Безумно влюблён

      Прекрасное утро должно начинаться с прекрасного пробуждения. Почувствовав, как на твоём лице растаял нежный поцелуй, ты мило улыбнулась, а веки потихоньку начали разлипаться. Первое, на что упал взгляд карих сонных глаз, было лицо Ямады. Травянисто-зелёные глаза были слегка прикрыты, брови расслаблены, а уголок губ был вздёрнут, образовывая лёгкую улыбку. Было видно, что мужчина сам буквально только что проснулся.       - Доброе утро, sweetheart. - Блондин вытянул шею, оставляя ещё один полупрозрачный поцелуй, но на этот раз на твоих губах.       - Доброе, sunshine. - Сказала ты со всей нежностью. Хизаши всегда называл тебя милыми английскими словами по типу «honey», «cutie», «darling», но чаще всего он пускал в ход слова «sweetheart» и «sweetie». Однажды, когда вы лежали вместе на кровати в обнимку, ты проснулась раньше мужчины, прислушиваясь к его мирному сопению, наблюдая за размеренным ходом грудной клетки. Шторы не занавесили окно полностью, поэтому через маленькую щель в комнату попадал солнечный свет. Ты отодвинулась от блондина, привстала на локтях, собираясь подниматься, однако увиденная картина заставила застыть на месте. Одинокий луч упал на подушку, на которой были рассыпаны золотистые волосы Хизаши. Попав на пряди мужских волос, солнечный лучик заставил их переливаться так, словно они были сделаны из первоклассного шёлка. Участок пряди, на которую свет падал напрямую, был цветом светлого пепельного блонда, а когда свет рассеивался, на локонах раскрывались все 50 оттенков золотого. Пряди были хаотично разбросаны на подушке, что делало их очень похожими на солнечные лучи. Этот образ надолго засел в твоей голове, и с тех пор зовёшь мужчину не иначе, как «sunshine».       - Сегодня я на работу, а затем сразу к тебе. Можешь подремать ещё часик-другой, сейчас только полседьмого. - Третий поцелуй Ямада оставил на лбу, слегка взъерошив твою чёлку. - Не скучай без меня сильно, sweetie.       Не было ничего прекрасней, чем такое пробуждение. До боли в груди ты любила внешний вид блондина с утра: сонный, слегка неопрятный, со взъерошенными волосами, в голосе была хрипотца, а глаза... Стоило им посмотреть на тебя, зелёные омуты тут же до краёв наполнялись нежностью и любовью: так на тебя никто и никогда не смотрел. Каждый раз ты терялась в этом магическом лесу мужских глаз, что настойчиво звал к себе, не желая отпускать. Однако и ты не желала уходить. С момента «похищения» прошло чуть больше трёх месяцев: на улице царил август в самом его разгаре... Хотя, нет, эту ситуацию даже «похищением» назвать было нельзя, это всё напоминало скорее добровольную изоляцию. Ведь ты никогда не чувствовала себя настолько счастливой. Старалась не вспоминать о прошлом, конечно, но нет-нет, а в голове время от времени проводилась параллель.       Ты любила просыпаться на двуспальной теплой кровати в чужих объятиях, нежели в холодной маленькой кроватке в абсолютном одиночестве.       Любила почти постоянное присутствие блондина рядом, вместо зияющей пустоты, что расползалась зияющей дырой в груди.       Любила его заботу, нежность и теплоту, вместо холода и отрешённости родителей.       Любила всё, что было связано с блондином.       Впервые за долгое время кто-то напрямую показывал тебе свою любовь через слова, действия и прикосновения. И именно благодаря этому перестали мучать кошмары каждую ночь. Каждая такая беспокойная ночь осталась смутным отпечатком в твоëм сознании, смешиваясь с сотней подобных воспоминаний...       