Мелодия тишины

      Звеньк-звеньк.       «Четыре дня»       Звеньк-звеньк.       «Прошло уже целых четыре дня»       Звеньк-звеньк.       «Четыре дня, с того момента, как я в последний раз видела Майю»       Звеньк.       «Как она там? Наверное, еще злится на меня…»       Звеньк.       «Конечно злится. Иначе мы бы уже поговорили с ней…»       Звеньк.       «Должен быть способ исправить ситуацию…»       Звеньк.       «Но что я могу сделать?»       Звеньк-звеньк-звеньк.       «Что мне сделать…?»       – Таечка, ты сейчас чашку разобьешь! Этот чай уже минут десять без остановки мешаешь – голос миссис Кованы резко выдернул девушку из раздумий, заставив прекратить елозить чайной ложкой.       – А… да? Извините, я не заметила… – чуть дрожащие руки аккуратно поставили чашку на стол. Тая немного отодвинула ее от себя, обреченный выдох сам собой вырвался из груди.       За все время, что она не разговаривала со своей несчастной ученицей, педагог не прекращала думать о произошедшем. Как она это допустила? Как все это обернулось именно таким образом? Что она могла сказать Сэму, который до сих пор толком не понимает, что произошло? – эти и сотни других вопросов давили на мозг без пощады. В какой-то момент все дошло до того, что само пребывание в собственной квартире, в одиночестве, сделалось невыносимым.       Пожилая соседка Таи уже не могла спокойно смотреть на все происходящее, потому приняла решение вытащить учителя из «заточения» хотя бы к себе в гости.       Мягкое освещение гостиной понемногу успокаивало, да и сама обстановка в комнате располагала к умиротворению: мягкий ковер со странным узором, на который приятно как наступать, так и просто разглядывать; потертая, но очень удобная мебель из дерева; радио, что стояло на небольшой подставке, будто специально под него сделанной; источаемый запах старины, витавший в воздухе, как отдельный предмет обстановки, что навевает самые многочисленные воспоминания о детстве. И цветы. Много самых разнообразных комнатных растений, расставленных то тут, то там по всей квартире. У окна, на своем любимом кресле, сидел мистер Кована. Мирно и недвижимо, как те самые зелёные заросли в горшках.       – На тебя смотреть больно… может, хватит уже так сильно себя терзать? Так ты никому и ничем не поможешь… – продолжила миссис Кована.       Сначала, Тая не хотела ничего говорить своей соседке – слишком больно и стыдно. Однако, после того, как сама миссис Анна Кована не смогла с одиннадцатого раза дозвониться до Майи, выбора у педагога не осталось. В любом случае она все узнает, а так, может самой Тае от этого разговора станет легче.       Но ей не становилось. Находясь в другом помещении, с другими людьми, мисс Хикен просто не могла отвлечься от своих мыслей. Казалось, еще немного и…       – Сэмюэль должен знать, Тая. Это будет справедливо по отношению к нему.       – Я понимаю… Но как именно мне ему это сказать? Да и когда…       – Что значит как?! Прямо и скажи! Не придумаешь ты ничего лучше, да и не надо. Сэмик мальчик… своеобразный, но очень понимающий, ты сама это прекрасно знаешь. А когда… хм… – соседка призадумалась, а затем резко встала с дивана и схватила мобильный телефон, лежащий на тумбочке – Да прямо сейчас!       – Что?! Миссис Кова…!       – Ало? Сэмюэль, дорогой, здравствуй. Ты сейчас ничем не занят? Да даже если занят, есть очень важный разговор! Десять минут вам, молодой человек, чтоб пулей были здесь, я дважды повторять не стану!       Десяти минут Сэмюэлю хватило. Весь запыхавшийся, валящийся с ног, он влетел в квартиру миссис Анны Кована, будто знал, о чем именно с ним хотят поговорить. Начался очень нелегкий, наверное, самый тяжелый диалог за всю жизнь «шефа».       – ПОЧЕМУ ВЫ МНЕ СРАЗУ НЕ СКАЗАЛИ?! – эти слова прозвучали весьма громко. Еще на середине разговора, Сэм не смог спокойно усидеть на месте, оттого периодически вставал и ходил из угла в угол.       – Я обещала, что ничего и никому не скажу. А потом, просто не знала, как… Я ошиблась, Сэм. Я ужасно ошиблась и теперь Майя не хочет меня видеть. Я должна была предположить, должна была. Прости…       Перед глазами миссис Кованы Сэмюэль предстал с совершенно другой стороны. Обычно неуёмный и громкий молодой человек, в данный момент стоял и слушал, не шевелясь и, казалось, совсем не моргая. По выражению лица сложно было сказать, что он чувствует на самом деле. Будь то страх, боль, непонимание или даже ненависть. Он и сам до конца этого не осознавал, а потому прекратил вышагивать узоры по залу и медленно опустился в мягкое кресло, сложа руки перед собой в замок и уставившись на них.       Несколько минут никто из сидящих не решался начать разговор. Каждый обдумывал услышанное, анализировал, пытался придумать какой-то выход из сложившейся ситуации.       – Ну-ну, бойцы! Чего вы так приуныли…? Не может же Майя дуться вечность! Мне кажется, уже прошло достаточно времени, чтобы прийти в себя и немного остыть. Просто это все нужно обсудить вживую… – начала миссис Кована, в попытках то ли вразумить, то ли приободрить, придать уверенности в том, что все обязательно наладится. Сейчас это казалось лучшим вариантом, учитывая факт того, что самый убежденный и упертый оптимист, которого она знала, сидит, зажавшись в кресло, и молчит.       Наконец, мисс Тая Хикен поднялась со своего места.       – Вы правы. Я должна пойти и извиниться перед Майей. Забегу, куплю ее любимое печенье, мы спокойно сядем и все обсудим. Прямо сейчас! – последняя фраза прозвучала особенно уверенно.       Что-то глубоко внутри педагога подсказывало – именно сейчас она должна пойти к своей «бывшей» ученице. Что-то твердило, что это будет правильно.       И Тая не стала этому противиться.       Мисс Хикен дернулась и, чуть ли не побежав, направилась в сторону выхода.       – Таечка..! Ладно, еще не так поздно… – сказала пожилая соседка, нервно взглянув на часы – Ты только Олегу скажи хотя бы пару слов, а то он грустит всякий раз, когда ты уходишь, не прощаясь.       Педагог сменила траекторию своего движения в сторону окна, у которого расположился супруг той самой волевой и громкой хозяйки квартиры. Стеклянные глаза этого человека уставились на мягко падающее за горизонт солнце, отражая в изредка моргающих хрусталиках всё, что происходит перед ним. Лицо, по своему обыкновению, не выражало совсем никаких эмоций. Ни покоя, ни обременённости. Казалось, что он даже не дышит.       – Мистер Кована – Тая подошла резко, и тут же одернула себя, стараясь как можно мягче положить руку ему на плечо. Мужчина едва ощутимо дрогнул, но не повернулся к ней, продолжая смотреть в окно – Мне пора уходить. В следующий раз я обязательно принесу вам вашу любимую запеканку. Не оставляйте больше миссис Ковану так долго одну, хорошо?       Ответа на вопрос не последовало, и Тая не стала ждать еще дольше. Ноги тут же понесли девушку к выходу из квартиры, не останавливаясь, не желая задерживаться и секунды больше.       Сэмюэль так и не проронил ни слова.       – Ох уж наша Тая… Ну ничего, все будет хорошо! Все обязательно будет хорошо… – проговорила миссис Кована больше для себя самой – Олег! Ты чего там высматриваешь так долго? – она подошла к креслу мужа, направив свой взгляд в то же место, пытаясь понять, что именно мистер Кована пытается так усердно рассмотреть.       – Темнеет… – пролепетал мужчина себе под нос.       – Что? Я тебя не расслышала.       – Становится очень темно.       Между тем, педагог уже успела выбежать на парковку возле дома: «Хорошо, что этот кусок металла успели починить. Кто знает, сколько времени бы это заняло на общественном транспорте…» – Девушка тронулась с места. По дороге до дома Майи, Тая, как и планировала, заехала в магазин за печеньем. Ей очень повезло, она успела забрать последнюю пачку. Этот факт немного приободрил девушку: «Хороший знак» – подумала она, продолжив поездку.       «Здравствуй Майя! Это я, мисс Хикен, давай поговорим? Нет… немного не то… а может: привет Майя! Я тут, печенье тебе принесла, давай поболтаем? Совсем мимо…» голову нагрузили мысли. Тая, может, и знала, как заявиться на порог чужого дома, но вот с чего начать диалог… этот момент давался девушке тяжело. Всю дорогу она подбирала подходящие по ее мнению слова.       Машина притормозила на обочине рядом с таким знакомым Тае строением частного дома: «Вот и добрались…». Дверь автомобиля хлопнула. Девушка встала на тропинку, ведущую к парадному входу, и глубоко вздохнула, не решаясь сделать первый шаг: «Тая Хикен, не будь трусихой. Ты облажалась, так будь добра, исправляй. Даже если она не захочет тебя видеть… все лучше, чем ничего» – подтолкнула себя девушка и бодро зашагала вперед.       Однако длилось это не долго.       По мере ее приближения к дому ученицы, шаги становились все медленнее и неувереннее. Чем ближе она подходила к входу, тем холоднее ей становилось: «А что, если дома никого нет?» – мысль промелькнула в голове, еще сильнее погружая в пучину сомнений: «Да нет, свет же горит! Значит все нормально» – заметила Тая. Каждое окно жилого дома и правда изливало свет на улицу.       Каждое.       «… Зачем ей включать свет во всех комнатах…? Ладно, сейчас и узнаем» – девушка старалась отогнать от себя все непригодные для действия домыслы. Всё, что ей оставалось, протянуть руку и постучать, чтобы получить ответы на возникшие вопросы.       Просто протяни руку, Тая.       Первый неуверенный стук получился глухим и тихим, однако педагог решила вложить всю свою уверенность в последующие.       Мисс Хикен занесла руку и громко постучала снова. Костяшки отдали болью, отчего девушка отдернула руку, зашипев, и только потом обратила внимание: дверь была приоткрыта.       – Эй? Привет? – задала она вопрос в пустоту.       Боль перестала ее донимать, все внимание приковала образовавшаяся в дверном проеме щель, заманчиво предлагая войти внутрь. Рука толкнула дверь, и та послушно отворилась нараспашку, предоставляя возможность окинуть взглядом прихожую: «Что за черт…?» – только и пронеслось в голове. Мисс Хикен шагнула за порог, осматриваясь вокруг.       – Майя? Ты дома? – как можно громче попыталась сказать девушка, привлечь внимание ученицы.       Но никто не ответил. Педагог нахмурилась: это показалось ей весьма странным. Глаза старались ухватить как можно больше из того, что видели, но ничего примечательного так и не обнаружили. Дома было совершенно спокойно. Спокойно и как-то…       Громкий хлопок вырвал мисс Хикен из раздумий, заставляя с вдохом подпрыгнуть, разорвав натянувшиеся стальные канаты нервов. Развернувшись в сторону звука, педагог поняла: дверь, которая так любезно впустила ее несколько минут назад, захлопнулась. Тело тут же откликнулось: «Только этого не хватало. Ну, давай же!» – несколько раз она дернула металлическую ручку, но безрезультатно. Тогда, Тая решила с силой надавить на нее и о чудо – дверь спокойно, как ни в чем ни бывало, открылась:       «Боже мой… на меня что, теперь и сквозняки ужас наводят…?» – подведя такой итог, девушка аккуратно закрыла её сама, возвращаясь к тому, на чем остановилась.       «Свет горит, дверь открыта… неужели она уснула и ничего не проверила…?» – глаза выловили лестницу, ведущую на второй этаж. Хоть сама Тая давно не посещала дом семьи Тимид, планировку она знала хорошо: когда маленькая Майя заболевала, мисс Хикен приезжала к ней сама.       «Мне точно не стоит бродить тут без приглашения… но что-то здесь не так. Проверю один разок спальню, и уйду, с меня не убудет» – учитель зашагала по коридору, уходя все дальше от выхода, погружаясь вглубь чужого жилища.       Добравшись до спальни, Тая напряглась еще сильнее: в расправленной кровати никого не обнаружилось. Глаза скользили по всему квадрату помещения, стараясь уткнуться на хоть какую-нибудь зацепку: «Почему одеяло валяется на полу? А это что…» – девушка подошла к прикроватной тумбочке, обратив внимание на разноцветные флаеры: самая обычная реклама каких-то баров, которую раздают на улицах. На одном из них кто-то оставил пометки маркером, обведя время и адрес нахождения заведения.       Нехорошее предчувствие слегка надавило на легкие: «Значит, она всё-таки ушла? Как-то беспечно оставлять все в таком виде… не похоже это на Майю» – зубы Таи заскрипели. Только теперь, проделывая путь назад, вниз по лестнице, появилось четкое осознание того, что именно не давало ей покоя все это время – в доме было тихо. Оглушающе тихо.       Даже если дом пуст, хоть какие-то звуки можно было бы услышать, будь то тиканье часов или гудение электроприборов. Даже треск лампочек в люстрах.       Но Тая не слышала ничего, а теперь, поняв эту деталь, слух девушки заострился еще сильнее: «Так, спокойно. Раз уж Майи здесь нет, оставлю, пожалуй, печенье на столе на кухне и позвоню ей… Да, это будет правильно» – подумала девушка и машинально завернула в следующую комнату рядом с лестницей.       Ноги затормозили еще на пороге, не давая зайти за черту. На столе стояло две тарелки с едой: с одной явно кто-то ел, другая же стояла нетронутая. Аромат свежеприготовленной пищи сладкой желчью приманивал взгляд в обеззвученном и пустующем доме, как что-то ядовитое: «Да что здесь происходит?!» – девушка положила угощение на столешницу, обойдя стол стороной. Глаза наткнулись на подставку для кухонных ножей, в которой они располагались по порядку: начиная с маленьких и заканчивая большими.       Один нож отсутствовал.       Руки начали судорожно копошиться в карманах, перебирая всякую мелочь: ключи, монетки, но никак не могли наткнуться на то, что так понадобилось мисс Хикен.       «Где мой телефон..? Я его что, в машине оставила?! Идиотка» – глубокий вдох, ноги засеменили в сторону двери.       Она не понимала, что именно происходит, но одно знала точно: нужно срочно выбираться отсюда. Куда угодно: на улицу, в салон автомобиля, домой, к Кефиру, в уют и тепло.       В безопасность.       – Вот жеш- – педагог вскрикнула.       Ретируясь как можно скорее, она не заметила подставку с вазой, стоявшую прямо на входе в гостиную, и задела ее своим боком.       Треск разлетевшегося о пол стекла всплеском затушил нагнетающую тишину, оставил за собой короткий, но очень громкий звон в ушах, который заставил Таю остановится и съежиться.       Оглядев осколки еще немного, она тут же собралась пойти дальше, как вдруг до ее ушей предательски донёсся ещё один звук.       Голова рефлекторно повернулась в сторону, глаза прищурились: казалось, именно в гостиной почему-то свет горел ярче, чем во всем остальном доме.       – Здесь кто-нибудь есть? – произнесла девушка, делая два шага вперед.       Она могла поклясться, что слышала чей-то вздох или писк, что тут же затаился, стоило задать вопрос вслух.        «Либо я схожу с ума, либо…»       – Что за шутки?!       Тая остановилась посередине комнаты, прислушиваясь к каждому шороху, отказываясь верить в саму возможность того, что ей это все показалось.       Наконец, она расслышала.       Тихие, короткие выдохи, чье-то сопение. Еле различимое, но всё же звучное, если верить, пытаться понять, откуда оно доносится.       «Там что… кто-то есть… за диваном?»       – Майя? – она осторожно начала приближение, останавливаясь на мгновение и снова делая короткие шажки.       Всхлипы прекратились. Воцарилась все та же тяжелая, вязкая тишина, но девушка и не думала останавливаться.       «Не может быть»       – Майя? Это я, мисс Хикен. Я-       – ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ!       Громкий крик дал по нервам с новой силой, эхом отзываясь в каждом уголке черепа.       Педагог не успела среагировать: чужое тело выскочило из своего укрытия, со всей силы навалилось на Таю, сбивая с ног.       Комната завертелась перед глазами. Голова больно ударилась об пол.       Мисс Хикен рефлекторно дернулась вперед, попыталась подняться, но нападающий не дал ей этого сделать, прижимая своим весом.       В свете ламп глаза уловили блеск.       Блеск лезвия ножа.       Сердце пропустило несколько ударов. Приступ страха сдавил горло. Тая зажмурилась: руки инстинктивно закрыли собой голову, в попытках защитить хоть что-нибудь.       Лица коснулось что-то теплое.       Теплое, вязкое.       Отвратительно соленое на вкус.       На долю секунды Тая перестала чувствовать давление.       «Сейчас!»       Глаза распахнулись и выудили снова занесённое орудие. Резко подавшись вперед, педагог правой рукой все же смогла ухватить чужую тонкую кисть.       От неожиданности, человек, что не так давно придавливал Таю к полу, вскрикнул и отшатнулся назад.       – ОТПУСТИ! – знакомый голос мурашками прошелся по коже.       – О господи… Майя!?       Приложив еще больше усилий, мисс Хикен скинула с себя озлобленную ученицу и кое-как смогла подняться на ноги, однако последняя не собиралась отступать. Резкий выпад в сторону учителя: девочка вновь попыталась ухватить её за одежду.       – Майя! Приди в себя! – ладонь девушки рассекла воздух. Звонкая, увесистая пощечина пришлась точно по щеке «нападавшей».       Нож вылетел из неподготовленных рук, со звоном упав на пол, и Тая тут же оттолкнула ногой холодное оружие как можно дальше.       В груди что-то ухнуло, ужас холодным дыханием охватил с ног до головы, стоило ей присмотреться к своей ученице: тонкое, бледное тело тряслось, сгибаясь от явной, передаваемой боли, сжималось, чтобы свернуться на полу калачиком. Невооруженным глазом, Тая замечает большие синяки и порезы. Теперь, она видит. Четко и ясно.       – Пожалуйста… хватит… – жалобно проговорила Майя – Я больше не могу… я больше не выдержу… прекрати… прошу! Просто закончи уже все это! – голос сорвался в истерике. Громкие всхлипы разносились по комнате, звучали в каждом уголке дома.       Таю пробрала новая волна дрожи. Ком встал поперек горла, забирая возможность сказать хотя бы одно слово. Девушка попятилась назад.       Спина с глухим стуком и дребезжанием столкнулась с комодом. Глаза невольно оторвались от захлебывающейся в слезах девочки, переместив свое внимание на препятствие и, осмотрев его поверхность…       Наткнулись на то, что как раз и нужно было больше всего.       – Алло…? Это полиция…?       – Полицейский участок № 4, слушаем вас.