Мераки

      — советую отложить сигарету на некоторое время, — Анастасия Ткачёва подходит к судье, еле-еле дотрагиваясь до плеча в чёрной мантии. — через 10 минут возобновится судебный процесс.       В ответ слышен лишь уставший вздох. Валерия Дмитриевна пожимает плечами и выдыхает дым через открытое окно. За ним весьма унылый город доживает зиму, полный грязи и уставших людишек. Она тушит сигарету и выбрасывает, скрипя зубами.       — я по твоему не в курсе? — Девушка сухо отвечает, продолжая незаинтересованно рассматривать проходящих под окном людей и устало мычит. — Я заебалась, почему день сегодня длится так долго?       — не отчаивайтесь, осталось совсем немного. — Настя кивает самой себе и бережно поглаживает поникшее от скуки плечо.       — до чего? — Лера от чего-то смеётся и, стряхивая чужую руку, закрывает окно, наконец поворачиваясь к собеседнице. — До конца моего?       — не начинайте.       — они такую скуку все на меня нагнали, посмеяться толком не с чего, хоть вставай пляши! — Она махнула рукой куда-то в сторону.       Настя вздыхает и по-доброму улыбается на такое замечание. Взрослые люди вроде, а судье всё на месте не садиться, такова и есть её натура. Но, стоит признаться, процесс и правда хуже не куда. Дело об идиотском ограблении, до нельзя очевидное и затянутое. Была бы их воля, вместо перерыва, обвинительный приговор прозвучал минут 40 назад, а они бы давно отдыхали дома.       Анастасия задумчиво рассматривает потолок и предлагает то, от чего невозможно отказаться:       — сегодня по стаканчику?              Лера расцветает на глазах и хитро улыбается. Алкоголь, чтоб «освежить голову» под конец дня — как никогда заманчивое предложение. Даже повеселее как-то стало.       — ты всегда знаешь как меня поддержать. — (На самом деле, это просто универсальный способ поднять ей настроение). Она заботливо гладит помощницу по голове.       Стук в дверь.       — Входите? — Лера поворачивается и заинтересовано склоняет голову в бок. На пороге появляется Анастасия Сотникова — прокурорша на этом заседании. Она проходит внутрь кабинета, закрывая за собой дверь. Гробовая тишина.              Лера переглядывается со своей помощницей и подходит ближе к незванной гостье:       — объяснишь цель визита или ждёшь пока мы спросим?       В ответ девушка качает головой и скрещивает руки на груди:       — мне нужно будет поговорить с вами позже. Можем ли мы назначить встречу? — Её тон хмур и не приветлив. Кратко и по делу.       — о, серьёзный разговор? — Судья улыбается — Ты поэтому сегодня была такая кислая на прениях?              Прокурорша отворачивается, как-то слишком сердито выдыхая и игнорирует вопрос:              — когда и где вам будет удобно?       — ц, — Валерия цокает языком и бегает глазами по потолку, пытаясь вспомнить, когда сможет освободиться. — вечером субботы в богатом ресторане за твой счёт.       Это уж точно не будут дружеские посиделки, не у них троих. Но и отказываться от встречи нельзя. Если Сотникова Анастасия пришла самостоятельно пригласить девушек куда-то, значит случилось что-то по-настоящему серьёзное.              — в 18:30, суббота. Прошу заранее заказать столик и написать адрес. — Ткачёва спокойно вступает в их диалог, выжидая ответа от девушки.       — будь по вашему.              Ого. Даже готова сама заплатить за вечер? Тут уже не над чем смеяться, видимо разговор будет тяжелее некуда. Лера неловко прокашливается.       — перерыв окончен, обсудим детали позже.       Девушки вернулись в зал под нескончаемые переговоры присяжных, одними из которых являлись подруги в углу возле стены.       — видела, они вышли вместе? Я же говорила тут не всё так чисто. — Прошептала одна из них — Диденко Анна, активно печатающая что-то в заметках на телефоне.       — ну? — Девушка в светлой водолазке — Отраднова Вика, закатила глаза и повернулась к собеседнице. — Нам с этого что?       — представь себе сенсацию: «Анастасия Сотникова — уважаемая прокурорша — подкупает судью, в целях сохранить репутацию. "       — не смеши меня, суд бы в любом случае пошёл в её пользу.       — зато какой ажиотаж эта новость вызовет у людей, только представь!       — и нам вообще больше никто не поверит. Давай не станем раздувать из мухи слона, пока не найдём очевидные доказательства твоей додумке.       Аня даёт подруге слабый, но предупреждающий щелбан, мол, «эту тему я так просто не оставлю!»              — тишина в зале суда. — Стук молотка мгновенно успокаивает всех и вся.       Объявляется возобновление судебного процесса. Анастасия Сотникова собирает свои документы в ровную стопочку и переглядывается с помощницей судьи, как-бы спрашивая таким образом может ли продолжить прения. Спрашивает у неё, не у судьи, и последнюю это раздражает до скрипа зубов. В воздухе витает одно сплошное напряжение. Валерия Дмитриевна устало выдыхает:              — сейчас суду хотелось бы выслушать сторону защиты. — Шах и мат, игнорируешь меня, получаешь тоже самое в ответ.       Ход был не лучшим. Помощница несколько удивлённо смотрит на судью, но ответ на немой вопрос не получает и, вздыхая, решает в это всё не встревать. Адвокатша в другой стороне — Милютина Полина, испуганно раскрывает глаза, поправляя волосы и листая документы. Прокуратура выложила ещё не все прямые доказательства и парировать имеющиеся буквально нечем. Да даже если бы и выложила, всё равно — пусто. Бывала её репутация, суд сегодня явно играет не в сторону защиты. В горле моментально пересыхает, она шумно сглатывает, дабы начать свою речь.

