Ты по-прежнему прекрасен

Тхэ Ген лежал на кровати, бездумно взирая на потолок. Прошло уже три недели с тех пор, как он проводил Ми Нё в аэропорту в Африку, и сейчас на часах было всего два пополудни. Ему не нужно было идти ни на запись песен, ни на выступление “A.N.Jell”, ни на интервью, поэтому весь день был целиком в его распоряжении. Тем не менее, это был самый напряженный день в его жизни. Ми Нё всегда звонила хотя бы раз каждый день после своего отъезда, но за последние два дня от нее не было ни единого звоночка. Тхэ Ген взглянул на телефон в своих руках во второй, или, скорее, в сто второй, раз за сегодняшний день. - Почему этот безмозглый Зайцесвин не звонит? – шепотом проворчал он. Тхе Ген вскочил с кровати и приблизился к игрушечному зайцесвину, окинув его яростным взглядом. - Ну и прекрасно. Даже не думай звонить, у меня и без тебя куча работы. В конце концов, я тут самая большая и яркая звезда, - он быстро огляделся. – Например… Например, я пойду и уберу на столе! Тхэ Ген подошел к своему безупречно организованному столу и принялся бесцельно открывать ящики. Неожиданно на глаза попался билет в Рим. Он вынул его, озадаченно рассматривая. - Зачем мне билет в Рим? – и тут он вспомнил. – А, это же тот билет, который уронила странная монахиня… Я забыл, что положил его сюда, потому что голова была забита спасением моей комнаты от Го Ми Нё… Тхэ Ген собрался, было, порвать его пополам и выбросить, как вдруг его глаза сузились, а брови сошлись на переносице в неожиданной догадке. - Секундочку, эта монахиня, если задуматься, напоминает мне… - его глаза расширились от удивления. – Неужели этой странной монахиней была… Зая-хрюня? Он потрясенно повертел билет в руках, затем через пару мгновений вернулся к игрушечному зайцесвину и положил билет ему на колени: - Возвращаю владельцу… ну почти. Вернувшись к кровати, он сел на самый краешек, не отрывая взгляда от зайцесвина с билетом, а потом спрятал лицо в ладонях, глубоко вздыхая. - Это нормально – грустить, - раздался голос. Тхэ Ген сдавленно взвизгнул от неожиданности и взглянул на Президента Ана, стоящего прямо перед ним. Глаза президента сочувственно прищурились, когда он увидел, в каком состоянии был его подопечный. - Что ты здесь забыл? – оправившись, спросил Тхэ Ген, взбешенный вторжением в частную собственность. – На моей двери написано «Добро пожаловать, пожалуйста, заходите»? Нет, не написано! Так что нечего ошиваться здесь, как у себя дома! Но похоже, Президента Ана не слишком тронули слова Тхэ Гена. Вместо ответа он уселся рядом с ним и ободряюще приобнял за плечи. - Это нормально – грустить, - повторил он. Тхэ Ген окинул свирепым взглядом руку, которая посмела прикоснуться к нему. - Ты вообще о чем? – спросил он, едва сдерживаясь. - Я знаю, ты скучаешь по ней. Это абсолютно нормально, - ответил Президент. Тхэ Ген отвернулся от настойчивого взгляда Ана и скрестил руки на груди: - Я… я не скучаю по ней, - неуверенно сказал он и быстро добавил: - Может, немного. Мужчина похлопал его по плечу: - Я понимаю, это нелегко, особенно теперь, когда она вроде как встречается с Го Ми Намом. Тхэ Ген порывисто развернулся, вперившись в Президента озадаченным взглядом, и моргнул несколько раз. - В-вс-встречается с Го Ми Намом? – сдавленно пробормотал он. Но Президент Ан, увлеченный своим желанием во что бы то ни стало дать совет, не обратил внимания на его слова: - Я понимаю, Ю Хе И была твоей первой любовью, тебе нужно время, - глаза Тхэ Гена стали размером с блюдца, когда он понял, о ком думал Президент. – Поэтому у тебя с Го Ми Намом такие натянутые отношения? Из-за Ю Хе И? То есть, вы и раньше не особенно ладили, а сейчас практически не разговариваете. Вы не должны позволять девушке вставать между вами, ребята. Между “A.N.Gell”. Тхэ Ген вскочил с кровати, его губы вытянулись в тонкую линию, когда он яростно проскрежетал: - Я не скучаю по Ю Хе И! Я терпеть ее не могу! Президент Ан неодобрительно покачал головой. - Человек