Сумасшедшие или Во всем виновато зелье

      Чтобы не будоражить школу и общественность, пара решила на людях вести себя как обычно. Надо сначала выпуститься, решить, куда идти дальше, и только потом открывать всем правду. Своё хорошее настроение было бы тяжело объяснить друзьям, а потому оба едва держали себя в руках. До окончания школы оставался всего месяц, все готовились к экзаменам, и это спасало ситуацию.       Тем не менее, субботние вечеринки никто не пропускал, там народ отдыхал от зубрёжки, чтобы с утра начать снова. Темой очередной игры стала «правда или действие» в любой из вариаций. Главным правилом было не задавать слишком личных вопросов и позорных заданий. В последнее время друзья Грейнджер и Малфоя неплохо сдружились, чего сами от себя не ожидали, а потому двум старостам приходилось быть вдвойне осторожными. У обоих были те, кто слишком хорошо их знал. Обычно Драко вёл себя сдержаннее всех, но и к нему в компании все давно привыкли и относились, как к своему, даже Уизли, что удивительно.       Этим вечером их группка незаметно осталась последней в комнате. Сегодня все хотели расслабиться немного, и в ход пошёл слабый алкоголь. Драко, который знал об этом от друга, перед выходом заставил Гермиону выпить специальное зелье, чтобы после определенного градуса не пьянеть и на утро голова не болела. И теперь они радовались своему своевременному решению, потому что в узком кругу игра пошла не в то русло.       Когда старосты поняли, куда все идёт, попытались уйти — немного пьяные друзья подняли уровень, желая узнать друг о друге больше личного. Это было опасно, хотя вряд ли кто-то смог бы догадаться. Разумеется, их не отпустили никуда, пришлось играть. На столике в центре появились крохотные стаканчики с алкоголем, и началась игра «для своих».       По-началу вопросы были не серьёзными, вроде первого поцелуя или рассказа о первом свидании. Все охотно делились, никто почти не пил. Многим это быстро надоело, и большинством голосов выбрали новую — «Я никогда не…».       — Я никогда не … — начал Рон, посмотрел на Мариэтту, — изменял любимому человеку.       Выпил один Блейз и на возмущённый взгляд Дафны, с которой они недавно стали встречаться, ответил:       — Эй, это ещё задолго до тебя было, и, строго говоря, она не была моей любимой, но сам факт.       — Ладно, — прервала их Джинни, — теперь я. Я никогда не целовалась ночью в коридоре после отбоя. Что, кстати, надо исправить, — добавила она, удивленно глядя на то, как Гермиона выпивает вместе с остальными.       Рон и Гарри тоже заметили, и теперь все друзья девушки вопросительно смотрели на неё. Грейнджер молча пожала плечами и улыбнулась. В этой игре ей не обязательно все объяснять, а благодаря Драко она не сильно пьяна.       — Мы ещё поговорим об этом, — сказала Уизли. — Гарри, давай, твоя очередь.       — Я никогда не мстил за девушку, — выдал он, а потом спохватился, — ой, я же мстил. Значит, тоже выпью, — посмеялся он.       Но Малфой не повёлся на эту игру, прищурился. Интересно, если он пропустит, какое наказание для него выберет комната? Судя по испуганному виду Грейнджер, не очень хорошее. Вздохнув незаметно, он опрокинул стаканчик. Блейз рядом несказанно удивился.       — Я вам потом как-нибудь расскажу, — отмахнулся от них с Дафной Малфой.       — Кхм, моя очередь, да? — перевела тему Гермиона. — Ммм, я никогда не…спала на уроках, — улыбнулась она, точно зная, что сейчас выпьют все, кроме неё.       — Хитро, — усмехнулся Забини.       — Я никогда не списывала на зачётах, — не стала ждать Гринграсс.       Все, кроме неё, Драко и Гермионы покорно выпили.       — Сейчас поднимем рейтинг, — усмехнулся Блейз. — Я никогда не делал минет.       Все девчонки взялись за стаканчики.       — А ты когда успела?! — обалдела Джинни, посмотрев на подругу. — А главное, с кем это?!       — Тебе дату или имя? — с сарказмом хмыкнула Грейнджер, старательно сдерживая смущение.       — Малфой, а ты чего не пил? — пошутил Забини.       — Пошёл ты нахуй! — отпихнул друга от себя Драко. — Я натурал.       — А по тебе не скажешь, — хитро улыбнулся Блейз. — Даже не помню, когда я тебя последний раз с девушкой видел.       — Тебе дату или имя? — язвительно повторил слова Гермионы Малфой.       — Желательно и то, и другое, на пергаменте и заверенное фамильным гербом, — хихикнул итальянец, но, увидев взгляд друга, добавил:       — Понял-понял, пошёл я нахрен.       Эта перепалка отвлекла всех от Грейнджер, и девушка тихонько выдохнула.       — Я никогда не спала с любимым, — выдала Мариэтта, и все удивленно посмотрели на неё и Рона.       — Она имеет в виду, что у нас все серьезно, и я не переступаю определенных границ, — объяснил Уизли. — Только без шуточек, пожалуйста.       — Да мы и не думали, — поднял руки Блейз. — Наоборот, уважаю. Нам вот поздно уже, — усмехнулся он, переглядываясь с Дафной.       Выпили все, кроме двоих. Джинни, когда заметила это, аж вскрикнула и показала пальцем на подругу. Гринграсс тихонько указала своему парню на блондина.       — Не понял/ поняла! — раздался сдвоенный вопль Уизли и Забини.       — У тебя был секс с кем-то, кого ты любишь? Кто он? Когда это было? — закидала вопросами Джинни.       — Ты кого-то любил?! — не отставал Блейз. — Я думал, ты с девушками чисто ради одной ночи.       — Гермиона?!       — Эй, может быть у меня личная жизнь или нет? — возмутилась Грейнджер.       — И я что, не человек, по-твоему? — спросил Малфой у друга.       Эти вопросы остудили немного пыл, но задели любопытство. После того, как выяснилось, что Гермиона, так же, как и Драко с Блейзом, трахалась в одном из классов школы, шокированная Джинни уловила хитрый взгляд Забини, и когда тот предложил снова поиграть в «правду или действие», активно поддержала идею. Захмелевшие Гарри и Рон не стали противиться ей, Дафна поддержала парня, а Гермиона и Драко, расслабленные тем, что удачно отмазались от всех неудобных вопросов, не заподозрили подвоха, пока не стало поздно.       Разгоряченные алкоголем друзья пошли в разнос, спрашивая для начала по мелочи, но обязательно что-то пошлое или личное. Комната магически следила, чтобы отвечали правду и не выбирали постоянное действие.       На этом Гермиона и попалась. Она и так уже призналась, что первый опыт получила на шестом курсе, что это был не гриффиндорец (Джинни яро старалась узнать правду), и пришлось сказать даже то, что больно ей не было. После того, как комната никак не отреагировала, все очень удивились, и девушка быстро прочла мини лекцию о различиях в физиологии, чтобы отвлечь внимание от этой темы. Драко немного помог, увёл разговор в другое русло, и на время это сработало. Он решил выпросить у комнаты что-нибудь покрепче, чтобы после сегодняшнего вечера друзья запомнили минимум.       Блондин отошёл к буфету, чтобы внести изменения в договор с комнатой от имени старосты школы. А в это время Джинни Уизли поймала подмигивание Забини и не стала спорить, когда он влез без очереди, задавая Грейнджер тот самый запретный вопрос.       — Ну, а теперь признавайся, мисс староста школы и не такая уж и примерная девочка, кто тот невероятный волшебник, покоривший твоё сердце и забравший девственность?       Все замерли, а Гермиона изменилась в лице, пытаясь скрыть напряжение и даже испуг.       — Выбираю действие, — быстро ответила она.       Выручай-комната вдруг начала окрашивать ее волосы в зелёный, сигнализируя о том, что лимит исчерпан и надо отвечать в этот раз. Гермиона упорно молчала, зная, что лучше перетерпит наказание в виде головной боли. Магия комнаты привычно сработала, как зелье правды, но Грейнджер не смогла ответить, а боль не пришла.       Когда-то выкрикнутые в порыве злости слова стали магическим обещанием, о котором девушка не знала. Она вдруг побелела и начала задыхаться. Ребята испугались, не понимая, что происходит. Ее оперативно уложили на пол, накладывали различные заклинания, но ничего не помогало.       Драко обернулся на шум, нахмурился и поспешил подойти. Увидел Гермиону, которая пыталась вдохнуть, но не могла, и на секунду застыл от ужаса. Потом кинулся, распихивая всех, упал рядом с ней на колени и дрожащим голосом крикнул:       — Что у неё спросили?!       — Я не знал, что так будет, — пробормотал в шоке Забини. — Только хотел узнать…       — Что? — зарычал Малфой.       — Кто был ее первым… Почему она так отреагировала? Такого наказания не предусмотрено! — со страхом воскликнул он.       — Отменяй вопрос! — яростно посмотрел на него блондин.       Забини мысленно попросил комнату отменить вопрос, потом, видя, что не помогает, сделал это вслух несколько раз.       — Не получается! — в отчаянии крикнула Джинни.       — Надо срочно к директору!       — Отнесём ее к Помфри!       — Она дала обещание! — прервал всех испуганный голос Гарри, который был знаком с этим видом магии.       Он заметил светящуюся полоску на запястье подруги и понял, в чем дело. Но почему она дала его? Малфой рядом с ним напрягся, но ровно на секунду. Панику и попытки помочь девушке прервал его звенящий страхом голос:       — Я отменяю ее обещание! Отменяю! — крикнул он и тут же склонился над замершей Гермионой.       — Дра-ко, — едва слышно выдохнула она и сделала глубокий шумный вдох.       Закашлялась, поворачиваясь на бок, слепо цепляясь за блондина рядом.       — Дыши, только дыши, — бездумно шептал ей Малфой, поглаживая по спине.       Грейнджер немного пришла в себя, уткнулась ему в грудь и расплакалась, и Драко молча обнимал её, смотря в одну точку.       Вокруг образовалась шокированная тишина. Но Блейз видел, что его друг на грани срыва. Что только что произошло? Мозг никак не мог принять.       Джинни присела и, утерев слёзы, тоже обняла подругу с другой стороны. Гермиона выбралась из объятий Драко и ответно сжала ее в руках. Малфой нарушил напряжённое молчание.       — Магическое обещание…—будто пытаясь осознать, произнёс он. Встал, посмотрел на Гермиону сверху вниз. — Магическое, блять, обещание, Грейнджер!       Блондин запустил руку в волосы, провёл по лицу, не веря, что она это реально сделала.       — Как?! Скажи мне, как твой дохуя умный мозг додумался до этого! Ты что, не знаешь, как это, блять, опасно?! А если бы меня не было здесь!       — Не кричи на меня! — хриплым голосом отозвалась Гермиона. — Я не знала, что слова стали обещанием, понятно?! Я…— она всхлипнула, утирая слезы, и прошептала, — не знала.       Драко призвал из бара добытую им бутылку огневиски, открыл и сделал пару глотков, успокаивая нервы. Потом присел рядом с ней и положил руку на хрупкое плечико.       — Извини.       Их друзья шокировано переваривали происходящее, изредка переглядываясь, чтобы понимать — остальные тоже это видят. Похоже таинственным некто оказался слизеринец, который не побоялся признать это, чтобы спасти девушку, а теперь вообще впервые на памяти присутствующих перед кем-то извинился.       — Я чуть с ума от страха не сошёл, — продолжил блондин. — Думал, тоже умру нахер тут. Мерлин, Гермиона! В такое только ты могла вляпаться!       Он одним движением притянул гриффиндорку обратно к себе, прикрывая глаза и расслабляясь.       — А кто в этом виноват, — буркнула девушка, даже не стараясь отстраниться.       — Я тебя об этом не просил, — хмыкнул уже успокоившийся Драко. — Пойдём-ка отсюда. Пошли они нахер, такие игры! Не хотели ведь начинать.       — Грейнджер, ты извини, я не думал, что все выйдет … так, — произнёс Блейз, глядя, как его друг поднимается.       Староста отмахнулась, мол, ерунда, и попыталась встать. У нее не получилось, и блондин едва успел удержать и усадить обратно, чтобы она не ударилась коленками. Грейнджер непонимающе нахмурилась и слабо улыбнулась на тревожные взгляды Гарри и Рона.       — Не можешь встать? — спросил Малфой, призывая и застегивая на ней ее мантию.       — Кажется, ноги от пережитого страха ещё не держат, — смущённо ответила Гермиона.       — Ну нахуй, оставаться я не собираюсь. Хватит с меня приключений в стиле Гриффиндора, — пробормотал Драко и подхватил ее на руки.       Не прощаясь, он быстрым шагом вышел за дверь, оставляя позади друзей, потерявших свои челюсти где-то в подвалах Хогвартса.       — Они точно встречаются, — первой пришла в себя Дафна.       — С чего ты это взяла? — спросил Рон.       — Ну, они, как минимум, уже раз переспали, причём ещё на шестом курсе, если сопоставить все ее ответы, — сказала Мариэтта.       — Дафна права. К тому же, у Малфоя дурацкая привычка так ругаться, когда он зол или напуган. Видели, как у него руки тряслись? — сказал Блейз.       — Думаете? — нахмурилась Джинни.       — Мы Драко с детства знаем. Он никогда никого на руках не носил. Даже когда Даф ногу повредила, лишь помог дойти до колдомедика, — ответил Забини.       — Ты тогда ещё возмущался, что он все манеры растерял, — хмыкнула слизеринка.       — А он ответил, что она ему не любимая девушка, чтобы на руки ее брать, — добавил итальянец. Все помолчали, вспоминая только что произошедшее. — И все, видимо, серьезно. Думаю, Нарцисса в курсе этих отношений. Малфой даже не попытался бы что-то начинать, если бы не был уверен в положительном исходе. В крайнем случае, заполучил бы один раз, чтобы немного притупить желание. Может, на шестом курсе это и произошло.       — Этот хорёк…— сжали кулаки парни, но Блейз остановил их.       — Не о том думаете. Он бы и пальцем ее не коснулся без согласия, воспитание миссис Малфой в этом вопросе очень строгое. Мы же не знаем, как все было на самом деле, я только предполагаю.       — То есть, — обобщила Джинни, — они неизвестно как переспали на шестом курсе, а теперь вообще скорее всего встречаются, но скрывают это ото всех. Капец, если вспомнить все вопросы, на которые они ответили, то у них там полноценный роман давно. Что будем делать?       — Просто спросим? — предложил Гарри.       — Только завтра, с утра, чтобы не успели подготовить ответы, — хитро усмехнулся Забини. — Салазар, я в шоке. Малфой и Грейнджер! Они точно сумасшедшие, раз реально решили быть вместе.       — Почему? — спросила Джинни.       — Ты сама подумай? Война войной, а в таких старых семьях, как у него, традиции не изменятся. Боюсь, мы будем чуть ли не единственными, кто в обществе этот союз поддержит, — грустно ответила Дафна.       Все расходились по комнатам в задумчивом молчании, переваривая шокирующие новости. Только Гарри мысленно покивал сам себе, он давно догадывался что между ними что-то происходит. Пусть друзья Драко и знали его хорошо, Поттер был наблюдательным от природы и всегда замечал больше остальных. То, как резко изменилось поведение у обоих тогда, на шестом курсе; как блондин смотрел на неё, увидев на полу своей гостиной; как они бросали одинаковые взгляды друг на друга потом. Постепенно между ними образовывались невидимые ниточки привязанностей, даже если они сами отрицали это.       И после нового года все изменилось окончательно. Что бы там у них не произошло, но оба приняли свои и чужие чувства, а где-то больше месяца назад наверняка поговорили об их будущем. Блейз прав, если они до сих пор вместе, значит, миссис Малфой все знает, иначе, Гарри был уверен, Гермиона сама отказалась бы, не смотря на возможную душевную боль. И то, как блондин реагировал в ситуации с Монтегю и сейчас: так боятся только за самых близких, защищают только самое дорогое. Поттер тогда специально про месть сказал, он почти понял, но хотел проверить. И недоверчивый прищур слизеринца дал однозначный ответ.       