Провокация провокатора

— Пр-ровоцир-руешь! — рычал Арс, нависнув над Шастом. Тот довольно улыбался. — Ни капельки. Он глядел в ответ нагло, ухмыляясь во все зубы, и наслаждался видом напарника в состоянии легкой взбешенности. Антон слегка наклонил голову и провел взглядом, как кистью, линию от глаз по скулам до линии подбородка и шеи и обратно к глазам. Взвинченный Арс, рыча, оттолкнулся от спинки дивана, на которую опирался, нависая над коллегой. Антон, продолжая нагло лыбиться, развалился на диване, всем видом показывая, кто здесь хозяин положения. — Допрыгаешься, Шаст! — все еще рыча и нервно передергивая плечами, бесился Арс. — Не-а, — самодовольно ухмылялся Антон, привычно раскинув во все стороны свои длиннющие ноги. Арс метнул в него угрожающий многообещающий взгляд исподлобья. И в ответ получил издевательский воздушный поцелуй.

***

— Ты специально?! — прошипел одними губами нервный Арсений. — Да нет же, клянусь! — таким же трагическим шепотом с паникой в глазах отвечал Шастун, прижатый к полу за декорацией барной стойки, куда они упали, поскользнувшись. Оба нервно дышали, заливаясь потом. — Слышь, любовнички, вы там в порядке? Или вы решили прямо в эфире прелюбодействовать? — окликнул их голос Паши Воли. — Да-да, в норме, — вскочил Арс, вытягивая за собой Антона из-за стойки, на ходу поправляя на руках шокеры и одергивая футболку. — Всё нормально, — махнул рукой Шаст, отряхиваясь от остатков закусок, на которые они упали. — Все живы. А вот сухарики у нас, так сказать, закончились. — Так может, метнешься и принесешь?! — вошел обратно в роль хозяина бара Арс. И получил два заряда током за букву «ш».

***

— Руки свои загребущие убрал! — Да я реально случайно! — За случайно знаешь, что делают?! — Арс театрально рычал и сбрасывал со своего плеча ладонь Антона. — Да ладно тебе, Арс, ну серьезно! Мне надо было за что-то ухватиться, когда я обморок изображал. Это же по роли! Я же не виноват, что ты так близко ко мне подошел! Кроссовки эти новые! Там скотч прилип, а ковролин на сцене знаешь какой скользкий, оказывается! Ну, прости… Антон извиняющимся жестом коснулся плеча друга. Они остались вдвоем в ожидании такси. Стояли под козырьком ДК Моспродюсер плечом к плечу, глядя на моросящий дождь. Арс нервно и шумно выдохнул. Медитативно втянул носом прохладный воздух, пахнущий мокрым асфальтом. На самом деле не так уж сильно он злился. Вся ситуация между ними его скорее забавляла, чем бесила. Все эти переругивания были тоже частью их игры. Что действительно его раздражало так это то, что Антон провоцировал его на близость и издевался, зная, что это, чёрт возьми, работает. Непонятно для самого Арсения почему, но работает. И взвинчивает его как сжатую пружину, распространяя по телу вибрирующие волны, от которых хотелось смеяться, прыгать до небес, выделывая кульбиты, и, одновременно, до одури хотелось выдрать Шастуновские кудряшки, оставив того лысым как Поз. Арсений прекрасно осознавал, что это работает в обе стороны, но пользоваться, в отличие от Антона, не хотел. Во избежание. Про себя он точно знал, что может зайти дальше, а вот Антона втягивать ему не хотелось — он чувствовал некоторую ответственность за длинноногого балбеса. К тому же, Антон слишком быстро прогибался под его провокациями и превращался в неразумную скотинку с мутными взглядом без признаков интеллекта — это они уже проходили. Пусть всё останется на уровне нелепого флирта. Так будет лучше для всех. — Вот, блин, доиграешься, и что мы тогда будем делать? — вздохнул Арсений, обращаясь не столько к Антону, сколько бросая вопрос в мироздание. Антон склонился вбок как берёзка и уперся своей головой в голову Арса. Тот мученически вздохнул, вздымая глаза к серому небу. — Не доиграемся, — Антон поерзал, как кот, по голове Арса. — Мы же взрослые нормальные мужики, ну? Арсений улыбнулся: — Взрослые нормальные мужики, стоящие под козырьком, притеревшись друг к другу, как мартовские коты. Смешно, ага. — Не, ну а что? Кто запретит? — Никто не запретит, Антош. — Он погладил парня по вихрастой голове. Они молчали, слушая дождь. Арсения фрустрировали их отношения, скачущие от неприкрытых ничем попыток соблазнения до взаимоотношений «учитель-ученик» без каких-либо логических переходов. Антона, кажется, это нисколько не смущало, и он, похоже, воспринимал всё происходящее между ними как само собой разумеющееся, чувствуя себя в полной безопасности. Арсу оставалось вздыхать и держать всю ситуацию под контролем за них обоих. Дождь шумно стучал по железной крыше козырька. По ним мазнули светом фары машин такси, приехавших на заказ.

