Это я... а это кто?

Юра, как обычно, проснулся с утра пораньше. Никита еще спал, хмурясь и что-то бормоча сквозь сон. За окном — зимний холод и предрассветная тьма. Юре совсем не хотелось идти в университет, но там его ждали 3 пары, а затем вузовское мероприятие, на котором обязали быть всех. Так что он, вздохнув, принялся собираться. Отмотав бесконечные пары, он направился в сторону актового зала. Но свернул в другую сторону, немного не дойдя до конечного пункта. Перед этим мероприятием они договорились встретиться с Никитой, но чуть в стороне от толпы народа — возле библиотеки. Юра поднялся по широкой пустой лестнице, оставляя шум и гам на этаж ниже. Здесь, в коридоре, где не горел свет, а из окон еле-еле темнели зимние сумерки, его ждал он. Никита. Он стоял, словно что-то читая на дверях библиотеки. Заслышав его шаги, Никита обернулся, затем нежно улыбнулся. Сегодня он был в черной кепочке. Кепка одновременно добавляла ему французской утонченности и в то же время делала его похожим на подростка из неблагополучного района. — Привет, — произнес Юра, приближаясь, пока его шаги нарушали тишину. — Салют, — произнес тот на французский манер. — Прикольная кепка, — проронил Юра. Юра подошел ближе, ожидая, что Никита, как обычно, бросится к нему в руки, но этого почему то не произошло. Юра же по привычке уложил руки на Никитину талию, на что тот глянул на него с насмешкой. — В чем дело? — Уи. — Сколько уже стоишь? — Уи-уи. — Никит, что за прикол? — не совсем понимая, что происходит, спросил Юра. Никита медленно провел рукой по Юриной щеке, прислонившись спиной к массивной деревянной двери библиотеки и утягивая Юру за собой. Карие глаза загадочно поблескивали, как и всегда. — Хочешь пошалить? — заинтересовался Юра. — Уи. Багет, кр’уассан. Тихо посмеявшись, Юра продолжил: — Есть у меня один круассан… Точнее, багет. Никита не посмотрел на него скептически, как ожидал Юра. Что странно, но раз уж Никита в образе, то ладно. Юра потянулся к желанным губам… Но их поцелую не суждено было состояться. — Юра! — окликнули его где то сзади. Этот голос?.. Еще только заслышав его, Юра почувствовал неладное. Еще один Никита. Кажется, абсолютно такой же, на его лице растерянность. Рот Юры раскрылся от шока, на лице отражалось непонимание. Как? Кто же тогда в его руках сейчас? Юра резко убрал руки, отступая. — Что здесь происходит? — спросил второй Никита. — Я сам не понимаю… — поспешил оправдаться Юра. Вдруг на губах Никиты появилась горькая усмешка. — Вот только не надо прикидываться дураком, — Никита, цокнув, развернулся и быстрым темпом стал спускаться по лестнице. Парень в черной кепочке тоже поспешил скрыться. Оба бросились в разные стороны. «Твою же… А кто из них настоящий?» — лихорадочно думал Юра. Юра решил бежать за тем, что пришел вторым. Он бегал по всему университету в поисках, пробегая коридор за коридором и огибая случайных студентов. Спустя время Юра уже пытался найти хотя бы одного из них. Он старался понять, что же на самом деле только что произошло? Не могло же быть сразу два одинаковых Никиты? Версию о своем безумии Юра отмел куда подальше. Неужели у библиотеки стоял кто-то очень похожий? Но как такое возможно? Может, все дело в темноте? Значит… Он просто засосал какого то рандомного парня на глазах у своего возлюбленного? Он очень сильно проебался. Никита не мог уйти, скорее всего он все еще где то здесь. Тут в юрину голову пришла идея. «Звонок», — озарило его. Никита может и не возьмет трубку, но Юра хотя бы сможет услышать мелодию телефона, если тот где-то поблизости. Юра услышал доносящийся откуда то звук никитиного мобильного. Это была «Самба белого мотылька» — когда то Юра сам установил его по приколу. «Теперь ты всегда будешь знать, когда я звоню», — сказал он тогда Никите. Даже не пытаясь сбросить звонок, Никита стоял у окна, на лестнице между двумя этажами, где в это время никто не должен был ходить. Издалека доносилась музыка начавшегося мероприятия, и им возможно чутка влетит от старосты за опоздание, но… это не так важно. Сзади Юра мог видеть только его напряженные плечи под тканью толстовки. Руки были сложены на груди, а сам Никита даже не повернулся в сторону Юры, предпочтя сделать вид, что смотрит на зимние пейзажи за окном. Падающие снежинки Никиту сейчас интересовали мало, Юра был уверен. — Никит… Никита не отвечал. Юра мог его понять, но ведь Юра как бы. не специально… Он положил руку на плечо Никиты, но тот дернул им, и Юра послушно убрал руку. — Ты не поверишь мне, но… — начал Юра — Мне не интересно. Оставь меня в покое, — отрезал Никита, тихо, но непреклонно. — Хотя бы выслушай… Никита хмуро глядел в окно, ничего не говоря. Затем спросил: — Кто это был? — Я не знаю, но… Он правда был очень похож на тебя. — Что за бред. — Ну сам подумай, что он мог делать в месте, где мы договорились встретиться? — Не ты его туда позвал? — спросил Никита. Позвать двух парней в одно место, чтобы один из них увидел, как Юра целует другого? — Нет конечно! — возмутился Юра, затем тише добавил, — я же не какой нибудь моральный урод. — И что, и… Поцеловал бы кого угодно, кто оказался бы на месте встречи? — Нет, он же был один в один как ты! Правда, и лицо, и рост, все очень напоминало твое. Даже гель для душа был твой, клубничный… Юра наблюдал, как уши Никиты покраснели. Поежившись, Никита ответил: — Странно. Моя копия, значит? — Да, но… Юра, игнорируя уровень пафоса, прошептал Никите на ухо: — Можешь поверить, никто не сравнится с оригиналом. Юра, столкнувшись в стекле взглядом с Никитой, заметил, как тот кивнул. Может, именно это он и хотел услышать? Он развернулся, и Юра заметил влажный блеск в его глазах. — Хорошо. Я тебе верю. Никита выдохнул, понимая, что, видимо, его парень действительно спутал его с кем-то. — Ну ты и дурак, — Никита пихнул его в плечо. Юра и не спорил.