Верная собачка на привязи у главного краша шестиклассниц

Солнце снова слепит глаза. Так не хочется вставать. Хоть бы остаться в мягкой кроватке, накрывшись одеялом, уткнувшись куда-то в ключицы своему парню. Ах, бабочки в животе! Именно о таком утре мечтает Глистов. Но вместо спокойного утра у парней суета. В спешке бросая грязное бельё в чемоданы, мальчики собирались на вокзал. Автобус, который возил класс все эти дни, стоял под лестницой отеля. Сколько же раз они услышали эти фразы: «Давайте быстрее!», «Почему нельзя было заранее собрать вещи?!», «Вас все уже заждались!» Последняя фраза воспринималась Игнатом, как уважение к его личности, что ещё больше поднимало самооценку. И плевать, что обращение было не только к нему, а и к верному Сашеньке, помогающий… *делающий всю работу за Игната. С горем пополам Кобров помиловал время своих одноклассников и наконец-то спустил вниз. Вокзал. Такое шумное место, кипящее торопящимися людьми, создающие этот хаос из непонятного потока. Прилавки с суверами наполнены ненужными сувенирами, которые вряд-ли кто-то купит. Особенно здесь. Суматоху дополняют звуки из громкоговорителя, важная информация, зачастую, не воспринимается, а только усиливает головную боль. Группа из 13 человек и Игновят ждут свой поезд. Девочки, предупредив «надсмотрищиков», побежали рассматривать игрушки в тех самых прилавках. В очередной раз они подтвердили, что никто ничего не будет тут покупать. Завышенные цены пугают. * * * Пройдя до самого первого вагона, ребята заняли свои места, ожидая отправление. Игновята сразу захватили себе секцию. Поезд поездом, а гейская туса не отменяется! А хаос всё продолжается: плач какого-то ребёнка, вечные недовольства бабушек о ценах на рынке, деды рассказывающие анекдоты молодому пареньку, делющему секцию с ним, злая кондукторша, которая винит тихую компанию Иры в пробуждении чада «яжмамки». Парни включили неово-розовую подсветку, которая уже присутствовала ранее на их тусовках в отеле. Они повесили постельное белье в виде двери, закрывающую прямой обзор на компанию. — Конечно не хата кентов за 20 касарей, но тоже ничего, — Максим похвалил гениальность Дениса. — У того челика даже в падике было пиздато, хоть весь день на кортанах там сиди~ — Денис вспомнил тусовку, которая была ярким сборищем местных авторитетов, как Игнат. В тот день и в правду было весело. Наши Игновята пришли на хату к браткам Глистова «культурно» побухать и обкуриться. В квартире было довольно много людей. Так как двор Глистова и Коброва включал в себя богатеньких гопарей, то они сразу пошли в забраннированую комнату. Открывая дверь, все взгляды были прикованы к главе этой компании с его привычной наглой улыбкой, говоря «Вот он! Пришёл!». Толпа девушек подбежала к Игнату. Они распрашивали о жизни, интересовались его настроем на сегодня, хвастались сильно открытыми нарядами. Как никак им нравилось пить и курить с ним. Это было тем или инем способом отвлечься от скучных и мрачных реалях, где непробиваемым комом на них сваливались долги по учёбе, ссоры с родителями, учителями, парнями, проявляющими абьюз по отношению к ним, раздражающие извращенцы, лезущию к малолетам всякий раз увидя «кусок мяса», обтянутый красивой оболочкой. Так привыкая к парню, все дамы влюблялись в него. Они были так по-своему прекрасны. Но Игнат никому не ответил взаимной любовью. Максимум, который он использовал — понты на отношениях и заполненое чувство одиночества. Сигареты и алкоголь тоже хороший способ для тех, кому плевать на будущие проблемы со здоровьем, но всё же в меру употребляемое общение тоже помогло бы. Только он пару раз переборщил, вызывал зависимость от вечных похвал и внимания. Это намного хуже любой наркоты. Без неё гн сразу превращался в монстра, ищущего свою добычу. Найдя тот цветок, распускающий насыщенные алой кровью лепестки, закроешь его от других глаз, которые могут беспощадно испортить драгоценность в своих грязных лапах. Ищи, ищи этот цветок, но он рядом. Даже слишком близко, что ты не догадаешься. * * * Время уже за полночь. Наша компания не раз получила замечания от разгневанных учителей и угрозы высадки от контролёра. Многое спускали с рук, например, частые парные походы в туалет, которые не раз посчитали странными из-за их чуть ли не поминутного расписания. Хоть оставляй их там ночевать. Всё равно будут уходить. Время 00.41. Очередь Коброва и Глистова. Возлюбленные проходят длинный коридор, освещённый только в конце слабым ночником у коморки контролёра. Полная луна освещала узкое пространство с дверьми в «дамские» комнатки. Сопения мирноспящих пассажиров поезда и громкие визги и скрежеты колёс о железные рельсы создают особую тишину, которую хочется слушать, но Глистову так хочется её прервать, разбить эту молчанку каким-нибудь рассказом о своих кентах или бывшей Ксюши. Перебрав весь лексинон за пару секунд, Саша всё же заговорил. — Чудненькая атмосферка! — если не знаешь, что сказать просто говори факты, которые никто не будет отрицать. — Согласен, не хватает подика в руках. — сгрустнулось у курильщика. — У тебя есть? — Держи, но у меня жижа почти закончилась. — Саша