***

— Шастун, сдавайся, я главный в стаде, — чеканя каждое слово и смотря глаза в глаза, давил лбом лоб напарника Арсений, изображая не то барана, не то козла. — Слышь, Попов, сам сдавайся, — не оставался в долгу тот, давя лбом в ответ. Они ходили по кругу посередине закулисной комнаты, оборудованной под гримерку, давясь не то от смеха, не то от нелепых звуков, которые они издавали, пытаясь передавить лбами друг друга. — А мы уже всё? Собираемся? — Матвиенко сложил руки на груди. — Или мы так и будем пялиться на двух сцепившихся баранов? «Бараны» начали рычать, гнуть спину и шипеть, изображая котов. — Ну, прекрасно, — Дима потер переносицу. — Теперь они коты. — Так, всё! Время позднее, поехали ужинать и в отель, — хлопнув в ладоши, скомандовал Стас, ворвавшись в комнату. — А давайте их тут оставим? Они же будут продолжать шипеть и по автобусу лазать, как дебилы, — умоляюще протянул Дима, глядя, как Антон, шипя, запрыгнул на стул и с демоническим выражением лица рукой изображал когтистую лапу, отгоняя крутящегося вокруг стула Арса. — Будем! — подтвердил Арс, выгибая спину. — Пока этот полукровка не признает, что я вожак стаи! — Не признаю! — шипел Антон и отмахивался от него лапой. — Я новый молодой вожак! Акелла стар! Стае нужен новый вожак! — Кто этот тут стар?! — возопил Арс и начал трясти стул. — Так, всё, я в машину, — Серёжа махнул рукой, развернулся и уверенной походкой направился к выходу. — Меня подожди, — присоединился к нему Позов. — Я за вами. Забегу в администрацию и тоже. И вы, двое, — Стас посмотрел на них строго, — собирайтесь. Чтобы через две минуты в машине сидели оба. Ясно? Иначе Окси оборвёт вам уши, и даже я не смогу вам помочь! — Ясно! — хором ответили оба, отвлекшись на секунду от шутливой борьбы, чтобы после немедленно продолжить рычать друг другу в лицо.

