Проект: "Ты будешь моей"

Я сидела на кровати в одной футболке и смотрела на полную луну, которая возвышалась над окном. В руках почему-то была книга, на которую даже не смотрела, да что там говорить, и не открывала. Чьи-то руки обняли меня со спины, а горячие губы прикоснулись к шее. — Саш, ты восхитительна… — хриплый шепот на ухо, вызывающий толпы мурашек по всему телу. Нестерпимо захотелось большего. — Стас, — обернулась и сразу провалилась в мучительно-страстный поцелуй. Утро началось не лучшим образом. Проспала, не могу найти расческу, чтобы придать надлежащий вид своим темным волосам. Да еще и этот сон, который никак не выходил из головы и вызывал трепет где-то внутри. Пришла я только ко второму уроку, что для меня не свойственно. Всегда старалась себя показать собранной, ответственной, а тут совсем все иначе получилось. Место было свободного только около Стаса, потому что мое привычное около Наташи было занято Савельевым. Ну, что ж, придется довольствоваться тем, что есть. — Привет, — парень во что-то играл на телефоне, но все равно убрал рюкзак со стула. — И тебе, — он поднял взгляд и улыбнулся. Я же напротив отвела глаза в сторону. Не знаю почему, но было так стыдно смотреть на него. — Сегодня все в силе? — у меня хватило сил только кивнуть. Как я с ним высижу целый вечер? Ему совершенно наплевать на то, что произошло вчера? Или это его совсем не зацепило, как меня? Столько вопросов, столько мыслей метались в голове, что становилось плохо от этого. Натка Добрая: Ну, что, у него встает на такую, как ты? Александра Ржевская: Какую? Натка Добрая: На чучело, которым ты являешься Такой злости я явно от нее не ожидала. Дружили, дружили, столько всего прошли вместе, а разбил нас, как обычно это бывает, парень. Так и ладно бы он мне нравился, но такое бы я заметила. Взгляд Стаса был направлен в мой телефон. Я быстро погасила экран и уставилась на доску. Благо парень не додумался ничего сказать. Иван Савельев: Ну, и как он тебе в постели? Александра Ржевская: Тебе данный вопрос моей личной жизни не касается Иван Савельев: Значит у вас все было? Не знал, что ты такая… Александра Ржевская: Какая? Не припоминаю, что я должна быть такой, как тебе угодно. Может пропустила этот момент, не напомнишь? Иван Савельев: Да не пара он тебе, ясно? Этот диалог тоже отправился в мой личный игнор. Я искренне не понимала, как обычный проект мог довести до такого? Не понимала, за что Наташа со мной так разговаривает. По сути, парня я не уводила. Да и Савельев еще… — Саш, постой! — Стас меня поймал у выхода из школы. — Ты решила сегодня не заниматься? — серьезность в его глазах заставила меня покраснеть от стыда. Да, я решила сбежать, чтобы не было дальнейших проблем. — Подожди меня, хорошо? — мне ничего не оставалось, как просто кивнуть головой. — Если ты паришься из-за этих долбаебов, то не стоит, — парень шел рядом и кутался в пальто. Это было очень странно так как такие, как он носят куртки "Адидас", хотя Стасу очень шло это пальто. — Какой в этом смысл? Что бы ты сейчас не сделала, все равно окажешься самой плохой. — Зачем ты все мне это говоришь? — я повернула голову в его сторону. Мы почти подходили к его дому. — Наверное, чувствую вину небольшую за все это, — он как-то странно улыбнулся и пошел вперед. Я засунула руки поглубже в карманы и пошла за ним. — Ты же не виноват в том, что они показали свои истинные лица, — я по-философски пожала плечами. Было очень обидно от того, что подруга говорила такие вещи про меня. Что для нее наша дружба настолько легко рушится. Однако я понимала, что эта ситуация к лучшему. Если человек не желает даже выслушать меня, то тогда незачем насиловать себя и ее ненужным общением. — Натка хороший человек. Обидно, но не критично. Переживу, — я села на кровать, доставая блокнот и ручку. — И ты все равно ее защищаешь? — Стас удивлённо посмотрел на меня, сядясь рядом с ноутбуком. Он поерзал, отодвигаясь от меня чуть дальше. Этот маневр я не совсем поняла. — Саш, тебе нужно перестать быть такой доброй. Парень запустил нашу работу в Ворде и пробежался глазами по строчкам. — Думаю, сегодня можно заняться сравнением, — предложила я. Чувство