Только ты

      — Почему вы скрыли это от меня? — Бэйдоу заметно превышает, нахмурившись следя за дорогой.       — Чжун Ли попросил меня молчать, — Нингуан качает головой. — Да и что бы ты сделала?       — Что бы я сделала? — усмехается Бэйдоу. — А что можешь сделать ты, что в первую очередь он пришёл к тебе?       — Он пришёл ко мне как к другу.       — Что мешало прийти в полицию как к другу? — она медленно выдыхает, и этот выдох насквозь пропитан разочарованием, — Теперь это касается не только Чжун Ли, но и Елань. Она же лёгкая мишень. Вы этого не понимаете?       — Какая мишень? Ты о чем вообще? — Нингуан раздражённо захлопывает бардачок, не найдя в нём сигарет.       — Она у всех на виду, все о ней знают. Любую информацию найти в два счета...       Бэйдоу замолкает, крепче сжимая руль.       — Я волнуюсь за вас, — неожиданно тихо говорит она, — Боюсь, что они доберутся до тебя. Эти коды не просто так написаны на финском.       Нингуан достаёт из сумки электронку и закуривает, обдумывая слова Бэйдоу.       Конечно, всё неспроста. Не может быть такого точного совпадения. Тот, кто пытался убить Чжун Ли, наверняка знает о его связи с Волей Небес.       — Они знают, что мы знакомы. Более того, — Нингуан выдыхает сладко пахнущий пар в салон. На окнах образуется конденсат, и она проводит по стеклу пальцем, — За Чжун Ли ведётся слежка.       Машина тормозит у перекрёстка, дожидаясь зелёного. По пешеходной дорожке бегут люди.       — С чего ты взяла? — Бэйдоу откидывается на спинку сидения, затягиваясь из протянутого Нингуан аегиса.       — Бумажку оставили на его лобовом стекле. Так, чтобы по камерам не палиться – ночью. Значит, они проследили за ним и выждали подходящего, момента. Зеленый, кстати.       Глаза Бэйдоу сужаются, но она по-прежнему молчит.       — Может быть, в его машине установлен жучок. Есть какой-то способ проверить это? Бэйдоу, — Нингуан непонимающе вглядывается в быстро сменяющие друг друга улицы за окном. — Нам не туда.       — Я знаю. — одними губами отвечает Бэйдоу.       Нингуан следит за её взглядом, направленным в зеркало заднего вида. Из-за положения зеркала увидеть в нём что-то с пассажирского сидения невозможно, поэтому ей приходится повернуться назад к заднему стеклу.       — Что такое?       — Этот серый Ниссан следует за нами уже несколько кварталов.       Нингуан вглядывается в обычный ничем не примечательный автомобиль. Водитель умело держится на расстоянии, не позволяя разглядеть своё лицо.       — Держись крепче.       И Бэйдоу резко выкручивает руль, вжимая газ. Машина с пробуксовкой срывается вперед, оставляя за собой чёрные следы.       — Что ты делаешь? — испуганно спрашивает Нингуан, вцепившись в кожаную отделку кресла.       — Пытаюсь оторваться.       Нингуан в немом шоке следит за быстрыми движениями её рук, вращающих руль со скоростью света. Бэйдоу сдувает чёлку со лба, неотрывно наблюдая за дорогой.       Они сворачивают на Гольджин, где обычно редкий поток. Полупустой трафик позволяет ускориться, хотя стрелка на спидометре уже зашкаливает.       — Где он?       Нингуан оглядывается.       — Сзади.       Газ в пол, мотор рычит, скорость растёт, картинка за окном меняется так быстро, что кружится голова.       Нингуан вжимает в кресло. В голове каша. Всё, что волновало её раньше, сузилось до размеров макового зернышка.       — До сих пор?       Она оглядывается назад, где серого Ниссана уже не оказывается.       — Нет. Видимо, отстал.       — Хорошо. — Бэйдоу выдыхает, чуть сбавляя скорость. — Сейчас мы ещё немного попетляем, чтобы наверняка.       Нингуан, несмотря на то, что они уже оторвались, продолжает сбивчиво дышать. Каждый вдох даётся с трудом, лёгкие будто стянуло острой проволокой.       — Всё в порядке? — звучит обеспокоенный тон.       — Всë... — Нингуан зажмуривается, прерываясь на полуслове.       — Дыши, дыши. Если хочешь, можем остановиться.       — Не нужно. Меня просто немного укачало.       Бэйдоу тёплой ладошкой поглаживает её по спине, и улыбается, будто ничего и не было. ———       Нингуан помешивает чай, смотрит в отражение и видит своё бледное лицо. Её уже не колотит, но голова по-прежнему разрывается от навязчивых мыслей.       