Отдел тайн

Я уже пожалел, что позвал нового барабанщика в паб. Я покосился на него: Найл, черноволосый парень, который с недавнего времени играл с нами в группе, осматривал паб так, как будто видел его впервые в своей жизни. Он снова был одет странно - как будто взял и напялил первое, что выпало из его шкафа. Найл брезгливо поморщился. - “Это самое нормальное место тут, на районе”, - отметил я больше для собственного спокойствия. - “Ага, насколько ты можешь в принципе найти здесь что-то приличное”, - он снова поморщился вид. Я закатил глаза: вот же высокомерный сноб! И где же это он обычно тусуется, что уже нормальный паб для него не такой, как надо? Барабанщик быстро прошагал через холл прямо к бару. Я тяжело вздохнул и поспешил за ним. Найл поначалу казался слишком сдержанным, суровым и отстраненным. На первой совместной репетиции, Майлз сказал мне, что я чокнутый, раз согласился, на то, чтобы Найл играл с нами. Но даже Майлзу пришлось признать: Найл был лучшим, с кем мы играли за последние несколько месяцев. После пары дней уговоров, Майлз, нехотя, но согласился. По крайней мере, ради хорошей музыки он был готов терпеть бесконечные придирки. Майлз раз ответил Найлу на его бесконечные комментарии, и как факт, узнал о себе много нового. Майлз был в бешенстве, но ему пришлось засунуть своё мнение в одно место - было очевидно, что мы нуждались в услугах Найла больше, чем Найл нуждался в наших. - “Судя по всему, ты часто тут бываешь. Что бы ты мне порекомендовал?”, - начал Найл. Его лицо снова стало безразличным, не было даже намека на привычную высокомерную ухмылку, светло-голубые глаза были жесткими, почти ледяными. Я поежился: "Э-э-, ну, у них, сидр хороший". Я прокашлялся, подошел к бару. - ”Две пинты сидра“, - заявил я и посмотрел на Найла: ”У них лучший сидр во всем Лондоне". - “В самом деле?”, - Найл удивленно поднял бровь. Я развалился на барном стуле, бросая настороженные взгляды на своего спутника. Его верхняя губа изогнулась в недовольной ухмылке, когда он взял салфетку и вытер пыль со стула. Я хихикнул. - “Что смешного?”, - Найл сел на стул, так прямо, что я снова еле удержался, чтобы не рассмеяться. Я покачал головой и начал: "Да, это... Ну, ты себя смешно ведешь. Как с Луны свалился. Откуда ты вообще объявился?". - “Из Кенсингтона. Я полагаю, у вас так это называется.", - он пожал плечами, бледные ледяные глаза немного потеплели. - “А как ты это называешь?”, - я заржал. Но Найл даже не улыбнулся. Он равнодушно бросил: “А я называю это дом.". - “Слушай, чувак. Если ты так будешь разговаривать со мной, мы вообще не поладим.". Найл закатил глаза: “Это была твоя идея позвать меня сюда. Я не имею к этому никакого отношения”. Он сморщился. - “Но ты же согласился пойти со мной”, - парировал я. - “Точно. И ты назвал меня высокомерным придурком”, - спокойно заявил Найл. Мне стало стыдно. - “Нет необходимости извиняться”, - протянул он. Я бесстыдно уставился на Найла. Он был среднего роста: не такой высокий, как Майлз, но чуть выше меня, со светлыми, бледными глазами. Черные волосы он собрал в беспорядочный пучок. - “У тебя отвратительные манеры, Ник”, - Найл скорчил гримасу. - "Знаешь, я родился в Кройдоне. Мне не нужны были хорошие манеры”, - проворчал я. - “Твой сидр, Ник”, - крикнул хозяин паба. К моему удивлению, Найл встал. - “Я принесу”, - он бросил на бегу и через минуту вернулся с двумя большими пивными кружками. Я понюхал пенистую верхушку и отхлебнул: “Эх, вчера был лучше”. - “Ты живешь поблизости?”, - Найл как будто решил вести себя не так противно. Ну или просто сделал вид, что ему есть хоть какое-то дело до меня. Я вздохнул: “Жил. Мне пришлось съехать.”