Он ходит в белом

– Елизавета Андреевна, это мой… Парень бросил на мальчишку суровый взгляд, не сулящий ничего хорошего, Женьки тут явно быть не должно. Он опять опустил взгляд в пол, рассматривая уже свои голые ноги, от долгого стояния на холодной плитке ступни заледенели, их неприятно холодил больничный пол, заставляя и так дрожащего мальчишку трястись еще сильнее. – Богдан Олегович, и почему же ваш пациент полураздетый бегает по больнице? – Женщина пытливо сверлила парня взглядом, теперь уже настало время Богдана отводить глаза. Всем было известно, что с этой женщиной шутки плохи. – Извините, не уследил, – парень с виноватым видом посмотрел на возмущенную заведующую. Конечно, она привыкла к порядку в своём отделении, а тут такой фокус, еще и от подопечного молодого врача. Выслушивать выговор на глазах у всего этажа врачу не хотелось, его коллеги сочувственно кивали, но сохраняли молчание в ожидании продолжения сцены. Что-то интересное тут случалось редко, а позабавить себя чужими страданиями скучающим медикам было только в радость. Парень ощутимо схватил мальчишку за руку и потянул прочь из эпицентра события. – Потрудитесь лучше выполнять свои обязанности. – Заведующая просто так спускать это на самотек не хотела, и громко добавила. – После обеда зайдете ко мне в кабинет и полностью объясните мне эту ситуацию. Богдан согласно кивнул, раздраженно поджав губы. Ну куда же без проблем с начальством с самого утра. Мальчишка продолжал семенить за ним, изредка шипя на слишком крепкую хватку врача и вырывая руку. В этот момент хотелось его прибить, за последний день он доставил неприятностей больше, чем все его пациенты вместе взятые не натворят и за неделю. А ведь он пытался с ним по-нормальному говорить, но мальчик явно такого отношения уже не заслуживал. – Что ты здесь забыл? – Как только они скрылись за поворотом и избавились от лишних ушей, парень резко остановился, разворачивая пациента к себе. – Заблудился, – Женька обиженно потер саднящий локоть. Вот и зачем так сильно тянуть? Он понимал, что, кажется, доставил врачу нехилых проблем, и теперь парень уже не будет таким доброжелательным и отомстит. А если еще и узнает, что мальчик с анализа сбежал… – Почему босиком? Пол ледяной, а кое-кто тут вообще-то болеет. – Богдан сложил руки на груди и возмущенно сверлил взглядом подростка. Как можно заблудиться так, чтобы оказать на другом конце этажа. – Ниче он не холодный, – вопрос Женя решил проигнорировать, какая врачу вообще разница в чем он. Они сами дали такие уродские тапочки, а теперь еще и возмущаются. Пол действительно был адски ледяным, и мальчик еле удерживался от того, чтобы не начать растирать руками окоченевшие ступни. Доктор выглядел крайне раздраженным, и это сильно пугало, если он узнает про анализы, вряд ли станет церемониться и успокаивать сейчас. – Почему ты не в палате? Анализы все сдал? – Парень, не желая больше морозить ноги ребенка, опять резко схватил его за плечо и потащил по коридору. До нужной палаты расстояние было приличное, а мальчишка и так долго провел без обуви. Такое чревато осложнениями. – Ай, да больно же. Все сдал, пошел искать палату и заблудился, – Женька вывалил это на автомате, поражаясь насколько быстро и четко смог соврать в этот раз. Врач на него не смотрел, поэтому отведенных в сторону глаз никак не мог увидеть. – Медсестра тебя должна была отвести обратно, – врач перехватил пациента за локоть, все так же продолжая тянуть вперед. Около одной из стен на полу хаотично валялись разбросанные синие тапочки. – Твои? – Она разрешила самому дойти. – Мальчик тихо угукнул и поплелся к ненавистным тапкам. Судя по взгляду врача, спорить можно даже не пытаться, он слишком разозлился из-за этой ситуации. – Дошёл, молодец. – Богдан дождался, пока подросток всунет продрогшие ноги в тапки, и повел его дальше. Мальчишка возвращение к обуви не оценил, опять эти ужасные тапки на несколько размеров больше. – Да отпусти ты, – Женька попытался вырвать руку, но врач держал довольно крепко, не желая выпускать виновника его проблем из захвата. – В этих уродских тапках нормально идти не получается. Парень недовольно цокнул, но мальчишку отпустил, пропуская немного вперед. То, как он любит убегать, врач помнил. В этих тапочках ребенок смотрелся действительно смешно, как пингвин, заплетающийся в собственный ногах. Нужно будет подыскать что-то более подходящее, а то истерик еще и по этому поводу выслушивать