Он ходит в белом

Первым желанием было вырваться и убежать, и плевать, что воспитательница потом будет кричать и ругаться. Главное, что это будет потом, когда нога уже сама заживет и в больницу будет не нужно. Вот только далеко убежать мальчишка сейчас не сможет, даже до поворота не успеет добраться, как его тут же схватят. – Чего застыл? Иди, – воспитательница ушла, оставив мальчика наедине с медсестрой. Женщина уже натягивала куртку, не забыв предварительно снять медицинский халат. Видимо, не хотела, чтобы в больнице возникли к этому вопросы. – Сейчас, за курткой схожу, – мальчик вышел из медкабинета как можно скорее, игнорируя приказ поторопиться, брошенный вслед. Находиться рядом с этой женщиной не хотелось совершенно, а уж, тем более, куда-то с ней идти. Что такое рентген мальчик знал лишь отдаленно, знал, что его делают при переломах, а это уже круто меняло картину происходящего в худшую сторону. Получается, он зря убеждал себя все утро, это действительно перелом? О том, как проходит сама процедура, он никогда не интересовался. Зачем ему это, если он не планировал ничего ломать? Женька обреченно опустил голову вниз, кто же знал, что все вот так повернется. Медленно он доковылял до своей комнаты, где все еще сидел переживающий друг. – Предатель, – тихо буркнул подросток и схватил холодную осеннюю куртку. – А что я мог сделать? Тебе реально нужно было к медичке… – Женя не стал выслушивать оправданий друга, он вышел так же стремительно, как и зашел. На Димку он пообещал обидеться и не разговаривать с ним хотя бы несколько дней. Друзья так не поступают, они должны в любой беде приходить на помощь, а не молчать в сторонке. Медсестра уже стояла на улице, то и дело поглядывая на часы. Что-то подсказывало мальчику, что и до больницы они пойдут в ускоренном режиме. – Почему так долго? Давай побыстрее. – Вопреки ожиданиям, женщина не стала его хватать и тянуть за собой. Она пошла довольно медленно, так, что Женя успевал идти следом, не сильно напрягая ногу. – Так где ты упал? На этот вопрос он все еще не придумал внятного и правдивого ответа, потому выбрал уже проверенную тактику - молчание. Если ты будешь молчать на любой заданный вопрос, то человек рано или поздно отстанет. Кому нравится разговаривать с пустотой? – Ну как хочешь. Мальчишка неторопливо шел за медсестрой, оглядываясь по сторонам. Их путь пролегал ровно по тому же маршруту, по которому он вчера еле волочил ноги. За ночь лужи подсохли, тротуары уже не были такими грязными и скользкими. Идти было попроще, да и на небе кое-где проглядывало солнце, освещая дорогу дневным светом. Они прошли уже довольно далеко от детского дома, за следующим поворотом виднелась та самая дорога, по которой он вчера бежал. Где находится ближайшая больница, Женя не знал, ни к чему ему была эта информация. До сегодняшнего дня ему везло туда не попадать, лучше бы повезло и сегодня. В глубине души он надеялся, что что-то пойдет не так, больница будет закрыта, у нужного врача будет выходной, рентген этот сломается или закончится, что бы это ни было. Уверенность угасала с каждой минутой, с каждым пройденным домом. Что с ним там будут делать? Наложат гипс и скажут лежать несколько месяцев, но ведь скоро совсем похолодает, а мальчик еще не успел толком нагуляться по осеннему городу. За углом показалось девятиэтажное серое здание, одним своим видом оно вызывало противную тоску и отвращение. Унылый вид больнице создавали однообразные этажи со множеством окон, в каждом из них висели одинаковые белые занавески. Видимо, это палаты, в которых лежат люди, или кабинеты врачей. В любом случае, ни там, ни там оказываться не хотелось. Не успел Женька подумать, что в таких местах только людей пытать, как к зданию подъехала карета скорой помощи, из нее на каталке вывезли какого-то человека, все его тело было покрыто бинтами с ног до головы, а рядом стояло несколько человек в синей униформе. Женька замер на месте, ноги отказывались идти дальше, боль в лодыжке отошла на второй план, уступая место страху. Страху перед всей этой ситуацией, перед этим зданием, перед людьми в белых и синих одеждах. Вид перебинтованного человека напугал его до чертиков, он ведь даже пошевелиться не может, пока эти люди вокруг делают с ним все, что захотят. – Чего встал, как вкопанный? Пришли уже. – Женщина его переживаний не разделяла, для нее это была обычная больничка, в каких среднестатистический человек проводит немало времени своей жизни, что уж говорить о медсестре. Видя, что мальчик не собирается как либо продолжать движение, она перехватила его за рукав куртки, проталкивая вперед. Ей не хотелось тут долго задерживаться,а подросток явно тянул её драгоценное время. – Значит, смотри. Откуда ты и где живешь лучше не говори, сколько лет, как зовут, где учишься – это можно. Просто скажи, что случайно упал на улице. Женщина поучала мальчишку до самых дверей, а потом также второпях втолкнула внутрь. В нос ударил противный запах больницы, обычно все отделения пахнут по-разному, но запах в приемном отделении был на удивление резкий. Женька не мог сказать, чем тут конкретно пахло, он знал лишь одно – этот запах ему не нравился, это был запах боли. – Здравствуйте, вот тут мальчика привела, на улице упал, за ногу что-то