Переживая

Ханджи заперлась в своем кабинете, угрюмо перебирая стопки с историями болезни. В голове был полный хаос (хотя она и до этого не отличалась особым умением содержать мысли в порядке), отчего женщина не знала, за что хвататься. На столе остывал крепкий американо, бездарно сваренный баристой в соседней с больницей забегаловке. Стрелки на часах медленно двигались, а звук, создаваемый от каждого хода, неумолимо действовал на нервную систему. Ханджи схватилась за волосы, медленно оттягивая их. Лежащий рядом телефон издал звук входящего сообщения, отчего женщина нервно схватила его в руки. Олененок Йегер 10:51 Что-то у тебя закрыто. Я рано? Ханджи вздохнула, потому что даже для самой себя не могла ответить на этот вопрос. Эрен Йегер появился не в нужное время в жизни Леви Аккермана: рано или поздно — она сказать не могла. Не вовремя. Некстати. Коротышка отчаянно замкнулся в себе и не хотел делиться с ней подробностями происходящего, будто ожидая с ее стороны осуждения. Как-будто она могла это сделать. У Ханджи было мало принципов: не убий, не обманывай и не осуди ближнего своего. Ближе Леви у нее никого не было, правда, коротышка этого никогда не понимал. Периодически женщина ловила себя на мысли, что скажи он ей, что убил человека, она бы не задумываясь предложила ему, где закопать труп. Именно поэтому то, что Аккерман замкнулся в себе, ее напрягало. Ханджи поверхностно знала о жизни Леви до их встречи в университете, делиться он не любил, но догадывалась, что радужного там было мало, а может быть и вовсе ничего. Но вот, что касалось его настоящего и, возможно, будущего, они обсуждали. Аккерман был сложным для дружбы человеком, излишне вспыльчивым временами, недостаточно эмоциональным большую часть времени, но он был ее другом. Именно поэтому ей не нравилось то, что с ним творилось. Леви смотрел на мелкого Йегера не так, как она привыкла, что он на кого-то смотрит. Упаси боже, там не было любви, страсти и даже элементарной заинтересованности. Он смотрел иначе, чем она могла от него ожидать. Ханджи думала, что внутри Леви идет борьба с внутренними демонами, и она бы очень хотела в ней поучаствовать, протянуть ему руку помощи, ну или хотя бы просто не бездействовать. Тягучее ощущение, что коротышка пытался совершить ошибку, о которой бы жалел до конца дней, не отпускало. В баре она увидела достаточно: как безэмоционально нервничал Леви, как безучастно смотрел на Эрена, как ежесекундно безостановочно вел внутреннюю войну. 11:00 Заползай, я у себя. Женщина устало поднялась со стула и лениво дошла до двери, поворачивая замок. Мальчишка появился у нее на пороге спустя несколько минут, и выглядел он неважно. Помятый, с огромными синяками под глазами, нервно кусающий нижнюю губу. От того Эрена, которого она в свое время увидела в амбулатории, когда его мама привела на обследование, не осталось и следа. Он не улыбался и выглядел таким подавленным, что мурашки побежали по ее спине. Причин для его настроения было немного, а если быть точнее — всего одна. — Извини за внешний вид, я не спал. Ханджи вздохнула, эта ситуация убивает сразу трех людей одновременно. — Перебрал с газировкой? — женщина отчаянно улыбнулась, пытаясь отшутиться. — Собственно, я чего тебя позвала. Ты должен помнить, что вы с матерью подписывали согласие на лечение по апробируемому протоколу, в который входила рандомизация на ветку стандартной терапии, доказавшей свою эффективность, и ветку инновационной терапии, призванной доказать или опровергнуть, что она лучше. Наступил этот момент, Эрен. Парень участливо кивнул. — Что от меня требуется? — От тебя ничего, я рандомизирую тебя и еще одного пациента — вы два последних вошедших в эту апробацию. Ты в любую секунду можешь отказаться, напоминаю об этом, и потребовать, чтобы тебя лечили как всех без вот этих исследований. Эрен наградил ее тяжелым взглядом и медленной поступью прошелся по кабинету туда и обратно. Он не выглядел сильно сомневающимся, скорее просто обессиленным. — Ханджи, я доверяю тебе целиком и полностью, и не сомневаюсь ни в одном решении, к чему бы оно не привело. Запускай свою шарманку, — Эрен натянуто улыбнулся. Ханджи опустила глаза в программу компьютера: U34799 — кодовое имя Эрена, Q34656 — Зика Крюгера, одно единственное нажатие кнопки должно решить их судьбу и завершить полностью набор больных в исследование. — Хорошо, — женщина осторожно вновь посмотрела на мальчишку, что отчаянно ковырял носом ботинка пол в ее кабинете. — Хорошо. Ханджи нажала на кнопку, спустя пару секунд получая раскладку. Сердце ее колотилось как ненормальное. Пальцы слегка дрожали, а в голове шла третья мировая война. Ханджи слишком сильно любила своих близких, чтобы собственноручно принести им страдания, лишить их чего-то или кого-то важного, пусть они ей сами бы в этом никогда не признались. Поэтому, когда на экране высветился результат, она засунула свою гордость и все нравственность и медицинскую этику в задницу, и навела мышкой на слово «перезапустить». U34799 — ветка 2, 4 курса moAb. Ханджи выдохнула, поднимая глаза на сидящего перед ней мальчишку, ощущая, как сердцебиение возвращается в норму. — Инновационная терапия. Хорошо, — женщина легко улыбнулась, пальцами зарываясь в свои волосы. — Хорошо. Ханджи Зое знала, что всем приходится жить с последствиями от решений, которые они принимают. И на тот момент ей казалось, что она к ним готова. На следующее утро она проснулась с тяжеленной головой и огромными синяками под глазами — последний раз такой вид у нее был где-то на задворках аспирантуры. Сил и желания подниматься с кровати не было, что-то давило настолько сильно, что хотелось просто упасть и расплакаться: чтобы рядом мама обнимала и утешала ее. Ханджи бросила взгляд в сторону часов: вставать еще было рано, но если она продолжит валяться в постели, то попросту сожрет саму себя. Рядом чувствовалось равномерное и тихое сопение Эрвина. Зое вздохнула и выбралась из кровати, опуская ноги на пол и усаживаясь в сильно сгорбленную позу, запуская свои руки в волосы. Хотелось немножко выть. — Что случилось? — сонный голос Эрвина раздался в уничтожающей тишине комнаты. Ханджи лениво обернулась, расфокусированным взглядом впиваясь в своего мужа, который внимательно всматривался в нее. — Ничего, не выспалась. Эрвин хмыкнул, рукой осторожно касаясь ее пальцев. — Врать ты никогда не умела, — блондин выполз из-под одеяла, хмуро разглядывая настенные часы. — Сначала Леви впервые за 3 года уходит в отпуск, теперь ты выглядишь как побитая собака. Ханджи зажмурилась. — Леви взял отпуск? — надавливая на свою переносицу — скорее по привычке. — Да, вчера написал, что срочно нужно куда-то уехать. Ханджи хмыкнула, полностью вставая с кровати, ногами наступая на холодный пол. — Видимо, что-то случилось, но ты же знаешь его, — Эрвин грустно улыбнулся. — Никогда не признается и не попросит помощи. — Большой мальчик, — грубо бросила Зое и прикрыла дверь ванной комнаты. Что ж, возможно, она и не ошиблась со своим выбором.