не хотелось. Дальше они пошли уже медленнее, не нарушая полного молчания. Богдан все еще злился на пациента за сотворенную глупость, из-за которой ему теперь придется выслушивать выговор начальства. А вот Женька обиженно дулся на то, что так глупо попался. Надо же было так совпасть, что он выбежал именно на пост, прямо в руки ко всем врачам этой больницы. Теперь его точно все запомнили, и план не привлекать внимания с треском провалился. Сейчас он был погружен в переживания о своей дальнейшей судьбе. Ну врачу же точно расскажут о его побеге из процедурной, и он по-любому заставит подростка туда вернуться. И эта противная медсестра все равно воткнет в его палец свою железяку. По коже Женьки пробежали испуганные мурашки, стоило только вспомнить об отсроченной процедуре. Как по заказу слева показалась та самая дверь, теперь он её узнал. Раньше она казалась неприметной и невзрачной, но сейчас ярко выделялась на фоне других. То, что было за ней, будто бы просвечивало сквозь деревянную дверь. Мальчик невольно отшатнулся в сторону, сбивая прямой маршрут. От глаз врача это, конечно же, не укрылось. – Ну-ка, подожди. – Парень резко остановился рядом с процедурной и постучал в дверь. Ну не мог он так просто поверить, что этот мальчишка вмиг стал послушным и без проблем сдал все анализы. Женька с замиранием сердца стоял и слушал звуки за дверью. Время будто замедлилось, тянулось нарочито долго и мучительно, издеваясь над застывшим от страха мальчиком. Он так надеялся, что медсестра не услышала этот стук, отвлеклась на что-то, пропустила момент. Да что угодно, лишь бы не открыла дверь. Убежать он сейчас не сможет, реакция врача точно не на стороне пациента, да и они слишком близко стоят друг к другу. Прошло мучительных секунд десять, но дверь, к огромному счастью подростка, так и не открылась. Не сдаваясь, доктор нажал на ручку, но та не поддалась. Процедурная была заперта. Женька чуть не издал радостный вопль, как же ему повезло. – Странно, ладно, пошли. – Врач такой радости не разделял. Если процедурная закрыта, значит, медсестра куда-то отошла, не решаясь оставить кабинет без присмотра. А куда могла пойти медсестра в утреннее время сбора анализов. За другим пациентом? Или за тем же самым? Богдан косо посмотрел на мальчишку, прикидывая свой вариант. Сорванец выглядел слишком испуганным всю дорогу, а сейчас, кажется, немного улыбался. Что-то здесь было нечисто. Они продолжили свой путь, насколько мальчик помнил, здесь идти явно меньше, и совсем скоро он окажется в палате. Переоденется в теплую одежду и, наконец, попробует осуществить свой план раньше, чем врач узнает правду. Утром в больнице уже светло, а все врачи и медсестры еще сонные. Если не выходить на пост, то шанс сбежать есть. Радость в глазах моментально пропала, стоило увидеть вдалеке коридора ту самую медсестру, недовольно озирающуюся по сторонам. Она кого-то искала… И этот кто-то сейчас идет прямо к ней навстречу, еще и не один… Мальчишка застыл, не решаясь идти дальше. Ну а зачем? Он и так знает, что дальше его не ждет ничего хорошего. Можно попробовать как-то выкрутиться, вернуться обратно, сказать, что что-то забыл. Хотя уже поздно. Врач заприметил медсестру и, кажется, прекрасно понял, в чем дело. – А, вот он где! – Женщина, заприметив нужную макушку, тут же прошаркала к ним, разъяренно размахивая руками. – Я его бегаю ищу по всей больнице. Не поверите, сбежал, паразит. Прямо из кабинета дёрнул. – Ещё как поверю, – Женьку мягко ухватили сзади за шкирку, разворачивая назад. Кажется, врач разозлился ещё сильнее. До этого в его голосе прослеживалось хоть какое-то спокойствие, а сейчас на смену ему пришел строгий холодный тон, от которого хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не слышать. – Пойдемте в кабинет, вы возьмёте кровь, а я его подержу. Женщина удовлетворенно кивнула и зашаркала к процедурной. Такой расклад её устраивал, не придется самой гоняться за ребенком по всему отделению, а потом выслушивать истерики еще и в самом кабинете. – Чт…что? НЕТ! – Женька испуганно закричал и стал что есть силы вырываться из хватки врача. Эта фраза вмиг сломала все спокойствие и рассудительность, которые мальчик так старался сохранять. В голове вновь запульсировало то самое панически-пугающее чувство. Он уже не мог контролировать ни себя, ни свою речь. Все, чего хотелось - вырваться и свалить отсюда как можно дальше. – Сука, себя подержи. Не трогай