Гарри, уже лёжа в кровати, усмехнулся. А ведь правильная до глубины души подруга никак не отреагировала на множество ругательств, слетевших с языка напуганного и злого блондина, а ещё, явно не первый раз слышала своё имя, а не фамилию, в исполнении Малфоя. Так они и спалились перед ним окончательно, а слова Забини лишь разжевали все остальным. И если он хоть немного знает свою сумасшедшую подругу и этого слизеринца…       В это время в башне старост Драко хаотично двигался внутри девушки, слушая ее стоны и доказывая себе и ей, что она жива и в порядке. Будучи уже на пределе, он ощутил ее дрожь и тоже кончил, замирая и удерживая Гермиону в своих объятиях.       — Не хочу жить без тебя, — тихо признался парень, не позволяя Грейнджер посмотреть: чувствовал себя слишком уязвимым.       Гермиона сама прижалась ещё ближе и ответила:       — А я без тебя. Не знаю, что буду делать, если это когда-то изменится.       — Это никогда не изменится! — твёрдо произнёс Малфой. Заметив, что любимая лишь вздохнула, спросил:       — Ты не веришь в это?       — Я верю тебе, но не всё зависит от нас, — прошептала Грейнджер. — Общество не скоро примет нашу пару, если примет вообще, твоя мама может в любой момент поменять решение, а я не хочу, чтобы ты выбирал между нами.       — Боишься, что на меня надавят и заставят отказаться от тебя?       — Может и не надавят, но создадут какую-нибудь ситуацию… Тот же министр Кингсли, например. Уверена, он будет в шоке и попытается изменить мое решение. Кто знает, как далеко он зайдёт? Мы сражалась бок о бок, но когда дело доходит до политики, тут уж каждый сам за себя.       — Знаешь…— немного неуверенно начал Драко. — У меня есть два способа обезопасить нас.       — Какие? — подтолкнула его Грейнджер, уже предполагая, что он предложит.       — Можем не накладывать чары, как только забеременеешь, автоматически станешь леди Малфой. Но это тебя пока не устроит, — усмехнулся парень, наводя палочку ей на живот. Мигнул огонёк, оповещая о правильном выполнении чар, и он продолжил:       — А можем провести магическую помолвку…       — И тогда никто не сможет ничего изменить, не навредив нам, — закончила за него девушка.       — Именно. Ты к этому и вела, да?       — Только, если ты сам этого хочешь, — смутилась Гермиона.       — Я уже говорил, сама мысль о жизни без тебя пугает до ужаса, — пробормотал блондин и встал, доставая из шкафа чистую одежду.       — Что ты делаешь?       — Вставай, мы отправимся прямо сейчас.       — Сейчас? Куда? Разве ночью что-то работает? — не поняла Грейнджер.       Малфой кивнул ей в сторону двери, натягивая рубашку. Девушка пожала плечами и поспешила к себе. Среди кучи вещей отыскалось приличное платье, купленное мамой на Новый год. Заклинанием изменив цвет на молочно белый, она проделала то же самое с туфлями. Как хорошо, что на улице май, можно не бояться замёрзнуть.       Сотворив магией макияж и причёску, юная ведьма выскочила в гостиную, сталкиваясь с Драко. Оглядев друг друга горящими взглядами, парочка нацепила мантии, взялась за руки и прямо за дверью налетела на Гарри. Малфой удержал чуть не упавшую на своих каблуках Гермиону, замечая хитрый прищур гриффиндорца, нацеленный на них.       — Давно догадался? — улыбнулась Грейнджер. Поттер кивнул, удивляя блондина, и протянул девушке свёрток и пергамент. — Спасибо, Гарри, ты лучший! — радостно произнесла она.       — Уверена? — спросил друг.       — Как никогда!       — И ты не против? — не выдержал Драко, глядя, как Поттер заходит в гостиную.       — Она уверена в тебе, а я — в ней, — усмехнулся он. — Идите давайте, если я засну тут, чур не будить, — парень завалился на диван.       — Охуеть, — выдал блондин.       Гермиона утянула его за собой в коридор, накинула сверху мантию-невидимку друга и активировала карту.       — Не понимаю, как с такими артефактами вы умудрялись попадаться, — пробормотал Драко, с интересом разглядывая обе вещицы, о которых только слышал.       — Путь чист, пошли, — шепнула девушка.       Они благополучно добрались до выхода в Хогсмиде и выбрались на улицу. Там Гермиона спрятала вещи в потайной карман, а Малфой аппарировал их в одно известное только ему место.       — Это самая старая часть магического Лондона, — объяснил он, заметив интерес Грейнджер. — Я иногда бывал здесь с матерью. Тут есть церковь, до сих пор проводящая обряды независимо от Министерства. Сама магия позволяет местным служителям делать это, и власти ничего не смогли изменить, как ни пытались. Пришлось магически соединить списки волшебников, чтобы информация дублировалась в обоих местах.       Они приближались к старой на вид, но все еще красивой церкви из красного кирпича с высокими остроконечными башенками. В окнах ее горел слабый огонёк, дающий надежду, что кто-то внутри не спит в два часа ночи.       — Откуда ты так много знаешь? — удивилась Гермиона.       — Ну, я, можно сказать, иду по стопам родителей сейчас, — смутился Драко. — Ты же помнишь, что браки аристократов договорные? Мой отец должен был жениться на совсем другой девушке, но ещё в школе они с мамой влюбились друг в друга. И когда ее сестра Андромеда сбежала из дома и вышла замуж, кстати, в этой церкви, она подала им идею. Так что мои родители тоже заключили помолвку здесь.       — Ничего себе! А я и не знала, она об этом не рассказывала, — удивилась Грейнджер.       — Тетя Андромеда? Да я и сам не знал. На Рождество мама решила наладить былые связи с сестрой, мы приходили к ней в гости. Там я и услышал эти истории, и понял, почему в детстве она часто брала меня сюда.       — И им ничего не было за это? — спросила девушка.       — Блэкам хватило одного скандала, да и мой отец был выгодной партией. А Малфоям пришлось смириться, все замяли и сделали вид, что так и должно быть, — пожал плечами блондин.       Он открыл дверь и пропустил Гермиону вперёд. Их встретил очень старый служитель, который заявил, что помнит, как скреплял союз ещё матери Драко. Мужчина о чём-то побеседовал с ним, потом проверил по спискам, нет ли у пары уже заключённых союзов, и согласился провести церемонию.       — Что послужит доказательством? — задал он вопрос, и пара в один голос ответила:       — Татуировки.       Они переглянулись, понимая, что подумали об одном и том же. Обычно использовали кольца, подвески или браслеты, но с вещами могло что-нибудь случиться. А магическую татуировку не видно, и чтобы избавиться от неё без согласия владельца, придётся отрубить кисть.       Довольно усмехнувшись единодушию влюблённых, старый волшебник попросил их соединить ладони и начал обряд. Через десять минут раздался тихий писк девушки, не ожидавшей жалящей боли от проявившегося на запястье рисунка. Драко смог промолчать, хотя ощущение было не из приятных.       Старец проверил, появились ли их имена в списках помолвленных, а потом поздравил молодых людей. Из церкви они вышли окрылённые своим счастьем. Драко подхватил Гермиону на руки и закружил, слушая ее смех, согревающий изнутри. Раздался хлопок, и рядом появился домовой эльф в ливрее Малфоев. Блондин аккуратно поставил драгоценную ношу на ноги и посмотрел на него с удивлением.       — Госпожа передаёт вам свои поздравления, а также недовольство тем, что вы не позвали ее на такое важное событие, — отрапортовал домовик. — Леди попросила Тинки передать эти слова, когда молодой хозяин официально перестанет быть один, а ещё отдать вам эту корзину.       Эльф передал усмехнувшемуся Драко наполненную едой и хорошими напитками корзину, и исчез.       — Похоже, мама подозревала, что всё так и закончится, — хмыкнул он.       — Это значит, она не против … меня? — неверяще уточнила Грейнджер. — Я, честно говоря, не до конца в это верила.       — Она урождённая Блэк, если ты понимаешь, о чем я, — ответил с улыбкой Драко. — И я наполовину тоже.       — А все Блэки немного сумасшедшие, — хихикнула девушка.       — Именно! Кажется, я заразил тебя своим сумасшествием.       — Не будь так в этом уверен, — усмехнулась Гермиона. — Гарри бы с тобой не согласился.       — Погуляем?       — Давай.       Малфой аппарировал их в более оживленную часть волшебного Лондона, и пара гуляла до утра, встретив рассвет в самой высокой точке города. После они вернулись в Хогвартс и, стараясь не шуметь, прокрались в спальню блондина, перешёптываясь и тихо хихикая. Гарри, который всегда спал очень чутко, улыбнулся и перевернулся на другой бок. Его вдруг посетила мысль, что у старост даже диван намного удобнее, чем его кровать.       Утром его разбудил стук в дверь. За ней угадывались голоса остальных ребят. Скосив глаза на часы, Поттер понял, что ещё рано. Он и сам не выспался, а парочка наверняка вообще не ложилась, потому что пришла только час назад.       — Ебаное любопытство, — услышал он ворчание Драко, который вышел из комнаты, на ходу натягивая рубашку. — Да иду я, нехер стучать, — чуть громче оповестил он.       Гермиона тоже вышла и направилась в ванную, когда толпа ввалилась в гостиную. Пожелав доброго утра, странно взбудораженная девушка пошла умываться.       — Мы хотели прояснить немного ситуацию после вчерашнего, — начал Блейз, замечая лихорадочный блеск в глазах друга и его сонный вид.       — Только я нигде не могу найти Гарри, давайте без него не будем начинать, — беспокоилась Джинни.       — Вон твой Поттер, — Малфой кивнул ей на диван, где, надевая очки, садился парень.       — А почему ты тут?! — обалдела Уизли, и не она одна.       — Щас узнаете, — зевнул Избранный, глядя на то, как Малфой спокойно зашёл в ванную к Гермионе.       Все затихли, но никаких криков и возмущений не последовало.       — Значит, мы были правы, — констатировала Гринграсс, а потом заметила на столике корзинку с коллекционным алкоголем и закусками.       Из ванной вышла Гермиона, за ней Драко, оба почему-то улыбались, как идиоты. Гарри закатил глаза и завалился обратно на диван.       — Хочу кофе, — простонал он.       — Что за праздник? — осторожно спросил Забини, начиная о чём-то догадываться.       — Дорогие наши друзья! — торжественно произнёс Малфой, сжимая ладонь невесты. — Прошу вас, угощайтесь, и как следует отметьте нашу помолвку! — на этих словах он поднял сцепленные руки, показывая их татуировки. — А мы пошли спать, а то ещё не ложились.       Под оглушительное «Что?!», пара смылась в спальню блондина и закрылась там.       — Ну точно, сумасшедшие, — шокировано пробормотали почти все.       Гарри, которому домовики Хогвартса принесли-таки кофе, довольно отпил его, а потом хлопнул шампанским, выводя всех из ступора. Народ разом загомонил, перебивая друг друга и пытаясь осознать все. Поттер поднял бокал, усмехаясь над офигевшими лицами, и сказал:       — Что стоите? Такое событие надо отметить!       Все переглянулись и машинально выпили понемногу, а потом Джинни и Рон в один голос спросили:       — Давно ты знал?!       — Я давно догадывался, — сделал акцент на последнем слове Поттер. — Ещё на шестом курсе, вообще-то.       — А почему не сказал! — обиделись Уизли.       — Потому что не о чем тогда было говорить, одни догадки. Но вчера я все понял окончательно сразу после своего вопроса о мести за девушку, каюсь, проверял, правильно ли предположение, — пожал плечами избранный. — А зная этих двоих, одна из которых наша сумасшедшая подруга, а второй наполовину Блэк, если вы понимаете, о чем я, — на этих словах Дафна и Блейз покивали, — я прихватил карту с мантией и пришёл сюда. Как оказалось, не прогадал. Они, кстати, вернулись под утро и только легли, так что ждать их бессмысленно.       Ребята загомонили, переваривая услышанное и упрашивая Гарри рассказать подробнее, как он все понял. А за дверью спальни Драко и Гермиона с улыбками переглянулись, свертывая подслушивающее заклинание, и спокойно уснули, чтобы проснуться лишь к вечеру.       На ужин в Большой зал они пришли сонные, но довольные. Их переглядок, что удивительно, никто не заметил. Даже их друзья, потому что они в этот момент и сами были заняты, подготавливая сюрприз. После вечернего патрулирования и разгона парочек по гостиным, старосты школы направились к себе, но по пути столкнулись с очень взволнованной Джинни. Уизли что-то быстро лепетала о проблемах и почти тащила их за собой, требуя двигаться быстрее. На подходе к Выручай-комнате старосты переглянулись, догадываясь, зачем они здесь.       Когда они вошли, на них обрушились конфети, хлопушки, крики поздравлений. Их друзья со светящимися от любопытства глазами от души радовались за них, сидя за накрытым столом. Они с жадностью ловили всё: движения, взгляды, слова, то, как пара взаимодействовала друг с другом теперь, когда секрет был раскрыт. Все удивлялись, как сами это не заметили? Гермиона и Драко лишь по взгляду могли понять, о чем думают, одним движением успокоить или подбодрить.       Через час помолвленные заявили, что никаких подробностей никто не получит, вызвав хор возмущений, но поделились сокращённой версией произошедшего. Так все узнали, что история их началась действительно на шестом курсе, из-за «некоторых непредвиденных обстоятельств», а продолжилось все уже после возвращения в школу, опять же «по независящей от них причине». В итоге, вчера они осознали, что могут в любой момент потерять друг друга и решились на такой шаг, как помолвка. Все же, после выпуска на них накинутся недоброжелатели и наоборот, желающие добра, в их понимании. А им хотелось обезопасить себя.       Друзья молодых покивали и пообещали пока не распространяться об этом. Вот только на следующее утро вся школа узнала о «романе года».       Малфой после чар Гермионы, привязывающих его к ней, совсем расслабился и спокойно ел и пил, уже не проверяя все подряд на любовные зелья. Охотницы за богатым мужем полгода безуспешно пытались подобраться, но никак не получалось. Никто не мог понять, в чем дело, и все странности девушки скидывали на сильные родовые амулеты, привезённые Драко после нового года.       Экзамены начинались уже через неделю, у потенциальных будущих леди Малфой оставалось все меньше времени заполучить себе блондина. И одна из них рискнула, использовав сильнейший семейный рецепт прабабки, заставляющий выбранного парня отвечать взаимностью той, с кем он заговорит сразу после принятия зелья. Эта девушка мгновенно становилась идеальной и любимой в его глазах, а желание скорее заполучить ее себе, женившись, превращалось в навязчивую идею.       Утром, сразу после вчерашних посиделок, Драко в окружении Дафны и Блейза спешно поглощал завтрак, параллельно читая записи по трансфигурации за прошлый год. Он периодически кидал взгляды на невесту, которая тоже что-то повторяла. Забини посмеивался над ним, наблюдая непривычно расслабленного друга. Давно он не был так спокоен.       Внезапно Малфой отложил свиток и медленно отставил только что выпитый чай. Блейз заметил, как остекленел ненадолго его взгляд, а потом наполнился увиденным вчера лёгким безумием. Итальянец сразу понял, что Драко попал под действие любовного зелья, и немного испугался. Пары обычно получали защиту от подобного воздействия извне, но вдруг блондина отравили чем-нибудь слишком тяжёлым? Блейз кинул испуганный взгляд на Грейнджер, которая нахмурилась и внимательно смотрела на них.       