Красные тени

      — Хидан, Какузу у вас гости.       Розовые глаза предвкушающе распахнулись.       — Ооо, дай угадаю Коноховцы? — усмехнулась проекция, разминая шею. — Да я их порву, — c наслаждением протянул Хидан. Два дня всеобщего сбора надоели ему до зубного скрежета.        — Я пойду один, — коротко обронил Какузу.       — Че, блядь! — возмущенно крикнул последователь Джашина. – Хрен старый, сам развлекаться, а меня с этими уебками гнить?!       «Уебки», уставшие от громкого бессмертного, искренне пожелали ему не возвращаться. Терпели его на извлечении только из-за больших запасов чакры и невозможности физически навредить через технику лидера. Риннеган, заставил преступника проглотить свои возмущения.       — Вы оба, — оборвал Пейн — быстро устраните цели и возвращайтесь. Извлечение слишком затянулось.       — Тц, тоже мне удружил, — фыркнул Хидан.       В мелких помехах и смешках Кисаме зомби-комбо отправилось исполнять приказ.

***

      Стена дождя щедро умывала затихший лес, пробираясь через листву к развернувшейся битве.       Десятая команда, как Шикамару и предполагал, застали акацуки в удачный момент их малого количества чакры. Насколько ему удалось выяснить, в руках у организации оказался новый джинчурики. А это значило, что его извлечение отнимет не только время опасных нукенинов, но и их сокращенные после боев силы.       Шикамару знал, промедление в поимке преступников снижало шансы на успех. Друзья считали его решительный настрой еще в тот момент, когда сенсея в спешке доставили в больницу. Жизнь учителя была на волоске, а взгляд стратега горел холодной яростью.       — Когда выдвигаемся? — шепнул Чоуджи, чтобы никто из столпившихся в приемной ниндзя их не услышал. Не отрывая взгляд от дверей для тяжелых случаев, Нара так же тихо ответил:       — Завтра вечером.       Ночь успешно скрыла их следы. И хокаге, полностью занятая сложной операцией, узнала о пропаже лишь поздним утром. К тому моменту трое чунинов были на полпути к своей цели. Но их спешка имела свои значительные минусы. Стратегию нападения приходилось обдумывать на ходу.       Перед битвой Шикамару честно признался в серьезных белых пятнах своего сценария. Факт, их было всего трое, и они только чунины. Факт, стили боя акацуки непредсказуемы. Факт, они…       Ино в поддержку сжала его руку.       — Мы сделаем все что в наших силах, Шика, - Шикамару кивнул и напрямую приступил к объяснениям.       — Запомните все внимательно, повторите все столько раз, сколько потребуется.

***

      Факт. Двое акацуки уже ждали их прихода. Система защиты преступной организации работала до неприятного безукоризненно. Беззвучно группа из Конохи приняла свои позиции.       Миссия по устранению началась.       Разочарование при появлении двух мальчиков-чунинов Хидан даже не старался скрыть. Да такое не задержит их и на тридцать минут.       — Похоже, скоро опять придется идти в ту блядскую пещеру — тяжело вздохнул отступник. Он окинул взглядом знакомого парня с идиотской прической и фыркнул. Тыкая в него пальцем, мужчина весело загоготал — Ты ведь тот хуес…       Два куная с взрывными печатями резко оборвали его речь.       — Ах ты блядь! Конченый мудак! — кричал нукенин, стряхивая с ресниц пепел. Его неимоверно раздражали взрывы, слишком быстро, слишком долго восстанавливать поврежденные конечности. Никакого веселья. Он недовольно протер глаза, выглядывая товарища в поднявшейся дымке.       — Хидан, пригнись, — рыкнула фигура Какузу. Но это им обоим не помогло. Два кастета уже прочно вонзились в их тени.       Захватить обоих преступников теневой техникой не составило труда, но долго удерживать мужчину в маске, Шикамару не удалось. Отделенная рука…       Преобразования их тел воистину, были за гранью понимания.       Вместе с Чоуджи и управляемым сектантом они провели серию быстрых атак. Нукенин водопадов уворачивался, с поражающей легкостью противостоя лобовым таранам Акимичи. Встречи их ударов сносили стволы деревьев, вырывая растения с корнем. Влажная земля взлетала в воздух горстями от взрывов и новых попыток наступления.       