***

      Девушка, а точнее — Совина Настя, скучающе посвистывает у входа в здание, в ожидании подруги. Рабочий день непривычно быстро закончился, поэтому она приехала к Полине, у которой дела сегодня явно идут негладко, чтобы поддержать её и, как обычно, вместе прогуляться до её остановки. Благо прокуратура находится в 5и шагах от суда и прийти сюда ничего не стоило. Она листает их переписку вверх-вниз и, в 15ый раз прочитав последнее сообщение от Полины: «видимо буду не скоро, долго не жди», цокает языком и убирает телефон в карман. На улице не слишком холодно, но и не июль, так что перспектива ждать здесь ещё час не особо радует. Вспомнишь солнце — вот и лучик, двери здания наконец-то открывается, но выходит оттуда Сотникова Анастасия:       — кого-то ждёте? — Она не была готова увидеть коллегу на выходе, что стоит явно без дела.       — здравствуйте, — Настя протягивает и пожимает руку девушке с неподдельным уважением. Анастасия Сотникова, всё же, — не последняя личность в ряду прокуратуры.       — я жду Милютину Полину.       — у нас сегодня был совместный суд, скоро должна выйти. — Она кивает своим словам и медленно покидает место.       — ох, спасибо, хорошего вам дня!       Теперь Настя снова одна… Хоть на стену лезь, ей-богу. И почему Полина ей не сообщила, что суд будет вести на пару с этой прокуроршей? Тут доза моральной поддержки нужна в разы больше чем обычно.       Двери здания снова открываются и, наконец, выходит Полина, с замученным выражением лица. Настя облегченно выдыхает и разводит руки в стороны, приглашая в объятия.       — Бог знает как я устала — Бурчит девушка, подойдя, и обнимает подругу.       — если ты сейчас назвала меня Богом, то мне очень приятно, спасибо. — Она посмеивается и взяв девушку под локоть направляется к остановке. — Рассказывай.       — сегодня всё было слишком долго и напряжённо. Не то чтобы когда-то не было. Но, после перерыва, например, судья не дала договорить стороне обвинения, мол, меня выслушать хочет! У меня вообще ничего на руках не было, бесполезные прения.       — правда? — Настя удивлённо смотрит на подругу. — С чего бы так делать.       — мне бы знать.       — а как прокурорша? Важная тётя всё-таки.       — я даже не знаю, у неё всё так красиво, чётко и выверенно, что мне хотелось под землю провалиться. Я с ней даже особо не разговаривала, понимаешь? Ну это и понятно, тут следовало просто сдаться. Всё было затянуто только из-за нескончаемых улик, свидетелей, хотя, дело само, в целом, очевидное. — Полина машет рукой перед собой, как бы отбрасывая все эти воспоминания. — Ты как?       — ничего нового, бумажки. Готовлюсь к завтрашнему заседанию. — Настя угрюмо покачивается из стороны в сторону. — Сейчас бы на пляжный курорт, а не вот это всё.       — ничего, через лет 40 будем роскошно отдыхать на пенсии.       Настя морщится от этой мысли:       — давай не будем о грустном.

