Семейные ценности

      — Сколько месяцев прошло с того момента, как ты завязал? — спросил у Джисона Ликси на следующее утро, когда они делили унитаз — таблетки, которые принимал Хан, тоже вызывали тошноту, вот они и встретились тут.       Тот кисло усмехнулся.       — Четыре месяца.       — Погоди! Какие четыре, у тебя же должно быть полгода?       — Ты забыл что ли? Я же сорвался, когда Минхо ушёл из семьи. Родители пожелали ему сдохнуть со своим наркоманом. Не смог пересилить себя.       — Чёрт, прости, в последнее время я слишком погрузился в свои проблемы, забыл обо всём.       — Ты дурак, Феликс? Я рад, что ты отдохнул от меня пару месяцев. Вы же на пару с Минхо ночами не спали, вытаскивали меня из клубов, капельницы ставили, чтобы с ломками помогать. Ты мой лучший друг, а я не помог тебе в единственный раз, когда ты нуждался. Гондон Хёнджин тебя за руку на аборт таскал, а я… Я и так заебал вас всех знатно, это мне просить прощения надо.       — Да ладно тебе, зато я сам многое понял. Может если бы вы с Минхо сразу вмешались, я бы думал, что разрушить мою семейную жизнь хотите, надеялся бы там на что-то, а сейчас всё само перегорело.       — Думаешь, вашу любовь бытовуха разрушила?       — Думаю, что моя глупость. Хёнджин очень хотел попробовать без презика, даже справку притащил, что здоров. Вот и я позволил, до течки ведь было далеко. Кто же знал, что у подростков цикл, оказывается, не всегда постоянный. Хёнджин так долго планировал веселиться в универе со своими мажорами, мечтал закончить школу и окунуться в свободную студенческую жизнь, постоянно мне рассказывал, как нам будет круто. Конечно, он не собирался каждый вечер возвращаться домой к омеге и ребёнку, да ещё и работать, чтобы нас содержать. Я тоже, честно говоря, совсем не так всё планировал… Но я не жалею.       — Ну и правильно, я бы тоже не избавился от ребёнка Минхо никогда. Правда, вряд ли они у нас будут. Твоего воспитаем все вместе, и будет нашим.       — Всё так плохо? — обеспокоенно спросил Ликс.       — Да, у меня же даже течек нет, и ни разу не было хотя бы намёков. То, что я принимаю для снятия зависимости, тоже никакого хорошего влияния на организм не оказывает.       — Чёрт, а что говорит Минхо?       Джисон грустно улыбнулся.       — Ты Минхо плохо знаешь? Грёбаный оптимист. Мы тут с мышами в клетушке живём, ты беременный малолетка, я наркоман со стажем, а у него — мы со всем справимся. Я так не хочу ему мешаться, ты бы знал, Ликси. Уйти не могу, он везде найдёт, ты же помнишь, сколько раз я пробовал. Сдохнуть тоже не даёт, говорит, вздёрнется следом за мной, шантажист проклятый. Вот и остаётся бороться с зависимостью, чтобы быстрее вырваться отсюда и начать ему помогать. К тому же, Минхо же себя во многом винит, якобы не уследил за мной.       — Он просто любит тебя.       — Я его тоже. Но разве ты не понял, что одной любви недостаточно? Хёнджин любил одного тебя всегда, он же за тобой столько таскался, прежде чем ты тоже влюбился. А в итоге дурацкое случайное событие изменило его отношение к тебе.       Внезапно сменивший гнев на милость Хёнджин не вызывал доверия, особенно, когда перестал свысока смотреть, дразниться, а стал бегать за Феликсом и дарить цветы. Ликси его моментально отшил. С чего это вдруг? В сказочки про ненависть-любовь он не верил. Сначала, значит, издевался и травил, а, как только Феликс повзрослел, у него начались течки и он стал посимпатичнее (ушли проблемы с кожей, стало хоть веснушки видно, отрастил и покрасил волосы, одевался в модную одежду Джисона, которую тот отдавал ему пакетами), так резко влюбился?       