Друга от фатального удара в голову спасла только реакция Шикамару и послушная марионетка. К его сожалению, защиту акацуки не смогла пробить даже коса его партнера.       — Какузу ну сделай ты что-нибудь! Это полный пиздец, — казначей блокировал удар трехлезвенного оружия своей рукой, внимательно вглядываясь за спину Хидана.       Темноволосый противник. Как и в прошлый раз он осторожно прощупывал способности, не бросаясь на рожон. Каждое движение Какузу считывалось, черными глазами. Они непрерывно улавливали их с Хиданом малейшее взаимодействие.       Парень использовал джашиниста, как шит для своего товарища, всеми силами, не давая Какузу складывать печати. Это начинало действовать ему на нервы.       С новой атакой он решил закончить это представление. Время не вечно, как и терпение Пейна.       — Глупо было приходить вдвоем, — сказал мужчина, когда Хидан вновь двинулся в его сторону. Он уверенно принял удар, под маты дергая за лезвие косы и увлекая тело напарника вниз. Рыжеволосый чунин, нападающий сразу после Хидана, уже не мог остановить свою атаку, мгновенно попадая в железную хватку его руки. Какузу легко поднял парня для броска.       Чоуджи воспользовавшись этой возможностью незаметно забрал чужую кровь, изображая бесполезные попытки выбраться. Поплатился он за это недолгим полетом через ближайшие стволы деревьев и короткой дезориентацией в пространстве.       Шикамару мгновенно к нему подоспел, помогая подняться.       Какузу подозрительно проследил за странным обменом предметами между двумя ниндзя. Еще более непонятным было скорое отдаление темноволосого коноховца с Хиданом на расстояние. Этот поступок его разочаровал. Разделение на парные бои…       А парень-то оказался не очень умным.       Нукенин обернулся, наблюдая за началом их боя. Наедине с Хиданом чунина ничего не спасет.       — Твой противник я — раздалось с боку и Какузу перевел безразличный взгляд обратно на потрепанного парнишку. Он не сдержал легкого хмыка.       — Твои прямые атаки бессмысленны против моей защиты.       На удивление парень бесстрашно улыбнулся.       — Проверим насколько она сильная, — нападение увеличенным телом Какузу почти повеселили, пока особенно сильный удар не заставил его удивленно сжать руку.       Слабая, почти не заметная, боль пробежалась по ладони.       Да кто эти дети?       Отделенные от своих команд, Шикамару и Хидан продолжали бой. Стоило технике подчинения развеется, как нукенин приступил к активной серии наступлений. Действовал он быстро, но чертовски невнимательно.       Шикамару легко украсил лезвие косы чужой кровью, грамотно разыграв страх и ужас перед ритуалом жертвоприношения. Он сыграл боль, бросив довольный взгляд в сторону акацуки в маске. Их с Чоуджи было видно среди искореженных техниками деревьев, и парень сразу уловил тот момент, когда враг между стремительными техниками Акимичи медленно осел на землю. Для полной уверенности, Чоуджи ударил по ослабшему телу увеличенным кулаком. Земля отозвалась гулкой дрожью и Нара усмехнулся, сжимая в руке влажную траву.       После такого, даже акацуки не встают. Из-за явной спешки отступников, джашинист произвел мгновенный удар в сердце, не утруждая себя пытками. В этот раз кажется попав точно в цель.       Это отлично сыграло им на руку.       Быстрая смерть. Никаких шансов, как у Асумы-сенсея.       Чоуджи стоял над образовавшейся после удара дырой, внимательно оглядывая поверженного врага. Отчего-то ему было тревожно, и он никак не мог отвести взгляда от смятой фигуры. Очень скоро он получил ответ. Тело дернулось. Он быстро подал товарищам обговоренный ранее знак.       «Цель не устранена»       Какого. Шикамару проследил, как два черных существ, вылезли из ямы и попрятались среди деревьев.       Плохо, очень плохо. Следом за существами появился и их владелец. Выглядящий до безобразия живым.       — Чоуджи! Будь осторожен, эти штуки тебя окружили, — предупредил Шикамару, вглядываясь в лес.       Из своего укрытия Ино тихо произнесла:       — Я слышу от них биения сердец. Что это за техника? — слух усиленный чакрой, уловил каждое ее слово, искусно вплетенное в дождь. Шикамару нахмурился, обрабатывая новую информацию.       — Я не знаю, — Нара вернул внимание к своему противнику, пугающему своим диким выражением лица. — Внимательно следите за ними.       Замогильный тон голоса акацуки не предвещал ничего хорошего.       — Что ты там шепчешь…       Он потерянно присматривался к Шикамару, безмолвно выискивая ответ. Мужчина точно почувствовал чью-то смерть, но ниндзя напротив выглядел слишком бодрым. Хидан помрачнел, обдумывая слова коноховца, медленно осознавая по какой причине Какузу мог выпустить маски.       — Это была кровь твоего товарища, — подтвердил его мысли Нара. От вспыхнувших чистой яростью глаз он внутренне похолодел.       Новости об убийстве одного из сердец своего партнера, привела преступника в настоящее бешенство. Его вид потерял последнюю каплю адекватности. Напротив Шикамару неожиданно оказался зверь, жаждущий его разорвать на части самым болезненным путем. Эта истеричность касательно партнера могла сыграть в будущем, отметил про себя чунин, отскакивая от острых наточенных лезвий.       Движения отступника стали совершенно непредсказуемыми, несмотря на давно оборванный трос. Едва успевая, Шикамару отбивался от косы, высекая обжигающие искры. Очередной рывок акацуки сопровождается новым звоном металла.       Отдача от скрещенного оружия прошлась дрожью по всему телу. Взгляд темных сумасшедших глаз, пронзил насквозь. Шикамару смело смотрел в ответ, всем видом показывая, что не отступит и не проиграет. Чужая упертость подпитывала кровожадность нукенина.       Со злостью он всем телом нападает на оружие, вынуждая противника направить большинство сил на блокировку. Пользуясь возможностью второй рукой Шикамару достает кастет, резким движением проходясь по незажившим швам нукенина.       — Уебок! — шипит Хидан, лишь усиливая давление на косу, практически нависая над парнем. — Ну давай сука!       Замаха не хватило и острие прочно застряло в чужой плоти. Шикамару досадливо цыкнул, чувствуя на своих руках мерзкую теплую жидкость. За мгновение в лице акацуки что-то меняется, и он, быстро ориентируясь в новых условиях, хватает руку, держащую кастет, резко дергая в сторону. Лезвие покидает мышцы, так и не отделив голову от тела.       Кровь из распоротого горла мгновенно заливает раздражающую бледную физиономию. Шикамару инстинктивно жмурится от колкой боли. Глаза резко обжигает.       Секунды промедления хватило мужчине для точной атаки. Он отпускает парня и с размаху бьет в лицо. Слышится приятный для Хидана хруст.       Отскочив на расстояние, Шикамару быстро вытер с кожи алые капли, и все же кожу продолжало жечь, будто по меньшей мере на нем была кислота.       Главная цель сейчас — возобновить обзор в слезящихся глазах. Нара промаргивается, подставляя лицо дождю, коротко удивляясь, почему враг не нападает. Но как только он восстанавливает четкость зрения, то понимает, что все до пугающего просто. Священник сумасшедшего бога со вкусом облизывал свои костяшки, намекая своим довольным видом на гениальность своей тактики. На его руках после удара осталась кровь Шикамару.       Нара цыкнул, собственная слюна отдавала ярким металлом, нос безбожно болел, мешая нормально дышать. Однако опасное зрелище мгновенно заставило уставшие мышцы начать движение. Адреналин, набирающий обороты вместе со стремительно темнеющей кожей, разгонял реакцию до максимального уровня.       Шикамару опять оказался на шаг от смерти. Позволил врагу использовать на себе смертельную технику, прекрасно зная ее исход.       С легкостью нукенин уворачивается от атак метательным оружием, размышляя как же отвлечь оппонента и нарисовать долгожданный круг. Тело сводит от желания ощутить чужую смерть. Предвкушение на чужом лице вызывает у Нары отвращение, и парень бросает короткий взгляд на Чоуджи, проверяя его успех.       