не должен вести себя грубо только для того, чтобы спрятать истинные чувства. Ноздри Тхэ Гена раздувались от гнева. - Вот мои истинные чувства! – рявкнул он, указывая на себя. – Я не переношу эту фальшивую избалованную принцессу! Пусть Го Ми Нам хоть до старости встречается с ней! Мне совершенно наплевать! Президент Ан сидел молча пару минут, затем его глаза вдруг сузились: - Если это правда… То о ком ты тогда говорил раньше? По кому ты скучаешь? Тхэ Гена вдрогнул от неожиданного вопроса, его взгляд скользил по комнате, стараясь избежать любопытного взора Президента. Что он мог сказать? Президент не знал о Го Ми Нё… Нет, знал, конечно, но как о девушке Шин Ху… бывшей девушке. Он должен быстро что-то придумать. - Дж-Джоли, - выпалил он. - Джоли? – удивленно повторил Президент. – Собака Джереми? Ты скучаешь по собаке? - Н-ну да, - запинаясь и нервно вздрагивая, ответил Тхэ Ген, - она… она выросла на моих глазах, и я все думал, что не проводил… с ней достаточно времени, – сбивчиво закончил он. - Отрицание – оно и в Африке отрицание, Тхэ Ген. - Я и не отрицаю, - вновь раздраженно прошипел он, сжимая кулаки. - Правда, Тхэ Ген? А что тогда это такое? – сказал Президент, окидывая его скептическим взглядом. Тхэ Ген изумленно смотрел на него и беззвучно открывал-закрывал рот, онемев от невыносимого поведения президента, но в конце концов не выдержал и выпалил: - Это все было притворством! Я никогда не встречался с Ю Хе И! Это была обыкновенная газетная утка! Меня шантажировала эта мелкая «национальная фея»! – закончил он, тяжело дыша. - Шантажировала тебя? – переспросил Президент Ан. - Да! Она выяснила, что… - он запнулся и продолжил изменившимся голосом: - Выяснила кое-что, что она не должна была знать, и угрожала, что всем расскажет про это… кое-что, если я откажусь притвориться ее парнем. - Верь в то, во что хочешь верить, - сказал Президент с жалостью в голосе. Тхэ Ген моргнул. - П-прошу прощения? – выдавил он, скрестив руки на груди. – Ты… ты думаешь, я только что это выдумал? - Ну разумеется. Да ладно тебе, это действительно звучит, как какой-то эпизод из дорамы, такое не случается в реальной жизни. Но если это помогает тебе смири… - Но это правда! – рявкнул Тхэ Ген. - Конечно, что бы ты ни сказал, я верю, - произнес Президент, и, бросив на него еще один сочувственный взгляд, вышел из комнаты. Разъяренный крик Тхэ Ген прокатился по всему дому: - Я НЕ ОТРИЦАЮ! И У ГО МИ НАМА ОТВРАТИТЕЛЬНЫЙ ВКУС НА ЖЕНЩИН! *** Тхэ Ген лежал на спине, прижимая своего плюшевого зайцесвина к груди. - Зая-хрюня, ты можешь в это поверить? – жаловался он игрушке. – Он думает, что я лгу! Сказал, что я отрицаю очевидное. Да он сам отрицает очевидное! Тхэ Ген вновь взглянул на безмолвный мобильный телефон, лежавший на другой стороне кровати. - И почему она не звонит? – зло спросил он, встряхнув зайцесвина. Неожиданно мобильник начал вибрировать, словно услышав его вопрос, и Тхэ Ген, быстро скинув с себя игрушку, стремительно пополз на другую сторону кровати, стараясь как можно скорее схватить телефон. Однако возбужденное предвкушение на его лице тут же сменилось мрачной гримасой, как только он увидел на дисплее неопределенный номер телефона. Это была не Ми Нё. - Почему этот дурацкий номер, который я даже не знаю, все время названивает? – вслух пожаловался он. Тхэ Ген не отвечал на звонки с незнакомых номеров, потому что были времена, когда фанаты какими-то окольными путями узнавали его номер и целыми днями изводили его. Поэтому он просто отбросил телефон в сторону, слушая, как тот позвонил еще какое-то время и замолчал. Подняв зайцесвина, Тхэ Ген продолжил разговаривать с ним: - Этот поросенок пошел на базар, этот поросенок остался дома, кто-то жаркое третьему дал, ничего не досталось другому, а этот поросенок-зайчонок, - Тхэ Ген взял зайцесвина за лапку и потряс, - уехал в Африку, говоря: «Хнык-хнык-хнык, я не буду звонить Тхэ Гену, потому что я маленький неблагодарный свино-зай!»