. Внезапно на лице Найла даже появилось выражение сочувствия. Я задался вопросом: мог ли он чувствовать что-нибудь по-настоящему, или, скорее, его учили вежливо и сухо реагировать на все, что происходит вокруг. Он снова снял кольцо и положил его на стол, поигрывая им ногтем мизинца. - “Если хочешь, можешь поделиться”, - предложил он. - "Нет. Но спасибо за сочувствие, конечно. Я думал, что ты вообще не умеешь симпатизировать людям." - ”Я не такой, каким кажусь", в глазах Найла появилось странное дьявольское выражение, “Так, что, насчет семейных проблем. Дай угадаю: большая семья?” - “Нет. Меня усыновили.”, я саркастично усмехнулся: “Видимо, моим биологическим родителям не очень хотелось, чтобы я вообще существовал в поле зрения. Поэтому, думаю, мне лучше быть одному”. - “Одному? Если думаешь, что лучше быть без семьи, ты заблуждаешься.”, - он снова бросил взгляд на кольцо. Забавный герб слегка поблескивал в тусклом свете паба. - ”У тебя просто по счастливой случайности есть семья“, - проворчал я, - ”И им, по крайней мере, есть дело до тебя, не так ли?". Найл отмахнулся: “Безрассудно с моей стороны было начинать этот разговор. Но я останусь при своем: семья важна, и только идиот может думать иначе”. Я не ответил. Очевидно, у нас с этим индюком из Кенсингтона не было ничего общего. Он так и останется при своем мнении. "Высокомерный павлин со стереотипной прической.", - выругался я про себя, а вслух добавил: “Легко говорить, Найл, когда у твоей семьи есть герб и дом в Кенсингтоне”. Он почему-то рассмеялся: “Никто не сказал, что я буду сражаться честно”. - “Но мы же не сражаемся, вроде как”, - не понял я. - “Расслабься, просто пришло мне в голову”, - Найл покачал головой. Я сменил тему: "Лучше скажи, как так вышло, что ты пришел к нам в клуб месяц назад?" - “Я проиграл пари”, - надулся Найл, - “а у моего друга нет и никогда не было врожденного чувства такта, поэтому он практически втянул меня в это здание. Клуб, верно?” Я прыснул: “А почему ты остался?” - “Я пытаюсь это выяснить. Скорее, мне нравится играть. А может, просто от скуки”. - “Да, тебе не нужно зарабатывать на жизнь. Вот и делаешь, что хочешь”, - простонал я, посмотрев на часы. Завтра снова на работу: а там три встречи... Радости это не добавило. Найл закатил глаза: “Я работаю. Глупо думать, что мы не работаем. И ещё: зарабатывать на жизнь и работать - это разные вещи. Плюс, нужно соответствовать семейным ценностям”, - Найл как будто тяжело вздохнул. Он казался истощенным морально: и выражение его лица сильно уж контрастировало с привычным поведением. - “А твоя семья многого от тебя ожидает?”, - я кивнул на кольцо, - ”Раз тебе не нравится, что же ты не свалишь?" - “Кто я без моей семьи? Никто. Все, что есть у меня, есть только из-за моей семьи. "Свалить" - это вообще как?”, - Найл скривился и отодвинул стакан сидра от себя. “Тогда по-другому спрошу” - подтолкнул я. “Где ты за семьей? Как же твои интересы?” - ”Я же играю в твоей группе. Всё, что ты говоришь - это никак не связано между собой, Ник" - засмеялся Найл. В его смехе был мрачный, саркастический оттенок: “Это кольцо принадлежало моему отцу, а раньше его отцу, моему деду. И так до Средних веков, примерно. Видишь? Я просто часть большого механизма, в этом смысле.", - он сверкнул глазами. - "Не задавай больше глупых вопросов.". Я раздраженно фыркнул: "Ну и не буду. Не хочешь, не говори. И не надо везде