дискомфорта из-за вчерашнего потихоньку отпускало, а вот по поводу того, что меня сторониться Григорьев, напрягало, да ещё как. — Стас, мне ничего не видно, — все же решилась сказать. Вчера он зажимал меня по углам, а сегодня подальше садиться. Что с ним не так? Григорьев переложил ноутбук на мои ноги, изворачиваясь так, чтобы ему было видно и чтобы сохранить между нами дистанцию, которую сам же и установил. Получалось у него правда плохо, потому что сыпались вопросы: «А что ты пишешь?», «А что ты нашла?». — Может сядешь уже поближе? — устав от постоянного чтения вслух, взмолилась. Он странно на меня посмотрел и покачал головой, отказывая. Я закрыла ноутбук, сохранив перед этим файл, и уставилась на Стаса. — И что происходит? — Нормально все. Давай, продолжим, а? — Нет, пока я не пойму, почему ты сторонишься меня, — сложила руки на груди вздернула подбородок вверх. — Саш, если ты сейчас не понимаешь, в чем дело, то и после моих объяснений не поймёшь, — парень устало выдохнул. — Добьем этот график и разойдемся, лады? — Нет, не лады, — я отложила ноутбук в сторону, видя, как Стас к нему тянется. — Я не могу работать в такой атмосфере, — протянула к нему руку, а он отшатнулся. — Госпожа моя, разве ты не помнишь, что сказала мне на лестнице? Я прекрасно помню и слушаюсь тебя, — он ехидно улыбнулся. Я же судорожно вспоминала, что могла сказать такого, чтобы парень от меня шарахался. «Никогда больше не смей прикасаться ко мне!» — всплыло в голове. Неужели именно это стало причиной? — Но это же не мешает сидеть ко мне ближе, — упорно настаивала на своем. Чувствовала себя в этот момент, как распутница, которая уговаривает святого выпить алкоголь. — Не хочу рисковать, — видя мое непонимание, продолжил: — Мало ли, не сдержусь и прикоснусь к тебе случайно, а может и специально. — Хватит ломать комедию обиженного, — я закатила глаза на этот концерт. — Раз ты не хочешь садиться рядом со мной, то это сделаю я, — потеряв всякий стыд и разум, я быстро перебралась к парню на колени, точнее на бедра, садясь на него, как наездница, лицом к нему. В глазах Григорьева плескалось неподдельное удивление. — Радикальное решение проблемы, не находишь? — я помогала головой, отрицая. — Тебе удобно? — порезала на нем, пытаясь понять, и кивнула с улыбкой. До меня пока не доходил весь абсурд сложившейся ситуации. Обида и злость перекрывали работу мозга. — Это замечательно, но как мы будем заниматься дальше? — он вскинул бровь. Чтобы не подавать вид, что я это не учла, взяла ноутбук и поставила рядом с нами. Было не совсем удобно, но я готова была терпеть. Зачем? Я и сама не знаю. — Кхм… Саш, я все понял, давай, сядем нормально? — Стас занервничал, когда я наклонилась к нему корпусом, практически ложась на него, и вводила пароль от ноута. Повернула голову к нему в непонимании. — Мне удобно. Так что сиди и не жалуйся, а то придумал отсаживаться от меня! — Ты даже не представляешь, что творишь… — он глубоко вздохнул и закрыл глаза. Он и правда красивый. Я не могла оторвать взгляда сейчас от него. Григорьев был собран, напряжен, но в то же время безупречно красив. С такого расстояния я могла рассмотреть каждую чёрточку его лица, каждую веснушку. Оказывается у него очень длинные ресницы. И красивый ровный нос. — Прости, — он аккуратно ссадил меня на кровать и куда-то ушел. По сигаретном у запаху, поняла, что на балкон. — Стас, объяснишь мне, что не так? — я, в одной футболке, выперлась на балкон, где бушевал уже декабрь. Григорьев выдохнул белый дым. — Простудишься, — он посмотрел на сжавшуюся меня. Радовало только одно, что я упёртая и отступать не собираюсь. — Иди в дом, нечего тут стоять и мёрзнуть. — Стас! — я попыталась хоть как-то привлечь его внимание к волнующему меня разговору. — Саша, иди домой. Я не в настроении, чтобы дальше вести разговор, — он даже головы не повернул, когда это говорил. — Будто ты пытался разговаривать! — было чертовски обидно. Задело даже сильнее, чем ссора с Наткой. — Да и черт с тобой! — развернулась и зашла в теплый дом. Бегать ещё за ним. Даже не собираюсь. Это просто проект совместный, а потом снова будем друг друга не замечать, как делали это 11 лет.