Кто это? Что ему надо? Почему именно мы?       — Номер запомнили? — серьёзно спрашивает Елань, осторожно обнимая Нингуан за талию. Она такая нежная сейчас, целует её в висок, аккуратно отодвигая пряди.       — Его не было. — Бэйдоу из-под ресниц наблюдает за двумя женщинами, уверяет себя, что не ревнует, молчит, когда ей столько хочется сказать.       — Машина какая?       Нингуан, наконец, подаёт голос:       — Серый Ниссан, битая фара. Можно как-то отследить его?       — Нет, конечно. Таких Ниссанов полно в Сан-Диего. Да и то не факт, что он отсюда. — отвечает Бэйдоу быстрее, чем Елань успевает открыть рот.       Нингуан оживляется, выпрямляясь в кольце мягких рук. Делает глоток горячего чая, едва не обжигаясь, и озвучивает свои мысли вслух:       — Нужно проверить твою машину на жучок.       На лице Елань расцветает ухмылка.       — У меня, кажется, где-то в гараже анти-трекер завалялся... Можно поискать.       — Откуда он у тебя? — Бэйдоу скептически приподнимает бровь.       Елань цокает языком, закатывая глаза:       — Стащила из отдела, конечно же. Иногда от женщин отбоя нет – пытаются следить за мной. ———       — Ну что там? — Нингуан задирает голову, изо всех сил держа стремянку. — Мне уже надоело смотреть на твою задницу. Давай быстрее!       — Да? — сверху слышится приглушенный голос. Елань копается в высоком стеллаже, пытаясь из кучи барахла отрыть одно-единственное устройство. — Я думала, тебе нравится.       — Вот это ассортимент... — изумлённо протягивает Бэйдоу, стоящая чуть поодаль. — А почему в гараже?       — Что там? — голова Елань высовывается из-за пыльной полки. Её щеки заливает пунцовый румянец, когда она видит, что именно Бэйдоу имеет в виду. — Эй! Поставь на место!       Бэйдоу весело смеётся, перебирая в руках разные фаллоимитаторы:       — Длинные, гибкие, твёрдые... Цветные как мармеладки. О, а вот этот вообще монстр, — она достаёт из ящика большой розовый вибратор и сгибает пополам, — Он вообще влезает?       — Положи, где взяла, иначе мы это проверим! — опасно шипит Елань, и Нингуан чувствует, как она убивает Бэйдоу взглядом.       — Ну, я не против. А что у нас... — Бэйдоу нащупывает что-то не фаллической формы, — Тут?       В руке у неё маленький чёрный предмет с антенной и небольшим круглым экранчиком, напоминающий рацию.       — Что это? — недоуменно спрашивает Нингуан, отпускает стремянку и подходит ближе.       — Что он там делал?       — Отдай. — Елань выхватывает устройство. — Это анти-трекер, и я понятию не имею, что он там делал. Без вопросов. — и все они начинают смеяться.       Нингуан пожимает плечами и качает головой, улыбаясь Бэйдоу, ибо хранить целый секс-шоп в своём гараже – немного странно. Но не для Елань.       На улице холодно и очень влажно. Нингуан обнимает себя руками, чтобы унять дрожь. Помогает не особо. На её плечи ложится тяжёлая, приятно пахнущая стиральным порошком куртка.       — Замёрзла? Иди домой, погрейся. — Бэйдоу поправляет воротник её водолазки, тёплыми руками касаясь нежной кожи.       — Нет, все нормально. — Нингуан прижимается к женщине, покрасневшим носом утыкается в грудь. Бэйдоу плавится от близости, несмотря на минусовую температуру.       — Эй, голубки, дуйте сюда! — Елань выпрыгивает из «Инфинити» и машет им рукой.       — Сама ты голубок. — Нингуан сильнее кутается в куртку.       — Вот, как я и думала, — она с довольным выражением лица демонстрирует малюсенькую зелёную коробочку. — Самая простая плата, обнаружилась за несколько секунд.       — Как она оказалась в моей машине?       — Не в машине, а на машине, — Елань кивает в сторону капота, — Удивительно, что ты до сих пор не заметила. Засунули прямо под решётку, видимо, когда машина стояла в участке.       — Жесть, — констатирует Нингуан, придирчиво осматривая трекер. — И куда его теперь?       — Как куда? — Елань усмехается, коварно улыбаясь, — На тачку моего соседа, конечно же. Сварливый старикашка. Пусть за ним погоняются.       