***

      — я вернулась! — Аня весело машет рукой девушкам за столом. В руках у неё сладости из ближайшей пекарни.       Вика и Ксюша веселеют на глазах, приветливо улыбаясь в ответ. Сегодня у них «выходной». А, проще говоря, они следят за звонками и всякой волокитой, выполняя наискучнейшую работу на свете. Ну как выполняя… Вика набрасывает рисунок на бумажке, а Ксюша листает картинки с котиками на компьютере. Сейчас так вообще ими назначенный обеденный перерыв, и Аня со своими пончиками и пирожками. Работа течёт ручьём! Приступят к стопке бумаг они, возможно, к концу дня в быстром темпе, но явно не сейчас.       — видели, теперь будет новенькая на пару с Лерой?       — с Лерой, которая Чон? — Ксения удивлённо хлопает глазками, откусывая пирожок. — Разве она не работает одна?       — я тоже так думала, но буквально сегодня услышала, что она возьмёт себе под опеку помощницу. — Аня воодушевленно поднимает указательный палец. — Что я говорю, да говорю? У меня же её фоточка есть, вот! — Она недолго листает свою галерею и, остановившись на одной фотографии, протягивает девушкам телефон. Вика с Ксюшей приближаются к экрану, сначала разглядывая девушку на ней какое-то время, а затем подняв скептичный взгляд на Аню.       — она же совсем малышка. — Бросает Вика, обратно заваливаясь на спинку стула. — Лера действительно её сама выбрала?              Девочка на фотографии и правда выглядит молодо, весело улыбается и машет рукой, в другой у неё диплом. Только выпустилась.       — юная следовательница, разве не прелесть? — Анна весело улыбается, пряча телефон в карман и усаживаясь на стуле поудобнее. — Я и сама не думала, что мисс Чон будет когда-то работать в паре.       — неужели она поняла, что своим «сама» многое упускает? — Ксюша кивает своим мыслям. — Её ледянное сердце наконец расстает.       — что бы вы там не говорили, мне жалко новенькую. — Вступает Вика, поправляя очки. — Чон, конечно, просто душка в свободное время, но к своей работе она прям дотошна, не раз видели. Она с нами не делится информацией совершенно, говорит — как отрезает, холодная вся такая.       — может она просто нам не доверяет, — продолжает Аня. — зачем делиться с нами важной для расследования информацией? Она подходит к делу очень ответственно. А теперь у неё будет правая рука, которой можно доверить все улики! Так ей будет гораздо легче раскрывать дела.       — мы должны с ней познакомиться. — Заключает Ксюша, на что сразу получает кивок от обеих.       — в следующий раз бери клубничный. — Вбрасывает Вика, крутя в руках шоколадный пончик.       Аня поджимает губы:       — ешь что есть, я тебе не мама.       — как не мама? — Вика трагично откидывает голову назад. — Не говори больше таких слов родной дочери…       — конечно, не буду, мама в следующий раз обязательно купит своей доченьке всё самое вкусное!       — а я? Приёмная? — Печально произносит Ксюша доедая пирожок.— Мне значит ничего не купишь?       — я подумаю. — Театрально отмахиваясь, произносит Аня, уже через секунду смеясь.

