***
— Я заказал нам поесть твои любимые токпокки в остром соусе, — обнимал меня парень. — Отлично, я пойду помою руки. — Ты больше не обижаешься на меня? — Разве в «примерительном» поцелуе я не все сказала? — Ай, ладно иди мой руки, потом придёшь и повторим, а то я что-то все ещё сомневаюсь. Я ушла в ванную, а Юнги остался дожидаться меня и доставку в гостиной. Он думал, что она на него будет долго обижаться, но Колючка быстро обо всем забыла, видимо очень сильно любит его. Из этих мыслей его выдернул резкий звук мобильного, лежащего рядом с ним на книжном столике. Мисо пришло уведомление, и на экране высветилось имя «Джи», а ниже сообщение: «Вы такие милые с Чонгуком». На секунду Юнги забыл, как дышать, казалось, будто все внутри застыло. Именно в эту секунду внутри его души проснулась ревность. Коварное чувство. Юнги ушёл на кухню вместе с телефоном девушки. Парень налил воды в стакан и сделал пару глотков, как экран телефона стал светиться, сопровождаясь краткой вибрацией. «видео» Юнги медленно поставил стакан с водой на стол. О чем он думал? И думал ли вообще, когда открыл чат переписки с Джиной. Что было в его голове: любопытство, надежда, отчаяние? Руки отдавали легкой вибрацией. Парень в полной тишине смотрел видео, которое прислала подруга его девушки. В нем его Колючка танцует с Чонгуком. Парень её прижимает к себе, держит за талию и пожирает её взглядом. Мисо тоже, охватывая его шею, смотрит на него. Друг другу улыбаются. «Мисо, ты что спала с Чонгуком?» После этого сообщения ревность взяла вверх. Спала? В смысле? Просто спала или переспала? У них был секс? Что Джина имела ввиду? Мисо же не могла пойти и обжиматься с другим, пока его не было? Она не могла. — Что ты тут делаешь? — обнаружив Юнги на кухне, я медленно подошла к нему. Юнги молча швырнул телефон в мою сторону. — Это мой телефон? — удивилась, все еще не понимая, что происходит. — Что-то случилось? С тобой все в порядке? — Нет, — наконец-то заговорил парень, — со мной не все в порядке. Я взяла в руки телефон и увидела на экране чат переписки с подругой. — Ты что, читал мои переписки?! — Да. Я прочёл. Хочешь сказать, что я поступил низко? Можешь не утруждаться, я и сам это знаю, — Юнги смотрел на меня таким взглядом, что по коже прошли мурашки от холода. — У тебя что-то было с Чонгуком? — Что? — Меня не было несколько дней, а ты уже бежишь к своему однокласснику обжиматься? — Что ты несёшь? — Посмотри видео. Я открыла видео и увидела то, что было в тот вечер. Тот танец. Боже, он серьёзно? Следом я увидела последующее сообщение. — Юнги… — Понравилось? — парень начал разговаривать громче, вот-вот сорвётся на крик. — Юнги, прошу хватит… — Спала с ним? Юнги злился, потому что не слышал чётких ответов, не слышал отрицания в её словах. — Как ты можешь так думать обо мне? — на глазах начала появляться влага. — Юнги, я не готова, ты же знаешь, — начал пародировать меня. — Со мной ты не готова, а с ним? Прыгаешь в койку при первой же возможности? — Ты же…знаешь… — еле выговаривала слова сквозь всхлипы, — знаешь, что я никогда не поступила бы так, я ведь…дорожу тобой… — Хватит реветь, хватит притворяться! — Это был просто танец, как ты не можешь это понять! — вытрала слезы. — Допустим, но как ты объяснишь следующее сообщение? — Почему я должна как-то оправдываться? Почему? Почему ты не можешь просто поверить мне? Почему ты не доверяешь? Я тебя не доставала с вопросами где ты пропадал! Я у тебя спросила один раз, ты ответил. Всё. Я поверила. Потому что доверяю тебе. — Я достал тебя? — Ты меня не слышишь? Знаешь, что самое главное в отношениях? Это доверие. — Это все? — Ты придурок, Мин Юнги! — схватила свой телефон и пошла в коридор. — Уходишь? Я ничего не ответила, слезы шли ручьём. Больно. — Плевать. Давай, вали к нему… — Юнги стоял и смотрел на девушку, которая быстро собиралась скрыться за дверью. — Сука! — ударил кулаком со всей силы об стену. Я вышла из дома, громко хлопнув дверью. Мне было очень больно, будто острый нож вонзили прямо в грудь. И если умом я понимала, что все, что Юнги наговорил была всего лишь ревность… То сердце не могло принять. Мне хотелось поскорее достать этот чертов нож. А потом либо станет легче, либо я просто захлебнусь в собственной крови. По крайней мере, проблема будет решена.***