меня! Богдан перехватил его за плечи и прижал к себе, пресекая абсолютно все попытки пациента. Он молчаливо потащил пациента в сторону процедурной. Чаша терпения была уже на грани, настроение было безвозвратно испорчено, а мальчишка продолжал подливать масло в огонь своим поведением. Когда-нибудь он точно нарвется. Женя продолжал упираться ногами в пол, отталкивать врача назад, бить его руками, но ничего не получалось. Тапочки предательски проскальзывали на плитке, а по силе врач явно превосходил, сопротивления мальца никакого ущерба ему не наносили. Он дотащил беглеца до процедурной, по-прежнему прижимая к себе, пока медсестра искала ключ и открывала дверь. – Успокойся, – мальчика начало трясти, он прекрасно знал, что внутри этого помещения не протянет и минуты. Болезнь давала о себе знать, кажется, у него опять поднималась температура, а врач начал ощущать жар от маленького тела перед собой. – Отпусти… – Женька уже прохрипел, голос от крика подсел, а подступающий кашель мешал нормально дышать. Медлить было больше нельзя, если мальчишка продолжит истерить, его самочувствие ухудшится, и виноватым в этом опять сделают врача. Да и эта медсестра по-любому потом всем растреплет про эту ситуацию, ну не умеют они держать язык за зубами. Богдан сел на стул и посадил ребенка к себе на колени, крепко зажимая его ноги между своими. Мальчишка продолжал вырываться, но уже не так активно, как раньше. Видимо, болезнь взяла своё, и все силы уходили на снижение поднимающейся температуры. Медсестра не медлила, все приготовленные приборы уже лежали на столе, ей оставалось только натянуть перчатки. Она явно торопилась, на этого ребенка и так потрачено много драгоценного времени. – Давай руку, – тон парня немного потеплел, руками он перехватил мальчишку за талию, прижимая к себе, а сам заглянул в испуганные глаза, пытаясь просчитать состояние пациента на данный момент. Женька поспешил отвести взгляд, не хватало еще, чтобы врач что-то понял. Дергаться он перестал, все равно это было бесполезно. Еще и голова начинала гудеть вдобавок к странной ломоте в теле. – Нет, – подросток плотно прижал обе руки к себе, отворачиваясь от стола к стене, чтобы случайно не встретиться взглядом с той кушеткой. Если он её увидит, то потеряет окончательно все остатки рассудка. Кровь мальчик сдавать боялся, но и насильных действий со стороны врача тоже. Он боялся уже всего вокруг. И почему этот докторишка так близко его прижал, это даже отдаленно напоминало объятия. – Почему? Это совсем не больно. – Богдан устало твердил уже заученную фразу, которую талдычил практически всем своим пациентам. Злость прошла, сменяясь разочарованием, конечно, этот ребенок виноват в том, что подставил его под удар заведующей, но насильно его держать и брать кровь под дикие крики - слишком жестоко. – Не бойся. – Я не боюсь! – От безысходности казалось, что из глаз вот-вот потекут слезы. Это нечестно. Врач будто знал, куда давить, и специально упрекнул Женьку в том, что он трус. А он не трус. По-крайней мере, в этом точно никогда никому не сознается. – Тогда вытяни ручку, – парень мягко положил руку на локоть мальчика и медленно оторвал её от тела. Подросток, на удивление, почти не сопротивлялся. Медсестра напротив недовольно хмыкнула, процедура затягивалась уже сильно, она давно должна была взять кровь у этого ребенка и переходить к следующим. Так мало того, что один устроил представление, так еще и врач тянет время, сюсюкаясь с этим непослушным мальчиком. Женька положил руку на стол и поспешно отвел взгляд, на все эти приборы смотреть было слишком страшно. Он не понимал почему так внезапно сдался, голова немного кружилась от недавней истерики, и сознание немного затуманилось. Вроде же нет ничего страшного в том, чтобы положить руку. Женщина, не медля больше ни секунды, открыла пакетик с салфеткой и крепко ухватилась за безымянный палец ребенка. Мальчик вздрогнул, к нему резко пришло осознание происходящего, а ушедшая на время паника вернулась, стоило мокрой салфетке прикоснуться к коже. – Тихо, – подросток попытался вырвать руку, но ловкие пальцы врача тут же ухватили его за запястье, фиксируя предплечье на столе. – АЙ! – Палец резко кольнуло чем-то острым, и по коже заструилась густая жидкость. Женька заскулил, сжимая зубы вместе. Нарастающая неприятная боль смешалась с еще более неприятными ощущениями. Медсестра завертела его руку, прикладывая к ране какую-то стеклянную