***

Зубы клацнули в опасной близости от носа. Шаст аж моргнул от неожиданности. — Слышь! Не плюйся, — он потёр кончик носа о плечо, удерживая обеими руками Арса от покусительства на его нос. Арс зарычал. Антон подхватил. Зубы клацнули рядом с ухом. Клац! Арс вовремя наклонился, уберегая шею от укуса, и почти поймал Антона зубами за нос. Антон азартно рыкнул. Клац! Зубы щелкнули у мочки уха. Щеку обожгло теплом чужой щеки. «Интересно, а он осознает, что творит?» — отстраненно подумал Арс, находясь как будто одновременно и в игре, и где-то над ситуацией. Возбуждённый рык перемежался с игривым полу-смехом, полу-фырканьем, горячим дыханием опаляя лицо. Клац! Зубы едва не ухватились за шею, мазнув по коже. Арс вовремя среагировал — угрожающе рыкнул и клацнул зубами в ответ, почти достав до Антонова подбородка. Становилось жарко. Парни тяжело дышали. Расстояние между ними, как и воздух уменьшалось. Ноги двигались как в танце. Два шага назад, один вперед. Руки крепко вцепились в чужие руки, не подпуская слишком близко, но и не позволяя сбежать. Даже сквозь одежду и ничтожное расстояние между ними они ощущали жар тел друг друга. Арс, не смея спорить с совестью и собственными желаниями, то отступал, давая Антону как будто фору, то наступал, пытаясь его будто бы встряхнуть, отрезвить, отвлечь от игры, в которой центром концентрации были чужие губы и риск быть укушенным. Получалось так себе. Клац! Губы вместе с зубами мазнули по щеке, но ухватиться не успели. Арс увернулся от хищного «поцелуя» в последний момент, чтобы попытаться укусить Антона за шею. Антон прервал атакующее движение, клацнув пастью прямо перед губами напарника. Они замерли на мгновение, неотрывно следя за губами друг друга. По шее скатилась горячая капля пота. «Сможет ли он остановиться? Сможем ли мы остановиться?» — пролетела и исчезла как укол совести быстрая мысль в голове у Арсения, пока он безотрывно тонул в болотном омуте глаз напротив. Сам он останавливаться уже, честно говоря, и не хотел. Ему нравился хищный, игривый Антон, нравился его совершенно лишённый остатков разума взгляд, нравилось чувствовать, как их рычание звучит в унисон, вибрирует внутри грудной клетки, задевая какие-то очень древние, оставшиеся от мохнатых предков струны, и вздымает фантомную шерсть на загривке. Нравилось и опасное, непозволительное возбуждение, игристой волной разливающееся по телу. И было просто интересно, что же будет дальше. Клац! Сзади оказалась стена. Арс уперся в неё спиной и затылком, а руками — в бёдра наступающего на него напарника. Нависший над ним Антон хищно улыбнулся. Арс ответил симметричной ухмылкой, ощущая пальцами под тканью штанов и футболки выпирающие тазобедренные косточки. Так близко. Исчезли все звуки и мир вокруг — только разгоряченное дыхание и губы напротив. Кто кого заманил в ловушку? Антон шумно сглотнул. Неуверенное, нетерпеливое, но сдержанное «ам!» губами вместо опасного «клац» зубами. Арс внимательно следил за движениями Антона, ощущая, как его тело дрожит от близости. Понимает ли тот, что сейчас происходит? Взгляд Антона блуждал по лицу Арса по неконтролируемой траектории «нос-губы-подбородок-губы-нос-глаза-губы». Он нервно облизывался и тяжело дышал. Нос мазнул атакующим движением по чужому носу. Дыхание опалило вмиг пересохшие губы. Лбы встретились. Дыхание уперлось в чужой рот. Отступать больше некуда. Горячо. «И что же дальше, а, Шаст? Доигрался? Что ты будешь делать с этим возбуждением?» — едва усмехаясь про себя, думал Арс, глядя в абсолютно пустые, опьяненные желанием глаза. В голове его было полное отрицание. Он отрицал свою ответственность. Он отрицал собственную причастность. Он отрицал тот факт, что он мог этого не допустить, но добровольно допустил. Он абсолютно точно всё понимал и отрицал свою вину в происходящем. Кто теперь провокатор? Он медленно провёл носом по щеке Антона. Тот чуть отпрянул и поднял взгляд, переместив точку внимания с губ на глаза. «Либо сейчас он отступит, осознав, что зашёл слишком далеко. Либо не сможет», — с едва заметным страхом подумалось Арсению. И непонятно чего в этом страхе было больше: желания, чтобы кто-то из них оказался умнее и рассудительнее, или страха, что сейчас это может всё закончиться, не начавшись. Арс пристально и с вызовом смотрел ему прямо в глаза. Да, теперь его очередь провоцировать. А Антон… в конце концов, взрослый мальчик. Может и своей головой подумать. «Или уже не может?» Слишком близко, слишком горячо, слишком возбуждающе интересно. Слишком мало рассудка. Слишком много желания. Арс выпрямился. Вскинул подбородок, одновременно чуть притягивая к себе Антона. Нарочито медленно провел кончиком носа по носу напарника, не прерывая зрительный контакт. Антон шумно сглотнул, нелепо оттопырив нижнюю губу. Брови чуть дернулись. Во взгляде как будто появились умоляющие нотки. Арс сильнее сжал пальцы на бедрах напарника. Тот неосознанно подался еще на пару миллиметров вперёд. «Слишком поздно, малыш». Антон нетерпеливо облизал губы. Арс едва заметно усмехнулся. Антон