Он ходит в белом

Обратную дорогу Женька нашел без труда, вроде бы он живет в этом районе достаточно давно, но никогда не знал, что тут есть больница. Конкретно этот квартал он всегда оббегал дворами, не сталкиваясь с высоким серым зданием. Вокруг были куда более интересные для подростка местечки, например, небольшой продуктовый ларек, где практически все продавали по низким ценам, нежели в крупных магазинах. Это местечко пользовалось огромной популярностью среди детей, там было изобилие всяких вкусностей и сладостей. Мальчик отошел от больницы уже на приличное расстояние и обернулся. И как он раньше не замечал это здание? Теперь, откуда не посмотри, Женя везде его видел, унылый серый цвет осенью становился еще более безрадостным. Мальчишка неторопливо шел и обдумывал произошедшее. То, что тот тип с остановки оказался врачом, стало ужасным открытием. И ладно бы этот врач работал на другом конце города, так нет, его больница располагалась в пешей доступности от детского дома. Женька мысленно себя корил за то, что решился воровать именно на этой остановке. Почему нельзя было отойти подальше, убежать в другой район и там попытаться обчистить людей. Нет же, из-за плохой погоды ему не захотелось уходить далеко, и мальчишка решил, что прокатит и тут. Вот оно как прокатило… Разочарованно Женя сел на лавку в соседнем дворе, до детского дома оставалось всего несколько шагов, но идти туда не хотелось. Ему уже ничего не хотелось, на душе было как-то пусто. Раньше все его мысли занимали паника и страх от окружающей обстановки, от ситуации, в которую он попал. Покинув больницу, эта тревожность прошла, но на смену ей не пришло ничего. Мальчик чувствовал себя каким-то уставшим и разбитым. Но, с другой стороны, он все никак не мог выбросить из головы этот случай. Почему тот врач не вызвал полицию, у него был такой шанс отомстить подростку за прошлые обиды. Но он не стал никуда звонить, а наоборот помог. Конечно, Женьку он все еще бесил и раздражал, но в глубине души он был даже благодарен. И та девушка из рентген-кабинета, мальчик впервые видел, чтобы врачи так разговаривали с пациентами. Она не кричала, не ругалась на его поведение, а наоборот старалась успокоить и поддержать. В тот момент в груди появилось странное, давно забытое теплое чувство. На землю внезапно упала крупная капля дождя, а следом за ней посыпались и остальные. Находясь в размышлениях, подросток не заметил, как погода резко ухудшилась. Еще утром на улице было светло, и кое-где проглядывало солнышко. Сейчас же все небо заволокли тучи, напоминая о холодном и дождливом времени года. Женька поднялся со скамейки и второпях пошел в сторону нелюбимого здания. Вовремя. Промедли он еще десяток секунд, не на шутку разошедшийся ливень бы накрыл его с головой. На пороге уже стояла медсестра в неаккуратно накинутой на плечи куртке. – Пришёл? Хорошо, успел до дождя, – на удивление, она протянула руку и помогла мальчику подняться по ступенькам. Нога болела значительно меньше, то ли Женя научился подбирать правильное положение, то ли бинт хорошо фиксировал голеностоп и не давал ему сильно напрягаться, то ли подействовала обезболивающая мазь. – Что врач сказал? Подросток не понимал, откуда у женщины вдруг взялся такой интерес к нему. Конечно, раньше они практически не встречались, но из-за холодного отношения воспитательницы мальчик уже привык, что здесь всем на всех плевать. Так зачем она делает вид, что волнуется? Зайдя внутрь, он скинул куртку и стал вспоминать, что конкретно сказал врач. Возможно, он бы дал какие-то указания и написал названия лекарств, если бы мальчик не сбежал из кабинета. Сочинять пришлось на ходу. Он отвел взгляд в сторону, смотреть на медсестру не хотелось. Внешний вид женщины все еще напрягал мальчика. Сняв куртку, она осталась в белом медицинском халате, а их он по-прежнему недолюбливал. – Сказал, что перелома нет, простое растяжение. – Поначалу Женька хотел ограничиться лишь этой информацией, но медсестра продолжала молчать, явно ожидая