***

      — здравствуйте?       Чон Валерия подпрыгивает на стуле от неожиданности, поворачиваясь в сторону входной двери:       — стучаться не учили? — Она скептично оглядывает девушку на проходе. - Вероника? Проходи.       — просто дверь открыта, вот я и подумала…       — мхм.       Обе замолчали. Новенькая подошла к девушке, сидящей за столом, та, в свою очередь, была вся в каких-то документах. Начинать разговор заново никто не собирался. Вероника окинула взглядом кабинет, неуверенно усаживаясь на стул напротив. Лера какое-то время упорно смотрит в бумаги, но, в итоге, понимает, что сосредоточиться уже точно не сможет. Она смотрит на будущую помощницу изподлобья, снова в бумаги, снова на неё и вздыхает:       — Чон Валерия. Обращайся как хочешь. — Она протягивает руку, которую всё ещё слегка испуганно пожимают.       — Третьякова Вероника.       — знаю.       Ника на такую сухость поджимает губы:       — почему вы так холодны ко мне?       — а ты готовилась к тёплому приёму с печеньем?       Лера раздражённо постукивает ногтями по столу. Она буквально на днях узнала о девочке, которая теперь будет у неё «под опекой». Разумеется, она не шибко рада этой новости.       — мне все говорили, что вы — «ангел воплоти» и мы отлично подружимся.       Лера скептично выгибает бровь:       — да? — Она вздыхает, смирившись с ситуацией. Нужно идти на компромисс. — Ладно, ты не подумай, что я злая тётя. Я не злая и никакая не тётя, очень даже молодая. Просто, я не то чтобы привыкла работать на пару с кем-то, понимаешь? — Она чешет затылок и поджимает губы. Критикуешь — прелагай. — Давай мы с тобой поступим так: ты скажешь всем, что отказываешься со мной работать и мы мирно расплываемся как в море корабли. Так и ты со мной не настрадаешься, и я себе продолжу спокойно работать без лишних нервов, идёт?       — но я не хочу от вас так быстро уходить, с чего я вообще должна страдать в паре с вами?       — я очень критична и строга, когда дело доходит до работы. Это сейчас я с тобой ещё мило разговариваю.       Вероника удивлённо хлопает ресницами:       — но я к этому и готовилась, всё в порядке, я хороша в своём деле!       — почему ты просто не уйдёшь. Есть достаточно более приветливых кандидатур на место твоей няни.       — я хотела именно к вам! — Вероника обижается, но не отступает. — Ваше имя для меня не последнее, знаете ли. Оно так часто появляется в статьях, газетах и открытой информации о разных делах, которые я читала! Я вами восхищаюсь, вы, можно сказать, меня и побудили пойти на следователя! Не поверите моему счастью, когда мне сказали, что я смогу с вами работать! — Она покачивается на стуле. — А тут вы меня выгоняете. Я же просто так не отстану!       — подожди, притормози. — Валерия несколько шокированно смотрит на девушку, нервно покручивая ручку меж пальцев. — Так дело во мне? Ты именно ко мне хочешь?       — Такие слова, как бы ей не хотелось признавать, льстят.       — да! Что хотите буду делать, только позвольте с вами работать, Мисс Чон!       Девушка смущённо отворачивается и прокашливается:       — ладно, — Она, подумав вздыхает. — одно условие. Ты не учавствуешь в делах и не мешаешься под ногами. С тебя — кофе и массаж плеч.       — что? — Ника таких повоторотов явно не ожидала. — Я не на личную ассистентку училась.       — хочешь остаться со мной — пока работаем так. Какая бы ты, конечно, замечательная не была, я тебе не могу доверить серьёзную работу. Радуйся, что не выгнала за порог.       Третьякова сначала растроилась, но, тут же, загорелась энтузиазмом:       — я могу надеяться на повышение?       — не беги вперёд паровоза. Мы договорились?       — да.       — отлично. Вот тебе первое задание — принести мне капучино. Две ложки сахара, кофеварка в комнате слева, всё найдешь сама. Это тебе квест такой. Вероника подрывается с места и показательно отдаёт честь, направлясь на свою первую миссию.       Лера тихо хихикает и тут же замолкает, осознавая на что только что согласилась. Пускай девушка и младше её, но далеко не глупая. Стоит ей заинтересоваться историей расследований и Лера попадёт под риски. Большие риски.