Битва товарищей, судя по всему, так же набирала обороты. Вторая маска лопнула, от неожиданной двойной атаки. Дезориентация противника появлением Ино сыграла им обоим на руку. Девушка отлично умела скрывать свое присутствие, до последнего оставаясь в кроне деревьев.       Чоуджи в страшных количествах выпускал чакру, закрепленную зеленой таблеткой. Шикамару самолично отнял у друга желтую и красную, но сейчас начал сомневаться, не спрятал ли тот новую дозу, готовый в любой момент их защитить. Стоило закончить все быстрее и присоединится к команде. Подвергать их жизни опасности, Шикамару позволить себе не мог.       Мысли заметались по возможным исходам, выбирая наилучший вариант. Стратегия медленно складывалась и преобразовывалась из полученного массива данных.       Он кинул кунай и прислушался к ядрам товарищей. Сил у него с Чоуджи оставалось не много. Шикамару понял, что настало время действовать. Он внимательно осмотрел нукенина горячих источников, быстро складывая печать и вызывающе произнося:       — Теневое комбо-дзюцу.       Акацуки напрягается, но увидев лишь заебавшие его тени, матерится.       — В какие игры ты играешь, пидарас?       Черные полосы гибкими змеями двинулись за мужчиной, отвлекая все его внимание на избегание очередного теневого паралича. Разобраться с этим акацуки даже в своем проигрышном положении, как считал Шикамару, не составляло труда. Его скудный набор техник был теперь слишком предсказуемым.       Проблемой все еще оставались способности нукенина из водопада.       Хидан нетерпеливо уворачивается от теней и оружия, выжидая момента конца чужой чакры. Самонадеянные мысли о чужой зарождающийся панике тешат его самолюбие. Ведь только так он мог себе объяснить бессмысленные потуги парня загнать его в ловушку ниндзюцу.       Гул умирающего молодого сердца стоит в ушах так звонко и сладко, вырывая из него несдержанные смешки. Пацан напротив неимоверно его взбесил, признается себе Хидан. Никто не имеет права осквернять его священный ритуал.       Безбожник заслужил самой страшной кары.       Остановившись, он неожиданно нашел себя в центре поляны, окруженным черными тенями. Не выпуская их из поля зрения, он фыркнул. Опять, как их там, теневые иглы?       — И что теперь, пацан? — он лениво повел оголенным плечом. — Твои техники удержания, блядь, полное говно против меня. Я их уже знаю, парень, и смогу увернуться.       — Хидан, обернись! — короткий окрик Какузу, заставляет мужчину вздрогнуть. Шикамару усмехается, слишком поздно. Все же не только он следил за битвой своих товарищей.       Лицо напротив него застывает, самодовольство, наконец, стекает, уступая место сосредоточенности. Недалеко, тело Ино медленно соскальзывает по тонкому древесному стволу. Скрыв свою чакру, куноичи нарочито заметно оставила перед отступником из водопада своего клона, притворяясь, что готовится его атаковать. Нукенин использующий абсолютную защиту был силен и особенно опасен, но устранить его невнимательного партнера было быстрее.       — Давай Шикамару, — она морщится от яркой боли в шеи. Впервые ей достается подобное тело.       Шикамару движется быстро, сейчас Ино слишком уязвима к прямым атакам, поэтому они должны закончить все сейчас же. Тени единовременно достают кунаи, раскиданные во время битвы в определенных точках, и кидают в противоположные от нукенинка строны. Тонкая нить между ними с щелчком натягивается и крепко связывает мужчину.       — Черт, отвратительный разум, — шипит Ино, тяжело удерживая себя в неприветливом сознании. Шикамару осматривает ловушку и кивает.       — Возвращайся, — командует Нара, пока Чоуджи с большим трудом сдерживает второго акацуки. Возвращение истинного владельца тела знаменуется очередными воплями.       — Ебаный пиздец, я тебя порву уебок мелкий! На мелкие-мелкие сраные куски! — Хидана не прерывает даже ровное Вы задерживаетесь, раздавшееся прямо в голове.       — И ты уебок блядь, ЗАВАЛИ, — служит ответом лидеру. Нукенин тщетно пытается выбраться.       Нара секунду смотрит на это, мысленно прощаясь с одной головной проблемой. Все что нужно сделать чунину это ударить по швам, окончательно разрывая незажившие ткани. Голову забрать с собой и избавится, а тело можно и оставить. Оно больше не будет представлять никакой угрозы.       Шикамару крепко сжимает кастет, медленно приближаясь к своему врагу.       — Ты чего задумал, ублюдок? То, как Асума лежал, истекая кровью.       — Не подходи, блядь, ко мне, тварь! То, как плакала Ино и просила прощения за свои слабые медицинские техники. Тот страх и бессилие…       Он за все возьмет плату в двойном размере.       Незаметно дождь оборвался и в наступившей тишине крик Чоуджи особенно громко разнесся по уничтоженному лесу. Шикамару со страхом обернулся.       Друг, склоненный к чужим ногам, с трудом держал себя в сознании. Старший акацуки, выворачивал ему руку, вдавливая лицом в землю всей поверхностью сандалий, пока отвратительные нити тянулись к его сердцу.       — Слишком доброе, но мне сойдет, — он встречается с Шикамару взглядом. Пустой взор неестественных глаз пробирает до самого нутра. — Связи товарищей всегда делают эти сердца слабыми, — Какузу окончательно переламывает руку чунина, отчего раздается короткий хруст. Усиленный чакрой слух передает все звуки до ужаса точно.       Шикамару на мгновение остолбенел, пока в сознании ярко высвечивалась картина недавней битвы. Асума с ожогами, его тусклый голос.       Ино уже спешила к товарищу, как и он несколько дней назад. Темное существо с белой маской опасно пронеслось в мокрой листве вслед за девушкой.       Он не сможет никого уберечь?       Звук разрывающихся нитей привел его в себя. Мгновенно приняв решение, Шикамару достал взрывные печати, сбрасывая их в тень у своих ног. План полностью провалился. К черту.       Сложив быструю печать, чунин рванул в сторону своей команды, на бегу разделяя тени и связывая их с бумагой. Если они смогут обезвредить хотя бы одного врага, у них появится шанс сбежать.       — Ты что делаешь, мразота?! — заорал мужчина, пытаясь окончательно вырваться из своей ловушки. Тени взметнулись, окутывая его десятками печатей, сводя все старания акацуки на нет.       Тихое шипение и за спиной Шикамару чужое тело разорвало на куски взрывом. Голова, кажется, продолжала что-то кричать ему вслед, но времени на анализ у парня не было. Свиток земли мягко взмыл перед ним в воздух, по инерции следуя броску. С трудом, но ему удалось блокировать атаку водяной маски, почти в последний момент вставая между ней и Яманаки.       Свиток жалкими ошметками упал на сырую землю и Шикамару выдохнул. Его техника проскользнула по тени водной струи, прочно захватывая ее владельца. Тварь замерла, попавшись в хидендзюцу. Шикамару обернулся, проверяя товарищей, ногу Ино маска все же задела, но она, не сбавляя скорости бросилась на врага. На секунду позже Яманаки, Шикамару так же напал на акацуки используя его же подопечного. Мужчина механически отступил, выпуская свою добычу.       Быстро он прикрепил свои руки к телу, ожидая следующего хода детей.       Нара заградил собою друзей, пока Ино коротким движением не обрезала нити. Куноичи серьезно посмотрела на друга и, встретив его взгляд, понимающе кивнула. Она вскинула руки, используя оставшуюся чакру, чтобы обездвижить врага хотя бы на несколько секунд параличом. Секундой позже кастет с прикрепленной печатью описал точную дугу, разочаровав нукенина повторением. Но вместо взрыва, лес осветила яркая вспышка световой бомбы.       После, перед Какузу уже никого, кроме потрепанной маски, не было.       Нога Ино сильно пострадала, но она бежала, тратя последние силы. Голова Шикамару кружилась от недостатка чакры и последствий сильного удара. Кажется, был сломан нос. Чоуджи все не просыпался.       