держиться, можете посмотреть? – Медсестра уже подошла к девушке на пост и начала обрисовывать ситуацию. Со стороны Женька сейчас выглядел как испуганный котенок, которого привезли в новый дом и оставили осматриваться. Стоит ли говорить, что этот дом ему не понравился. Мальчик раздраженно сел на лавку у стены и привычно опустил глаза в пол, если не смотреть по сторонам, то и нечего будет бояться. В этот раз не помогло. То ли подросток себя так накрутил, то ли атмосфера места сильно давила на сознание, но даже потрескавшееся бетонное покрытие пола нагоняло здоровскую больничную панику. **** Пока мальчик сидел, устремив взгляд в пол, с другой стороны просторного помещения его пристально рассматривали чьи-то удивленные глаза. Взгляд пробежал по до боли знакомой куртке, все той же темной взъерошенной макушке. – Ты чего встал? Узнал что ли кого? – К стоящему у входа в одну из процедурных парню подошёл взрослый коллега. – Ага, узнал, – не узнать он просто не мог, продолжая еще секунд десять изучать внезапного пациента, пока тот не поднял голову. Пазл сложился, это был тот самый мальчишка, который вчера на остановке создал столько проблем, обворовал бедную женщину, еще и обхамил самого парня, выставив не в самом лучшем свете. Что же он забыл здесь, в больнице? Неужели падение не прошло без последствий? – Слушай, Мих, если вон тот парнишка к тебе, можно я его осмотрю? – Э, а чего это вдруг? Ты же педиатр, а не травматолог? Или я чего-то не знаю? – Да так, знакомый один, поговорить хочу. Ну давай, я в институте учился, гипс наложить смогу. С меня пузырь, если надо. – В голове врача одна за другой рождались идеи, как отомстить этому ворюге за вчерашний испорченный вечер. – Ладно, ладно, забирай, не надо ничего, мне же меньше работать. – Михаил Сергеевич, подойдите, – травматолога окликнула медсестра с поста, которая закончила заполнять бумаги на Женьку. – Мальчик, двенадцать лет, травма голеностопа, посмотрите? – Да, пусть в третью смотровую проходит, я подойду. – Мужчина жестом показал педиатру на кабинет. От предложения он отказываться не стал, мало ли, что у них там за разборки. Парень кивнул в знак благодарности и проводил мальчишку взглядом. Полная женщина, которая его привела, дотащила подростка до нужной смотровой и что-то пробурчала перед тем, как уйти. К слову, ходил мальчик неплохо, перелом тут маловероятен, хотя снимок не помешает. – Лен, привет, рентген-кабинет у нас работает? – Дождавшись, пока мальчик зайдет внутрь, врач подошел на пост. – Привет, работает, их предупредить о пациенте?– Девушка немного растерялась, зачем педиатру вдруг понадобился рентген-кабинет. – Да, и можешь, пожалуйста, дать ключ от третьей смотровой? – Судя по взгляду, медсестра замешкалась ещё сильнее, но ключ протянула. – А, Богдан, того мальчика же Миша осматривает? Тебе то зачем? – Он попросил захватить, спасибо. – Избегая дополнительных вопросов, парень поспешил удалиться, оставляя девушку на посту в полном замешательстве. По пути в смотровую он содрал с себя именной бейджик, засунув его в карман халата. Лишнего привлечения внимания к своей персоне ему хотелось бы избежать. *** Женька на трясущихся ногах подошёл к посту, неторопливо называя нужную информацию о себе, он совершенно забыл, что ему говорила женщина на улице. Что там можно говорить, что нельзя. Хотя многого девушка и не спрашивала. Она окликнула какого-то мужчину и показала на кабинет. Мальчик даже не успел среагировать, как полная медсестра уже протолкала его к нужному кабинету со страшной надписью "Смотровая". Что они тут смотрят? – Так, все, что нужно было, я сказала. Дорогу обратно запомнил? Я тут тебя ждать не собираюсь, закончишь, придешь. Всё, я ушла. – Женщина затолкала подростка в кабинет, а сама развернулась и заторопилась в выходу. Всё произошло слишком быстро, оказавшись внутри, Женя не успел среагировать и по привычке опустить взгляд в пол. Глаза бешено забегали по содержимому комнаты, с каждой секундой все больше наполняясь животным страхом. По центру находилась огромная кушетка, застеленная какими-то простынями. У стен стояло множество шкафов, набитых всякими инструментами и баночками с надписями. Металлические столики на колесиках, биксы с инструментами, большая раковина у стены. От страха ноги стали подкашиваться, теперь затряслась и загудела уже и здоровая нога. Мальчик осторожно подошел и сел на самый край кушетки, наконец, посмотрев вниз. Под ногами была матовая сераяя плитка, кое-где в пазах виднелись коричневые пятна. Женьке оставалось лишь надеяться, что это просто грязь, а не застывшая кровь. Со стороны двери раздался шум, кто-то зашел в смотровую и закрыл дверь. Закрыл на ключ? Этого не может быть, у мальчика просто разыгралась фантазия. Зачем врачу закрывать дверь на ключ при обычном осмотре? Мальчик испуганно сглотнул накопившиеся во рту слюни и приподнял голову, теперь он видел ноги вошедшего. Обувью служили обычные кроссовки, чуть выше начинались зауженные джинсы, продолжение которых скрывал широкий край врачебного халата. – Ну здравствуй, пациент, на что жалуешься? – Подростка словно прошибло током. Этот голос… Он казался таким знакомым. И таким враждебным, словно он слышал его совсем недавно, и отдал бы все на свете, лишь бы больше никогда не слышать.