Нафиг такую любовь, решил Ликси. Но Хван не унимался, совсем не давал покоя, крутился всегда где-то рядом, отгоняя всех других альф. Феликс был уверен, что Хван с кем-то поспорил, а может и проиграл спор.        Друзья неожиданно оказались предателями — ничего с этим не делали и никак не помогали. Минхо так вообще в открытую забавлялся их догонялками.       — Хёнджин ничего тебе не сделает, если ты не согласен. Не бойся его.       И Ликси смирился. Хёнджин придумывал разные подкаты, а омега посылал его разными способами, перестав бояться. Тот и правда ничего не делал, только расстраивался и не понимал, что не так с этим нищим омегой. Подарки Феликс никакие не принимал, только цветы, жалко было, он боялся, что просто выбросят, но домой не носил, куда они там. Все цветы Джисону отдавал, Ликси же всё равно большую часть дня проводил у друга дома, помогая с домашкой или смотря аниме. Остальное возвращал обратно, не принимая ухаживания.       Но Хёнджин всё никак не отставал. Придумывал различные предлоги сводить на свидания, покупал что-то ненавязчиво, был рядом когда какие-нибудь придурки к омеге клеились, а друзей поблизости не было.       Ликси даже договорился со своим знакомым альфой из школы Чанбином сыграть парочку. Главный гопник с его района поворчал, конечно, но согласился, тому было интересно, как там работает всё у богатых, ну и нравилось задирать богатеньких папенькиных сыночков. Хёнджин очень бесился и не собирался сдаваться. Альфа совсем не верил, что его, такого красивого и богатого, можно поменять на какого-то там гопника и хулигана. Этот самоуверенный придурок без инстинкта самосохранения выводил из себя Чанбина и дрался с ним, но больше, конечно, получал от того. Феликс вздыхал, замазывал синяки и лепил пластыри на неугомонном Хёнджине, который только влюблённо пялился и всё равно не отставал. Почему эти богатенькие детишки так уверены в себе и превращают всё в игру?        Хван первым прибежал утешать, когда Чанбин типа бросил Феликса, но на самом деле этот предатель-гопник просто втюрился в богатенького Сынмина, но также, как Ликси, боялся внезапных чувств и разных социальных положений и бегал, позорник, от оказавшегося очень настойчивым омеги. Ладно Феликс, он никогда не был особо смелым, но гроза их района? Похоже Ликси совсем не разбирался в альфах.       — Что с тобой не так? Правду же говорю, влюбился в тебя, ни с кем не поспорил, что за глупости ты придумал? — закатывал на омегу глаза Хёнджин. — Мы оба понимаем, что Минхо меня грохнет, если я тебя обижу. Оставь Чанбина в покое, Сынмин временами такой пугающий и настойчивый, я переживаю за тебя.       И Феликс подумал, а действительно, чего это он? Сам же влюбился где-то ещё в начале ухаживаний, чего там ломаться-то. Зато какой красивый и богатый альфа будет у него первым. Можно позволить себя завоевать и погрузиться в любовь. Хёнджин наиграется да и сам бросит, а Ликси найдёт себе обычного работягу-мужа своего уровня, нарожает ему детишек и будет, как все соседи. Никаких богатеньких мажоров. Феликс никогда не сможет быть красивым аксессуаром, а не человеком. Насмотрелся на таких и не мог представить себя в этой роли. А может и вообще никого себе не найдёт, а будет учиться, ведь преподаватели говорили, что Ликси умный и старательный, далеко пойдёт, стоит приложить немного усилий.       Феликс решил, что позволит себе эти чувства, и станет счастливым. Будет потом что вспомнить и рассказать своему миленькому ребёнку-омежке о красивой первой любви словно из сказки. Ему папа как-то тоже рассказывал про своего первого альфу, с тоской смотря на пьяного теперешнего мужа. Богатенький первый альфа, конечно, поматросил и бросил, женившись на ком-то подходящем, но оставил приятные впечатления, и его папа нисколечки не жалел, что у него что-то такое прекрасное было в его жизни. Вот и Ликси перетерпит боль, но жалеть об упущенных эмоциях не будет.       