Приехав в свой район, я пошла на детскую площадку, где просидела около часа. Обдумывая все что случилось и успокаиваясь. Я прибыла домой, кинула ключи на тумбочку и оглядела пустую гостиную. — Пап! Ты дома? — закричала я в сторону кухни, но никто не ответил. Значит, ещё не вернулся. И где он так долго шляется? Неужели со своей подружкой? Я уже собралась подняться наверх, чтобы наконец переодеться в удобную одежду, как в дверь позвонили. Открыв дверь, я замерла и удивленно уставилась на гостя. — Чонгук? Ч-что с тобой? Я оглядела парня. Его темные волосы были слегка влажными и прилипали ко лбу. Будто вспотел от длительного бега. Лицо было уставшим и измученным. Он еле стоял на ногах. Чувство, будто сейчас упадет. Но первое, что бросилось в глаза — рана над бровью и тонкая струйка крови, стекавшая вниз по бледному лицу. — Привет, Мисо. Извини, что так поздно. Джина сказала, что ты забыла у неё свою кофту. Попросила меня зайти отдать, — начал говорить парень немного охрипшим голосом. — Чонгук, что с тобой случилось, скажи сначала! — я обеспокоено оглянула его. — Да так, с хулиганами на улице столкнулся. Пришлось разбираться. Ничего страшного. — Ничего страшного?! Боже. Они что, избили тебя?! — Не совсем. Да уж, не у меня у одной день не задался. — Господи… У тебя же кровь! Идём быстрее! — я затащила парня в дом и быстро закрыла дверь. — Мисо, мне неудобно. Уже поздно… — сказал он, пока я бегала по комнате в поисках куда-то запропастившейся аптечки. — Ничего не поздно. Ты ранен. Садись быстрее на диван! — приказала я, и Гук послушно сел. Я наконец нашла всё необходимое и присела рядом с ним, принимаясь за обработку разбитой брови антисептиком. Чонгук скривился и прошипел. — Потерпи, будет жечь немного. Брюнет попытался расслабиться и поднял на меня глаза. Пока я продолжала обрабатывать маленькие ранки, он не отрывал от меня пристального взгляда. Я притворилась, что не замечаю этого, полностью погрузившись в роль медсестры. — Как же тебя угораздило-то так? — покачала я головой. — Ну это же не смертельно, — слабо улыбнулся он, продолжая наблюдать за мной. — А если бы случилось что-то серьезное? — Но ведь не случилось… — Ты так спокойно об этом говоришь. — Ты волнуешься? — снова улыбнулся он, и я встретилась с его нежным взглядом. — Конечно волнуюсь, — не раздумывая, ответила я. — Ты ведь пострадал. Закончив со лбом, я принялась обрабатывать руки Чонгука — костяшки пальцев были сбиты в кровь. — Спасибо, мне приятно, — тихо ответил он. — Приятно? А я думала, когда обрабатывают раны должно быть больно. — Да нет же, — засмеялся он. — Приятно, что тебе не всё равно… Я тоже улыбнулась и снова опустила голову к рукам. — Ты заботишься обо мне. Впервые… Мне приятно. — Да ладно… Я обязана это сделать. Всё, вроде как закончила, — я поднялась на ноги. — Не сильно больно? — Терпимо. Спасибо ещё раз, — он тоже встал и, улыбнувшись мне ещё раз, неожиданно нагнулся вперед и чмокнул в щеку. После чего замер на секунду напротив моего лица и отстранился. — Даже не знаю, что бы я делал без тебя. — Д-да не за что… — прокашлялась, я и нервно забегала глазами по комнате. — Ты не голоден? — вдруг спросила я. — А что? — Просто у меня есть вкусный десерт, — неловко начала я. — Может, ты хочешь попробовать? Чонгук улыбнулся, до сих пор не сводя с меня взгляда и кивнул. — Не отказался бы. — Хорошо, идём, — жестом я позвала его за собой на кухню. Мы вошли, и Чонгук присел за столик. — А твой парень против не будет? — вдруг спросил он. — Парень? — не поняла я. — А… да нет. Не волнуйся об этом… — сразу вспоминая сегодняшнюю ссору с Юнги. — Всё хорошо? — заметил смену лица Чонгук. — Да… — Точно? — Если честно, я не