Внезапно сзади раздался приятный голосок шестикурсницы со Слизерина, заставивший их стол затихнуть, а остальных начать прислушиваться:       — Драко, милый, скажи, ты ведь любишь меня? — невинно хлопая глазами спросила блондинка.       Малфой нахмурился, моргнул наконец, словно что-то осознал, и стал разворачиваться к девушке. Забини схватился за палочку, желая вырубить друга и не позволить ему наделать глупостей, но тот уже ответил. Громко так, на весь притихший Большой зал:       — Я люблю только Грейнджер. И я тебе не милый.       И ученики, и профессора охнули и посмотрели на гриффиндорку. Гермиона заметила, что и Драко, не отрываясь, следит за ней, а ещё чувствовала, как натягивается их связь, не позволяющая ему увлечься другой. Видимо, он под чем-то очень серьёзным, и сейчас обострённо реагирует на неё. Придётся отвечать, и плевать на конспирацию. Душевное здоровье начавшего хмуриться блондина важнее. Он сейчас желал ее, зависел от ее слов и действий, буквально жил ей.       — Взаимно, Малфой, — улыбнулась ему Гермиона и получила в ответ полный восхищения и счастья взгляд.       Ученики снова дружно охнули от шока и начали шумно переговариваться. Многие кричали, что этого не может быть, что героиня войны не должна быть со слизеринцем и тем более, Малфоем. Что он наверняка все наврал и использует её, ему нельзя верить. Шокированные профессора никак не могли заставить всех успокоиться.       Грейнджер смотрела, как мрачнеет лицо Драко, и начинала тихо беситься. Гарри рядом положил ей руку на плечо, а потом применил сонорус и вежливо попросил всех заткнуться. После его слов все замолчали мгновенно и сели на места.        — Никто из вас не имеет права решать, кого ей любить и с кем быть, — уверенно сказал Поттер. — И те, кто имеет что-то против, сначала будут разговаривать со мной. Это во-первых. Во-вторых, Малфой сейчас под действием любовного зелья другой девушки, а значит, о чувствах соврать не мог. Надеюсь, вы меня поняли.       Он сел на лавочку, на которую встал, чтобы видеть всех, и кивнул на благодарную улыбку подруги. Девушка поднялась и пошла в сторону слизеринцев, чтобы снять с жениха воздействие зелья. Тишину зала нарушил громкий раздражённый голос Драко, который неотрывно следил за ее приближением:       — Грейнджер, не думай, что их глупые слова заставят меня отменить нашу помолвку. Я без тебя жить не могу.       Ученики Хогвартса даже дышать перестали, пытаясь понять, а не ослышались ли они? Помолвка? Как? Когда?! Почему?! Особенно негодовали те, кто профукал свой шанс на безбедную жизнь: им такого признания никогда не получить. Зато теперь хотя бы стало ясно, почему на него перестали действовать их уловки.       Гермиона подошла к блондину, который вылез из-за стола, взяла его лицо в ладони и ответила:       — И не мечтай, Малфой, ты застрял со мной надолго. Я умирать не спешу, — потом коротко поцеловала, и Драко сразу напрягся и стал растеряно оглядываться по сторонам.       На него, точнее, на них, ведь Гермиона стояла в его объятиях, смотрели абсолютно все.       — Мне снова что-то подлили в еду? — обреченно спросил он, догадавшись обо всем.       — Ага, — весело ответил Забини и хлопнул его по плечу. — Я сохраню это воспоминание и буду показывать вашим детям и внукам. Мерлин подери, первый раз слышал от тебя такие речи!       Малфой обреченно застонал и посмотрел на Грейнджер, которую так и не отпустил, впрочем, она и не вырывалась. Чертовка ухмыльнулась ему:       — Не волнуйся, ничего из того, чего бы я уже не знала, ты не произнёс.       — Странно, в этот раз я не помню, что делал, — задумался Драко.       От дальнейшего наблюдения всех отвлёк голос директора. МакГонагал напомнила про уроки, и ученики стали срочно собираться, периодически оглядываясь на парочку.       — В этот раз? — ухватился за слова Забини.       Малфой и Грейнджер переглянулись, совершенно одинаково хитро усмехнулись и поспешили на урок, так ничего и не ответив.       После этого случая неделя до экзаменов показалась им бесконечной. Постоянное наблюдение, неудобные вопросы, злость, ненависть или наоборот восторги от такой пары — все это жутко бесило и мешало. Только СОВЫ и ЖАБА заставили учеников переключить внимание.       После успешно сданных экзаменов они с разрешения директора сбежали в Мэнор. Новость уже распространилась по всей волшебной Англии, как ребята и думали, реакция была неоднозначная. Их однокурсники и друзья, знающие пару лучше других, видели, что отношения не фальшивка. Остальные в стране разделились во мнениях. Кто-то считал, что героиню используют для восстановления престижа семьи Малфой, кто-то верил в их любовь, но не считал брак с Драко хорошим решением, большинству было все равно, но они охотно следили за новостями.       