***

      — и чего ты молчишь? Так же не интересно. — Мужчина средних с лишним лет прижимает девушку в шикарном красном платье к стене. Стене заброшенного кем-то давно здания, куда эта самая дама его и привела. Та, действительно, молчит, смотрит в пол и полностью игнорирует. — Ты была такая болтливая, а тут… — Мужчина делает логичный вывод о том, что девушка просто стесняется и решает начать сам, раз уж на то дело пошло.       Он протягивает было руку к её щеке, но дама выскальзывает из его хватки и, с силой замахнувшись, бьёт кулаком в лицо, а затем, недолго думая, ногой в пах. Мужчина упал, явно не готовясь к таким шагам от хрупокой девушки и собирался было встать, но каблук надавливает на его живот и, недолго покопавшись, девушка с силой просовывает дуло пистолета в его рот:       — и чего ты молчишь? Также неинтересно! — Передразнивает девушка кривя лицо полное отвращения. — Лижи, может поживёшь ещё пару секунд.       — Полина! Ты зачем ему в рот пистолет засунула?! — Рядом, словно из неоткуда, возникает недоумевающий молодой парень в солидном костюме.       — Никита, блять! — Кричит девушка, которую явно такие вопросы сейчас не волнуют. — Ты где был?!       — ты сама сказала мне почистить и заострить твой ножик, я чем думаешь занимался? — Девушка одаривает его в ответ злобным взглядом. — Почему ты в него раньше не стрельнула?       — смеешься надо мной?! Я с такими штуками работать не умею, слышишь? Не умею! — Она показательно трясёт пистолетом, мужчина снизу стонет от боли. — Боже, заткнись, я разговариваю! — Полина не раздумывая стреляет ему в глотку два раза и отдаёт Никите пистолет. — Ты же знаешь какая у меня меткость? Мне пока в притык цель не приставят, никого я в жизни не застрелю!       — тогда что это было за «сама справлюсь» сегодня утром? Подождала бы, когда я твой ножик подточу и всё было бы в норме. А тут ушла с моим пистолетом такая крутая. — Он осматривает своё несчастное оружие и брезгливо стирает платочком с него кровь и слюни, возвращая обратно в свой карман. — Можно было и аккурат-       — ой, заткнись, ты вообще не входишь в моё положение.       Оба замолчали, изоброжая ссору вселенского масштаба и тут же подпрыгнули от «The feels Twice bast-boosted version» у Никиты в кармане.       — блять! Сколько раз я просила тебя сменить звонок? Я чуть на месте не откинулась!       — ало? — Слегка раздражённо начал парень, но тут же, как по команде встал ровно и слегка испуганно продолжил. — Да, босс? Полина замолкает и прокашливается встав на месте смирно. Из телефона доносятся, явно, крики, вот только на какую тему — не ясно. Одно понятно — ничего хорошего.       — да, простите, я вас услышал, да. — Никита ещё какое-то время кивает в телефон и, когда звонок, наконец, сбросили, возвращает его обратно в карман.       — что там?       — Лиза убила заказчика.       — опять?! — Полина вся вскипает от злости на месте. — Вот сука. Это не шутка сейчас?!              Никита пожимает плечами и кивает:              — мне сказали, что если мы ничего с этим не сделаем, то босс примется за Лизу лично.       Полина пинает от злости труп, по-прежнему несчастно лежащий на полу, и тяжело вздыхает:       — почему она не может просто затихнуть по-хорошему? — Девушка разворачивается и отходит подальше, облокачиваясь на стену. — И вообще, мне плевать, скажи пусть босс уже грохнет её, я не хочу иметь к ней никакого отношения.       — не хочешь снова с ней разговаривать?       Полина молчит, отвернувшись в другую сторону и нервно постукивает каблуком по полу.       — меньше слов, больше дела. — Она крутит указательным пальцем, указывая на холодный труп на полу.              Никита не в силах спорить.       ...       Полина стоит плечом к большому дереву и задумчиво смотрит вдаль, докуривая уже вторую сигарету. Хуже не куда. Все её старания как всегда насмарку, и никто её сейчас не поймёт лучше, чем это дурацкое дерево. Иронично.              — ты обещала бросить. — Возникает Никита, который, наконец, расправился с телом.       — не тебе. — Она обиженно отворачивается и, немного подумав, поворачивается обратно. — Она ничего не узнает.              Никита неодобрительно вертит головой. Полина думает какое-то время и, сдавшись, тушит сигарету, выбрасывая в ближайшую урну. Она прячет пачку обратно в карман, протягивая ладонь Никите в выжидающем жесте. Тот, поняв намёк, достаёт Полине из кармана чупа-чупс.       — цитрусовый? — Она раздражённо разглядывает упаковку. — Ты сдурел?!       — у меня остальные закончились.       — я в шоке, что он вообще у тебя в кармане. — Полина демонстративно закатывает глаза и уходит.       — ты куда? — Спрашивает, пошедший за ней Никита.       — за новыми чупа-чупсами. — Она молчит с секунду. — И нам по шоколадке.