по-братски отдал устройство возлюбленному. «Это поцелуй! Пусть и не прямой, но поцелуй!» — завелся моторчик с нелепыми идеями, которые парнишка, зачастую, считал гениальными. — А у тебя закончилась? — поинтересовался Глистов, который так любил выбор вкуса жижи. Вкус ананаса Кобров предпочёл больше других, ведь он сразу выделялся на фоне остальных, привлекая ярковыраженным вкусом с добавлением ментола. Объединение ароматов бодрило, так же как и сильная концентрация. Запах никотина прижился к домашней и прогулочной одежде, оставляя легкий тропический шлейф после затяжек. — Моя разрядилась, лучше не буду здесь ставить. Алена Алексеевна что-то часто к нам заглядывает. Если спалит, то мне пиздец. Других беспокоить не буду. — ответил с Игнат, затягиваясь чужим подом, с таким же вкусом. — Го послушаем что-то? — перевел взгляд с быстро меняющегося пейзажа на своего друга, облокотившегося об дверь. Найдя плейлист с забивными песенками, Глистов запустил песнюа именно «каждый раз — платина», которую будут слышать лишь они вместе. Твоя детка любит ксанакс, она часто заезжает. Рука Ината легка на талию Саши, притягивая ближе для тесного контакта бедер и генеталий, которые и через одежду очень чувствительны. — Знаешь, мне ещё никогда не отсасывал парень) Почему мне бы не попробовать твой рот на мастерство? — пристально смотрел в глаза удивленного Коброва. В глазах загорелся огонёк, которые в последствии расжег костер во всём теле. Игнат плавно поглаживала бок Санька. Расслабляя мышцы пресса, Глистов закинул голову от наслаждения. Его господин удосужился уделить ему внимание! Каждый раз, как я курю, да, мне нужен теплый свет. Руки переместились на спину, поглаживая через хлопковую футболку гладкую кожу с легким пушком. Установив прямой контакт глаз, парни без слов понимали желания друг друга. Ногой приоткрыв дверь в кабинку туалета, Игнат затолкнул Глистова в тесное пространство, прижал к стенке. Секунда и губы двух кентов слились в страстном поцелуе. Пошлые причмокивания заглушились стоном Саши. Игнат воспринял это как зелёный свет к дальнейшим действиям. Тёплый тёплая, как ты, так тепло только в тебе. Пальцы проникли под резинку красных боксеров, бессоветно хозяйничали там, принося неописуемое наслаждение Саше, опьяненному от такого внимания господина. Глистов пытался сдержать стоны, но у него это не получалось. От юноши постоянно исходили мычания, ахи и вздохи, приглушенные потной ладошкой. Игнат увеличивал стимуляции тела, доводя его всё ближе и ближе к пику, но оборвал под конец, обламывая оргазм. Саша посмотрел на возлюбленного нуждающимися глазами, которые своим видов показывали полнейшее непонимание паузы. — Пёсик мой, ты пока не заслужил кончить. Спускайся на колени. — ответил на немой вопрос Кобров. — Хорошо… — Хаха~ что должны говорить послушные собачки?) — прервал парень Глистова. Саша поджал губу. Выдохнув, он понял чего хотел его господин. — Гав-гав, господин! — Саша повторил свою фразу. Одобрительный взгляд обвёл лицо Глистова, уже стоящего напротив ширинки. Из-за тряски поезда дрыщавое тело подскакивало, больно ударяясь о пол коленками. Вряд-ли это сейчас важно. Мешающие слои одежды моментально спустили вниз, открывая обзор на стоящий кольчиком член. Горячая слюна с языка капала, создавая маленькую лужицу под собачкой. О таком наш Глистов даже не мечтал! Этот пепел на штанах, он прожёг мои Balmain. Кончиком языка Саша пару раз лизнул головку агрегата, смотря в глаза своему хозяину. Возможно, это выглядело жалко, но зачем отказываться от халявы. Всё равно Глистов бы продолжил бегать за своим избранником, унижаясь чаще, чем он дышит. Саша приоткрыл рот и взял только головку, не прекращая ласки языком. Маленькими движениями вперёд-назад он старался заглотить ещё больше, подавляя рвотный рефлекс. — Фак~ мм, бери глубже. — тяжело выдохнул Игнат, надавливая правой рукой на затылок кента. Покорно поддаваясь, как и раньше, Саша устарался изо всех сил принести удовольствие своему господину. К члену прикасаются пальцы Глистова, решившего ускорить процесс, который он несомненно будет часто вспоминать. На глазах появляются слёзинки. Они сразу стекают и смешиваются с невысохшими слюнями. Игнат наблюдает за всем этим. Ничего не уйдёт от его глаз. Амплитуда движений усиливается. Саша втягивает щёки, создавая вакуум. Он чувствует пульсацию у себя во рту. Стон Глистова вибрацией проходил по длине. Белая жидкость перемешивается с слюной. Саша выпускает член из рта, пытаясь отдышаться. Афигенный вид, от которого можно получить зрительный оргазм. Глистов снова посмотрел на своего господина. Но я уже не могу встать, да, я читаю по глазам. Опять этот зрительный контакт! Только сейчас от него неловко. Саша подтялся на ноги, открыл кран в водой. Проглоченная жидкость была довольно вкусной, солёненькая такая. Глистов умылся, повернул голову к Игнату. — А что будет дальше? — Ну, а что потом? — переспросил Кобров. — Буду твоим пёсиком. Саша посмеялся. Он не врал. Он всегда хотел быть верным слугой господина. И будет им. Ты любишь пацанов как я, ты читаешь по моим. Я твой любимый наркоман, я подарю тебе любовь.