продолжения. – Сказал, что все само заживет и просто поменьше ходить. – А лекарства какие-то или справку дал? – Женщина смерила мальчика недоверчивым взглядом и цокнула, как только Женя отрицательно помотал головой. – Ладно, само, так само. Но бинт нужно на ночь снимать, а утром обратно накладывать. Сам справишься? – Справлюсь, – подросток облегченно выдохнул, кажется, болезненных заживляющих процедур удалось избежать. Ни о какой мази он даже думать не собирался, это больно и неприятно. А с бинтом то он разберется, чего там сложного. – Хорошо, я напишу тебе освобождение от школы на неделю, хватит на заживление. Но всю эту неделю ты будешь лежать на кровати и не напрягать сильно ногу. – Не дожидаясь ответа, женщина ушла, оставляя мальчика наедине с собой. Он не мог поверить своему счастью. Целая неделя отдыха от школы, ему официально разрешили не ходить на эти скучнейшие занятия. Не то, чтобы он раньше часто их посещал. Но тут будет реальная справка, подтверждающая его прогулы. В комнату он вернулся в довольном расположении духа, инцидент в больнице потихоньку стал забываться, впереди целая неделя отдыха и, самое главное, никаких больше медицинских процедур. О том враче мальчик решил больше не думать, до сегодняшнего дня ему везло не попадать в больницу, значит, будет везти и дальше. Про этого надоедливого и пугающего типа можно было напросто забыть, больше они не встретятся. Мальчик скинул ботинки и лег на живот, держать ногу в покое, так держать ногу в покое. – А ты куда пропал? Я подумал, ты у медсестры сидишь, но там было закрыто. – Димка подорвался с кровати, когда прихрамывающий друг зашел в комнату. – В больницу ходил, тебе то что? – Несмотря на неплохое настроение, обида на друга все еще осталась. Если бы не он, похода по врачам можно было бы избежать, по-крайней мере, постараться избежать. – Оу, прости, чувак, я же не знал, что так получится, – лицо друга выражало искреннее сожаление, но так просто его прощать Женька не собирался. – Отвали… – Ну, Женёк, ну прости, – Дима сел на кровать друга, но тот к нему даже не повернулся. – … – Что мне сделать, чтобы ты меня простил? – … – Ну хочешь, я стащу что-то вкусное из столовой? Там сегодня булочки с маком испекли, – от этой новости по лицу мальчика расползлась незаметная улыбка. От одного упоминания его любимых булочек потекли слюнки. Он убрал улыбку и поднял голову, все еще демонстрируя глубокую обиду. – Ладно, с тебя две булочки, тогда я подумаю. – Ох, две это же нереально. Может одну? – В ответ Димка получил лишь несогласное молчание. – Окей, я попробую, что не сделаешь ради друга. Мальчика не было долгих минут пятнадцать, Женьке уже не терпелось побыстрее его простить, умять любимые булочки и пожаловаться на произошедшее в больнице. Но друга где-то носило, пока мальчик скучал в одиночестве и ожидании. – Фух, еле добыл, ни в какую повариха отворачиваться не хотела, как будто специально их охраняла. – Запыхавшийся Димка одной рукой закрыл дверь, а второй протянул другу две ароматные мягкие булочки. Обида тут же сошла на нет, уступив место радости и предвкушению вкусного перекуса. – Больше не обижаешься? – Неа, не обжаюс, – Женька тут же откусил большой кусочек хлебобулочного изделия и закрыл глаза от удовольствия. Говорить с набитым ртом было неудобно, но за такую вкуснятину друг точно заслужил прощение. Наскоро расправившись с первой булочкой, мальчик убрал вторую в порванный пакетик и спрятал вглубь тумбочки. Съесть всё сразу и насладиться один раз или растянуть удовольствие на несколько раз? Конечно, ответ очевиден. – Давай рассказывай, че там было? – Дима с ногами запрыгнул на кровать и приготовился слушать. – Ну, короче, наша медсестраа отвела меня в больницу, которая здесь недалеко, – судя по кивку друга, он знал об этом месте, наличие мед учреждения в их районе его никак не удивило в отличие от Жени. – Там заполнили какие-то бумаги, отвели в кабинет, медсестра ушла и пришел врач. И тут самая жесть. Угадай, кто оказался этим врачом? – Мальчик прервался в ожидании