Что упало - то пропало

Юнги блаженно прикрывает веки, подставляя лицо под тёплый лёгкий ветерок. Его слух ласкает шелест крон деревьев и щебетание маленьких птичек, от чего на душе становится совсем умиротворённо. Жмурясь от полуденного солнца, Мин всё-таки приоткрывает глаза и пытается сфокусировать взгляд. Вокруг него цветущие кусты, а под ногами покачивающиеся травинки, которые раскинулись перед ним зелёным ковром с россыпью маленьких белых цветочков. Альфа удивляется, как он забрёл в столь дивное место, и куда подевались холод с бесконечным снегом. — Ахуеть! — восторженно восклицает, когда замечает его… Мандарин его мечты! Хотя, даже не так… Мандаринище! Огромный ярко-оранжевый фрукт свисал с ветки, что уже опасно прогнулась под его весом. Альфа, как зачарованный, подошёл к нему, чтобы рассмотреть получше. — Прекрасен… — до него руку протянуть, но Юнги сначала внимательно оглядывается, чтобы не попасться с поличным хозяину этого райского сада. Вокруг вроде никого, и Мин решается быстренько сорвать находку. Он крепко обхватывает его и тянет на себя. Ветка, на которой висел мандарин, сдалась без сопротивления и отпустила свой плод в бережные руки похитителя. Альфа удивлённо охнул, прочувствовав приличный вес своего сокровища — 50 кг, не меньше! Крайне осчастливленный этим фактом, он, кряхтя, тащит его в укромное местечко за кустами под тень деревьев. Укладывает на траву и садится рядом. Разглядывает со всех сторон и, не выдержав такой красоты, любовно проводит пальцами по оранжевой кожице. Она на ощупь совсем гладкая и нежная. Боже, а как пахнет! Мин не может перестать водить по ней носом. Аромат такой яркий и пьянящий, что невозможно удержаться и не попробовать лизнуть. Корочка на вкус оказалась вовсе не горькой, как ожидал Юнги, а даже немного сладковатой. — Да тебя можно прям так съесть! — ещё пару раз проводит по нему языком и обнимает плод, прижимая к себе. — Никому не отдам! — в таком положении ощупывает его и находит лазейку. В этом месте кожурка особенно легко поддаётся пальцам и отходит, предоставляя доступ к долькам. — Какие крупные… — Юнги даже задействовал вторую руку, чтобы осторожно очистить их. — Ну что ж, начнём, — с хирургической точностью находит их стык и пытается раздвинуть. Получается, но совсем немного, альфа боится порвать тонкую нежную кожицу, чтобы не пролить и капли драгоценного сока. Дольки всё-таки расходятся, Мин запускает между ними пальцы и замирает, нащупав влагу. — Чёрт, всё-таки порвал… — подушечка среднего пальца находит маленькую дырочку. — А вот и пробоина, — чувствует, как оттуда потекло сильнее. — Какой же ты сочный… мне даже капельки твоего нектара жалко терять, — сглатывает слюну, представляя его бесподобный вкус, и начинает пальцами собирать побольше сока, чтобы потом его слизать на пробу. Всё бы ничего, но он начал как-то пошло похлюпывать, от чего в голове Юнги проскочила шальная мысль, которая может возникнуть только во сне: «А не присунуть ли мандарину меж его аппетитных долек?» — альфа даже возбудился, но замотал головой, отгоняя такой вариант, ведь он тогда не сможет его съесть. Мин напоследок сильно сжимает упругие дольки перепачканными пальцами, чтобы хоть так утолить разыгравшуюся фантазию и приступить уже наконец к дегустации. Но каково было его удивление, когда в этот момент сладкий плод издал мычащий полустон. Юнги даже огляделся, а то вдруг ему показалось, и это сделал вовсе не его мандарин. Но рядом никого нет… Альфа, навострив слух, сжал для проверки ещё раз сочащуюся мякоть в своих руках, и вот опять раздался этот звук. — Что за хуйня… — у Мина закрались странные подозрения, ведь он точно знает, что мандарины такого не могут! Да и его размер теперь кажется абсурдным… Перед глазами начинает плыть, и приходит осознание. — Нет-нет, мне ещё рано просыпаться! Я же его так и не попробовал! — альфа пытается сопротивляться пробуждению, но уже было поздно… Картинка чудесного сада растворяется, перед глазами теперь потолок, который мигает от света гирлянды, что он повесил для младшего на окно. Чувства реальности возвращаются, и Мин начинает ощущать подозрительную тяжесть на своём теле и как