Осколки павшей Империи

      Смерть. Ещё одна смерть во имя спасения. И снова он избавляет свою Родину от поразившей её гнили, уничтожает предателей и отступников. Исполняет свой долг. Ещё один миг назад очередной ничтожный человек, погрузивший этот город в пучину порока и страданий, мучительно кричал о снисхождении и милосердии, умолял сжалиться и отпустить его, «раскаиваясь» чудовищному палачу во всех своих деяниях, пока чёрно-лиловый клинок кромсал его тело. А ведь совсем недавно это порождение гнили мнило себя неподсудным небожителем, единовластным властителем судеб тысяч и тысяч людей. Но в итоге все громкие слова оказались бесполезны перед ликом Смерти, а приставленная к главе города охрана… эти никчёмные выродки были лишь смазкой для клинка. При одном взгляде на это жалкое подобие некогда грозных одарённых воителей, в душе с новой силой вскипал гнев. Новое поколение Возвышенных снова показало свою полную беспомощность. О̕ни ͝позо͘рили т̾и͝т̽ул̚ истйͅнно̚гͅо͝ в͌о͜и͂н̚а̚!        Да… пришлось приложить совсем немного усилий, чтобы добраться до наместника Сандстроума. Ему удалось без всяких препон проникнуть в город вместе с очередным караваном с поставками сырья. Даже не пришлось применять силу. Всё было даже слишком легко. Слишком беспечным и уверенным в собственной безопасности оказался лоу-лорд Гиларн. И слишком слабы были те, кому он вверил собственную безопасность. Пусть личные телохранители управляющего городом и были Вознесёнными, но никогда за всю их службу они не сталкивались с кем-то опаснее безоружной толпы народа, очередного столь же никчёмного отравителя или отчаянного убийцы. Именно это и питало в них чувство собственного господства и безнаказанности, которое мгновенно обернулось животным, парализующим ужасом, когда во время очередной вечерней прогулки правителя по садам его поместья, их путь преградил Велизарий Тенебрис.       Ему не потребовалось с боем прорываться сквозь охрану на стенах поместья – стражники даже не успели осознать, кто именно их убил, когда размытая чёрная тень одним рывком перемахнула семиметровую преграду и меньше чем за секунду реального времени отправила на тот свет дюжину солдат, после чего принялась за расправу над наместником в его собственном доме. Вставшие между своим хозяином и убийцей воины продержались лишь ненамного дольше, прежде чем упасть грудой корчащихся в агонии тел на залитые кровью камни брусчатки. Судя по округлившимся от страха глазам Гиларна, он ничего так и не уловил в возникшем на несколько секунд вихре сражения между одарёнными. Нет, не сражения… бойни.        Шесть человек попытались окружить Велизария и напасть со всех сторон, не дав ему возможности отразить все атаки разом. Но стоило только им начать бой, как противник тут же сместился вбок и в мгновение ока расправился с парой воинов духа, проткнув одному из них голову почерневшим от бурлившей внутри энергии клинком. Товарищ погибшего воина даже не успел замахнуться в ответ, когда его тело оказалось рассечено пополам от ключицы до пояса. Ещё один страж владыки Сандстроума резко атаковал врага колющим выпадом в тот момент, когда он, казалось, замедлился. Отчаянный удар пронзил пустоту, а воин с копьём лишился сперва рук, а сразу за ними – головы. Оставшаяся троица даже не успела прийти на помощь гибнущим братьям по оружию. Даже в их восприятии Велизарий двигался неимоверно быстро, превращаясь в неуловимый и размазанный в пространстве силуэт, нёсший гибель. В последней попытке защитить господина, телохранители атаковали единой группой, наивно посчитав, будто втроём они смогут что-то противопоставить такому врагу. Глупцы. Сл͠а̂бӓк͠и́! Ниӵ̕т͂ожества̓! ͝Ум͜р͜ит̚е в͠ ͝му͝ках͠! П͝оͅӟ́най͠те ст̚рад͠ӓни͝я͝!