реакции от друга. – Хз, вообще нет вариантов. – Тот чел, от которого я вчера убегал, прикинь. – Капец… – Ага, он оказался врачом, и узнал меня. – Женя грустно опустил взгляд вниз. Рассказывать подробности ему не хотелось. Ну не будет же он перед другом хвастаться тем, что испугался и как девочка расплакался на пустом месте. – Чувак, это же реально херово, – переварив эту информацию, Дима шокировано уставился на друга. – Он же теперь знает, где ты живешь, может ментов вызвать или сюда припереться. – Откуда он знает? Я не говорил, – радость и спокойствие как рукой сняло. По коже мальчика пробежали мурашки от услышанного. А вдруг он правда его найдет? – Так там в карте должен быть написан адрес, это вроде обязательно перед приемом… Ты говорил свой адрес? – … Я не знаю, медсестра заполняла эту бумажку, я не видел… – Женька не на шутку испугался, мысль о том, что этот врач может заявиться в детский дом, пугала. Если он придет и расскажет, что мальчик обворовывает людей на остановках, что с ним тогда сделают… Об этом даже думать не хотелось. – Чёрт, будем надеяться, что она не вписала адрес. – Димка испугался не меньше, он, конечно, переживал за друга, но, в первую очередь, - за себя. Если вскроется, что Женя воровал, то и к нему могут возникнуть вопросы, всплывут неприятные факты и случаи из прошлого. – Она не хотела говорить, откуда я. Думаю, не вписала. Все хорошо. – Подросток и сам очень хотел в это верить, но сомнения все равно закрались в голову, неприятно теребя мысли. – Ладно, а с ногой то что? Не перелом? – Неа, растяжение. Прикинь, мне справку от школы на неделю медичка дала. – Тему нужно было сменить, и сменить на что-то хорошее. Это отвлекло обоих мальчишек от плохих мыслей и волнений. – Ого, на целую неделю? Вот везуха. – Димка завистливо свистнул и насупился. Целая неделя халявы это же круто, но ради этого чуть ли не ломать ногу - так себе. – Вообще-то я заслужил, знал бы ты, как я настрадался и вчера, и, тем более, сегодня. Недели даже мало. – И что всю неделю будешь делать? – Гулять, что же еще, сейчас осень, на улице красиво и не холодно, самое то, чтобы погулять, пока вы сидите на скучных уроках. – Женька довольно улыбнулся и показал другу язык. – Нечестно, я тоже хочу… – Так давай со мной, сдалась тебе эта школа. – Сдалась, скоро конец четверти, нужно оценки исправлять, всего несколько троек осталось исправить. – Друг устало улыбнулся, по нему было видно, что учеба дается тяжело и порядком надоедает. – Зачем их исправлять? Тройки и тройки, пофиг же. – Женя такой тяги к знаниям не разделял, для него удовлетворительные и неудовлетворительные оценки в дневнике были в порядке вещей, их наличие было уже стандартным. Зачем стараться, если это никому не нужно? – Ну вдруг придет кто-то, посмотрит, а у меня и оценки хорошие, – Димка пробубнил себе это почти под нос. Он знал, как его друг относится к этому, но надежду все равно терять не хотел. – Да не придет никто, мы никому нафиг не нужны, вот увидишь, все твои старания напрасны. – Подросток отвернулся к стене и замолчал. Если его друг все еще верит в эти сказки, пусть верит, переубеждать его он не хочет. На этом их разговор резко закончился, Димка пытался еще порасспрашивать про больницу, но Женя говорить об этом отказывался. Бросал лишь короткие ответы, не настроенные на продолжение диалога. Остаток дня прошел в гнетущем молчании, ребята не разговаривали ни за ужином, ни перед сном. На утро Женьку разбудили громкие голоса и яркий свет в комнате. Соседи активно собирали вещи в школу и выглаживали рубашки и жилетки. Мальчик недовольно зажмурился и отвернулся к стене. Выспаться не получилось, ночь опять прошла неспокойно, слова друга надежно засели в голове подростка. Всю ночь он рассуждал о том, что же было написано в тех бумагах в больнице, вдруг там был адрес, вдруг этот доктор придет в детский дом и обо всем расскажет. Он же обещал вызвать полицию, значит, просто так забывать это не собирается. Соседи продолжали шуметь, прогоняя сон окончательно. Женя