Проект: "Ты будешь моей"

Вечером я твердо решила, что нужно извиниться перед Стасом. Я была неправа, обидела его своими глупыми претензиями. ПОэтому начала мозговой штурм. Написала ему сообщение: «Можно с тобой поговорить?», но ответа так и не последовало. Ни через 10 минут, ни через час. Это расстраивало, но не остановило. Я бы тоже не захотела отвечать. Значит подойду к нему в школе завтра. В любом случае уговорю его отойти в сторонку и поговорить. Вряд ли откажет. Хотя маленький червячок сомнения все же грыз изнутри. А вдруг он разочаровался во мне? А вдруг он уже нашел себе другую? А вдруг я ему больше не нужна? Зачем ему такая зажатая истеричка? Можно любую взять, завалить в кровать, а она и мозги еще делать не будет. От этих мыслей стало не по себе. Постаралась откинуть их и придумать, как уговорить Григорьева поговорить со мной. В школе все оказалось намного сложнее, потому что Стас вообще не пришел в школу. Все мои идеи резко рухнули вниз, как и настроение. Писать ему и спрашивать, почему он не пришел, тоже бессмысленно, поэтому села за нашу парту и уставилась невидящим взглядом на доску. Так и пролетел весь день в школе. Учителя рассказывали материал, а я решалась, чтобы сходить к парню домой. Пока не разберусь в этой ситуации, нормально учиться не смогу. Издевательство какое-то. — Саш, может, сходим сегодня погулять? — ко мне, на выходе из школы, подскочил Ваня. Он улыбался, протягивая свою руку в мою сторону. — Я сегодня занята, — даже не стала заморачиваться на его счет. Хотелось поскорее добраться до дома Стаса. Вдруг он вообще заболел? — Ладно, — недовольно буркнул в ответ и отвернулся. Я спокойно выдохнула и пошла знакомой мне дорогой. Через 10 минут я стояла около его дома. Свет не горел, но это не означало, что Григорьева нет дома. Он часто любил сидеть в темноте. Меня кто-то сзади потянул за плечо. Я от испуга вскрикнула и развернулась. Там стоял недовольный Савельев, который недобро смотрел на меня. — Занята? Быдлом своим занята? — зло выплевывает мне в лицо. Я даже ничего говорить ему не хочу. — Мало тебе проблем из-за него? Мало ты прогуливаешь школу? Домашку не делаешь! Саш, ты превратилась в амебу! — он уже орал на меня, а мне впервые хотелось побить человека, чтобы он наконец заткнулся. — Что тебе от меня нужно? — устало спрашиваю у него. Я знала, что ему нужно, но надеялась, что после моего тона он отстанет. Увы и ах. Этого не произошло. — Чтобы ты наконец посмотрела на нормальных парней! Ты же, как собачка! Григорьев тебя позвал, а ты сразу же за ним, высунув язык, расставляя ноги! Григорьев тебе сказал свалить с уроков, а ты и рада, тут же бежишь, — Ваня распалялся с каждым словом. Он уже орал на всю улицу. — Григорьев тебе, наверное, свой член сует в лицо, а ты его с удовольствием сосешь, потому что хозяин разрешил! Мне противно смотреть, в кого ты превращаешься! Маленькая шлю… — договорить он не успел, так как его остановила звонкая пощечина. У него даже голова мотнулась в сторону. Он с удивлением посмотрел на злую меня, которая сжимала кулаки для следующего удара. — Ты думаешь, что знаешь о наших отношениях? — шипела на него, наступая вперед. — Я тебе много раз говорила, что у нас ничего не выйдет, но ты, как собачка, бегаешь за мной с пятого класса, — так хотелось ударить его еще раз, поэтому замахиваюсь, но парень уходит от моей руки. — Может, это если бы я тебе дала хотя бы палец мой облизать, то ты скулил бы от счастья? Тебя совершенно не касаются мои отношения со Стасом! Я заколебалась слушать тебя, видеть тебя, получать от тебя беспочвенные обвинения! Закрой свой рот, Савельев, и живи дальше! Хотя, наверное, не так, да? Бобик, беги домой! — знаю, что последнее было лишним, но я не могла остановиться. Этот человек вынимал из меня душу, переворачивал там все с ног на голову, а потом засовывал назад. В ответ я заметила, как рука Савельева занеслась надо мной, но так и не обрушилась ударом. Я сжалась, чтобы хоть как-то прикрыться, пока на мое плечо не легла рука. — Иди ко мне, — до боли знакомый голос, в приказном тоне, обратился ко мне. Мне ничего не оставалось, как сбежать к Григорьеву домой. Сама же застыла в прихожей, наблюдая, как Стас бьет Савельева и что-то ему говорит. Даже больше шипит. — Как еще унизишься? Ванек, мы