***

      Девушка покидает маршрутку на своей остановке, устало зевая. Почему дорога постоянно занимает больше времени, чем сама работа? Уже давно за ночь, но она только возвращается домой. Если, конечно, бар можно назвать домом. Милютина Полина проходит в небольшое помещение и, окидывая его взглядом, останавливается на подруге за рабочим местом, что радостно ей машет.              — привет! — Здоровается девушка, подойдя к барной стойке.       — привет, ты сегодня поздно. Что будешь?              Полина поджимает губы и отмахивается:       — работа, ты знаешь. Я буду как обычно. Барменша кивает и принимается за коктейль. В баре шумно. Негромкий кальянный рэп растворяется в нескончаемых пьяных разговорах и мужских бассах. Здесь вовсе не опасно, нет, но комфортно в таких местах Полине никогда не было. Однако, уходить она не собирается.       — ты всегда выглядишь так подозрительно, заказывая в баре безалкогольный напиток. — Смеётся подруга, заливая кубики льда мохито.              — знаю, больше не повторю ту ошибку.       Ошибка, к слову, была в том, что в этом самом баре несколько месяцев назад Полина напилась от стресса. Причём напилась нехило, её тогда так понесло, нужно было видеть… Так вышло, что именно этой барменше поручили её незамедлительно выгнать из заведения. Полина тогда посмотрела на бейджик девушки перед собой и пьяно пробубнила что-то вроде: «Александра Кейс, Кейс… Хаха… А ты случайно не «143»? Тогда почему ай лов ю?»       Так они и подружились. Услышав эту историю на следующий день, Полина долго сгорала от стыда, но, как-бы то ни было, хорошо заобщалась с этой Сашей. Которая, как выяснилось позже, вовсе и не Саша, а Настя, но призналась барменша ей в этом по секрету, когда сама была пьяная в стельку, пригрозив, чтоб та никому об этом не рассказывала. Теперь у Полины, если проще, традиция приходить в этот бар не смотря ни на что и убалтываться с девушкой на несколько часов.       — ты сколько, кстати, тут работаешь? Не надоело коктейли мешать?       — а что? Ты работодатель? — Настя хитро улыбается.       — у тебя просто так быстро и классно всё получается. — Хвалит Полина. — О! Давай я тебя сфотографирую.       — зачем?       — не знаю на память. — Получив в ответ кивок, Полина делает пару фотографий и селфи рядышком. — Ну шикарные, а?       — само собой, — Смеётся Настя, протягивая заказ какому-то мужчине. И снова поворачивается к Милютиной. — но ты шикарнее.       — нет, ты.       — первое слово дороже второго.       — первое слово съела корова.       — железный крокодил корову проглотил.       — первое слово в огне горит, второе правду говорит.       — ой, всё, пей.              Милютина победно улыбается и пьёт свой ещё нетронутый коктейль:              — помнишь я тебе про свою подругу рассказывала? У нас скоро сново совместный суд.       — ох, что за дело на этот раз?       — ай, да убийство. Как всегда есть подозреваемый, но, очевидно, это дело рук мафии.       — мафии?       — тут и дурачок догадается, вот только суд этого не признает. Уже давно не признаëт. Посадят опять невинного подзащитного, бывали мои клиенты… — Полина грустно вздыхает и крутит трубочку, перемешивая лёд в своём напитке.       — подожди, с этого момента поподробнее.