И Гермионе, и Малфою это все не нравилось. Даже встреча с Нарциссой на фоне общественных волнений прошла как-то буднично, хотя раньше Грейнджер немного боялась. Больше всего напрягали «доброжелатели» из Министерства магии, имеющие власть и возможности. Гермиона до сих пор помнила цепкий взгляд чиновников, выискивающих помолвочный амулет. Хорошо, что она заранее надела на цепочку одно из предложенных миссис Малфой колец, чтобы обмануть всех. И тогда они решились. Объявили о своём желании Нарциссе, женщина поддержала их и помогла все устроить.       Ещё на выпускном Драко и Гермиона пообещали всем членам клуба, участвующим в субботних вечеринках, устроить праздник. Старосты предложили выпускникам собраться в конце июня и отметить окончание школы уже без присмотра учителей. Идею яро поддержали все, кто приходил на посиделки. Как и ожидалось, Гарри смог все же сплотить факультеты.       Тридцатого июня, в восемь вечера, Гермиона и Драко стояли у входа в небольшой волшебный ресторан и здоровались с гостями. Каждому они выдавали кулон с именем, объясняя, что это пропуск на территорию и возможность бесплатных напитков в баре. Народу пришло много, не только седьмой курс, но и шестой и друзья друзей. Гарри с Джинни, Рон с Мариеттой и Блейз с Дафной тоже были на вечере.       Почти все выпускники надели те же платья, в которых были на балу в школе, чтобы отличаться от толпы отдыхающих. Поэтому никто особо не обратил внимания на простое, но элегантное белое платье Грейнджер.       Праздник проходил отлично. Различные конкурсы, задания — все это организовали ведущие этого дня и зачинщики вечеринки. Внезапно в зале погас свет, а диоды приглушили. На сцене показались огромные часы, показывавшие без пяти двенадцать ночи. Туда же поднялись и бывшие старосты школы, их встретили бурными аплодисментами. Всем очень понравился такой неофициальный выпускной. В шумной толпе никто не заметил, как засветились кулоны шести человек, и с тихим хлопком они исчезли, унесённые портключом в другую страну. Там их уже ждали.       Драко поднял руку и все затихли.       — Я надеюсь, всем понравился этот вечер, — с улыбкой произнёс он. Народ активно подтвердил слова возгласами и новыми овациями. — Тогда прошу минуточку внимания. Мы с Гермионой были очень рады видеть всех вас здесь сегодня. Но к сожалению, нам надо спешить. Видите эти часы позади нас? Ровно в двенадцать мы аппарируем, но просим всех гостей не расходиться и подождать ещё пятнадцать минут. Когда куранты пробьют — выпейте за нас, господа! Ведь сегодня вы все были гостями на нашей свадьбе! — последнее предложение пара закончила в один голос и радостно улыбаясь, исчезла в вихре аппарации, чтобы оказаться у входа в церковь.       Ошарашенная тишина далеко в Лондоне длилась ровно пару секунд, а потом большинство неверяще произнесли: «Они точно сумасшедшие!»       В это время пара прошла в зал обрядов, где совершила таинство магического бракосочетания. Уже через десять минут оба вышли из неприметной дверцы, чтобы оказаться перед родителями и друзьями. Последних разрывало от противоречивых эмоций. Хотелось радостно кричать и поздравлять молодоженов, а ещё медленно и мучительно убить их, за то, что снова ничего не сказали и устроили такой сюрприз. Спасибо, хоть в этот раз взяли с собой!       Не успел никто толком наобниматься, как подвески засветились и перенесли всех в закрытый на частную вечеринку ресторанчик. Вот там уже друзья молодоженов перестали сдерживаться, выговаривая все, что они думают в перемешку с поздравлениями. И каждый хоть раз, но назвал их сумасшедшими. А Драко и Гермиона держались за руки и с улыбкой, полной счастья, выслушивали все это, а потом от души поблагодарили всех присутствующих на таком важном для них событии.       Гарри Поттер, наверное, был рад за подругу больше всех, он видел эту связь между ней и Драко, знал, как они боялись, что им не позволят быть вместе, но теперь ни у кого из противников брака нет шанса все изменить. Магические браки были неразрывны. А ещё, судя по переглядкам и хитрому блеску в глазах пары, это не все сюрпризы за сегодня.       Через полтора часа перед каждым гостем этой свадьбы появились конверты. Молодые попросили прочитать их, а сами отошли поговорить с официантом. Когда все дошли до строчек «а мы отправляемся в медовый месяц прямо сейчас», то автоматически попытались взглядом отыскать пару, но их уже не было. Подошёл тот самый официант, с которым Гермиона и Драко беседовали перед исчезновением, и сказал:       — Мистер и миссис Малфой попросили меня передать вам следующие слова: «Дорогие родители, друзья! Мы искренне рады, что в этот день вы были с нами! У нас к вам просьба: из нашего путешествия мы вернёмся не одни. Придумайте ему имя.       На этих словах за столом раздались изумленные и ошарашенные вздохи и возгласы, а официант невозмутимо продолжил:       — И да, мы не сумасшедшие. Мы просто хотим завести хорька».       Все тут же замолчали, непонимающе глядя на сотрудника ресторана. Что?       — Это все, что просили передать. Десерты подадут через пять минут. Хорошего вам вечера, — откланялся парень.       — Ну точно, сумасшедшие! — ещё не веря в такое окончание послания, растеряно хмыкнули все, кроме Гарри.       Поттер уже понял, что они не шутили. Насчёт хорька.