кто-то дышит ему на ухо… «Бля-я-я-ть» — этим словом не описать весь спектр чувств Юнги, потому что Чимин полулежит на нём, закинув одну ногу на живот, но это ещё пол беды. Шея омеги блестит от слюны, и Мин сразу понимает чьих рук это дело. А, нет, ошибочка... не его... потому что свои руки альфа обнаруживает на оголённых ягодицах. Они жадной хваткой сминают влажные половинки. — Твою ма-а-а-ть… — тихо воет Юнги от отчаяния, понимая своё положение. — Ч-Чимин? — осторожно зовёт и в напряжении ждёт реакции, но омега не откликается, продолжая горячо дышать ему в ухо. «Спит? Вообще реально так крепко спать и не чувствовать, что с тобой вытворяют нечто подобное?» — он, конечно, хотел бы во всём обвинить омегу, но слишком много доказательств, свидетельствующих против него. Во-первых, альфа находится на чужой половине кровати — значит это именно он нарушил границу и приполз к Чимину. Во-вторых, поза омеги похожа на кукольную, словно Юнги просто перетащил бессознательное тело на себя. В-третьих, на его пальцах неоспоримые улики вторжения в чужие трусики. Затаив дыхание, Мин в срочном порядке обдумывает, как ему выкрутиться из этой ситуации и замести все следы преступления. «Сначала надо уже наконец выпустить из рук эти… эти грешные… о, боже» — только альфа хотел расслабить пальцы, как почувствовал, что Чимин, выпятив попку, начал ёрзать на нём и носиком водить по чувствительному месту за ухом, точно попадая по одной из эрогенных зон. От этих действий хватка против воли становится только сильнее. Мин сжимает зубы, чтобы не сойти с ума и не взвыть, как волк на Луну. Юнги понимает, что он сейчас в полной жопе, потому что просто физически не может выпустить из рук соблазнительные омежьи выпуклости, которые ещё и начали призывно повиливать. Пытается сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться и удержать внутреннего альфу в узде, но это было ещё той ошибкой… Аромат мандаринов и так для Юнги был умопомрачительным, а в купе с феромонами возбуждённого доминантного омеги — это вообще отвал яиц! Теперь понятно, почему Джин всегда такой затраханный… как тут вообще удержаться перед таким влиянием? Член просто колом стоит, и Мина начинает немного потряхивать от желания опрокинуть омегу и вжаться в него, чтобы хотя бы просто потереться. Для разрядки ему бы и этого хватило, а о большем Юнги даже не позволяет себе фантазировать… «Нет-нет, так тоже нельзя… я же не настолько конченый» — прикусывает язык до острой боли, чтобы отрезвить себя и выпустить из рук увесистые омежьи прелести, на которые внутренний альфа уже заявил свои права и теперь со всех сил сопротивляется воле Мина. «Этот омега тебе не принадлежит!» — убеждает непонятно кого и медленно разжимает пальцы, попутно молясь, чтобы потом не осталось следов и младший его не засудил за домогательства. Чимин на это только недовольно промычал в шею, но ёрзать перестал и вроде успокоился. Слегка дрожащими руками альфа нащупывает приспущенные шортики с трусиками и осторожно натягивает обратно. Делает небольшую передышку и, собравшись с силами, выбирается из под чужого тела, немедленно отползая на свою сторону кровати. «Да он же спит как хорёк!» — наблюдает, как Чимин, даже не шелохнувшись, продолжает лежать в том же положении, в котором его оставили. Юнги не может отвести взгляд и тяжело сглатывает. Даже в таком виде омега его неимоверно возбуждает. Но альфа не припоминает, чтобы у него были фетиши на спящих омег и тем более желание заняться с ними всякими непотребствами в таком состоянии. А сейчас он чуть ли не дрочить готов, глядя на младшего, что спит так сладко и даже не подозревает какие извращённые мысли гуляют в голове альфы. А там такое творится, что Юнги уверен, что точно гореть в аду будет… Ну вот зачем он вдруг решил себя помучить вопросом, а проснётся ли Чимин, если трахнуть его охренительные бёдра? Более серьёзный вариант Мин сразу отмёл, ведь кто не проснётся от члена в заднице? Поэтому хотя бы бёдра… От разыгравшейся фантазии у альфы адреналин подскакивает, тело в пот бросает и сердце в бешеном ритме заходится, заставляя дышать чаще. Опасно. Очень опасно. Юнги пытается сохранить остатки разума. Ведь