шумно дышал, нервно сглатывал и ещё сильнее подавался вперед, почти вдавив Арса в стену. Он чувствовал на губах горячее дыхание напарника, коварно поддаваясь моменту. Сердце билось как бешеное. Всё тело как взведенная пружина. Жарко. «Ты ж мой хороший. Ты ж мой нетерпеливый». Губ коснулось горячее прикосновение. Еще не поцелуй, а только легкое касание. Арсений чуть склонил голову и как будто невзначай прикоснулся в ответ губами. Горячее дыхание одно на двоих. Он впивался пальцами в бедра Антона, не позволяя тому сдвинуться. Тяжело вздымалась грудь. Жалкие полмиллиметра между губами обжигали. «Нельзя сорваться?» Антон судорожно выдохнул через нос, поднял взгляд на Арса, как обычно ища у него поддержки. «Надо сдержаться?» Арс отвечал прямым взглядом, в котором читались любопытство и желание. И провоцирующий отказ от ответственности. «Безумие. То, что мы творим — безумие». «Плевать». Антон навалился на него, руками обвивая талию и врастая в него всем телом. Так нежно, и одновременно, с такой еле сдерживаемой страстью, дрожащей на кончиках пальцев, ни один из них не целовался, возможно, никогда: обжигающе нежные касания, мягкий, но настойчивый язык — изучающие и многообещающие движения. Они целовались, будто на показ; будто вели диалог, где по очереди признавались в желаниях, что испытывали. Не напирали, не старались передавить друг друга, а принимали и отвечали. Как и на сцене. Как и в жизни. Уважение, восхищение. Счастье. В движениях всё ещё дрожала животная хищность и попытка силой взять оппонента, но зубы лишь вскользь прикусывали мягкие губы. Нельзя. Нельзя сорваться здесь и сейчас. Губы изучались губами с особой внимательностью, как будто специально замедляясь и пытаясь запомнить каждый миллиметр — тщательно, с мягким покусыванием, с придыханием и еле сдерживаемыми стонами в чужой рот. Возбуждение горячей томной волной расплескивалось прибоем от кончиков пальцев ног до макушки. Ладони бродили по предплечьям, хватались за локти, поднимались до скул, пальцами едва касаясь щетинистого подбородка, рывками сползали до бедер. В каждом телодвижении — почти, на самой грани сдерживаемая страсть, горячим дыханием ласкающее лицо. Но они держались. Казалось, что от деликатности проявления чувств, от уважения к партнеру, от нежности и внимания друг к другу зависело, смогут ли они после этого смотреть друг другу в глаза. Но жар становился практически нестерпимым. Арс с большим нежеланием, но смог собраться с мыслями первым. Единым движением он оттолкнулся от стены спиной, заставляя Антона немного отшатнуться и прервать поцелуй. — Мне кажется, — хрипло проговорил Арс, упираясь Антону в горячий лоб, — за нами придут, если мы задержимся еще хоть на минуту. — Угу, — кивнул тот совершенно потерянно, облизывая мокрые губы. В его голосе было ноль понимания, как будто мозг не успел вернуться обратно в черепную коробку, и речевой аппарат работал автономно. Руки сжимали предплечья Арса, цепляясь за него как за спасительную соломинку. — Может, тогда пойдем? — поднял на него глаза Арс, опуская руки и выпуская напарника из объятий. — Куда? — всё ещё не понимая, нахмурился тот, отвечая на взгляд. Арс облегченно улыбнулся. Все любят Антона не за скорость соображалки. И он был искренне рад, что они сейчас говорили так, будто ничего и не произошло. Это давало надежду, что всё останется как прежде. Что это не ошибка. — Нас уже ждут в машине. Пора на ужин, — уточнил он, улыбаясь. — А, точно! — опомнился Антон, моргая и смахивая длинными пальцами набежавшие на глаза кудри и отцепляясь от коллеги. Облегченно улыбнувшись друг другу, они, как нашкодившие школьники, разошлись по комнате, шурша вещами. Почти собрались, Шаст уже закидывал кроссовки в сумку: — Арс, после ужина мы же… ну… — А? — Обернулся тот в дверях, натягивая куртку. — Продолжим? Арс опешил. Пару секунд он просто смотрел на Антона, а тот на него. Немая сцена. — Ого, — Арс удивлённо заморгал и на автомате поправил челку. Оценивающе посмотрел на Антона. — Неожиданно. Я думал, пару дней нас ждут муки совести. Антон совершенно осознанно и коварно ухмыльнулся, поправляя на себе куртку: — Что было на гастролях, остается на гастролях? Арс засмеялся. — Ах, ты ж хитрая ты жопа! — Ну а что такого? Кто нам запретит? Арс посмотрел на него — смешного, кудрявого балбеса — и его охватило и поглотило абсолютно чистое ощущение правильности. Они все делают как надо. — Никто, Антош. Но, — он по-учительски поднял палец, — предлагаю кое-что все-таки обсудить после ужина. — Обсудить? — Некоторые вещи стоит проговорить на берегу, да? — Да без проблем, — пожал плечами Шастун. — У меня или у тебя? — Давай у тебя. Они вышли из комнаты, прикрыв дверь, и не спуская друг с друга усмехающегося взгляда. — Ну и кто вожак стаи? — лениво поинтересовался Поз, не оторвав взгляда от экрана мобильника. — Акелла отстоял свои позиции! — плюхнулся на последнее сидение Арс. — Ага, щас! — с переднего ряда возразил Антон. — Это мы ещё посмотрим! — Умоляем, только не здесь! — почти одновременно возопили все.