* - Ты разговариваешь с плюшевым животным? – вдруг спросил голос. – Тебе не кажется, что ты немножко староват для этого? Тхэ Ген подпрыгнул на месте и увидел стоящего в дверях Го Ми Нама. Это был настоящий Го Ми Нам, а не его зая-хрюня, переодетая в парня. Все еще непривычно было видеть его, так похожего на свою сестру-близняшку, хотя между ними и были существенные различия. Например, этот Го Ми Нам никогда не заставлял Тхэ Гена чувствовать себя удивительно счастливым. Этот Го Ми Нам выводил его из себя… Правда, его сестра тоже так делала, но каким-то правильным, нужным способом. Тхэ Ген быстро убрал зайцесвина и взглянул на незваного гостя, приподняв бровь. - Я разрешал тебе входить в мою комнату? - Я не в твоей комнате, я на пороге стою, - ответил парень, скрестив руки на груди. Брюнет скривил губы в своей коронной ухмылке и сузил глаза. Ми Нам облокотился о дверной проем и произнес: - Президент Ан послал меня сюда, чтобы мы поговорили по-мужски. Тхэ Ген снова злобно усмехнулся: - Я не собираюсь идти с тобой в сауну и тереть тебе спинку. - Полностью разделяю твое нежелание, - сухо ответил Ми Нам. - Проваливай. Ми Нам лишь вздохнул: - Я бы с удовольствием, но Президент торчит в гостиной и думает, что я пробуду здесь не меньше тридцати минут, или он действительно отправит нас с тобой в сауну. Тхэ Ген был совершенно недоволен таким поворотом событий. Он смерил Ми Нама тяжелым взглядом, прежде чем отвернуться и проворчать: - Прекрасно. Ми Нам прошел в комнату и, усевшись в кресло перед столом Тхэ Гена, принялся раскачиваться вперед-назад. Брюнет тут же раздраженно взглянул на него: - Может быть, прекратишь? Ми Нам остановился и поднял руки вверх: - Хорошо, извини, хённим. Глаза Тхэ Гена расширились: - Я же сказал не звать меня хеннимом! - Как мне тогда тебя называть? Хен? - Нет… зови меня Хан Тхэ Ген. - Итак, Хан Тхэ Ген, - начал Ми Нам, - из замечаний, брошенных Джереми-хеннимом, Шин Ху-хеннимом и Хе И, а также по тому, как ты поехал за моей сестрой до концерта и как обнял ее перед тысячами фанатов, я догадываюсь, что у тебя есть к ней какие-то чувства. А у нее есть чувства к тебе? – последнюю фразу он сказал с неуверенностью и искренним изумлением. Брюнет вопросительно приподнял бровь. - Я просто удивлен, потому что ты совсем не похож на тип парней, которые должны нравиться моей сестре. Я имею в виду, ты такой… - Ми Нам, казалось, старался найти правильные слова, - ты такой ты. - И что это значит? – спросил Тхэ Ген сквозь сжатые зубы. - Ну что… эм… Я не знаю, - сказал Ми Нам, пожимая плечами. – Если бы она и решила быть с кем-то, то я бы подумал, что она влюбится в… ну, не знаю… в Шин Ху? Если не в него, то в Джереми? - Ну, я все-таки ее тип, - выплюнул Тхэ Ген. - Видимо, ты не очень хорошо знаешь свою сестру-близнеца. Ми Нам прищурился: - Кстати говоря, Президент Ан упомянул, что я ночевал с тобой в одной комнате в течение нескольких недель. Это еще что такое? - Это все вина твоей тетки, мисс Мне-совершенно-наплевать-на-личное-пространство. Устроилась на дармовщинку и оставила Го Ми Нама… - Тхэ Ген взглянул на собеседника и неловко прокашлялся, - Го Ми Нё без комнаты. - И ты вот так просто решил, что жить с тобой – это лучший из всех возможных вариантов? Без всяких грязных мыслишек? - Я?! – воскликнул Тхэ Ген, скривившись. – Это она заставила меня делить с ней комнату! Если у кого-то и были грязные мыслишки, то только у нее! - Да, у моей сестры, которая собиралась стать монахиней, были грязные мыслишки, - сказал Ми Нам, насмешливо глядя на него. Оставшееся время они провели в напряженной тишине, а когда Ми Нам ушел, Тхэ Ген попытался занять себя сочинением новой песни на фортепьяно, но все закончилось тем, что он принялся напевать песню о горном кролике. Раздраженно стукнув по клавишам, он решил, что лучше посмотрит телевизор. Но и это оказалось очень плохой идеей… Включив телевизор, Тхэ Ген случайно наткнулся на канал про животных. - Сегодня на «Animal Planet» беспощадные убийцы Африки, - начал