сам себе не простит, если что-то подобное сотворит с беззащитным омегой, а тем более с Чимином… Он же не животное в конце концов, чтобы бросаться из-за влияния чужих феромонов и собственного недотраха. «Надо срочно себя изолировать!» Ванная комната показалась лучшим вариантом. Нервно защёлкнув замок на двери и развернувшись, Мин столкнулся со своим отражением в зеркале. Лицо покраснело, на лбу и шее выступила испарина, зрачки максимально расширены, из-за чего глаза стали почти чёрными. Альфа перевозбуждён, причём настолько, что всё тело дрожит и яйца сводит, словно у него гон наступил. «Жалкое зрелище» — кривится, разглядывая с отвращением — самому от себя противно… Юнги всегда держал всё под контролем, его выдержке любой альфа мог позавидовать, а сейчас что? А сейчас, вместо того чтобы смыть с пальцев остатки омежьей смазки, он приспускает пижамные штаны с нижним бельём и размазывает её по и так мокрой багровой головке. Одна мысль, что это смазка восхитительно пахнущего привлекательного омеги, уже почти довела альфу до оргазма. Какая страшная сила… Юнги уверен, что это случилось только из-за того, что он во сне не смог контролировать свои доминантные феромоны и выпустил их, провоцируя Чимина ответить на них. Альфа запрокидывает голову и стонет в голос, обильно кончая после всего пары движений. Пытается отдышаться и проморгаться, чтобы уже убрать маленькие мигающие вспышки перед глазами. Ещё никогда обычная дрочка ему не доставляла такого сумасшедшего удовольствия. Мин замечает крупные капли на полу, перепачканные пижамные штаны… и о, боже… да он даже футболку забрызгал! «Поздравляю, Юнги, ты вернулся в пубертат» 🍊 Чимину кажется, что это лучшее утро за последние дни, ведь он проснулся не на полу, а на мягкой кровати. Омега её наконец-то отвоевал! Сон как рукой сняло, ведь сегодня определенно будет замечательный день. — А говорил, что не уступишь! — ликует, резво приподнимаясь из вороха одеял, чтобы одарить альфу победным взглядом и подразнить его немножко. Но другая сторона постели оказалась пуста, из-за чего омега начал паниковать. Неужели он так долго спал, что даже Юнги уже встал? Время! Ему срочно надо узнать, сколько сейчас времени и не проспал ли он всё на свете! После долгих поисков телефон нашёлся в ногах под одеялом, и омега облегчённо выдыхает. Сейчас только 09:27, значит у него ещё есть время понежиться в постели и только потом приступить ко всем делам. Поэтому он, радостно попискивая, перекатывается на сторону альфы и зарывается в одеяло. Вчера Чимин обещал, что будет пахнуть для старшего не хуже настоящих мандарин, чтобы тот не расстраивался из-за несостоявшейся покупки. Так что он сделает Юнги подарок в честь праздника и как следует постарается утопить всё в своём аромате, начиная с постели. Омега усердно об неё потёрся, в особенности об подушку, а после, решив проверить хорошо ли она пропиталась его феромонами, начал тыкаться в неё носом. — Идеально! — глубоко вдыхая, Чимин ощущает стойкий аромат хвои, который начал смешиваться с мандарином, создавая лучший, по его мнению, аромат в мире. — Веселье приносит и вкус бодрящий, Чимин-и вкус всегда настоящий! — веселясь, пропел омега и вскочил, чтобы от радости немного попрыгать на кровати как в детстве. Но омега уже давно не ребёнок, и после парочки таких телодвижений под ним что-то громко хрустнуло. Ожидая, что альфа сейчас прибежит на звук ломающегося его "личного пространства", Чимин испуганно осел на пятую точку и схватил пульт с прикроватной тумбочки, чтобы включить телевизор, тем самым обеспечив себе оправдание странного звука. Но в комнату никто не вломился, поэтому через некоторое время омега осторожно слезает с кровати, чтобы оценить нанесённый ей ущерб. Видимых повреждений не было, и Чимин решает её заправить, и пока на неё не залезать. Пусть Юнги её сам доломает — тогда омега точно будет не при делах. Одобрив гениальный план, он решает полистать каналы и найти какие-нибудь новогодние концерты, но видимо для них ещё слишком рано. Душа омеги уже требует праздника, поэтому Чимин находит музыкальный канал. Там как раз топ чарт песен, и омега удовлетворённо кивает своему