***

— А у тебя вообще был опыт… — вопросительно начал Арс, закрывая за собой дверь. — Опыта не было, порно смотрел, хочу-попробовать-кое-что-почитал-проходи-чо-встал-посреди-комнаты, — выдохнул единой тирадой вместо ответа Антон, падая на кровать. Арс щелкнул задвижкой на двери. — Понятно. — А ты? — Вот и узнаешь. — Что за дешевые интриги, Арс? — рассмеялся Антон. — Узнаю, конечно! Логично, блин! Мы с тобой трахаться собрались или интриги плести? Арс присел на кровати, чувствуя себя и довольным, и смущенным одновременно. Пока он пытался идентифицировать свои ощущения, дать им какие-то названия, Антон подкрался, положил голову на плечо, щекоча шею и щеку кудряшками. Всё было так странно и непривычно, и одновременно правильно и логично. Как будто в пазле появились новые, но такие нужные детали. Арсений улыбнулся. Он додумает эти мысли когда-нибудь позже. — И какую роль в предстоящем действе ты себе отводишь? — вздохнул Арс, как будто отпуская и смиряясь со всей ситуацией, не давая себе возможности даже начать думать и пытаться что-то осознать или рационализировать. Не сегодня и не с этим парнем. — Не знаю. Можно на камень-ножницы-бумага решить. Можно монетку кинуть. Я в целом, за то, чтобы попробовать оба варианта. Арс задумчиво, на автомате, зарылся в шевелюру Антона рукой, путая пальцами кудри. — Не, камень-ножницы-бумага звучит как-то слишком по-детски. Давай как взрослые дяди. — То есть никакого элемента неожиданности? — Антон подсел рядом. — Какой неожиданности? — удивленно посмотрел на него Арс. — Ты точно читал что-то про процесс? — Ладно, ладно, — рассмеялся в ответ Антон, — старшим нужно уступать! Убедил! Арс ухмыльнулся. — Вот и молодец! Я старше и опытный. И поэтому, в отличие от тебя, подготовился. Он жестом фокусника достал из бездонного кармана толстовки-кенгурушки смазку, презервативы и спринцовку, с удовольствием наблюдая, как поднимаются брови Шаста. — Охренеть! Арс, ну, прям, я не знаю! Вот это я понимаю серьезный подход! Но! — он хитро улыбнулся и взял у того медицинский агрегат. — Я тоже взрослый мальчик и гуглить умею. И, пока ты гулял до аптеки, вот эта штука нам уже не нужна. Он взмахнул бровью, пошло ухмыляясь. Арс уважительно кивнул, пожал плечами, забрал агрегат и, не сводя глаз с Антона, театральным жестом выкинул его за плечо. Тот ударился о стенку и шлепнулся куда-то за тумбу. Они рассмеялись. — Ну, тогда и свет нам больше не нужен, — Арс встал с кровати и единым движением стянул кофту. — Поддерживаю, — серьезно кивнул Антон, давясь улыбкой. Он дотянулся до выключателя у кровати. Комнату поглотила темнота, в которой раздался задорный вопль Арса, прыгающего в кровать и радостный ор Антона, в объятия которого тот приземлился.