с тобой же дружили когда-то, — услышала я, когда приоткрыла дверь. — А потом я резко для тебя стал врагом. — Отъебись! — Ваня замахнулся на него, но Григорьев поставил ему подножку, и тот упал. — Все, бывай, — парень хмыкнул и зашел в дом, где стояла я. Меня трясло от пережитого стресса. Одноклассник недовольно посмотрел на меня и прошел на кухню. А я не знала, раздеваться мне или уйти? — ПРоходи, чего там встала? — послышалось недовольное из глубины дома. Я быстро скинула с себя ботинки, куртку, проходя на кухню. На столе уже стоял бокал вина. — Садись. Выкладывай, чего пришла? — Стас, — тихо начала я, взяв бокал в руки. Быстро опила, чтобы набраться смелости. — Я наговорила кучу гадостей тебе в прошлый раз. ПРости меня, пожалуйста. — Зачем? — он даже не смотрит в мою сторону. — Ты мне не доверяешь, Саш. Как можно строить отношения без такого важного аспекта, как доверие? — Я доверяю тебе, — я тихо подошла к нему. Стас стоял ко мне спиной. Он был весь напряжен. Дотронулась пальцами до его лопаток, от чего Григорьев вздрогнул, но не повернулся. — Я совершенно так не думаю. Стас, прости меня. Я чуть ли не умираю без тебя, — первая слеза скатилась по щеке. Я прижалась к его спине, утыкаясь лбом между его лопаток. — Не знала, что так бывает, — послышался тяжелый вздох, а потом парень развернулся и обнял меня, от чего я еще больше разрыдалась. — Дурочка ты, — он гладил меня по голове, продолжая обнимать. А мне было так хорошо в этом момент. Я немного отстранилась и посмотрела на него. Стас уже был достаточно расслабленным. — Почему ты не пришел в школу? — все еще шмыгая носом, спросила у него. — Потому что я знал, что ты захочешь со мной поговорить, — лаконично отозвался тот. Как все у него просто. — И знал, что если не приду в школу, то ты пойдешь ко мне. Это было выгоднее для меня. Не люблю выяснять отношения у всех на виду. — Я такая предсказуемая? — шепотом спрашиваю у него, а сама встаю на носочки, чтобы дотянуться до таких желанных губ. Кладу ему руки на плечи, чтобы была хоть какая-то еще опора. Стас завороженно следит за мной. — Если только чуть-чуть, — так же тихо отвечает мне, обнимая меня за талию. Почему-то ни я, ни он, не спешим преодолеть эти миллиметры, чтобы наконец поцеловать друг друга. Первой не выдерживаю я и прикасаюсь губами к его губам. Он тут же перехватывает инициативу. Резко разворачивает нас, подсаживает меня под бедра на стол и встает между моих раздвинутых колен. Именно сейчас мне было все равно. Зайдет это у нас далеко, не зайдет, главное, что мне хорошо. Стас страстно целовал меня, иногда переключаясь на ключицы и шею, а потом снова возвращался к губам, вызывая у меня негромкие стоны. Я же водила руками по его груди, спускаясь чуть ниже. Его дыхание было сбито, как и мое. Казалось, что сейчас никого не существует, кроме нас двоих и этой кухни. В мою голову пришла шальная мысль, на которую бы в другое время я никак не решилась, но именно сейчас спрыгнула со стола и резко села на колени. Стас прибывал в каком-то шоке, поэтому ничего не говорил, даже когда я расстегнула его джинсы и достала возбужденный член. Не сомневаясь ни секунды, сразу же облизала головку и взяла в рот чуть меньше половины. Послышался сдавленный стон. — Саша, что ты делаешь? Остановись, — я бы так и сделала, но раз уж начала, то нужно закончить. Поэтому выпустила немного изо рта его плоть, а потом снова вобрала в себя. Мне было совсем не противно. На вкус, как обычная кожа. А вот громкие выдохи через зубы становились для меня наградой, из-за чего я с двойным энтузиазмом продолжала сосать член Григорьева. Парень положил руку мне на голову, оттягивая слегка за волосы назад, а потом сам несильно толкнулся в меня. Я чуть не закашлялась, но подавила в себе этот рефлекс и продолжила. Языком вырисовывала на головке какие-то узоры, а губами водила вдоль по стволу. — Все, стой. Если так продолжить, то я скоро кончу, — Стас оттянул меня немного назад, поднимая на ноги. — Мне никогда не было так приятно, — он подхватил меня руки и понес в сторону своей комнаты. Положил меня кровать, сдергивая с меня брюки и трусы. Провел пальцем по половым губам, что вызвало у меня стон, а потом прижался там губами. Тут я даже вскрикнула. Не видела, но чувствовала, что