выбору. Пусть он сейчас не дома и не с близкими людьми — он всё равно отлично проведёт время! «Праздник там — где Чимин!» — мысленно хвалит себя за отличный девиз и, пританцовывая под зажигательный трек, отправляется к шкафу. Он уже давно решил в чём будет праздновать Новый Год, но планы изменились. Омега сегодня должен быть просто сногсшибательным, чтобы всяким там холодным альфам и шанса на спасение от его красоты не было! Набрав в руки всё необходимое для своего праздничного образа, он выглядывает в коридор, чтобы определить, где сейчас Мин. «Как вкусно пахнет!» — со стороны кухни доносятся потрясающий аромат и характерные шипящие звуки готовки. Чимин быстренько забегает в ванную комнату и закрывается, счастливо улыбаясь, ведь альфа и вправду сдержал обещание. Даже проснулся раньше омеги и сейчас готовит для него! Но тут приходит внезапная догадка… А что, если Юнги хотел сделать для него завтрак в постель, а он всё испортил?! Чимин сокрушается от этой мысли и уже хочет сбежать обратно в кровать, но вспоминает, что альфа далеко не романтик. — Все они антиромантики, пока не влюбятся, — напоследок коварненько ухмыляется отражению в зеркале и решает сначала принять душ, а уже потом приступить к превращению себя в самую желанную и вкусную мандаринку уходящего года. 🍊 У Юнги уже один порез на левом указательном пальце и ожёг на запястье от раскалённой сковородки. Альфа настолько рассеян, что у него буквально всё из рук валится, приводя к случайным увечьям. После ночного инцидента он в комнату возвращался, только чтобы быстренько переодеться, а потом сбежать на кухню. Там он грыз себя изнутри и занимался самобичеванием добрый час, пока не решил, что хватит страдать ерундой — надо взять себя в руки и занять себя чем-нибудь, чтобы отвлечься. Выбора особого не было, чем ему заняться на кухне в 7 утра, тем более он вчера ляпнул младшему, что приготовит всё, что тот захочет. Через некоторое время альфа понимает, что готовка не очень-то и помогла. Сминая руками тесто, Мин, нет-нет, да вспоминал, какой Чимин был мягкий, податливый и приятный на ощупь, а местами так вообще… ещё и мокренький… — Господи, да угомонись ты уже! — психует, швыряя тесто обратно в миску. Юнги за одно утро уже 2 раза подрочил, но всё равно продолжает возбуждаться, даже если ненароком подумает о до безобразия сочной заднице младшего. — Дело плохо, — оттягивает, тряся, ворот футболки от вспотевшеей шеи, чтобы немного остудить себя. — Надо было просто держать дистанцию от этого омеги, а ты что сделал? Позволил спать на своей кровати! Сам же всё испортил… Всё, больше никакой жалости! Вроде всё сидит идеально, но Чимин ещё раз поправляет белые гольфы, которые были чуть выше колена, после встаёт на носочки и поворачивается спиной к зеркалу, чтобы убедиться в неотразимости своей попки в красных шортиках с белой каёмкой. Если и это не впечатлит альфу, то Чимин уже не знает, что делать… Сдаваться? Не-е-е, это не про него! Скептически рассматривает белую кофточку от Chanel и неудовлетворённо цокает. Нет, она конечно подходит под весь его образ, но чего-то не хватает… — Прости… твоя жертва не будет напрасной, — силой растягивает ворот любимой дизайнерской кофты, чтобы он стал шире и спадал с плеча, кокетливо оголяя его. — Другое дело! — улыбаясь, проводит пальчиками по ключицам и шее. — И вишенка на торте! — слегка мажет алой помадой по губкам и надевает красную новогоднюю шапочку с белым помпончиком — теперь секси-Санта точно готов! Всего на мгновение, но Чимин задумывается: "А зачем ему это всё? Для чего он старается обратить внимание альфы на себя?". У него и без Мина отбоя от альф нет. Юнги же не первый и не последний мужик на Земле, а вот всё равно что-то не даёт покоя. Задетое самолюбие? Возможно. Так что пока Юнги не признает, что Чимин самый прекрасный омега в его жизни, он не отстанет. Осторожно приоткрывая дверь, он выглядывает на кухню. На плите с шипением что-то жарится и парится, из-за чего в маленькой комнатке ужасно душно. Альфа же, не обращая на эту парилку никакого внимания, стоит у столешницы и что-то усердно ворчит себе под нос. — Доброе утро, Юнги-я! — Чимин наскакивает