Два часа ночи. Полная луна висела на безоблачном небе. Её тусклый свет беспрепятственно пробирался в комнату сквозь окно, чему не мешали не задёрнутые шторы. Полупрозрачный цвет ложился на кровать, покрывая тяжело вздымающуюся грудную клетку, что была укрыта лёгким одеяльцем. Через пару минут, перевернувшись на спину, начала рвано хватать ртом воздух, пока грудь лихорадочно вздымалась от тяжёлых вдохов: ты задыхалась. После нескольких минут такого припадочного дыхания, карие глаза почти моментально распахнулись от страха. Взяв своё дыхание под контроль, лёгкие рефлекторно сжались, заставляя зайтись в кашле: во рту пересохло, слёзы потекли из глаз, смачивая бледные щёки, а остатки кошмара впились в сердце, словно шприцы, вводя в орган лошадиную дозу страха, который по артериям разошёлся по всему организму, вызывая дрожь в теле. Сделав пару громких откашливаний, заткнула себе рот, однако тут же развернулась, падая лицом в подушку, чтобы она приглушила звуки кашля. А в голове было лишь одно: «Родители спят. Не разбудить родителей. Не разбудить отца». Кулаки сжали подушку со всей силы, отчего руки начали дрожать. Как только кашель успокоился, спокойно выдохнула, переворачиваясь и ложась обратно на спину. Ещё пара слёз скатились по щекам, заставляя пару раз моргнуть в надежде, что лимит солёной жидкости исчерпан, но нет. Капли всё катились и катились из глаз, не думая останавливаться, однако они поменяли своё направление: стали стекать из внешнего уголка глаза вниз до виска, затем попадая в ушную раковину, доставляя неприятные ощущения. Только через полчаса ты смогла успокоиться, а состояние стало хуже: глаза заболели от пролитых слёз, горло горело адским пламенем, плюс головная боль не заставила себя долго ждать, утягивая виски в цепкий капкан. После такого отвратительного пробуждения, как обычно, суть кошмара ускользнула от тебя, оставляя ни с чем, а сюжет сна вылетел из головы. Ты постоянно забывала, что конкретно пугало во снах раз за разом, заставляя начать плакать и задыхаться от страха. Хотя, если честно, ты не была уверена, что хотела это знать. В этот момент так не хватало чужого тепла, чьего-то присутствия рядом... Чего-то, что так бы и кричало: «Ты не одна. Я рядом». Однако чуда не произошло. Никто не пришёл, не поддержал и не успокоил. От боли от этого осознания ты лишь плотнее укуталась в одеяло, поворачиваясь на левый бок, впиваясь взглядом в стену. Устроилась поудобнее, закрыв глаза, представляя, будто кто-то ложиться позади тебя и прижимается грудью к твоей спине, превращаясь в большую ложку. Уж очень, на самом деле, повезло с воображением: легко могла себе представить подобную сцену, эмитируя ощущения и чувства, которые ты могла бы испытывать в подобной ситуации. Да, эти ощущения были фантомными и полупрозрачными, но этого хватало для самовнушения, после которого приходило лёгкое, но какое-никакое успокоение.       И так. Каждый. Грёбанный. Раз. И это, мягко говоря, выматывало. Однако теперь всё изменилось. Ты больше не одна: стоило проснуться в холодном поту, как Хизаши магическим образом просыпался следом, загребая в свои объятия и начиная успокаивающе поглаживать, говоря милые слова на ушко. Пару недель такой Ямада-терапии, и кошмаров как не бывало.       