на спину, и поворачивается к нему спиной. Перекинув ножку через торс, он встаёт на колени и, прогнувшись, укладывается грудью на его живот. Челюсть альфы сама отвисает, когда её хозяину во всей красе предоставляют вид на максимально открытую позу. Омега, совершенно не стесняясь, прогнулся ещё сильнее и выпятил свои булочки прямо перед лицом Мина. — Так лучше, да, хён? — Чимин довольно улыбается, поглядывая, на обескураженного альфу через плечо. — Если хочешь, можешь даже потрогать, я не против, — хитро усмехается и возвращает свой взгляд на поддёргивающийся член. Он был явно недоволен тем, что его оставили без внимания. Но Чимин сейчас это исправит. Он пытался… он честно пытался не смотреть на пышные упругие ягодицы и на то, что находилось между ними, заострив внимание на том, что он раньше не замечал… На задней резинке гольф были вышиты два маленьких красных сердечка. Первые 10 секунд они и вправду спасали. Юнги даже стойко держался и старался не так громко скулить, когда омега уже полностью заглатывал его член. В такие моменты он яростно впивался пальцами в одеяло и молил небеса, чтобы Чимин быстрее уже наигрался и отпустил его. А ещё он пытался не думать, откуда у того такие умения, это почему-то начинало его сильно злить. Мин достигает точки кипения, когда омега во второй раз останавливает его оргазм. Альфа уже не контролирует ни свои феромоны, ни себя. Низко прорычав, он заносит ладонь и ощутимо шлёпает Чимина по правой ягодице. О да. Звонкий вскрик младшего — просто музыка для его ушей. — Юнги, ты охренел?! — обернувшись, возмущается омега, со свирепым взглядом наблюдая, как Мин любуется красным отпечатком своей ладони на его заднице. — Ай! — Чимин получил ещё один шлепок, но уже по другой половинке. — За что?! — Первый за то, что решил поиздеваться надо мной. Второй за ругательства, — суровым тоном сообщает альфа и краем глаза замечает какое-то движение, поэтому машинально переводит на него взгляд. Лучше бы он этого не делал… Мин, конечно, видел, что попка омеги поблёскивала от размазанной по ней смазки, но он упорно не рассматривал её ни под каким предлогом, а сейчас, он ненароком впился взглядом в маленькую, слегка розоватую дырочку, из которой вытекала капелька смазки, а за ней ещё одна… они объединились и потекли по промежности к маленьким милым яичкам. Пиздец какое возбуждающее зрелище… — Я вообще-то это делаю не просто так! Вот когда будешь биться в экстазе, ещё поблагодаришь меня! — Чимин недовольно хмурит брови. — Если я, конечно, сейчас не передумаю из-за твоего рукоприкладства над моей драгоценной задницей! — Угрожаешь мне, когда на самом деле тебе это понравилось? — Юнги продолжает наблюдать, как скатывается новая порция влаги. — Нравится, когда с тобой грубо обращаются, да, Омега? — Ты охуел?! — Чимин хочет податься вперёд, чтобы за такие слова лишить альфу привилегий, так щедро оказанных им. Но его хватают за бёдра и тянут обратно. — Накажу, если не продолжишь, — предупреждает низким рычащим голосом и собственнически сжимает объёмные бёдра. Ведь сколько уже можно смотреть на них просто так? Чимин нервно облизывается, чувствуя просто бешеную порцию феромонов альфы. С одной стороны, у него болит задница, а с другой стороны Мин наконец-то её потрогал, но довольно грубым способом, от которого омега даже немного словил мазохистский кайф. — Как скажешь, Альфа, — послушно отвечает Чимин, а сам внутри весь переплевался от этих слов. «Надеюсь, этот извращенец с кинком на подчинение того стоит» — омега обращает внимание на истёкшую предэякулятом головку, что, кажется, даже в размерах стала немного больше. От разглядывания Чимина внезапно отвлекают очень приятные ощущения, и он удивлённо округляет глаза. Его бёдра ласково оглаживают большие тёплые ладони, а кожу, что горела сейчас огнём от шлепков, лижет мокрый язык, принося этим облегчение и притупляя боль. Омега расслабляется и подаётся бёдрами немного назад, сильнее подставляясь под действия альфы. Гладкая мягкая кожа под ладонями завораживала, Мину хотелось её трогать и изучать бесконечно, не выпускать из рук ни на секунду. Её хотелось одновременно и оберегать, и метить. Когда омега послушный, в альфе просыпаются странные чувства, которые толкают его на нежности, и теперь