внезапно и обнимает со спины, от чего старший вздрагивает и, шипя, резко откладывает нож. — Хён?! — омега пугается и отступает, увидев, как на столешницу пролилось пару капель крови. — Да не ори ты… всего лишь маленький порез, — альфа, так и не повернувшись к младшему, отходит к раковине, чтобы взять тряпку и протереть поверхность от крови, а после подставляет израненную в который раз руку под холодную струю воды, смывая красную струйку, что уже норовила стечь по ладони. — Прости я... я сейчас, — Чимин в панике начинает искать по шкафчикам аптечку и, найдя, выкладывает на стол всё необходимое. — Хён, быстрее садись, я обработаю рану! — он за футболку оттягивает Мина от раковины и усаживает за стол. — Ты точно смерти моей хочешь… — шепчет Мин, отводя взгляд от ножек омеги, что были в чёртовых белых чулках! Или это гольфы? Юнги в душе не ебёт, как правильно они называются в данном случае, но в поисковике с порнушкой он с успехом находил кучу видео и с тем и с другим. Да, у альфы маленький фетиш на подобное, ну а кто не без греха? — Не говори глупостей, я наоборот тебя спасаю, — Чимин садится напротив и тянет пораненную руку на себя, чтобы осмотреть. — У тебя тут несколько порезов… а это что? ожог?! — проводит подушечками пальцев по покрасневшему участку кожи на запястье. — Теперь понятно, почему ты так редко готовишь, — негодует омега и отпускает чужую руку, чтобы подготовить антисептик с пластырями. — Хён, не шевели пальцами, у тебя опять ранка открылась! Юнги упорно старался смотреть куда угодно, но только не на омегу. Он всё ещё чувствовал вину за ночное вторжение под чужое нижнее бельё. То, что он действовал во сне, альфу же никак не оправдывает. Ведь так? От этих мыслей отвлекает какое-то очень приятное чувство, обволакивающее пораненный палец. Такое тёплое, мягкое и…. влажное. — Чимин… что ты делаешь? — на тяжелом выдохе спрашивает Мин, увидев как омега вылизывает и обсасывает его палец. — Останавливаю кровь, — невинно отвечает младший, облизывая полные губы и поглядывая на альфу. «Ты её только разгоняешь! Ну вот как бороться с таким?!» — Дальше я сам, — Юнги отдёргивает руку из нежных пальчиков, намереваясь встать. На что младший, хмуря брови, снова хватается и силой тянет на себя. — А ну сядь на место! — строго прикрикнул омега и, воспользовавшись силой феромонов, пригвоздил обескураженного альфу ко стулу. «Да что он себе позволяет!» — возмущается внутри альфа, но при этом разрешает Чимину обработать все свои раны и терпеливо ждёт, когда тот закрепит последний пластырь. — Ну всё, готово! — Чимин поднимает довольный взгляд на старшего, ожидая от него слова благодарности, но тот, даже не посмотрев на него, встаёт из-за стола и подходит к плите, чтобы помешать то, что уже начало шкворчать, пригорая к сковороде. — Иди в комнату. Я тебя позову, как завтрак будет готов. — Давай, я помогу? — воодушевлённо предлагает Чимин, подойдя к столешнице, на которой остались недорезанные альфой овощи. — Давай, хотя бы сегодня ты будешь делать то, что я прошу! — начинает злиться. Омега сейчас слишком сильно на него влияет, и Мин не смог придумать ничего лучше, как просто держать дистанцию между ними. — Иди пока мультики посмотри, а то только мешаешься под ногами… «Вырядился в не пойми что и вертит своей бесстыжей задницей перед одиноким альфой! Блять, наказать бы разок, может хоть поскромнее себя вести бы начал…» — Ну и, пожалуйста! — обиженно кидает омега и уходит, с грохотом закрывая за собой дверь. — Ещё раз в моём доме хлопнешь дверью, и я… — кричит вдогонку Мин, но не успевает закончить, как в проёме снова показывается розоволосая голова в красной шапочке. — И что ты мне сделаешь? Выгонишь? — Чимин, значит, старался всё утро: натёрся во всех местах супердорогим лосьоном, перебрал весь свой гардероб и нарядился так, чтобы у альфы челюсть на полу валялась, а тот ни носом, ни глазом даже не повёл! Ещё и гонит его! Конечно омега сейчас зол и на грани того, чтобы спровоцировать старшего. Хватит! Натерпелся он уже к себе такого отношения! — А ты сомневаешься? — Мин откладывает лопатку и выключает плиту, поворачиваясь к Чимину с угрожающим прищуром. Лучше бы омеге