Когда ты проснулась во второй раз, на часах было десять утра. Встав с кровати, сладко потянулась и отправилась в ванную комнату: теплый душ помог окончательно проснуться, даря прекрасное настроение. Отправившись на кухню, ты сделала себе быстрый завтрак в виде яичницы с кофе, который уплетала за чтением любовного романа в интернете. Да, твой телефон в ту роковую ночь остался дома, однако Хизаши не мог оставить тебя без средств связи. Блондин тебе слепо и безоговорочно верил, ведь сам прекрасно знал, что никуда не уйдёшь и не сбежишь. Поэтому приобретение для тебя телефона не ударило ни по вашим отношениям, ни по кошельку Хизаши. Помимо работы учителем в колледже, блондин подрабатывал на дому, переводя преимущественно аудио тексты с английского языка, за что получал очень много, ведь был квалифицированным специалистом в области лингвистики, и заказов всегда хватало. Закончив трапезу, ты стала мыть посуду, забавно подтанцовывая под музыку из твоего плейлиста. Стоило вытереть руки, как телефон на столешнице завибрировал от входящего звонка. Взяв устройство в руки, на экране высветилась надпись: «Входящий звонок от абонента Sunshine <3». Не долго думая, ответила на звонок.       - Sweetheart, слушай меня внимательно. - Жизнерадостный и звонкий голос Хизаши приобрёл металлические нотки то ли от волнения, то ли от страха: сказать было сложно. Но, в любом случае, такой тон заставил напрячься.       - Говори.       - В колледж прибыли полицейские, они ищут тебя. Не знаю, почему они вышли на меня только спустя столько времени, однако стражи порядка настаивают об осмотре квартиры. У них нет ордера на обыск, поэтому они будут смотреть поверхностно. К чему я веду... - Ямада тяжело вздохнул, видимо, пытаясь успокоиться. - Умоляю тебя, спрячься. Если они тебя найдут... - Тут голос блондина дрогнул. - Думаю, сама понимаешь, к чему это приведёт.       - Да, понимаю... - Голос тихий-претихий, а волнение внутри тебя безудержно нарастает.       - Однако времени у тебя мало. Меня вздёрнули прямо посреди пары, поедем прямо сейчас: у тебя около десяти минут. - Блондин на секунду замолчал, после чего сделал долгий выдох. - Ты справишься, милая.       Услышав телефонные гудки, ты ещё стояла пару секунд в ступоре, продолжая держать телефон около уха. Однако осознание пронзило тело, отдавая покалыванием в кончиках пальцев. Ты тут же кинулась метаться по квартире, собирая и пряча всё, что могло говорить о том, что здесь жил ещё один человек. В ванной схватила свою зубную щётку, пачку прокладок, дезодорант, расчёску, нижнее бельё и завернула в своё полотенце, что убрала внутрь комода, на дно нижнего ящика, спрятав под полотенцами Хизаши. Из нижнего ящика кухонной гарнитуры вытащила пакет и пробежалась по всем шкафам, складывая туда свою одежду, которую Ямада предусмотрительно купил для тебя: несколько домашних футболок женского фасона и пару пижамных штанов, размер которых был явно меньше того, который носил Хизаши. Пакет с одеждой ты повесила на вешалку в огромный шкаф-купе в прихожей, сверху повесив чёрную объёмную ветровку Ямады и застегнула её, что скрыло пакет.       И в этот момент, в замочной скважине входной двери, рядом с которой ты стояла, раздался характерный металлически лязг: дверь вот-вот откроется. Недолго думая, ты тут же метнулась внутрь этого самого шкафа, закрывая за собой дверь. Ты съёжилась, быстро пробираясь вглубь шкафа, где висела тёплая верхняя одежда мужчины. У боковой стенки, в углу шкафа, стояли высокие кожаные осенние сапоги 43-его размера. Недолго думая, ты запрыгнула в них, пододвинув ближе к себе вешалку с удлинённым бежевым осенним пальто, которое полностью скрыло тело. Выудив телефон из кармана, ты быстро понизила яркость экрана на минимум, поставив беззвучный режим. Дверь, наконец, отворилась.

Несколькими минутами ранее.