***

— Курить хочу, не могу. — Ну, так пошли, сходим на балкон. Арс сидел на краю кровати, облачившись в отельный халат. Антон валялся поверх одеяла голой жопой вверх. — Очень лень. Ножки устали. Арс ухмыльнулся: — Курить в номере нельзя. Антон поднял на него тоскливый щенячий взгляд. — Это не я придумал, тут пожарка, — Арс указал на мигающую сигнализацию под потолком. — Тогда донеси меня до балкона. — Не-а. Курить вредно, — Арсений хитро улыбался. — Ой, ну тебе жалко, что ли? Мы в ответе за тех, кого выебали. — Могу поцеловать, где болит. — Не поможет! Арсений развел руками: — На этом мои полномочия как бы всё. Антон мученически вздохнул, перекатываясь на край кровати, по пути заворачиваясь в одеяло, что превратило его в двухметровый куль с выглядывающими из него ступнями и кудрявой лохматой головой. Выудив откуда-то из одеяла руку, он ловко подцепил сигарету из пачки на тумбочке, запихав ее в рот. Арс все манипуляции наблюдал с привычным для него выражением задумчивости на лице и легкой полуулыбкой, говорящей, что на самом деле он находится где-то глубоко у себя в голове. — Арс! — окликнул того Антон, привычно считывая состояние коллеги. — А? — Курить пошли! — Да, пошли, — улыбнулся тот, подхватив пачку, зажигалку и запахнув поплотнее халат. Минуту они просто молчали, глядя с балкона на уснувший город и пролетающие мимо гостиницы редкие автомобили. Дым сигарет мгновенно растворялся в прохладном прозрачном весеннем воздухе. Ночная тишина приятно окутывала их. — Шаст, ты меня прости, если я задам некорректный вопрос, и пойму, если ты не захочешь вообще на него отвечать… — Валяй, — перебил его Антон. Арс помялся, затянулся, нахмурился, пожевал губы, выдохнул дым. — Ты как-то слишком спокоен и, э-э-э, подготовлен для первого раза. Это же был первый раз?.. Я имею в виду… — Да, первый. Арс удивленно уставился на спокойно курящего Антона. — Ты что, ожидал чего-то, — Арс обескураженно поднял брови и неопределенно взмахнул рукой, очерчивая огоньком сигареты абстрактную фигуру, — подобного? Антон пожал плечами, облокотившись на перила. — Может быть, — загадочно протянул тот. Арсений сначала опешил, пытаясь понять, зачем тот так интригующе это произнес, а потом понял по дрогнувшим кудряшкам, что Антон улыбается во все свои тридцать два. — Ты что там ржешь, собака сутулая?! — босой ногой он пнул его по одеялу, где предположительно находилась задница. Антон дернулся, чуть не выпрыгнув из одеяла, и выронил сигарету. Та улетела куда-то вниз, искрами оповестив о своем падении на козырек балкона ниже. Антон обернулся, смеясь практически в голос и пытаясь на крохотном балконе отойти от агрессивного Арсения подальше. — Эй! Да что я такого сказал?! — Да ты издеваешься надо мной! — Да где?! Арс чуть было не выпалил вслух, но одумавшись, погасил сигарету в пепельнице и шагнул вплотную к Антону, прижимая того спиной к перилам. — На секс меня развёл?! — громким шепотом прорычал Арс ему в лицо. Антон растерялся, на миг завис, переводя взгляд с глаз на губы и обратно. Опомнился, поднял на Арса взгляд, в котором не было раскаяния — только искреннее Шастуновское ироничное веселье. — Ну, прям, развел… А ты сам, хочешь сказать, не хотел? И вообще, — Антон сделал шажок вбок, утекая из-под Арсового взгляда и ретируясь на другую сторону балкона. — Это ты меня первый спровоцировал. Настала очередь Арса удивленно поднимать брови. — Я?! Когда успел? — Да постоянно! Арс сложил руки на груди. — Всё ты врёшь. Когда ты сам меня попросил поменьше тебя касаться, тогда еще, сто лет назад — я сразу перестал! — Не перестал! — Да ты сам меня постоянно лапал! Я отвечал пропорционально! Они уперлись друг в друга взглядами. Антон опомнился первым. — Да, ёпт, Арс, ну мы же уже потрахались, чего выяснять? Какая разница? Арс не спускал с него внимательного взгляда, прокручивая в голове какие-то определенно важные мысли. Антон терпеливо ждал. — Наверное, ты прав, — оттаял тот. — Но я же угадал, что к сегодняшнему ты готовился? — Ну как готовился… Я, как бы сказать, в целом, «готовился». Не к сегодня. Просто… — Антон пожал плечами, — совпало. Я и не планировал ничего конкретного, но думал, что рано или поздно… А после того как мы с тобой в