сейчас замолчать и послушно уйти, иначе альфа за себя не ручается. Он и сам не понимает, как эта шмакодявка умудрилась его так взбесить всего за несколько мгновений и буквально заставила выпустить подавляющие феромоны (чего он при омегах вообще себе никогда не позволял!) «А это и не омега вовсе, это дитя Дьявола! Явился потрепать мне нервы и сподвигнуть нарушить одну из заповедей! Как там было? Не убий ближнего своего? А если очень хочется?» — Только попробуй, — шипит сквозь зубы омега, уловив тяжёлые феромоны Юнги, направленные на то, чтобы подчинить его. Чимина ещё ни один альфа не смог подавить (не считая отца, там было без шансов, родитель всегда имеет большее влияние над своим чадом). Мин, как альфа, конечно, силён, но и Чимин далеко не слабак! И не смотрите, что он такой маленький и милый омежка, в их мире важнейшую роль играет не физическое превосходство, а сила феромонов. Хоть сейчас их применение общество начало порицать, ссылаясь на то, что это считается дикостью, ведь альфы и омеги, в первую очередь, люди, а не звери. Чимин не считает это таковым. Запахи, феромоны, инстинкты — это неотъемлемая часть его сущности, как можно отказаться от самого себя? Да, разбрасываться направо и налево этим не стоит, но иногда прибегнуть к этой силе всё же необходимо. Например, сейчас, чтобы утереть нос одному глупому альфе и показать, что не все омеги слабы и беззащитны. — Чимин… не вынуждай меня, — Юнги переходит на рык, чувствуя, как младший не только сопротивляется, но и усиливает свои феромоны, посягая на главенствующую роль на его территории. Омега и сам не знает откуда у него появилось столько самоуверенности, чтобы без страха подойти к Мину и со злости кинуть в него шапочкой, что он резко стянул со своей головы, испортив этим укладку (на которую, между прочим, убил почти полчаса!) Но Чимин ни о чём не жалеет, ведь выглядело это очень эффектно, словно он альфу на дуэль вызвал. Реакции на этот провокационный жест ждать долго не пришлось. — Тебе пиздец… — угрожающе рычит Юнги и резко подаётся вперёд, чтобы схватить омегу, но тот, словно предугадав его действия, ловко отскакивает с усмешкой на лице. А дальше… дальше альфа уже не отдавал себе отчёта. Ручка на двери сломана, потому что Чимин, хотел запереть разъярённого старшего на кухне, но силёнок на это не хватило и, отпустив дверь, он сбежал в комнату. Рабочий стул альфы, скорее всего, тоже теперь не жилец, ведь младший его с грохотом опрокинул на пол, чтобы хоть как-то задержать гоняющегося за ним по всей квартире Мина. Казалось бы, Чимину должно быть страшно, ведь альфа явно не в себе и не известно, что может с ним сделать, но под действием адреналина и азарта омега вошёл в непонятный кураж и каким-то образом бесстрашно выкручивался, даже когда Мин загонял его в угол. — Давай, Альфа, поймай меня! — дразнит, опираясь руками на противоположную сторону кровати. Чтобы достать до младшего, Юнги надо резким броском сократить расстояние через кровать, либо оббежать её сбоку, но этому мешали раскиданные по полу подушки, которыми отбивался омега. Чимину такие догонялки с препятствиями только в радость, он как сайгак скачет, оставляя неповоротливого альфу в дураках. Хоть у старшего сейчас глаза бешеные и ноздри раздуваются как у быка, которого красной тряпкой раздразнили, омегу он всё равно не пугает. Возможно это из-за того, что у него отключился инстинкт самосохранения, а может потому, что их догонялки сопровождались музыкой, которая доносилась из телевизора, ведь Чимин его так и не отключил, когда уходил из комнаты. — О! Я под эту песню тик-ток снимал! — услышав знакомую мелодию, омега выпрямился и, не отрывая взгляда от альфы, начал двигаться в такт, вспоминая танцевальные движения, которые он когда-то учил для короткого видео. У Мина шум в ушах и красная пелена перед глазами, он толком не соображает зачем гоняется за омегой. Просто повинуется инстинктам, которые разбушевались из-за феромонов Чимина. И вот… удачный момент… его добыча отвлеклась и решила подрыгаться. Он быстро сокращает расстояние между ними, но омега успевает среагировать и запрыгивает на кровать, чтобы переползти по ней и оказаться