      Припарковавшись около дома, где находилась квартира педагога, Ямада вышел из машины. Тут же подъехала полицейская машина, припарковавшись рядом. Оттуда вышли двое мужчин в полицейской форме: один из них был коренастым мужчиной с белокурыми волосами и грубоватой щетиной на лице, которому было лет под 40, а второй выглядел гораздо моложе, был брюнетом с атлетичным телосложением. Они подошли к Хизаши, закрыв служебную машину.       - Пройдёмте, господин Ямада. - Блондин на это ничего не ответил, в немом жесте призывая стражей порядка следовать за ним.       Всю дорогу Хизаши молчал, стараясь выглядеть невозмутимым, а в голове происходил тотальный хаос. Когда трое мужчин остановились у лифта, дожидаясь его прибытия, Ямада с головой погрузился в размышления:       {А если Аки не успела? Если они догадаются? Чёрт, у меня нет при себе оружия. Главное дойти до кухни, чтобы, если что, я смог схватить нож и убрать их. Начну с паренька помоложе, он выглядит более опасным соперником. Нужно будет попытаться вывести на реакции, чтобы он не успел ничего понять. Коренастый тип выглядит уставшим, он чуть ли не засыпает на ходу, его убрать будет проще, оставлю напоследок. Главное, чтобы они не закрылись Накано-чан как живым щитом, иначе я ничего не смогу сделать. А если я...}       - Вы расстроены, Ямада-сан? - Темноволосый паренёк вывел педагога из размышлений. Зелёные глаза равнодушно пробежались по лицу полицейского из-под полузакрытых век, выказывая отрешённость и некую раздражительность их владельца.       - Поймите меня правильно, господа, - холодно начал Хизаши. - Сейчас я, в первую очередь, - преподаватель. И вы отвлекли меня в рабочее время, подорвав прям посреди пары, под перешёптывание студентов. Вы мне объяснили ситуацию лишь поверхностно, ордер на обыск не предъявили... - Блондин замолчал, шумно выдохнув. - Надеюсь у вас есть веские причины подозревать меня в пропаже Аки Накано. Да ещё и спустя столько времени.       Полицейские переглянулись между собой. Белокурый мужчина, увидев вопрошающий взгляд коллеги, закатил глаза и посмотрел на Хизаши.       - Дело в том, что родители Накано-чан - те ещё... - Мужчина замялся. - В общем, сложно их описать цензурным словом. Мать всё это время скрывала телефон студентки, желая перепродать его, как только дело свернётся. Скрыла главную улику от следствия - уму непостижимо! - Тут двери лифта открылись и все трое ступили внутрь. Нажав на кнопку с нужным этажом, Хизаши снова посмотрел на коренастого мужчину, в немом жесте прося его продолжить. - А отец девушки сжёг личный дневник своей дочери, обосновав это на допросе тем, что: «Я даже не стал его читать, потому что прекрасно знал, о чём там было написано. Не хотел проблем с опекой. Не думал, что следствие зайдёт так далеко».       Мужичок устало потёр переносицу. Его словно воротило от воспоминаний, поэтому его коллега продолжил.       - В телефонной книге студентки было лишь 4 телефонных номера: номера родителей, номер главы студенческого совета и ваш номер, Ямада-сан.       - И поэтому вместо допроса вы решили осмотреть мою квартиру? - Ямада поднял одну бровь, скептично оглядывая паренька с ног до головы.       - Дело в том, что в день пропажи Аки поссорилась со своим отцом, поэтому он выставил дочь из квартиры, чтобы она прогулялась, «остыла» и вернулась домой. Однако этого не произошло. Накано-старший сказал, что она просто скрывается у кого-то, и указал на Вас. - Руки Хизаши, которые были в карманах брюк, сжались в кулаки с такой силой, что костяшки побелели, а коротко подстриженные ногти впивались во внутреннюю часть ладони, оставляя достаточно яркие следы. Блондин держался как мог, чтобы со всей силы не ударить по железной стене лифта.       {Всё было не так! Это было глубокой ночью, в ужасную погоду. Накано-чан не ссорилась со своим отцом, этот козёл просто избил её. Аки сбежала сама, ведь не хотела пострадать от рук этого чудовища ещё больше. Она сильно простыла после произошедшего той ночью, стёрла себе ноги в кровь, а шрамы на спине до сих пор очень чувствительны и не факт, что они когда-нибудь затянутся... Конечно, блядь, она не вернётся домой! Кто бы добровольно вернулся в этот ад?}       Двери лифта отворились, вырывая преподавателя из размышлений.       - Ну ничего, сейчас вы осмотрите мою квартиру и поймёте, что этот чудак просто пытается перекинуть ответственность на меня. - Сказал блондин, подходя к двери, ведущей в его квартиру. Достав ключи из кармана, Хизаши пытался вставить их неправильной стороной в замочную скважину специально, пытаясь выиграть пару секунд.       После лязга металлических ключей о замочную скважину, входная дверь почти беззвучно отворилась. Мужчины в форме прошли внутрь квартиры, а за ними зашёл Хизаши, закрывая дверь. Разувшись, коренастый чопорный мужичок сразу открыл шкаф-купе, в котором ты сидела. Сердце ушло в пятки, начиная лихорадочно биться, грозясь вот-вот выбить пару рёбер. Чтобы не издать лишнего звука, заткнула себе рот ладонью. Полицейский был так близко, что, казалось, ты могла слышать его хриплое дыхание. Он открыл выдвижную дверцу, рассматривая внимательно висящую одежду, от чего ты вообще перестала дышать.       - Есть что-нибудь, сэр? - Полицейского отвлекли. Он задвинул дверцу шкафа.       - Нет. Пошли дальше. - Ты услышала, как приглушённые шаги ног постепенно удалялись. Страх немного отступил, позволяя снова спокойно дышать: страж порядка не заметил ни застёгнутую ветровку, под которой висел пакет с твоей одеждой, ни тебя, находящуюся в самом углу шкафа, чьё тело было скрыто осенним мужским пальто, а ноги до сих пор стояли в мужских сапогах.       Не знаешь, сколько времени так простояла. Может, минут 15, однако казалось, что прошёл целый час. Сердце билось, как у загнанного в угол зверька, даже не думая сбавлять обороты. Пульс стучал в висках, начиная отдавать лёгкой головной болью. В тёмном шкафу было очень душно, спёртый воздух лишь способствовал усилению головокружения, но ты держалась. Стояла на месте, боясь пошевелиться, чтобы ненароком не издать лишнего звука. Знала ведь, если найдут - пиши пропало. В полиции никто не станет разбираться, Хизаши повяжут, а тебя вернут в ад, где ты была прописана по паспорту: всё начнётся заново, завертится сансарой в блядском порочном круге. Снова бесконечное чувство одиночества, бескрайняя тоска, насилие со стороны отца. Лучшими друзьями снова станут подушка и личный дневник, а твои «спутники» снова вернуться: кошмары, панические атаки и истерики. При таком раскладе событий проще было застрелиться, чем пытаться жить дальше. Жить дальше без своего единственного любимого человека, что души в тебе не чает. Жить в глубокой чёрной бездне без своего лучика Солнца, лучика радости, нежности и надежды.       - Мой sunshine. - Прошептали губы, словно в полубреду, настолько тихо, что ты сама не смогла расслышать их за истерическим биением сердца в груди. По болезненно-холодной щеке скатилась одинокая слеза, обжигая кожу, словно огнём. Ты моргнула несколько раз, вытесняя из карих глаз возникшие слёзы, после чего смахнула их рукой, вытерев лицо насухо краем собственной футболки. Не время плакать.       Шаги стали приближаться, заставляя снова еле дышать от стянувшей горло паники. Но ты стойко держалась, словно маленький оловянный солдатик. Послышался шорох одежды и характерный звук застёгивания замков: они обувались.       - Простите за беспокойство, господин Ямада. - Прозвучал низкий голос одного из полицейских. - Следствие не имеет больше никаких причин подозревать Вас: видно, что живёте здесь в гордом одиночестве.       - Квартиру холостяка издалека заметно. - Усмехнулся второй полицейский. - Вы собираетесь возвращаться в колледж?       - Мы затянули с этим осмотром: мой рабочий день уже закончился. Сегодня пар в колледже у меня больше нет, так что, пожалуй, я останусь дома. - Такой родной голос Хизаши смог чуточку замедлить ритм сердца, слегка успокоив тебя. - Только потом перед администрацией отчитываться придётся за сорванную пару...       - Не переживайте, мы сами всё объясним директору. Она женщина понимающая: думаю, проблем не возникнет. - Металлическая щеколда звонко щёлкнула, открывая входную дверь. - Прошу прощения за вызванные неудобства.       - Вы бы нашли себе девушку, Ямада-сан. - Снова встрял страж порядка помоложе. - Вы такой порядочный, вежливый... И при этом холостяк.       - Не переживайте, у меня нет проблем на любовном фронте. - Отшутился преподаватель, однако в голосе проскочила заметная лишь тебе нотка раздражения. - Всего хорошего, господа.       - И Вам хорошего завершения дня! - Дверь захлопнулась. Послышались щелчки в замочной скважине.       - Кретины. - Глухо выругался под нос преподаватель, проходя вглубь квартиры. - Sweetheart, можешь выходить. Они ушли.       Эти слова подействовали сродни спускового механизма, заставляя покинуть укрытие. Выскочив из шкафа ты оказалась за спиной блондина, накинувшись на мужчину с объятиями. Хизаши этого не ожидал, поэтому еле заметно вздрогнул, однако затем он быстро вырвался из цепкой хватки, но только для того, чтобы развернуться к тебе лицом и обнять самому. Мужские руки успокаивающе гладили спину, обходя на память все шрамы, чтобы ненароком не причинить боли. От этого ты буквально растаяла, лишь ближе прижимаясь к Хизаши, уткнувшись носом ему куда-то в ключицы. Вы стояли в обнимку несколько минут, пока ты не решилась прервать молчание.       - Я не брошу тебя даже под дулом пистолета. - Еле слышно прошептала, хватаясь за блондина лишь сильнее, словно тот был спасительным глотком кислорода в тёмном и глубоком океане. - Звучит ванильно и невероятно глупо, но это правда.       От этих слов губы Хизаши изогнулись в нежной улыбке. Правая рука мужчины коснулась затылка, пропуская между пальцев шелковистые рыжие локоны, начиная аккуратно массировать кожу головы, вызывая табун мурашек по всему твоему телу.       - Знаю, - мужские губы коснулись макушки, оставляя на ней невесомый поцелуй. - Я тебя тоже никогда не отпущу. Просто не смогу.

***

      Всё чаще ты действительно благодарила небеса за такой подарок свыше. Если этот рай - вознаграждение за все дни боли, тоски и одиночества, за всё пережитое тобой... То ты была не против переживать эти моменты во снах снова и снова, только чтобы проснуться в чужих заботливых, окружённая любовью, теплом и вниманием. Благодаря таким по истине интимным моментам, пропитанным умиротворённостью, действительно хотелось просыпаться. Холод, зарождающаяся депрессия и апатия полностью покинули тебя, словно оставшись в прошлой жизни, до того, как ты попала в группу английского языка именно к Хизаши Ямаде.        Блондин прижал тебя ближе к себе, зарываясь носом в рыжие локоны и начал медленно погружаться в сон. В такие моменты обычно болтливый Хизаши всегда молчал, ведь в словах не было необходимости. В такие моменты было важно лишь то, что вы есть друг у друга. Важны лишь ваши сердца, которые бьются в унисон, отбивая известную лишь вам мелодию. Каждый из вас прислушивается к сердцебиению друг друга, тихому дыханию, а на уме у обоих одно и то же:       - Как я рад, что ты у меня есть.       - Как я рада, что ты у меня есть.