он с сожалением осматривал покрасневшие участки кожи. Чтобы хоть как-то загладить вину он решил мягко провести по ним языком, но потом увлёкся и начал прижиматься к ним губами, аккуратно целуя. Он почувствовал, как Чимин разомлел от этих действий и прилёг щекой на его живот. Омега больше не предпринимал попыток взять в рот его член, а просто лениво водил по нему пальчиками. Альфе хотелось получить долгожданную разрядку, у него уже болезненно потяжелели яйца, и член неприятно перевозбудился, но заставлять Чимина что-то с этим делать он уже не хочет. Ничего… потерпит… Взгляд опять приковывает влажная дырочка, что снова начала течь. Альфа вымученно улыбается. Значит Чимину нравится метод "кнута и пряника". Он сложит это сведение к остальным в копилку со знаниями об этом омеге. Но наполнить её Юнги всё равно никогда не сможет… И не потому что младший скоро уедет, а только из-того, что такого как он и жизни не хватит разгадать, по-любому где-то да и наебёт, и половина из фактов о нём окажется заведомо ложной. Омега-калейдоскоп… вроде крутишь под одним углом, а картинка каждый раз разная, не угонишься… По животу Юнги разлилась приятная вибрация, оказывается Чимин ещё и мурлыкать умеет. Альфа прекращает поцелуи и прислушивается. А нет, показалось. Омега просто напевает под нос какую-то песенку. С таким надо держать ухо востро и иметь глаза рентгены, чтобы следить за тем, что он втихаря вытворяет, пока никто не видит. А Юнги? Юнги уже десять раз вокруг пальца обвели, а он и рад. Жопку ему гладит и нацеловывает. Как так произошло и сам не знает… — Юнги-я, поделай так ещё, — просяще тянет Чимин и начинает вертеть задницей. — Как? — Мин, скрывая улыбку, делает вид, что не понимает, о чём его просит младший. — Ну вот так, — омега начинает ладошкой гладить ему живот и оставлять поцелуи вокруг пупка. — Можешь ещё и вот так, — неожиданно целует в головку, от чего член сразу подпрыгивает. — Ого, тебе это очень нравится, да, хён? Но альфа не отвечает, он уже понял, что любое сказанное слово омега может использовать против него. Чимин ответа уже и не ждёт, он увлёкся интересной реакцией члена на его поцелуи и полизывания. Мин на это тяжело вздыхает и откидывает голову назад, с такого ракурса открывается отличный обзор на привлекательные округлости и ножки. Всё бы ничего, но его начинает беспокоить собирающаяся в крупную каплю смазка, что скатилась по ложбинке на яички омеги и теперь опасно вытягивается, намереваясь капнуть ему прямо на грудь. «Да похуй уже…» — решает альфа, притянув Чимина за бёдра ближе к своему лицу. Зажмурившись, он вытягивает язык и ловит на него прозрачную вязкую каплю. Быстро глотает вместе со своей слюной и удивлённо приоткрывает глаза. Не так уж и плохо… Почти безвкусно, но небольшая нотка сладости есть. Поджимает губы, сглатывая вновь подступившую слюну… возможно, в этом что-то есть… Решает всё-таки распробовать получше и проводит широким мазком от яичек вверх по ложбинке, чтобы собрать смазку, но не успевает, попка омеги резко подпрыгивает и слышится звонкое "ой". — Хён, ты меня напугал! — Не ожидал от меня такого, да? — усмехается Мин. — Конечно, нет! — Чимин хитро улыбается, довольно прищуриваясь, но альфа об этом не узнает. Юнги недолго любуется на то, как мило поджались омежьи яички, и снова подаётся вперёд, намереваясь повторить свои действия, но в этот раз он усилил хватку на бёдрах, чтобы эта сладкая попка больше от него не ускользнула. Медленно проводит языком по тому же маршруту, но омега это только поощряет, прогибаясь и горячо выдыхая на головку, что только что облизывал. Мин вошёл во вкус. Он уже вылизал всю смазку с ягодиц и теперь нагло таранил языком дырочку, что охотно отозвалась на его ласки и обильно выделяла новые порции сладковатой и будорожаще пахнущей для альфы смазки. А ещё он испытывал удовольствие от того, как всё тело Чимина мелко дрожало и он постанывал с его членом во рту, явно тоже ловя от этого наслаждение. Юнги приноровился и уже умело пробирался языком внутрь, раздвигал им мягкие стеночки и удовлетворённо порыкивал, когда они начинали пульсировали на его действия. Он снова подходил к грани. Кончить хотелось неимоверно и, видимо, Чимин это почувствовал, раз снова отстранился под разочарованный