Хёнджин сначала, как будто офигев от резкой смены поведения омеги, сам засмущался и, к удивлению Ликси, продолжил красиво ухаживать. Хван был заботливым, ласковым и нежным, совсем не торопил события, как будто тоже наслаждался их взаимной первой любовью. Грубо отшивал своих поклонников и смотрел только на Феликса. Даже с родителями познакомил. Ликси сомневался из-за разного социального статуса, понимал, что родители Хёнджина его не примут. И был прав, те всегда брезгливо смотрели на омегу и обсуждали при нём возможных подходящих женихов Хвана. Феликсу было обидно, но он молчал, сам же понимал, что это не навсегда. Да и Хёнджин сначала бесился, а потом замолчал и только успокаивал Ликса, мол они привыкнут, но омега сильно сомневался. Да и зачем такие сложности, если это ненадолго, пусть выбирают кого-нибудь подходящего сразу, а то всех завидных женихов разберут, а его временному альфе достанется кто-то не очень. Вот и ходили они счастливыми парочками, пока всё не пошло через жопу.       — Так, хватит там в туалете сидеть, откровенничать и сопли разводить, идите сюда, — раздался громкий насмешливый голос Минхо под дверью.       — А подслушивать нехорошо, — буркнул также громко Джисон.       Омеги уныло посмотрели друг на друга и, умывшись, поплелись в комнату.       К удивлению Феликса, Минхо был абсолютно прав — все вместе они справлялись в разы лучше. Омега был в шоке, когда подсчитал бюджет парочки — он не понимал, как два парня, которые оба работают, едва себя содержат, но заглянул в их траты и офигел. Долбанные мажоры, Ликси совсем забыл, что его друзья родились с золотыми ложками в заднице, с личными поварами и водителями, или кем там ещё. Этим двоим точно не помешала бы нянька. Они даже вещи стирать толком не умели и новые покупали, еду, естественно, заказывали, в общем совершенно не умели экономить. Ликси занялся всем сам и, под шокированные взгляды, запретил друзьям что-либо покупать самостоятельно. Денег стало значительно больше. Они работали втроём, оплачивали квартиру, и им вполне хватило даже на тёплую одежду и новый матрас. Конечно, большинство счетов уходили на медицинские расходы — таблетки Джисона были не из дешёвых. Но Феликс же не зря столько лет прожил со своей семьёй в маленькой клетушке, он умел хорошо экономить: зашивал одежду, готовил сам завтраки и обеды на работу, машинки не было, стирать тоже приходилось самому. Здесь, с лучшими друзьями, омеге стало гораздо проще и безопаснее, ведь не было пьяных родителей, распускающих руки, или вечно злого Хёнджина.       Минхо и Джисон о нём заботились. Джисон очень помогал с домом, он не мог работать полный день, испытывая сильную слабость, поэтому научился у Ликси выполнять несложную бытовую работу. У них всегда было чистенько и светло. Пусть и бедно. Минхо тоже стало легче, когда он перестал переживать за дом и Джисона. Больше не срывался на работе, нашёл постоянную, и заработок стал наконец стабильным. Они даже умудрялись откладывать деньги на будущего ребёнка Феликса. Ликси был против, ему было неудобно, но Минхо быстро его вернул на землю, « у тебя полтора года минимум дохода не будет, где мы возьмём деньги, лучше сейчас отложить». Альфа говорил так, как будто это решённый вопрос, что они настоящая семья и будут заботиться о Ликси ещё долго. Минхо был прав — вместе было не только теплее, а ещё намного проще и финансово, и в быту. Ликси наконец-то почувствовал бескорыстную заботу, и беременность, казалось, протекала значительно легче.       Но через пару месяцев деньги, с трудом отложенные, пропали. Ликси громко плакал в трубку.       — Минхо, у Джисона снова срыв.