знаю… — Можешь рассказать мне. — Мы… — замешкалась я, а стоит ли рассказывать? — нет, ничего… — Ладно. Чонгук поднялся со стула и стал прохаживаться по кухне, осматривая каждый предмет мебели. — Ты любишь готовить? — Есть такое. Папа тоже пытается научиться и у него это неплохо получается, — рассказывала я, пока искала в холодильнике нужное блюдо. — Понятно, мама мне говорит, что каждый парень должен вкусно готовить для своей любимой девушки или семьи. — Это точно, — заулыбалась я, — Я так рада, что у отца появился кто-то. — О, правда? — Да, я начала переживать, что он так и останется один до конца своих дней. В нашей маленькой семье появится ещё член семьи. — Ты хочешь младшего брата или сестру? — Конечно! Что может быть лучше детей? — я наконец остановилась, но в голове сильно закружилось и меня занесло в сторону, отчего я уже начала падать, но парень успел подхватить меня. — Осторожнее, — засмеялся он. — Ты сама сейчас как ребенок. Я повисла над землей у него на руке, но он быстро вернул меня на ноги, продолжая придерживать за плечи, чтобы я снова не свалилась. — Знаю, — засмеялась я в ответ, — просто… я так рада, что начинаю творить странные вещи. — Мисо… Не успел Гук договорить, как в кухню неожиданно кто-то вошел. Мы повернули головы и мои глаза моментально округлились. — О, я вам не помешал? — спросил Юнги, увидев, в какой позе мы стоим. Я опомнилась и быстро отстранилась из объятий Чонгука. Тот тоже не ожидал увидеть парня. — Веселитесь? — без единой эмоции спросил он. — Юнги! Ты как… как здесь оказался?! — возмутилась я. — Через дверь вошел. Прикинь? А ты тут изменяешь мне? Привет, Чонгук, как твоя мордашка? — Чего тебе? — Чонгук нахмурился. — Пришёл к своей любимой, чего тут не понятного? — Уходи! — Да, уходи, Чонгук, нам нужно помириться с Колючкой. — Юнги, это я тебе говорю, — подошла ближе к парню, чтобы развернуть его. — Сама идёшь ко мне, — улыбнулся. — Что у тебя с губой? — увидела немного опухшую и разбитую губу. — Ты дрался? С кем? Я посмотрела на Чонгука, потом снова на Юнги. — Вы что подрались? Да ты ещё и пьян! Уходи! Проспись! — Ну, Колючка, — начал распускать руки Юнги, — пошли на вверх, ты обработаешь мне раны, как в тот раз, а я тебя поцелую, как в тот раз, помнишь? — Хватит. Прошу. Уходи! — на глазах опять начали выступать слезы. — Юнги, отпусти её! — Чонгук начал подходить ближе к нам. — Ты хочешь ещё раз получить кулаком в морду? Не дождавшись ответа, Юнги отталкивает Мисо и летит на Чонгука. — Юнги, перестань! — крик Мисо проникает прямо в мозг, и Чонгук фокусирует взгляд. — Не лезь! — рявкает он и наносит ещё один удар по лицу Гука, пока он не успел опомниться. Юнги хватает Чонгука за футболку и бросает на пол, садясь на него сверху. Он думает, что может избить его, но не в этот раз… Юнги пытается ударить парня по лицу, но тот блокирует его локтями, устраняя любую возможность сломать ему нос или поставить новый синяк. Чонгук обхватывает ногами его тело и сжимает, резко оттягивая в сторону, переворачивая, и оказавается сверху. Быстро заламывает руки и сжимает Юнги бедрами, блокируя все его движения. Юнги пытается ударить ногой, чтобы продолжить бой, но у него ничего не получается. — Успокойся, — кричит Чонгук изо всех сил, сжимая его запястья. — Сука, отпусти меня! Я не закончил! — он рычит, и его глаза бегают из стороны в сторону. — Я сказал успокойся. Юнги дышит через нос, напрягая все свое тело, он не двигается на протяжении минуты. Гук, думая, что он пришел в себя, расслабляет свое тело и встает с него. Когда Чонгук оборачивается, глаза сразу натыкаются на Мисо, которая свернулась калачиком у стены, как котенок, поджав под себя ноги. Ее глаза пусты, и она смотрит в одну точку, молча позволяя слезам течь по ее щекам. Чонгук чувствует острую боль в шее и нехватку воздуха. Юнги сжимает его горло предплечьем, придушивая его. — Я же сказал, что не закончил, — хрипит он и заводит руку, ударяя в солнечное сплетение, отчего у Чона темнеет в глазах, и