͝       Тенебрис, озлобленный полной никчёмностью своих противников, не захотел марать об них свой меч. Разорвав дистанцию и остановившись в десяти метрах от тройки соперников, он неуловимым движением вытянул вперёд правую руку. Следующий миг стал самым мучительным для возомнившем о себе «мясе». С пальцев Велизария с оглушительным грохотом и вспышкой сорвался поток чёрно-фиолетовых молний, окутавший бегущих к нему стражей. Воздух наполнился криками мученической агонии и тошнотворным запахом горелой плоти. Предсмертные вопли обугленных до костей и прожжённых насквозь страдальцев, которые вместо быстрой гибели от лезвия катаны познали самую страшную боль в их жизни перед тем, как отправиться в небытие, заставили лицо воина в чёрных доспехах исказиться безумным оскалом. Из горла вырвалась одна-единственная фраза. Низкий и нечеловечески хриплый голос Владыки мертвецов звучал подобно погребальному набату. По͠лӳ́чͅи̚те т͝о ͅчто̎ ̚засл͠у͝ӝил̚ӥ͝! ͗Т͝а͘к͒о̄ва ̦с̏ўд͘ьб̍а п͝редӑтелѐ͝й!       Как только с телохранителями было покончено, пришёл черёд самого лорда Гиларна. Он попытался трусливо сбежать, поддавшись животным инстинктам и слепому ужасу. Увы, но его безумный порыв был обречён на провал. Оглушённый стуком собственной крови в ушах, наместник не услышал, как за его спиной наполненное тьмой лезвие расчертило в воздухе широкую дугу. Тут же с почерневшего металла сорвалась пурпурного цвета потрескивающая волна, моментально настигшая повелителя Сандстроума. Гибельный поток отрезал мужчине обе ноги ниже колен, а попавшая в тело осквернённая и чужеродная духовная энергия вызвала вспышку боли, которую не мог перенести человеческий разум. Упавшее на землю тело в пышных и дорогих охристо-песчаных одеяниях корчилось в адских муках и оглашало всю округу истошными криками и мольбами об избавлении. Словно смакуя изуверски медленную казнь, Велизарий неспешно подошёл к дёргавшейся туше градоначальника, распростёртой в луже собственной крови.       - Тебе больно? Ты чувствуешь страх? – не обращая внимания на крики своей жертвы мучитель начал говорить. Он тянул время. Он хотел, чтобы предатель страдал. И тот будет страдать, пока его душа удерживается внутри распадающегося тела силой Яцуфусы – тейгу Велизария. Пришёл ̎ӵаͅсͅ пр͝аведнͅой͠ ̕карͅы̽!͝       - Умоляю… пожалуйста! Я всё сделаю! Я никогда… Больно… БОЛЬНО! Остановись! – припадочно кричал Гиларн, в то время как его плоть слезала с костей.       - Тебе больно, ты молишь меня о прощении, но… ты надеешься на мою милость? Ты терзал народ этого города всю свою жалкую жизнь! Ты обрёк людей на страдания, на бедность, голод и смерть! Все те годы, пока они гибли в муках, ты наслаждался роскошью и взращивал в себе пороки! Ты без всякого сострадания вершил судьбы обманутых тобой людей ты оставался глух к истине... Те̚перьͅ я бӱ͝ду͝ вͅе͘р͝ш͠итьͅ нӓ͠дͅ ͘т͘обͅо͠й͝ п̌о͜с͠л̎е̂дн͘ий с̚у͘дͅ!͝ Сорвавшись на дикий рёв, Велизарий снова выпустил из рук поток тёмной энергии, причиняя ещё больше страданий своей жертве и вытягивая новые крики из горла имперца. Он поднял Яцуфусу над головой и одним выпадом вонзил лезвие меча в живот корчащемуся от боли человеку. Новый обширный поток тьмы тут же стал расползаться по жилам, подобно расплавленному железу.       - Прошу! Нет! НЕ НАДО! – тело страдальца изогнулось дугой. Он продолжал испытывать мучения и боль, полностью затмившие его восприятие и перегрузившие нервную систему. Любой человек уже давно бы умер от такой изуверской пытки, но… Тенебрис слишком давно владел своим артефактом, чтобы не знать о всех тонкостях и особенностях человеческих душ и о возможностях проклятого меча к манипуляциям с ними. Он мог оборвать жизнь одним незримым ударом, а мог и задержать дух внутри мертвеющего тела, чтобы тот, кому выпала столь кошмарная участь, испытывал страдания, лежавшие за гранью возможностей тела, при этом оставаясь в сознании.       Следующие секунды превратились для Гиларна в вечность, полную страшных мук. Велизарий методично отсекал от его тела кусок за куском, конечность за конечностью, орган за органом, пока не остался лишь освежёванный и выпотрошенный заживо обрубок, потерявший возможность кричать – связки внутри шеи не выдержали и оборвались. Тело превратилось в кровавый фарш, а лицо – в пульсирующую кровью маску, с которой содрали кожу. Глаза оказались выколоты и полностью вытекли из орбит, смешавшись с сукровицей.       - Понял теперь?! Понял, что чувствовали те, кого ты обрёк на смерть своими деяниями?! Теперь твой черёд! Ты выбрал свою судьбу, когда предал Империю! Д͝уш͜а ͠тͅв͜о͝я̇ в͝ ̓вёчн͘ос̾тиͅ ̕бӱͅдет̽ ͝сͅт̔ра͊дат͝ь!͘       Последний удар проклятого меча отрубил голову и наконец оборвал жизнь превращённого в гротескное месиво правителя. Внутренняя оболочка, поражённая силой Яцуфусы, оказалась отрезана от тела и потеряла часть своей изначальной структуры. Духовное восприятие владельца меча услужливо подсказало ему, что спокойного посмертия ещё один ренегат никогда не достигнет. Но рано было расслабляться. Подняв свой взор и отвернувшись от изуродованного тела, Владыка мёртвых увидел, как из центрального здания поместья выбегают новые стражники и, что самое главное, до смерти напуганные члены семьи лорда-предателя – несколько его детей, жена и родители. При взгляде на них, изуродованную душу Тенебриса, запертую в давно неживом теле, пронзил импульс холода и всепоглощающей злобы.        Вокруг Яцуфусы снова начали мерцать фиолетовые искры. Пурпурное сияние озарило пылающее праведным гневом худое и мертвенно-бледное лицо с узорчатыми шрамами. Велизарий перехватил катану двумя руками, готовясь вновь терзать беспомощных слабаков и их хозяев. У него было ещё достаточно времени, чтобы очистить этот город от гнили. Чтобы принести возмездие всем, кто предал его. Довольно! Он слишком долго прятался в тени, слишком долго сдерживал волю к праведному возмездию и пренебрегал своим долгом во имя чужих мотивов. Но теперь, перед лицом грядущей войны, он возьмёт на себя священную миссию по Очищению своей Родины.        Чтобы стать ещё на шаг ближе к Идеальному Миру. К Его мечте.       Из клубящейся лиловой дымки, порождённой жутким клинком, выступили шесть воскрешённых воинов – вечная свита своего повелителя. Окинув взглядом призванных марионеток, Тенебрис отдал им единственный мысленный приказ, который они исполнят любой ценой. В обычных обстоятельствах немёртвые Вознесённые воители всегда поддерживали в бою своего лидера, но сегодня Велизарий отдал им иную команду. С͠туп͝ӑй͜т̊еͅ в͝о ͅв͠сѐ ͅко͠н͝ц͝ы ͝этӧͅг͝оͅ ͘гͅне͜зͅда п͜оͅр͝оͅк͊аͅ и гнӥͅлӣ! В͝ер́шит͜еͅ ͜воз͠мез͝диеͅ!͝ Ни͝какоͅйͅ поͅщӓ͜д͝ы ͅо͠тст͝уп͠н͝ӥ͠ка͝м! ͅ ͠Об͝еӟглавͅитьͅ.ͅ ͝Ӭ͠то̃т͝. ͅГорͅо͝д.ͅ       В едином порыве отринувшие смерть чудовища бросились врассыпную. У каждого из них были свои цели и свои жертвы, которых Владыка выбрал заранее.       Тёмная ночь Сандстроума наполнилась криками боли и страданий. По самым роскошным и элитным районам города рекой полилась кровь, знаменуя мучительную смерть всех тех, кто годами узурпировал власть в этих землях и привёл их к обнищанию и упадку. Роскошные поместья и громадные виллы стали воплощением ада, когда клинки немёртвых палачей настигли своих жертв. Ни одна сила внутри городских стен не могла противостоять мощи семерых живых мертвецов, закалённых тысячами схваток давно забытой великой войны и поголовно владевших артефактным оружием. Десятки и сотни жизней оборвались в ту ночь, когда марионетки Яцуфусы гибельным штормом прошлись по владениям верховной власти, убивая всех, кого встречали на своём пути. Незримые, неостановимые, безмолвные и безжалостные чудовища не оставили шансов никому, даже одарённым телохранителям особо важных господ. Как и всегда, они безупречно исполняли волю кукловода. Жестокие убийства продолжались до тех пор, пока убивать становилось некого, и лишь потом покрытые чужой кровью душегубы продолжали свой путь, оставляя позади себя обильный багряно-алый след.       Ни один из держащих власть в городе людей не увидел восход солнца. Кровавя ночь стала для них последней. Когда на горизонте забрезжил рассвет, Сандстроум встретил его в могильном безмолвии. Большая часть населения городка, слыша разрывавшие ночную тьму бесконечные истошные вопли, в ужасе забилась в собственные жилища и не решалась выходить до самой середины следующего дня.