своим кольцом светить!". Найл спокойно ответил: "Не могу. Кольцо напоминает мне, ради чего я вообще всё это делаю.” “Я безумно счастлив за тебя.”, - сухо сказал я, потягивая сидр. Я покачал головой: это всё какая-то идиотская шутка. Я не мог похвастаться каким-то безумным успехом ни на работе, ни в группе. Даже и она шла под откос: и я уже подумывал, а не закончить ли вообще это бессмысленное занятие. Я всё пытался и пытался спасти группу, и только всё начало хотя бы чуточку налаживаться, как снова пошло наперекосяк: семейные разборки, мачеха, сбежавшая от очередного мужа и тонна работы. Я откинулся на спинку стула: я всё надеялся, что проблемы решатся сами собой. Найл отвлек меня. Он встал со стула, скинул куртку на спинку и равнодушно бросил: “Прошу прощения, мне нужно отойти.". Он пошел куда-то в сторону служебного выхода. Я дождался, пока Найл скроется из виду и схватил кольцо со стола. Это был большой перстень, с рисунком в виде герба: что-то вроде жезла, скрещенного с песочными часами, и большой буквой "Ф" по краю. "Опять ты берешь чужие вещи, Николас!", - я недовольно отчитал себя полголоса. Я вспомнил, как отхватил от мачехи, когда стащил деревянного жука из сумки какой-то одноклассницы. Мне потом подарили такого же, конечно, но было уже неважно. Наверное, потому что родители никогда ничего мне не дарили, а постоянно копили деньги на что-то "очень нужное". Потом, конечно, я уже понимал, почему родители поступали так. Я любил их, без всяких сомнений, и никогда не испытывал желания найти своих биологических родителей. Я их почти не помнил, а единственное воспоминание о них, которое у меня осталось, - мощеный темный переулок и быстрый шаг то ли отца, то ли матери. - ”Эй, ты", - я обернулся. Крупный мужчина, в два раза больше меня, навис над столиком. Его красный шарф подметал стол, а лицо пошло пятнами. Значит, он и его ребята уже накидались, и лучше бы мне с ними не спорить. Я молча отвернулся и продолжил пить свой сидр. - “Эй, ты. Это наш стол", - икнул здоровяк. - “Я раньше сюда пришел.”, - зачем-то пробубнил я. Футболка прилипла к спине, и тут же захотелось сбежать отсюда как можно быстрее. Здоровяк присвистнул, ударил по столу, и двое его товарищей, тоже довольно пьяных, тупо захихикали, передразнивая меня: “Я раньше сюда пришел.", они расхохотались: "Ушлепывай отсюда!". Я огляделся, пытаясь найти взглядом Найла, но он как сквозь землю провалился. Я быстро спрятал его кольцо в карман, и я молился, чтобы случайно не потерять его. Мысль о том, что сделает со мной этот истеричный павлин вообще не улучшила моего настроения. - “Джентльмены, я надеюсь, вы прекрасно проводите время”, - поприветствовал Найл бандитов. Я негромко застонал: Найл точно отмороженный. Это вообще сейчас ничем хорошим не кончится. - “Собирайте свои шмотки и проваливайте нахер”, - пробасил мужчина. Я покачал головой, но Найл только нахмурился. Его верхняя губа изогнулась в презрительной ухмылке. Он огляделся, как будто оценивая возможность остаться в живых, а затем сухо добавил: “Нет необходимости так кричать. Любезно вам напоминаю, что здесь не указано, что это место и стол принадлежат вам. Поэтому я бы попросил вас найти себе место получше. Благо тут их предостаточно.”