сел на кровати и взглянул на ногу. Бинт выглядел потрепанным, кое-где он ослаб, и показалась часть ноги. Надо бы его перемотать, но спросонья этим заниматься не хотелось. А ведь медсестра сказала вообще снимать его на ночь, о чем мальчик благополучно забыл. Ребята, наконец, закончили сборы и вышли из комнаты, оставляя Женьку в долгожданных тишине и одиночестве. Но спать уже не хотелось, а лежать в кровати надоело. Он встал и неторопливо подошел к окну. На улице еще толпились другие ребята, ждущие своих товарищей. Грустные, невыспавшиеся и продрогшие дети и подростки, наверное, они завидовали Жене в этот момент. Мальчик открыл окно и поднял голову вверх, в лицо тут же ударил холодный воздух, а комната наполнилась характерным запахом дождя. Погода не радовала, ливень обещал разойтись с минуты на минуту, а все небо заволокли непроглядные темные тучи. Погулять сегодня не получится. Женя расстроенно сел обратно на кровать и принялся разбираться с бинтом. Снять его получилось быстро, а вот нацепить обратно оказалось той ещё задачей. Раньше он никогда ничего такого не заматывал, и первые несколько раз бинт просто падал вниз ноги, совершенно не фиксируя лодыжку. Подросток психовал и пробовал заново, впереди был еще целый скучный день, что-то же у него должно получиться. Эта неделя для мальчишки тянулась крайне долго и ужасно скучно. Сначала он обрадовался внезапным каникулам и уже предвкушал насыщенный отдых. Но реальность оказалась куда более безрадостной. Нога начинала болеть уже через 10 минут активной ходьбы, так что для Жени было испытанием даже добраться до столовой, что уж говорить об улице и городе в целом. Погода за окном всю неделю стояла дождливой, казалось, что за эти семь дней с неба вылилось воды больше, чем за весь предыдущий год. На улицу мальчика не пускали, прогулки тоже были под запретом, спасали лишь редкие разговоры с другом и несколько книжек, выменянных у других детей за всякие полезные вещицы. Димка скуку друга не понимал, у Жени же были выходные, отдыхай и бездельничай, что еще нужно для счастья. Впрочем, его это не сильно заботило, на носу был конец четверти, а мальчик успел нахватать еще несколько троек, которые срочно нужно было исправлять. Времени на долгие беседы и безделье с другом у Димы не было. В эти дни Женька успел подумать обо все на свете, и о том, как скучно целыми днями лежать на кровати и ничего не делать, и о том, что ему даже хочется вернуться в школу. Раньше он бы хлопнул себя по лбу за такие мысли. Ну кто добровольно захочет в школу на занятия? Но мальчишка соскучился по шуму, по веселым приколам на уроках, по странным и глупым одноклассникам. Он не понимал, как люди с переломами и травмами месяцами лежат в кровати без возможности куда либо уйти. Это же вообще кошмар, ужасно скучно и тоскливо. За эту неделю мальчик полностью обдумал эту ситуацию с женщиной на остановке. Про того врача он зарекся больше никогда не вспоминать, поэтому и думал только про женщину. Скорее всего, было действительно неправильно вот так вытаскивать у неё кошелек, вдруг эти деньги ей были куда нужнее, чем ему. А он так некрасиво поступил. Эти светлые мысли, конечно, пришли к нему не просто так. От осознания того, что пострадавшая правда могла обратиться в полицию, было страшновато. На этот случай подросток и подготовил большую и красивую речь о том, что он раскаивается и больше так никогда не будет. А вот действительно не будет ли, он пока не знал. К воскресенью он уже без проблем ходил и даже прогулялся с Димкой до магазина после отбоя. Много они купить не смогли, на сто пятьдесят рублей получилась только пачка чипсов и баночка энергетика. Впрочем, и такие вредные вкусности подняли упавшее за неделю настроение. Бинт он уже благополучно забросил, тот постоянно сваливался, отказываясь нормально держаться на ноге. Да и зачем он нужен, если лодыжка уже почти не болит? Некоторые неприятные ощущения оставались, но их Женька старался не замечать. Проходит, и хорошо, получилось обойтись без этой глупой мази.