он сгибается пополам. В Чонгуке начинает закипать ярость, и когда мятноволосый отпускает его шею, думая, что он и дальше будет терпеть его удары, заводит локоть назад, нанося удар в правый бок. Гук выпрямляется и смотрит прямо в его глаза. Он не видит в них ничего, кроме ненависти, гнева и обиды. — Я сказал тебе успокоиться, — Чонгук сплюнул кровь прямо на пол. — Я не думал, что ты такая гнида! — он подходит слишком близко, пытаясь задавить своим напором. — Будешь уводить у меня девушку, когда меня нет рядом? — Ты придурок! — Понравилось обжиматься с ней? Спать? Юнги сразу вспоминает «дружеский» четверг. — Ой, а чего взгляд так потускнел? Понравилось, да? Ну, я это сразу понял. Гук сжимает свои скулы, стараясь не ударить его самодовольную рожу. — Да, понравилось. — Чонгук кривит улыбку, пытаясь вывести его из себя. — Думаю, это взаимно. — Что ты сказал? — Что слышал. — Ты думаешь, ты нравишься… ей? Я тебя умоляю. Да кому ты нужен? Да ты… — Юнги не успевает договорить, потому что чаша терпения переполнена. И это была последняя капля. Чонгук набрасывается на него, опрокидывая на пол, и начинает наносить один удар за другим. У Юнги рассечена скула, и из его губы течет кровь. Он бьет Чона в ответ по груди и рукам, по челюсти, но Чон ничего не чувствует из-за нахлынувшего адреналина. Внезапно протяжный, долгий всхлип и тихий шепот «хватит» достигает ушей Гука, и в ту же секунду он перестает бить Юнги, вставая с него. У Мисо настоящая истерика из-за двух идиотов. Чонгук решает, что пришло время положить конец всей этой драме. Он подходит к ней, чтобы поднять ее с пола, но Юнги снова подлетает сзади, ударяя его по затылку. Гук рычит и с разбегу впечатывает его в стену, чувствуя ощутимое преимущество перед ним из-за разницы в весе. — Сколько раз тебе повторять? Успокойся, нахуй! Не видишь, что с ней происходит? — Чонгук сдавливает его горло пальцами, слегка ударяя головой о стену. — Какое тебе до неё дело? — Забыл что ли уже? Она мне нравится. — Сука, заткнись! — Какой же ты мудак, Юнги. Если бы я хотел ее, как ты говоришь, увести, то сделал бы это давно. — Ты думаешь, у тебя был шанс? — Поверь мне, и не один, но я этого не сделал. — В каком смысле «и не один»? Вы что трахались? — Ну ты точно идиот, — вздыхает, отпустив его горло. — Мы друзья, ты понял? Да, между нами было какое-то напряжение. Возможно, я ей нравлюсь, но любит она тебя. — Хочешь сказать, вы с Колючкой нравитесь другу другу? — его тело напрягается. — Это единственное, что ты услышал? Я не знаю. Повторю еще раз: между нами есть некоторое напряжение. Я не могу прочитать ее мысли и узнать, нравлюсь я ей или нет. Это уже надо у нее спросить. Оба замолкают. Чонгук отпускает Юнги и отходит от него. Юнги исчезает из дома. А Чонгук, не колеблясь ни секунды, подходит к Мисо, которая сидит на том же месте, схватившись за голову. — Хэй, Мисо, ты меня слышишь? — аккуратно касается моих плечей, и я дергается, подняв на него своё заплаканное лицо. — Эй, тихо, не плачь. Все хорошо, — вытирает мои слезы, поднимая на ноги. — Где Юнги? — с испугом спрашиваю я, осматриваясь по сторонам. — Он кое-куда ушёл, я тебе все объясню. Пойдём на второй этаж. Ты умоешься, сразу легче станет. — Гук смотрит в мои глаза и приобнимает за талию, начиная насильно тащить вперёд. — Н-не трогай меня, — заикаюсь, — Юнги тебя опять ударит, — новый поток слез бежит из глаз, и сердце Чонгука сжимается. — Эй, Мисо… Никто меня не ударит, слышишь? Все нормально, его сейчас нет. — Он придёт и ударит. Чонгук поднимается вместе с Мисо на второй этаж. В ванной он умывает её лицо и аккуратно вытерает полотенцом мокрую мордашку. Уносит её в комнату и кладёт на кровать, укутывая в одеяло. Садится рядом держа за руку. — Ты в порядке? — Да, Мисо, — улыбается парень. — Ты можешь идти, скоро придёт папа, не переживай. — Я не хочу… — Чонгук, пожалуйста, я хочу побыть одна… Чонгук ничего не говорит, погладил мою руку и вышел. Я услышла как хлопнула входная дверь дома. Ушёл.