на другой стороне комнаты. Чимин хихикает, когда снова успевает увернуться от альфы. Осталось совсем немного чтобы спрыгнуть с кровати на пол, но в последний момент старший внезапно хватает его за щиколотку и тащит на себя. Омега скользит животом по простыне и хватается за край матраса, но это не помогает. Мин дёргает на себя сильнее и подтаскивает сопротивляющееся тело к себе, а потом придавливает всем своим весом, чтобы обездвижить. — Ладно-ладно, ты альфа-самец… я сдаюсь, — кряхтит Чимин, лёжа на животе. Ему тяжело дышать, ведь Мин начал давить на него не только весом, но и густым феромоном, чтобы добиться полного подчинения. — Х-хён? — омега понимает, что шутки закончились, когда по задней стороне его шеи начинают медленно водить острыми клыками, громко порыкивая при этом. — Юнги! Я убью тебя, если посмеешь поставить мне метку! — рассердившись, омега из последних сил извивается, как гусеница, но толку от этого никакого, старший сковал его железной хваткой руками и ногами, прижав плотно к матрасу. — Знай, даже с ней я тебе не подчинюсь! Ты меня слышишь вообще?! — нервничает, чувствуя, как альфа тщательно вылизывает участок кожи на холке, подготавливая место для укуса. — Дикарь! — вскрикивает и резко дёргается, уходя от зубов, на что Мин сильным толчком вжимает его в постель, намереваясь снова приложиться к шее, но резко останавливается, когда под ними раздаётся почти оглушающий хруст, и кровать начинает медленно заваливаться на одну сторону. На каком-то этапе она останавливается и наступает полная тишина, потому что ещё пару минут назад телевизор выключился из-за установленного на нём таймера. — Что за хрень сейчас произошла? — слышится хриплый голос над ухом замершего омеги. — Ты сломал кровать, — константирует факт Чимин, выбираясь из под альфы, который сразу ослабил хватку и приподнялся, чтобы освободить его. — Я не об этом! — повышает тон и устремляет враждебный взгляд на омегу, который как ни в чём не бывало слез с кровати и начал поправлять одежду. — Ты что со мной, блять, сделал?! — Я?! — удивляется Чимин, выпучивая глаза. — Это ты как псих гонялся за мной по всей квартире и даже чуть мне метку не поставил! Так что это я сейчас должен возмущаться! Мин какое-то время сверлит его взглядом, а потом, прикрывая глаза руками, с вымученным вздохом откидывается спиной на кровать. — Прости… я сегодня не в себе, — восстанавливает сбившееся дыхание и устало приподнимает веки, чтобы снова посмотреть на Чимина. Новый наклон кровати позволяет увидеть, как младший, стоя у окна, подтягивает гольфы, которые немного съехали на коленки, а потом грациозно выпрямляется и зачёсывает рукой растрёпанные волосы с таким выражением лица, как будто он снимается для рекламы виагры. — Но, знаешь что… отчасти это и твоя вина! — С чего это? — омега отводит взгляд, чтобы рассмотреть свои пальчики и проверить не испортился ли маникюр. Ни один ноготь вроде не сломан, полупрозрачный лак не потрескался, наклейки в виде снежинок тоже на месте. Вердикт — альфа может пока что жить дальше. — Ты использовал на мне свои феромоны! — обвиняюще произносит Мин. — Но они у тебя какие-то ненормальные… ты точно омега? — Нет, блин, я мутант, который сбежал из лаборатории, чтобы кошмарить таких глупых альф, как ты. — Чимин, я серьёзно… это довольно странно, тем более для омеги, — наблюдает, как младший на его замечание недовольно хмурит брови и складывает руки на груди. — И это не дискриминация твоего пола, просто самой природой так заложено, что обычные и доминантные омеги, как бы они не старались, не могут противостоять альфам доминантам, и тем более влиять на них так, как ты это сделал ранее. — Ты боишься меня? — серьёзный тон Чимина заставляет Юнги ненадолго задуматься. — Нет… просто хочу понять. Вздохнув, омега расслабляется и подходит к кровати, чтобы лечь рядом с Мином. — Раньше это было проблемой, — Чимин плюхается на спину и устремляет взгляд на потолок. — У меня из-за этого почти не было друзей, потому что вынести мои феромоны могли только беты, — альфа повернул голову, рассматривая его профиль. — Надо мной даже в школе издевались, пока об этом папа не узнал. Он тогда