Стас улыбается, проходясь языком по клитору. Меня выгнуло на кровати, стоны отражались от стен, возвращаясь ко мне эхом. Пальцы одноклассника уже находись во мне, заставляя меня подмахивать ему бедрами, чтобы продлить удовольствие. Вторая его рука вовсю играла с моим соском на груди. В какой-то момент мне подумалось, что я умру. Нельзя испытывать столько удовольствия. Однако Григорьев отстранился от меня. Я не видела, что он делает, но вернулся ко мне абсолютно голый, что порадовало меня. Мне так хотелось прикоснуться к нему кожа к коже, что тут же стащила с себя блузку и лифчик. Я, как одурманенная, целовала его, стонала, когда он прикасался ко мне, и просила, чтобы это не прекращалось. Все перевернулось, когда почувствовала внизу давление. Больно не было, но легкий дискомфорт и жжение возникло, от чего я дернулась в сторону, но Стас меня удержал, глубоко целуя и отвлекая от неприятных ощущений. Он вошел до конца, немного дергаясь назад. Меня распирало от двоякости чувств. Мне было безумно приятно, но оставался некий дискомфорт, который прошел спустя несколько секунд. Все это время Григорьев не прекращал меня целовать, шептал мне какие-то глупости на ухо, и потихоньку двигался во мне. В какой-то момент все неприятные ощущения ушли, и осталось только одно наслаждение. Я вскрикнула, когда Стас в очередной раз толкнулся в меня, а по моему тела пробежала горячая волна возбуждения. — Стас! — сама не ожидала, что вскрикну так громко, но одноклассника, видимо, это только раззадорило, так как он перестал себя сдерживать и задвигался в более быстром темпе, не забывая меня целовать, сжимать мою грудь и иногда проводить раскрытой ладонью по моим соскам. Я сжимала в руках простыни, боясь, что порву их от напряжения. Закинула парню ноги на спину, начиная подмахивать ему бедрами в такт. Стас опустился ко мне еще ближе, начиная вбиваться в неистовом темпе. Схватилась за его спину руками, проезжаясь ногтями по ней. Григорьев зашипел, но ничего не сказал. — Перевернись, — хрипло приказал мне. Я тут же перевернулась на живот. Парень подхватил мои ноги, расставляя их в разные стороны, а потом резко вошел. Я вскрикнула не то от боли, не то от удовольствия. — Прости, моя хорошая, — нежный поцелуй в плечо был извинением. он намотал мои волос на свой кулак, оттягивая мою голову назад, наращивая темп. Я во все горло стонала, мечтая, чтобы это не заканчивалось. Мечтая, чтобы мы провели так целую ночь. Он брал меня, а я безотказно отдавалась. Не думала, что моя первая ночь с парнем пройдет именно так, да и еще именно с ним. Но я ни капли не жалела. Что-то внутри меня раскалялось, как печь, пронизывая все большим удовольствием. Каждый толчок отдавался фейверком, а каждый поцелуй вспышкой петарды. На очередном толчке я выгнулась, как кошка, и что-то внутри меня взорвалось, заставляя кричать имя парня. Тот замер на несколько секунд, а потом стал входить в меня с большим энтузиазмом, пока сам громко не выдохнул и не вышел из меня. Я без сил упала лицом в простынь. Не хотелось шевелиться после такого бурного времяпровождения. Стас немного покопошился и лег рядом со мной. Он притянул меня ближе к себе, накрывая нас обоих одеялом. Спать не хотелось, но и вставать тоже не было желания. Я перевернулась на бок и устроилась на плече у Григорьева. По телу все еще разливалась приятная нега. — Я сейчас кое-что скажу, — было страшно признаваться в своих чувствах. — Я… — меня прервал телефонный звонок. — Алло? Да, мам? — Саш, время позднее, а тебя нет дома, — строгим голосом начала она. — Я у Стаса, — виновато отвечаю ей. — Мы слишком долго разговаривали о наших отношениях. Можно, я приду завтра и все тебе расскажу? — ага, разговаривали мы от силы минут 10, а дальше уже совсем были не разговоры. — Хорошо. Только не натворите глупостей, — с намеком сказала она, а потом отключилась. — Это она о чем? — Григорьев обнял меня, целуя иногда в шею. Я же плавилась от этих ласк. — О том, чтобы мы не занимались сексом, — хмыкнув, ответила ему. — Это тем, которым мы занимались 5 минут назад? — он ласково поцеловал меня в губы, а потом откинулся на подушку. — Спать хочешь? — я помотала головой. — Что будем делать? — Можно доделать проект, — с хитрой улыбкой предложила ему. Тот мученически закатил глаза.