диктор. Брюнет нахмурился. - Какого… - Гиппопотам может показаться миролюбивым созданием, плавающим в спокойных водах Африканских рек, но, уверяю, он далек от миролюбия. Если вторгнуться в его территорию, гиппопотам становится удивительно агрессивным и незамедлительно атакует рядом стоящего человека, дробя ему кости своей гигантской челюстью. Гиппопотама легко спровоцировать, но от него практически невозможно скрыться даже на земле, поскольку эти создания развивают скорость более двадцати километров в час. Тхэ Ген ошеломленно уставился на экран, наблюдая, как атакует огромный гиппопотам. Увидев его челюсть, парень напряженно сглотнул, его Адамово яблоко подпрыгнуло. - Нильский крокодил – рептилия, достигающая пяти метров в длину, которая часто атакует людей, стоящих на берегах рек. Они хватают свою добычу и тянут на дно, где держат, пока их жертва не задохнется. Тхэ Ген вздрогнул и, схватив подушку, прижал ее к груди. - Лев не какой-нибудь котенок, с которым можно играть, особенно если он окружен львицами, охотниками прайда. Обычно львы не охотятся на людей, однако некоторых из них не просто так называют людоедами: львы разрывают свою жертву на куски, используя острые зубы и когти. Тхэ Ген тяжело задышал, сильнее сжимая подушку. - Уверяю, вы бы не захотели оказаться на пути пятитонного слона, когда стадо обращается в паническое бегство. Мужские особи могут становиться агрессивными без видимых на то причин и легко затопчут человека насмерть. Тхэ Ген весь съежился от страха, его руки заметно дрожали, когда он полными ужаса глазами смотрел на экран. - Москиты – самые опасные существа Африки. Возможно, вы не поверите, узнав, что эти крохотные насекомые повинны в смерти миллионов жителей, поскольку являются переносчиками малярии. Вам бы не захотелось испробовать на себе укус этих бесшумных маленьких убийц. Глаза Тхэ Гена расширились до размеров блюдец, когда он представил Го Ми Не, бегущей по саванне от гиппопотамов, крокодилов, львов, слонов и огромной стаи москитов и кричащей во все горло: «Хенним! Хенним! Помоги! Помоги мне!» Его глаза панически блестели, когда он спрыгнул с дивана. - О чем я только думал, позволив ей уехать в Африку? – бормотал он самому себе. – Зайцесвин – это самая настоящая ходячая катастрофа, она даже ванную делает опасной, и теперь она в Африке. Из всех мест в Африке! Он нащупал рядом телефон и быстро набрал ее номер только для того, чтобы услышать, что «аппарат абонента выключен или находится все зоны действия сети». Тхэ Ген в неверии посмотрел на мобильник. - Почему у нее недоступен телефон? – спросил он себя, глядя в никуда. – Может, он сейчас в крокодиле? Парень тут же потряс головой, сбрасывая наваждение: - Нет, нет… Это нелогично, она всегда заставляет меня думать нелогично… Я не такой, я спокоен, я в порядке. И она в порядке, нет причин для паники, она же с другими людьми, и они не позволят ей попасть в какую-нибудь ужасающую беду… С ней все в порядке, - он порывисто втянул воздух. – Мне нужна вода. *** Тхэ Ген открыл холодильник, достал оттуда бутылку воды и сделал глоток, когда в кухню вошел Джереми. - Привет, хен, - коротко поздоровался он и полез в холодильник за соком. – Чем занимаешься? - Воду пью, - бросил Тхэ Ген. Джереми глотнул сока и вздохнул: - Я скучаю по Го Ми Наму… то есть по Го Ми Нё. - Ага, - ответил брюнет, делая еще глоток. - С ней было так весело. Я скучаю по тому, как мы все вместе ходили в супермаркет, как репетировали с ней, как мы играли в парке, а еще по тому, как она звала тебя «хеннимом». Она единственная ходила есть острую еду со мной, потому что у Шин Ху от этого болит живот, а у тебя аллергия практически на все, что есть в меню, а Го Ми Нам… - Джереми нахмурился, - я не хочу веселиться с ним. Он крадет у меня фанатов! Кроме того, когда он рядом – это как постоянное напоминание, что его сестра далеко, и… - Джереми? – прервал его Тхэ Ген. - Что, хен? - Заткнись. *** На город опустилась ночь, и Тхэ Ген, лежа