сказал, что я особенный и все просто мне завидуют, — Юнги понял, что сейчас омега делится чем-то сокровенным и, не перебивая, начал слушать. — Он наплевал на работу и начал проводить со мной много времени, чтобы водить на приёмы к разным специалистам, которые в итоге ничего не смогли сделать, кроме как выписать сильные подавители. Но он не позволил мне их пить… не хотел, чтобы они как-то вредили моему здоровью и решил сам взяться за меня. Папа выдумал собственные тренировки, которые поначалу показались мне такой бредовой затеей… но он был упорным и спустя время они действительно начали помогать, я смог научиться контролировать свои феромоны, а потом и управлять ими, как мне заблагорассудится, — делает паузу и ложится на бок, лицом к старшему. — Хён… а зачем ты хранил те подавители? У тебя тоже какие-то проблемы с феромонами? — Ну, не совсем… просто, когда я встречался с омегами, они говорили, что у меня тяжёлый запах и им трудно долго со мной находиться, поэтому и принимал их иногда. — Что за бред? Я вот готов им дышать 24/7! — Ты первый омега, который мне это говорит, — Мин улыбается, замечая как чужие щёчки покраснели и омега немного засмущался, когда понял, что сказал. — Тебе так сильно нравится мой запах? — Он напоминает мне о поездках к моему дяде из России. Я каждое лето к нему летаю на недельку. Живёт он правда в какой-то глуши, поэтому одно из его любимых развлечений — водить меня на прогулки в лес. Но мне это нравилось. А ты… ты пахнешь прям как тот сосновый бор возле его дома. Так что при мне можешь не сдерживать свой запах, — отводит взгляд и от неловкости, начинает теребить пальцами края своей кофты. — Ты странный, — по-доброму усмехается альфа. — Неа, это ты странный, — Мин вопросительно приподнимает одну бровь, не сводя внимательного взгляда с Чимина. — От моих подавляющих феромонов ты должен был скрючиться и молить о пощаде, а вместо этого озверел и гонялся за мной, как полоумный. — Давай забудем об этом, — тяжело вздыхает Юнги. — И больше не провоцируй меня, хорошо? — Ты вообще-то первый начал. — Ты меня не послушался. — Я просто хотел помочь, а ты как будто не с той ноги встал и решил на мне отыграться, — Чимин обидчиво дует губки и легонько бьёт ладошкой старшего по плечу. — Ты был плохим мальчиком, хён, так что Мини-Санта, — указывает на себя, — передумал сегодня хорошо себя вести и исполнять твои желания. — Эх, какая жалость, а я ведь столько вкусной еды для него приготовил, — Юнги наигранно расстраивается. — Теперь придётся есть её одному, — сдерживает улыбку, наблюдая, как омега сразу встрепенулся и протестующе начал дёргать его за рукав футболки. — Юнги, пошли пожрём! Я пиздец какой сейчас голодный! — Ого, как заговорил, — Мин неодобряюще свёл брови. — Придётся всерьёз взяться за твоё воспитание. Так что выражаться подобным образом маленький милый омега, возомнивший себя сказочным дедом, в этом доме больше не будет, иначе пойдёт скитаться по улице в поиске другого жилья. — Хорошо, мой новый папочка, — отвечает высоким голоском. — Мини будет слушаться, если папочка его вкусно накормит и посмотрит с ним мультики, — кладёт указательный пальчик на губки и строит невинное личико, часто хлопая ресничками. — Заканчивай, иначе накормлю тебя пиздюлями, — Юнги быстро приподнимается с кровати и старается незаметно посмотреть на свои джинсы, чтобы проверить не видно ли, что у него привстал. Вроде, нет… Значит не зря надел самые утягивающие боксеры, что у него были, и джинсы посвободнее из плотной ткани. То, что младший просто дурачится — это понятно, но как быть альфе, который имеет небольшую слабость на daddy-кинк? «Тихонько дрочить в ванной…» — Что? Тебе не нравится? А я думал все альфы тащатся от такого, — поднимается вслед за Мином и тихонько обходит его. — Хён, кто последний до кухни, тот всё это и убирает! — резко срывается к выходу из комнаты, перепрыгивая через подушки. — Полный пиздец… — Юнги только сейчас замечает весь тот хаос, что они натворили и шокировано приоткрывает рот. — Да ладно, хён, ничего страшного, купишь новую кровать, — подбадривает Чимин, выглядывая из коридора, — и стул… — потом оглядывается назад, — и дверь ещё…