вздох альфы. — Ю-юнги… — у омеги уже язык не слушается, и дышит он сбивчиво. — Хочу вместе кончить, — Чимин нащупывает правую руку альфы на своём бедре и тянет её, укладывая на свой член. А после возвращается к альфьему и вбирает его глубоко в горло, громко постанывая и в такт толкаясь в ладонь Мина. Для Юнги резко всё померкло вокруг, когда омега заглотил его член до самых яиц… Мин в этот момент не в космос улетел и не в Рай, как обычно все описывают оргазм. Он просто прекратил своё существование. Тело бросило в дрожь, дыхание остановилось, мозг взорвался к хуям, как и его член с яйцами. Юнги такой жёсткий приход ещё никогда в жизни не ловил. Чимин не соврал, он действительно "бился в экстазе", но такой оргазм, это что-то на грани безумия. Есть подозрения, что омега хотел его убить, ну или, на крайний случай, в психушку сдать, если Мин всё-таки выкарабкается… Он даже и не понял, в какой момент младший кончил и кончил ли вообще. Но судя, как Чимин весь светится и не боится его ладошкой по щекам хлестать, тот своей цели достиг. — Юнги, ты живой? — улыбается омега, наконец добившись того, что альфа открыл глаза. — Я уж испугался. Ты такой бледный был. — Хочу сдохнуть… — хрипит Мин, чувствуя себя контуженным после войны овощем. — Тебе нужно в душ, я тебя немножко испачкал, — указывает пальчиком на грудь альфы. Юнги приподнимается на локти, чтобы посмотреть. Он немного морщится от того, как кожу неприятно стягивает в том месте, и скользит взглядом по своему телу. Живот чист, на спущенных джинсах тоже ничего нет. Мин вертится, чтобы осмотреть постель возле себя. — Что-то потерял? — интересуется Чимин, наблюдая, как альфа растерянно ощупывает одеяло под собой. — Где моя сперма… — Я её проглотил, — как-то слишком довольно и с ноткой гордости отвечает омега. — Её было так много… ты всё кончал и кончал, я думал захлебнусь, — забавляется с того, как альфа шокировано приоткрывает рот. — Но было на удивление вкусно, я даже есть перехотел, — говорит так легко, словно делится впечатлениями об обычном ужине. — И… — во рту пересохло, и Мин пытается насильно сглотнуть. — Какая она была... на вкус, — еле выдавливает больше всего интересующий его сейчас вопрос, чувствуя себя при этом максимально неловко. Но узнать-то хочется. — Хм, — омега задумывается. — На вкус как кедровые орешки. — Ты не пробовал? — Нахуя мне пробовать свою сперму? — Я про орешки, — веселится Чимин. — Нет, — делает паузу. — Они что, какие-то противные на вкус? — Специфические, но прикольные, — улыбаясь, добавляет омега и наблюдает, как старший натягивает обратно нижнее бельё с джинсами и, шатаясь, встаёт с кровати. Тело ватное, ноги еле слушаются, но Юнги постепенно приходит в себя и оборачивается на младшего, не понимая почему только он себя так чувствует. Чимин выглядел свежо и довольно... а ещё на нём больше не было тех гольфиков (что немного расстроило альфу), тело прикрывал лишь лёгкий шёлковый халатик цвета шампань. — Ты когда успел переодеться? — удивлённо разглядывает Чимина, что откинулся на подушки и уже позировал камере на своём телефоне. — После душа, — отвечает, не отрываясь от своего занятия. — Я так долго в отключке был?! — Не долго, минут 10, — откладывает телефон. — Понравилось? — с озорством спрашивает младший и хитренько суживает глазки, следя за эмоциями на лице альфы. — Я уже слишком стар для такого, — Мин, нахмурившись, подходит к шкафу за чистым полотенцем. — Стар? — хихикает Чимин. — Сколько же тебе лет, хён? — Месяца через два, будет 29, — старший, вздохнув, закрывает дверцу от шкафа. — 29?! — восклицает омега и резко приподнимается, чтобы сесть. — Я думал тебе 23 или 24! — удивлённо вскидывает брови и приоткрывает ротик. Он явно не был готов к такой информации. — Говорю же, уже старый. — Ой, хён, не неси ерунду! Мне Тэмин говорил, что альфы, которым около 30 — это самый сок, — подбадривает Чимин и пытается мысленно посчитать. — Ого… у нас разница почти в 10 лет! Значит я не зря тебя папочкой называл, — игриво подмигивает бровями Мину. — Кто такой Тэмин? — вопрос сам срывается с губ, не давая обдумать, о чём дальше говорил омега. — Мой дядя, это я про него тебе рассказывал… — наблюдает, как Юнги на это просто молча кивает и, развернувшись, выходит из комнаты.