на кровати с включенным светом, был рад, что этот напряженный день наконец-то клонился к закату. Однако одна вещь все же не давала покоя. - Я. Не могу. Уснуть, - простонал Тхэ Ген. Каждый раз, когда он закрывал глаза, перед его мысленным взором появлялась Го Ми Нё, бегущая от какой-то африканской твари. Взглянув на часы, он понял, что уже три утра, и снова застонал. Приподнявшись на кровати, он зыркнул на плюшевого зайцесвина. – Это все твоя вина. Встав с кровати, Тхэ Ген взял в руки игрушку. - Зая-хрюня, сегодня ты удостаиваешься чести спать вместе со мной, так что ты должна быть очень польщена и благодарна. Он вернулся в кровать и обнял зайцесвина, прижимая его к себе. - Я не собираюсь выключать свет, так что тебе придется закрыть глаза, - произнес он и прикрыл рукой глаза игрушки. - Засыпай, - сказал он больше себе, чем зайцесвину. *** На следующее утро Тхэ Ген сидел в кресле в гримерке, готовясь к очередной фотосессии “A.N.Gell”, а Джереми продолжал странно посматривать на него. - Что? – не выдержал брюнет. - Хен, - Джереми подошел ближе и ткнул пальцем в скулу Тхэ Гена, - у тебя мешки под глазами. - Правда? А я и не заметил! – прошипел он, сжимая подлокотники кресла. Блондин отшатнулся и сморщился: - Простите, мистер Раздражительность. - Не мог уснуть? – спросил Шин Ху, сидя в соседнем кресле. – Надо было мне сказать, я бы заварил тебе травяной чай. - Не нужен мне никакой вонючий травяной чай! Как раз в этот момент в комнату зашел Го Ми Нам, разговаривая с кем-то по телефону. Его взгляд был полон теплой заботы, когда он мягко спросил: - С тобой все хорошо? Тхэ Ген презрительно ухмыльнулся: - Опять с национальной зловредностью милуется. Ми Нам коротко взглянул на него и, прижав ладонь к телефону, ответил: - Если тебе так необходимо знать, - самодовольная улыбка расцвела на его губах, - я разговариваю с моей сестрой. Тхэ Ген едва не подавился воздухом. - С твоей сестрой?! – переспросил он с широко открытыми глазами. В мгновение ока он вскочил со стула и выхватил телефон из рук Ми Нама так быстро, что тот даже моргнуть не успел. - Эй, какого?.. – Ми Нам посмотрел на свою пустую ладонь в изумлении. Глаза Тхэ Гена яростно сверкали и губы его превратились в тонкую линию, когда он прижал телефон к уху. - Я смотрю, у тебя есть время, чтобы позвонить брату, но нет времени, чтобы набрать мне, да? – рявкнул он в трубку. Пару мгновений на другом конце провода молчали. - Хенним? - раздался удивленный голосок Ми Нё. - А, так ты все-таки помнишь меня? – язвительно уточнил парень. - Конечно, я помню тебя, хенним, – спокойно ответила она. – Я звонила, но ты ни разу не ответил. Тхэ Ген моргнул. - Что? – прошипел он. – Это ложь! Твоего имени не было в списке пропущенных последние два дня! Ми Не долго молчала: - Ну… я… я как бы уронила мой телефон в туалете, и он смылся, - голос ее был тихий и слабый от смущения. – Поэтому я пользовалась телефоном моей подруги. Тхэ Ген удивленно склонил голову набок. - То есть незнакомый номер, который все время названивал… это была ты? – недоверчиво выдохнул он. Вдруг он заметил какой-то раздражающий звук, и его глаза подозрительно прищурились. – Что это там так бибикает? - Аппарат для инфузионной терапии**, - просто ответила она. - Ах, аппарат для… - вдруг он замер, и его глаза расширились в ужасе. – Аппарат для инфузионной терапии?! Ми Нё, ты где?! Ее ответ едва не остановил его сердце. - Я в больнице, хенним. ______________ * Традиционная английская детская прибаутка и пальчиковая игра «This Little Piggy». Эквивалентом в русском может послужить «Сорока, сорока кашку варила, деток кормила…» **Инфузионная терапия - метод лечения, основанный на введении в кровоток различных растворов определённого объёма и концентрации, с целью коррекции патологических потерь организма или их предотвращения. Инфузионная терапия восстанавливает объём и состав внеклеточной и внутриклеточной жидкостей с помощью парентерального введения лекарственных растворов. (с) Wiki