Даже не думайте больше тратить и секунды       Какузу сжимает кулаки, ощущая всепоглощающую жажду крови. Они убили одну маску и оставили трещину на второй. Мерзкие дети.       — Мы провалились, Шика.       В светлых глазах Ино отражалось знакомое горе.       — Мы добыли информацию и остались живы, — утешил ее Шикамару, останавливаясь в густом лесном подлеске. Куноичи тщательно замаскировала остатки их чакры и принялась оказывать Чоуджи первую помощь.       — Как он? — Шикамару прислонился к дереву, в попытке унять головокружение. Ино бросила на него короткий взгляд и кивнула.       — Справится. Ты бы промыл глаза Шикамару, занесешь инфекцию.       Улыбка от такой заботы, несмело закруглила уголок его губ. Быстро вылив на руку воду из фляжки, парень начал умываться. Мысли о крови сектанта в собственном теле вызвала едкое отвращение. Кто знает, чем он может его заразить.       От очищения его отвлек кашель Чоуджи. Медленно его веки приоткрылись.       — Мы… победили?       Ребята усмехнулись.       — Теоретически, — протянул Шикамару. — Мы убили их два раза       — Жаль только они бессмертные, — вздохнула Ино.       Она помогла Чоуджи привстать.       — Идти можешь? — мягко спросила девушка. — Нам нужно добраться до деревни как можно быстрее, — он ей коротко кивнул, тяжело вставая. Шикамару подхватил друга, с другой стороны встала Ино, надежно фиксируя поврежденную руку Акимичи повязками. Осторожно они двинулись в сторону Конохи, избегая перемещение по деревьям.       Нара в такт шагам высчитывал минуты, с напряжением ожидая резкой боли или собственной смерти. Ино, должно быть, не догадалась, что черная окраска на мужчине оказалась после использования техники на крови Шикамару. А это значило…       В любую секунду он мог умереть. Когда его соберут по кусочкам, ничего не помешает убийце начертить свой проклятый круг. У парня не было сомнений; мимо сердца тот не промахнется.       Однако задержка в тридцать минут позволяет ему успокоиться и сделать несколько предположений.       Чужая техника бесполезна на расстоянии, она держится определенное количество времени или на регенерацию тела уходит слишком много чакры.       Медленно, заталкивая злость внутрь себя, Какузу направляется к напарнику. Разорванные куски тела в образовавшихся лужах дождевой воды представляют собой жалкое зрелище.       Хидан взирает на него с осуждающей яростью.       — Ты дал им уйти?! — надоевший голос, поднимает в казначее новую волну раздражения. Все же опять не сдох. — Сшивай меня, сука, быстро. Я их нахер порешаю!       Какузу холодно оглядывает его, притягивая куски плоти ближе. Серые нити скользят по мышцам, надежно сшивая разорванные части вместе. Кровь заливает все вокруг алыми пятнами.       — Выглядишь объебано, — проморгавшись говорит Хидан, ожидая, когда сможет нормально двигаться. Регенерация колюще пробегается по страшным ранам, еще ненадежно скрепляя тело вместе.       А ведь они оба чуть не продули, понимает Хидан. Троим детишкам.       — Ебучий пиздец! — фыркает мужчина, держась за свою срастающуюся руку. Все что он чувствует сейчас это боль и дикое желание кого-то порешать. Отчасти, Какузу с ним даже согласен.       — Я убью этого пацана, — шипит Хидан, оглядываясь в поисках своего кулона. — Я разобью каждую его косточку, надорву каждую мышцу, выпотрошу его и эту беловолосую, порежу третьего и пущу на корм Зейну.       — Успокойся, — говорит Какузу, окончательно обрывая в себе все эмоции. Заставлять Пейна ждать дольше, было плохой идеей. — Мы уходим и возвращается к извлечению       — Что, блядь?! — пытается вскочить нукенин, но раненые ноги его подводят. — Я должен их догнать.       Не смей, Хидан.       Холодный голос лидера, заставляет мужчину вцепиться в свою едва прикрепленную конечность вновь. Еще никогда он не был в подобном бешенстве. Он яростно обвел поле битвы взглядом. Воронка от взрыва издевательски показывала в своем нутре покореженный знак Джашина.       Просто так он этого не забудет.