. Он снова сел за стол, а я быстро допивал сидр. Найл сделал вид, что ему всё равно, нацепил куртку и суетливо огляделся по сторонам. К моему удивлению, здоровяк отстал. Он выругался и пошел к бару, оглядываясь на меня и Найла. - “Что бы ты не придумал, Найл, они футбольные фанаты. Так что не связывайся с ними”, - предупредил я Найла. Он всё ещё суетливо смотрел по сторонам, шарил по карманам куртки: “Кольцо. Я положил его сюда. Не видел его?” - “О, черт. Прости.”, я вытащил кольцо из кармана и вернул его Найлу. Он усмехунлся: “По крайней мере, что-то привлекло твое внимание”. - “Почему песочные часы?” Он надел кольцо на безымянный палец правой руки и задумчиво произнес: “Связано с карьерой. Изучаю время, разум и их связь.” - ”Ты физик, что ли?“ - уточнил я, - ”Я заберу?", я кивнул на стакан Найла. - “Как угодно”, - он пожал плечами. Я молча продолжил пить сидр. - “А чем ты зарабатываешь на жизнь?”, - внезапно спросил Найл. - “Я маркетолог. Рекламу адаптирую под пользователей.". Найл прищурился: "Это как?". Я собрался уже пошутить над ним, но здоровяк снова шел к нам. Он прокашлялся, навис над столом и раскатисто спросил: “Тебе надо дважды повторять? Ты тупой?". Здоровяк покосился на Найла. Последний снова вертел в руках кольцо, и я понял, что от него не будет никакого толка. Он прошипел: "Хотите поболтать? Пойдем, поболтаем", - здоровяк схватил меня за воротник футболки. - “Не-не, не надо торопиться. Мы уже уходим.", попытался сбежать я, но мужик только фыркнул, протащил меня через паб в сторону выхода. - “Оставайся здесь”, - я жестом указал Найлу, но Найл и не думал меня слушать. Он уверенной походкой пошел за мной, и выглядел так, как будто он просто вышел прогуляться по парку. Пока я просчитывал возможные варианты остаться в живых, здоровяк выволок меня на улицу. Влажный воздух немного отрезвил меня. Перспектива получить нокаут здесь уже не была такой привлекательной, как в пабе. Видимо, я слишком долго думал - и главный из этой шайки набросился на меня с кулаками. Острая боль пронзила челюсть, и я съежился. Я плохо понимал, что делаю, где я и зачем я полез в драку. Конечно же, пропустил пару апперкотов в лицо. Завтра утром будут синяки, и этим дело точно не ограничится. Голова разболелась, и дурнота от сидра вернулась. - “А где твой дружок? Или он очкует приходить сюда, потому что мамочка накажет его за драку?”, - издевательски спросил здоровяк. - “Я прямо за вашей спиной, сэр”, - ленивый, почти равнодушный голос Найла донесся с крыльца. Он высокомерно, с вызовом таращился на здоровяка. Тот раскатисто рассмеялся: “Ха-ха-ха, слышал его? Сэр. Тебе точно жить надоело. Не боишься, что личико тебе испортим?”. - “Я никогда не сражаюсь честно”, - бросил Найл. Его рука скользнула в карман куртки, и он достал оттуда что-то похожее на длинную ветку от дерева. - ”Что за черт?“, я нахмурился, - ”Какого хрена ты делаешь, Найл?" Но Найл меня не слушал. Он наставил свою палочку на здоровяка, его голос звучал угрожающе спокойно: “Не связывайся со мной, ты, маггл!”. - “Маггл?” - повторил я. Слово казалось смутно знакомым. Я с недоумением уставился на Найла. - "Ты че, совсем осмелел?", - рявкнул мужик и попытался ударить Найла. Найл сделал шаг в сторону, снова наставил свою палочку и произнес: ”Ивенсио". Из палочки вырвался голубоватый свет и ударил в мужчину в грудь. Он заорал, упал на колени, щупая мокрую брусчатку руками: “Я ничего не вижу, ты, кусок дерьма! Ублюдок!”. -“Конфундус”, - палочка снова рассекла воздух, и здоровяк повалился на землю без сознания. - “Что это было?” - пробормотал я, не в силах переварить последнее событие, “Ты спровоцировал его, а потом напал, это...”. - ”Ты закончил?