пластинку. – Все хорошо, почти закончили, – Богдан рефлекторно переместил вторую руку на спину мальчика, успокаивающе поглаживая. Этот пацан, конечно, доставил проблем, но пожалеть его все равно стоило. Женя тихо скулил, иногда все же дергая рукой. Женщина больно сжимала его палец, выгоняя из него всю кровь до последней капельки, пока не наполнилась колбочка. Насколько же это было неприятно, казалось, что своими жесткими руками они вот-вот раздавит пальчик мальчишки. Он чувствовал, что на глазах уже становится мокро, как бы подросток не пытался сдерживать слезы. Было слишком больно и обидно, что его вот так без согласия затащили сюда и стали мучить. – Всё, молодец. – Палец вместе с салфеткой мальчик зажал в кулачок, притягивая к себе настрадавшуюся руку и вытаскивая её из опасной зоны. Врач напоследок приложил тыльную сторону ладони ко лбу мальчика, разочарованно цокнул и, наконец, выпустил его из ловушки, позволяя встать со стула. Женька молчал, обиженно сопя и все еще унимая пережитый стресс. Лицом он развернулся к двери, не хватало еще, чтобы кто-то из этих гадов увидел его слезы. – Вот баночка, – женщина убрала пробирку с кровью к остальным и со стуком поставила на стол пластиковую баночку. Так себе подарок за мучения. Мальчишка к столу подходить не собирался, пусть стоит там, она ему не настолько нужна. Увидеть рядом с банкой заполненную своей кровью трубку он боялся гораздо больше. – Спасибо, – парень доброжелательно кивнул медсестре, захватив баночку с красной крышечкой со стола. Женщина такой радости не испытывала, кинув вслед парню что-то про слишком мягкое отношение к детям. Впрочем Женька это уже не слышал, он выскочил за дверь, больше там находиться было невозможно. Он искренне надеялся, что в эту комнату пыток больше никогда не вернется. Предчувствие подсказывало, что в следующий раз последствия могут быть куда страшнее, чем саднящий палец и поднявшаяся температура. – Пошли, – врач вышел следом, по-прежнему хмуро поглядывая на пациента, все ещё злился. Женя поплелся следом за парнем, продолжая сжимать салфетку в кулаке. До палаты оказалось действительно всего ничего, не то, что до того холла, куда его вынесло раньше. Эту дорогу они опять прошли в напряженном молчании, хотя доктор что-то высказать явно хотел, но не в коридоре. – Ну и что это за поведение? – Богдан протолкнул мальчика внутрь палаты, закрывая дверь. На столе уже стоял поднос с завтраком. Какая-то каша и кисель хорошего впечатления не производили, а вот на бутерброд с сыром и маслом у Женьки глаз уже упал. – Ничего, – мальчик сердито буркнул и потянулся за бутербродом. Он вообще-то злился, что врач насильно затащил его в кабинет и прижал к стулу. – Завтрак потом, сначала осмотр. – Парень отодвинул поднос от ребенка и достал из кармана градусник. Он что, всегда с ним ходит? Осмотр также проходил в напряженном молчании, Женька уже не подпрыгивал от каждого взмаха рукой в его сторону, почти спокойно дал прослушать легкие и посмотреть горло, иногда покашливая и отводя в сторону обиженный взгляд. Врач раздраженно хмыкнул и вытащил градусник. – 38°С, молодец, наорался, – он исподлобья посмотрел на пациента, прикидывая, что делать дальше. По-хорошему эту температуру было бы сбить, и могла подойти обычная таблетка, но почему-то сейчас настроение хотело другого метода. – Будто я специально… Нечего было хватать и тащить… – Женька отполз к стене, прижимая к себе колени. Его бросало в жар, а ломота в теле никак не спадала. Самочувствие сильно ухудшилось после этой процедуры, никуда в таком состоянии он сбежать не сможет. – Ладно, медсестра принесет жаропонижающую таблетку, – загнанный и усталый вид мальчишки все же заставил парня отказаться от мстительной идеи с уколом. – Но больше чтобы без выходок, моё терпение не железное. – Угу, – подросток хмуро взглянул на врача и снова отвернулся. Будто он во всём виноват, а врач совершенно ничего плохого не сделал. Ну ничего, совсем скоро Жени тут уже не будет, осталось лишь дождаться ночи. Тогда температура спадет, а все врачи в отделении потеряют такую бдительность. Парень обвел пациента строгим взглядом и поспешил удалиться, еще нужно попросить жаропонижающие для ребенка, зайти и осмотреть других пациентов, дождаться результатов анализов, кому-то назначить, а кому-то скорректировать лечение. Богдан устало вздохнул, а это ведь только начало дня. Еще и внеплановый визит в кабинет заведующей с явно не лучшим исходом.