гримерке… Антон пожал плечами, отводя взгляд. Арс встал рядом. Они снова замолчали, провожая взглядом редкий автомобиль, пролетевший по проспекту. Он протянул Антону сигарету. Тот благодарно кивнул и принял. Вспыхнул огонек зажигалки. Клубок дыма быстро развеялся в ночной тишине. — И как мы дальше? — первым подал голос Арсений. — А что изменилось? Не вижу причин отказывать себе в удовольствии, когда есть возможность. Мы и так на гастролях вкалываем как проклятые. Надо же расслабляться. Или ты не про это? Тот задумчиво кивнул и одновременно неопределённо покачал головой. Они снова замолчали. — Только на гастролях? — полу утвердительно переспросил Арс, боясь услышать что-то иное. — На гастролях, — уверенно кивнул Антон. Арс покачал плечами, как будто смакуя новую концепцию. — Впрочем, может ты и прав, — протянул он, задумчиво смотря вдаль немигающим взглядом. — Вот и я о том же! Секс полезен! — нарочито серьёзно поднял палец вверх Антон, прекрасно понимая, что на самом деле Арс говорил совсем не об этом. Арсений зевнул и скосил на него сонно-ироничный взгляд: — Не то, чтобы я отрицал полезность секса, но, Шаст… Тот в ответ рассмеялся, подхватывая сползающее одеяло. — Шучу. Но как оправдание сгодится же, правда? — Оправдание перед кем? — Арс посмотрел на него, изогнув бровь. Антон, было, развел руками, но чуть не уронил одеяло, охнул и подхватил убегающий предмет туалета. — Да перед кем угодно! Арсений усмехнулся. «Ну да, ну да», — прошептал он одними губами, думая о том, что эту тему они пока поднимать не будут. Они молча курили еще с минуту. — Спать? — Антон потушил сигарету в пепельнице. — Спать, — согласно кивнул Арсений, повторяя движение. — Ты к себе или останешься? Арс задумчиво потянулся. — Ну как я могу оставить свою принцессу одну после секса? — Сам ты принцесса! Мне и одному на кровати места не хватает! — Тогда зачем спрашиваешь? — Типа вежливость. Не могу же я тебя за дверь выставить? — А почему нет? Мы два мужика, в конце концов. Да еще и коллеги. Можем и наплевать на некоторые правила приличия. — Не знаю, — Антон открыл балконную дверь. — Если хочешь, то пойдем, поваляемся. А там как пойдет. Нас раньше 10 завтра не разбудят. А ты всё равно вскочишь и того раньше… — Уже сегодня. — Пиздец, какой ты зануда, — закатил глаза Антон. — Иди-ка ты спать к себе. Арс слегка шлепнул его по заднице в одеяле. — Пошли валяться. Если пойму, что неудобно, то уйду к себе. Антон зевнул и кивнул. Они упали в кровать. Антон размотался из одеялового одеяния, но тут же намотал на себя одну из сторон, натянув её до ушей. — Если что, рабочая версия, что мы с тобой бухали всю ночь? — уже почти уснув, пробормотал Антон. — Ага. — Только презервативы и смазку надо спрятать. И салфетки собрать, — продолжил сонно бурчать Антон в подушку. Арс пялился в потолок. Медленно кивнул. — Что-то мне подсказывает, что если даже правда вскроется, то никто особо не удивится, — тихо проговорил он, не обращаясь ни к кому конкретно. Он шумно выдохнул, переворачиваясь на бок. — И в какой момент моя жизнь пошла не туда? — продолжал бормотать он куда-то в сторону. — С рождения, Арс, — тихо отозвался Антон с другой стороны кровати. — Ты свои графские замашки видел? Ты даже родился не в тот век. — Вероятно, — усмехнулся тот. — Но за какие такие грехи мне из всех людей на свете достался самый бестолковый, длинный… Антон даже перевернулся в своем коконе, чтобы осуждающе посмотреть на коллегу. Арс, почувствовав движение и взгляд в спину, тоже развернулся. Посмотрел Антону в сонные, но осуждающие глаза, улыбнулся и продолжил: — Ладно-ладно. Ещё красивый. И, уж точно, самый смешной парень на свете. — Вот! Другое дело, — просиял тот, закрывая глаза. — Я твоя награда. — За грехи? — ухмыльнулся Арс, пытаясь укутаться тем куском одеяла, что оставил ему Антон. — Делись одеялом, награда! И балконную дверь не закрыл! Околеем же! — Я уже гусеница! Сам закрывай, — пробурчал Антон, не открывая глаза. Ещё с минуту они перетягивали одеяло. В конце концов, Арс чертыхнулся, не выдержал и добежал до балкона, чтобы закрыть его и нырнуть обратно в кровать к почти мгновенно уснувшему Антону. Повезло, что в этом отеле полуторные кровати были почти что двушки.