“, - равнодушно спросил Найл. "Как я уже говорил, я никогда не сражаюсь честно. И, между прочим, это ты его спровоцировал.” - “Ты просто...", - не мог найти слова, - "Ты просто..., и он, человек”, - пропыхтел я и скривился от боли: видимо, этот хрен всё же сломал мне челюсть. Найл протянул мне руку и помог подняться. Он вздохнул и пробормотал себе под нос: “Лиам, чтоб тебя...”, а затем равнодушно спросил: “Как ты себя чувствуешь? Где ещё болит?". Я недовольно фыркнул: “Похоже, он сломал мне челюсть”. Найл повернулся ко мне лицом, направив на меня палочку. Я отшатнулся: “Найл, ты охерел?” Он раздраженно вздохнул: “Мерлин, Ник, просто заткнись на секунду!”. - “И ты меня прикончишь, как этого?", - я кивнул на здоровяка. Найл развел руками, и проворчал: "Если это поможет тебе заткнуться, то да.", - он взмахнул палочкой. Из неё вырвался серебристый луч. Я прикрыл глаза, уже приготовился отойти в мир иной, но стало легче. Я открыл глаза: Найл самодовольно улыбался. - “Что это было?” - “Успокоительное для твоей слишком жизнерадостной натуры”, Найл отряхнул куртку и продолжил: “Теперь не будешь верещать, что я тебя прикончу и позволишь помочь?” Боль была терпимой, но все равно нервировала. Я наморщил лоб: “Валяй.”. Парень пожал плечами, и два пузырька материализовались в воздухе справа от него. Найл взял их и отдал мне: “С синей пробкой - от боли. А с зеленой – от похмелья. Я подумал, что пригодится.”. Я усмехнулся: "С каких пор ты такой заботливый?". Найл закатил глаза: "Ты тут ныл, что тебе плохо. Предложение лимитировано - пей сейчас, или я это всё конфискую.". Я открыл бутылёк с синей пробкой и поморщился: нечто внутри пахло перебродившим пивом и землей. Я скривился: “Ещё варианты?” Найл спокойно ответил: “Заткнуться и терпеть боль”. - “Окей, всё, я сдаюсь. Сделай что-нибудь с этим”. Он не сказал ни слова, взмахнул палочкой, вырисовывая ей замысловатые узоры. Через мгновение острая боль пронзила челюсть. - “Ау”, - заскулила я. Найл не повел и бровью. Он ещё минуту что-то рисовал палочкой, а потом заявил: “Просто выпей это, и завтра ты будешь в порядке”. Я не успел опомниться и понять, что происходит, как Найл тихо произнес:“Конфундус”,. Голова закружилась. “Какого хрена”, - пробормотал я. Очнулся я через какое-то время. Сложно было сказать где я, что произошло. Найл стоял рядом со мной, глаза блестели каким-то странным, почти дьявольским огоньком. - “Что ты сделал? Где мы?” - “Я? Я тебя не понимаю. Ты упал, приложился головой. Пройдет через время.", - Найл победно ухмыльнулся, - "Ну, приятно было пообщаться. Когда следующая репетиция?”. Я попытался встать. Голова кружилась. - "Репетиция, что...", я помедлил, "В пятницу. Да, точно. В пятницу.". Я снова попытался вспомнить, что было, но не мог. - "А я разве не в плаще был?", - я беспомощно смотрел на Найла. Тот усмехнулся, снял куртку и вручил её мне: “Держи. Потом макинтош найдешь. И мне пора. До пятницы.”, - кивнул он и быстрым шагом направился за угол, в противоположную сторону от метро. Я задержался, ожидая, пока Найл скроется в тени, и медленно прошел за ним. Я забежал за ближайший мусорный бак и прищурился. - ”Мерлинова борода! В следующий раз я заставлю Лиама мыть котлы руками! Идиот!" - воскликнул барабанщик, вытаскивая палочку. ”Фините инкантатем", - пропел ровный баритон, и постепенно, черноволосый превратился в худощавого светловолосого парня. Он откашлялся, ещё раз взмахнул палочкой и рассмотрел появившийся в руках халат. Или мне показалось? Блондин огляделся, набросил халат на себя, ещё раз выругался, и исчез. Я дважды моргнул, переваривая то, что только что увидел. "Точно приложился головой!", пробурчал я и медленно поплелся в сторону выхода.