***

— Уходишь? Антон сонно повернулся, обнимая подушку. Арс, пытавшийся быть максимально тихим, удивлённо обернулся, одновременно натягивая на себя толстовку. — Разбудил? — Не… Я сам. — Пойду, пройдусь перед завтраком. — Ага, — Антон согласно кивнул, перевернулся на другой бок и как будто немедленно уснул обратно. Арс натянул ботинки, забрал мобильник с тумбочки, кошелек, расфасовал всё по карманам. Оглядел комнату. Недовольно поморщился. Быстрыми движениями собрал все салфетки, выкинул их в мусорку, початую пачку презервативов и смазку кинул Антону в рюкзак. Ещё раз критическим взглядом окинул комнату, спящего Антона, его валяющиеся на полу и стуле вещи. Вздохнул. Тряхнул головой, будто приводя мысли в порядок. Антон поерзал во сне. Арс переминался на месте. «Целовать или не целовать?» «Мы же остались друзьями. Ведь так?» «Блин, Арсений Сергеевич! Да что с вами такое? Это же просто Шастун! Ваш друг и коллега. Балбес, который вечно думает, что всё плохо и при этом смеется громче всех». «Ваши взаимоотношения — не более чем прихоть этого недоросля». «Или моя собственная». «Нет, это его прихоть. Ему не нужны отношения. А тебе нужны. Потому что человеку нужен человек». Арс еще раз мотнул головой. И тут же привычным движением поправил чёлку. Глупости. Всё проще. И Шаст ничего не усложняет. Всё нормально. Ничего не изменилось. Они и так почти всегда вместе. Арс сделал шаг к кровати, не сводя задумчивого взгляда со спящего Шастуна. Гастроли, съемки, разные города, другие проекты, разные проекты. Ничего не поменяется. Еще два шага. Они будут общаться как раньше. Просто ещё и секс. Они взрослые люди. Смогут работать как раньше. Ничего не изменилось. Он навис над спящим Антоном, вглядываясь в кудряшки и нелепо оттопыренную нижнюю губу. Улыбнулся своим мыслям, едва касаясь губами виска. Антон сонно заерзал. Открыл глаза. Взгляды столкнулись. Антон смотрел на него сонным, но нечитаемым взглядом. Арс вопросительно приподнял бровь. — Мне кажется, ты зря одевался, — проговорил Антон, не отводя взгляд. Арс почувствовал цепкие пальцы на руке. Антон потянул его на себя. — Не зря! — пытался отпираться Арс, затягиваемый в кровать — Шаст, пусти! — Не путю, — сильнее дернул за руку Антон. Арс, не удержав равновесие, упал прямо на него. — Ах, ты засранец! — Еще какой! — демонически рассмеялся Антон, пытаясь пленить его одеялом. Они продолжали возиться с нелепыми вскрикиваниями, хрюканьем и гоготом, когда в дверь постучали. Они замерли, испуганно переглядываясь. «Иди, открывай!» — трагически шепча, указал на дверь Антон. «Почему я?! Комната-то твоя!» — Арс привстал с Антона, на котором только что лежал. «Ты дебил?! Я даже трусы не успел надеть!» Арс оглядел зачем-то его голый торс. Постучал ему костяшкой пальца по лбу: «Так надевай быстро, дебил!» Настойчивый стук в дверь повторился. — Секунду! — зачем-то прокричал Арс. И тут же осознал, что только что сделал. Теперь Антон постучал ему кулаком по голове: «Ну, ты и придурок, блядь!» Арс виновато развел руками. «Иди теперь открывай!» — Антон вывернулся в кровати, оборачиваясь одеялом. Арс слез и пошёл открывать дверь, оглядываясь на Шастуна, который судорожно искал трусы в ворохе разбросанных вещей. Безмолвным переругиванием на взглядах они договорились действовать по ситуации. Оба пожали плечами. Будь что будет. — Да, секунду! Иду! — крикнул Арс в дверь, где тарабанили уже нон-стоп. Он быстро пригладил волосы и одернул толстовку. Щелкнула задвижка. — Арс?.. За дверью оказался Стас. — Я, — невозмутимо ответил Арсений, перекрывая собой дверной проём. Стас с сомнением оглядел того с ног до головы. — Тогда понятно, почему ты не отвечал. Арс вопросительно склонил голову. — Я стучался в твою комнату, а ты не отвечал, — пояснил Стас. — И мобильник тоже. — Странно, — проговорил Арс, ища телефон в кармане толстовки. Его там не оказалось. «Блядь, — панически подумал он, — выронил на кровати, небось!» — На беззвучном, наверное. Прости, — оправдывающимся тоном ответил он, призывая все свои актерские навыки в помощь, чтобы не подать виду. — Ага, — как-то неопределённо кивнул Стас, как будто не совсем поверив ему или просто не придав этому значения. — Я почему-то так и подумал. Или что ты вышел за кофе без мобильника. И решил, что раз я уже тут, то постучаться к Шасту, чтобы он не проспал. — Он не проспал, — утвердительно кивнул Арс. — Подтверждаю! — подал голос Антон, выходя из душевой в одних трусах и натягивая на себя футболку. — Ага, — удовлетворенно кивнул Стас, — отлично. Это здорово… А что ты, собственно, тут делаешь, Арс? Арсений пожал плечами и отошёл с прохода, пропуская того в комнату. — Мы вчера прибухнули на ночь глядя, — Антон продолжил одеваться, — и я попросил Арса зайти и разбудить меня утром. Я же помню, что ты меня премии лишишь, если я опять просплю. — Всё так, — обезоруживающе улыбнулся Арс, пожимая плечами, мол, «с кем только приходится работать». — Ясно-понятно, — согласно кивнул Стас, серьёзно оглядывая своих актеров. — Что тут непонятного. Молодцы. Дисциплина — это важно. Завтракать идем? — Да, идём, — оба согласно кивнули и переглянулись. Стас ещё раз внимательно посмотрел на них, как будто что-то подозревая. Парни обезоруживающе улыбнулись. Стас кивнул и на всякий случай посмотрел на них строго. — Пойду Сережу разбужу. Встречаемся внизу. — Ага, — улыбнулся Арс, закрывая за ним дверь. Антон устало присел на кровать. — Сука… Я аж проснулся. Арсений присел рядом. Согласно кивнул, смотря куда-то в пол. — Чувствую себя школьником, курящим за школой. — Ага, — кивнул Антон. — Это хорошо, что он не спросил, почему дверь на щеколду закрыта, если ты «просто зашел». — Я бы сказал, что на автомате, случайно закрыл. А вот, что точно хорошо, это то, что я был одетый. И даже в обуви. — Да-а… Если бы и ты был не очень одетый, то мы бы не отвертелись. Арс сначала согласно махнул головой, но потом опомнился и пожал плечами: — Сказали бы, что уснули вчера после попойки. — Ага, и ни от кого не пахнет алкоголем. Арс щелкнул пальцами: — Придется пить по утрам, чтобы было похоже, будто мы и правда бухали. — Ну, заебись! — Антон засмеялся. — Синька — всему оправдание! Ещё и спиться не хватало! — Зальём полотенце шампанским и спрячем под креслом у входа! Запах будет, что надо! Антон смотрел на него лицом лица. — Ты прав, — Арс примирительно улыбнулся. — Просто надо разбегаться под утро. Будем ставить будильник часа на 3-4 утра. — А вот это уже решение. Они замолчали, каждый думая о своём. То, что можно разойтись сразу после, почему-то не пришло в голову ни одному из них. — Вот и пригодилась импровизация в жизни, — задумчиво проговорил Арс. Антон рассмеялся: — Ага, я, блин, только ради этого и занимаюсь ей больше 7 лет! Чтобы скрывать секс на работе! — Еще и однополый секс, между прочим! — подхватил веселье Арс. — Это тебе не просто с какой-нибудь фанаткой трахаться! — Это хотя бы проще объяснить и оправдаться! — продолжал угорать Шаст. — Ну, меня-то вы за это гнобили так, будто я несовершеннолетнюю трахал! А она была, между прочим, твоя одногодка! — подхватил настроение Арс. — Ага, а за секс со мной все наши скажут разве что «хуйня-война»? Так что ли? — Это вряд ли! — рассмеялся Арс. — Но Сережа тогда точно уйдет из нашего циркового ансамбля в монастырь! — В женский! Ага, от него дождёшься. Будет только ещё больше мандеть на нас. — Мандеть больше, чем сейчас, кажется, невозможно. Но, я верю в Сереню, он справится. — Арс хлопнул Антона по колену. — Так, я пошел на завтрак, чтобы весь этот фарс не продолжился. Антон согласно кивнул, взглядом разыскивая теперь уже джинсы.