Бэйдоу обходит машину спереди, присаживаясь перед радиаторной решёткой. Там, где был жучок, на одном из зубчиков остались почти незаметные царапинки.       — Похоже, ты не очень-то им и нужна, раз они поленились потратиться на нормальную отслежку.       Бэйдоу закатывает глаза, громко фыркнув:       — Можем поговорить о моей популярности в другой раз. Помните, зачем мы сюда приехали? — она встаёт и оттряхивает руки.       — Точно, бумажка. Где она? — Нингуан высовывает нос из-за капюшона куртки.       Елань сует руку в карман и, покопавшись, вынимает из него смятую голубую записку.       — Вот.       — Дай сюда, — их пронзает острое любопытство узнать, что там зашифровано. И в то же время страх, что может быть что-то пугающее.       Нингуан пробегается глазами по тексту, которым вдоль и поперек исписан квадратик. Везде закорючки, непонятные символы, едва разборчивый почерк и вновь финские буквы, никак не похожие на предложения.       — Записывайте куда-нибудь, — и она начинает диктовать все повторяющиеся символы подряд. Буквы складываются в слова, и в её голове всё становится на свои места.       Два слова.       — Ну что? — Нингуан наклоняется в сторону Бэйдоу, держащей в руках свой неизменный кожаный блокнот. Увиденное ударяет тупой болью в виски.       surullinen loppu       — Surullinen loppu, — озвучивает она с родным акцентом, — Печальный конец.       В холодном воздухе повисает напряжённая тишина. Елань переглядывается с Бэйдоу, закусив губу, смотрит долго, неотрывно.       Бэйдоу видит, как стремительно темнеют еë выразительные глаза. У неё отчего-то щиплет в носу, когда женщина сокрушенно усмехается, утирая несуществующие капельки пота со лба.       — Класс, — Елань беззвучно смеётся в изгиб локтя. Худые плечи содрогаются в такт смешкам, и она, клянётся Нингуан, совсем не похожа на себя, совсем другая.       — Эй, — осторожно окликает её Бэйдоу, подходя ближе.       Елань убирает руку от лица, откидывая тёмные пряди, упавшие на лоб. Глубоко вдыхает, прижимая ладонь к задней стороне шеи, и прерывисто выдыхает в студёный воздух.       — Пиздец, — на выдохе говорит она, — Печальный, сука, конец.       Нингуан следит за её мерным дыханием, анализируя эти два слова. Кому это адресовано? Елань? Потому что на её двери? Потому что она служит? Кому так мешает её существование? Вопросы крутятся в голове, как назойливый рой, внутри что-то сжимается, слова не лезут из глотки.       — Да всё это просто запугивания. Детский цирк, вы не понимаете? — Бэйдоу кладёт ладони на плечи женщин, пытается улыбаться, но выходит лишь горькая усмешка, — Черт возьми... — дрожащим голосом шепчет она и порывисто притягивает их к себе.       Нингуан приходится чуть нагнуться, чтобы удобно положить голову ей на плечо. Ей тепло, комфортно, и почему-то совсем не страшно. Только неприятно зудит под ложечкой, отдаваясь пульсацией в затылке.       Елань утыкается в изгиб шеи, дышит быстро и поверхностно, другой рукой обхватывает Нингуан, чувствуя, как сжимаются её пальцы на своём запястье.       — Все нормально... Возвращайтесь домой, здесь может быть опасно.       — А ты? — Нингуан выглядывает из своего укрытия.       — А у меня пневмат, табельное, шокер и ружьё, — усмехается она, — Не думаю, что они настолько глупы, чтобы нападать на сотрудника органов. Ещё и в центре города.       — Нет, оставаться здесь опасно. Они знают, где ты живёшь, и могут в любое время нанести визит.       — Если потребуется, переночую в участке. Всё в порядке, правда. Я не боюсь каких-то заигравшихся клоунов, или вы сомневаетесь во мне?       — Перестань так улыбаться! — Бэйдоу тыкает её в бок, от чего она едва не подпрыгивает, возмущённо морща лоб, — Мы не сомневаемся, а просто переживаем за тебя!       — Я знаю.       Знаю. ———       Нингуан лежит на диване, перекинув ноги через спинку, листает новости в телефоне и подпевает песне. После душа она чувствует себя обновлённой, тело, наконец, расслабилось, а надоедливый комок мыслей распутался.       В окно стучат мелкие капли дождя, небо темнеет, расползаясь разводами, полумесяц закрывают сгущающиеся тучи. С каждым днём солнечный Сан-Диего становится всë холодней.       — Выглядишь потрясающе... — с улыбкой протягивает Бэйдоу, помешивая что-то ароматное на сковородке и втихую поглядывая на белые ножки, выглядывающие из-под халата.       — Ага, — довольно хмыкает Нингуан, дотягиваясь до аппетитной груши, безмятежно лежащей на тарелке. Впивается во фрукт зубами, ощущая сладкий вкус на языке, смакует, прикрыв глаза, и дразнит.       Дразнит безнадёжно очарованную женщину.       — Вампирша, — Бэйдоу снимает сковороду и, выключает плиту, — Какая же ты дразнилка, а?       Нингуан с лёгкостью поднимается, — приходится всего лишь немного напрячь пресс, что выходит у неё довольно элегантно, — и оказывается сидящей на спинке дивана с грушей в руках.       — Иди сюда, — Нингуан раскидывает руки в стороны, наклонив голову. Ей очень хочется чувствовать её тепло рядом, чувствовать себя защищённой.       — Как скажешь, принцесса, — Бэйдоу бросает лопатку в раковину и шагает в кольцо её рук, что сжимаются, коснувшись талии.       — Ты такая красивая, — Нингуан хихикает, — Красотка.       — Опять издеваешься, да?       — Не-е-ет... — она наклоняется и чмокает Бэйдоу в губы, — Правду говорю, — и снова чмокает.       — Давай уедем? — неожиданно предлагает Бэйдоу и, видя как округляются её глаза, добавляет: — Я имею в виду на время. Можно даже на день. Чисто развеяться, отдохнуть.       — А работа? Я уже не появлялась там несколько дней, что скажут мои подчинённые?       — Подчинённые... Звучит о-очень возбуждающе, — Бэйдоу закатывает глаза, язвительно кривя губы.       — Ну перестань, ты что, ревнуешь? — Нингуан щурит глаза, приподняв аккуратную бровь.       Знала бы, как.       — Может быть, — уклончиво отвечает она, — Так ты согласна?       — Развеяться?       — Ага.       — Ну... Ладно. Куда бы ты хотела? — Нингуан целует её куда-то в подбородок, откусывая грушу.       — Мне хочется абстрагироваться от всего этого, поэтому куда-нибудь подальше. Может, в соседний город?       — Лос-Анджелес, например? Можно туда, я была там в детстве. Только... — она сдувается, качая головой, — Мы же оставим Елань одну.       Бэйдоу закусывает щеку изнутри, тоскливо уставившись в её красивые глаза. Она правда ревнует, но одергивает себя и понимает, что это глупо. Елань, в первую очередь, — их дорогой друг.       Просто не забивай себе голову.       — Она же сказала, что справится сама?       — Да, но... — Нингуан понуро опускает плечи, — Это всё равно эгоистично. Мы будем развлекаться, пока она будет в опасности?       — Мы можем пригласить её с собой, — роняет Бэйдоу, прежде чем успевает подумать. Она мысленно даёт себе подзатыльник, прикусывая язык, чтобы больше не наговорить ничего лишнего.       — М-м... И мы сможем повторить тот неудавшийся вечер... Я согласна, — выпаливает Нингуан, — Да ладно, просто так будет спокойнее, — серьёзно добавляет она.       — Значит, Лос-Анджелес?       — Значит, да. ———       Бэйдоу складывает вещи в маленький чемодан, упихивая, как придётся. Главное — взять служебную форму. Благодаря ей у них появятся некоторые привилегии.       Нингуан в другой комнате разговаривает с Елань по телефону, уговаривая её поехать с ними. Та, естественно, упорно доказывает свою точку зрения, что ей нужно остаться, потому что работа и всё такое... Никто её не слушает.       Бэйдоу не может точно определить своё состояние: и счастливое, потому что на время покинет душный город, ставший опасным, и печальное, потому что не только вдвоём.       Она смотрит в своё отражение на крошечной собачке молнии и видит эгоистку с завистливо горящими глазами. Ей ревностно каждый раз, когда чужие губы касаются нежных мягких губ Нингуан, чужие руки ложатся на её бархатную кожу, а чужой голос нашептывает сладкие словечки на ушко.       — Она согласилась, — Нингуан выглядывает из-за двери и, широко улыбаясь, подходит сзади.       — Ещё бы она не согласилась, ты же её заставила, — Бэйдоу со вздохом качает головой.       — Ну и пусть. Она сказала, что подъедет через несколько минут.       — С вещами? Так быстро?       — Ну, да. Я уже тоже всё собрала. Не возражаешь, что я украла у тебя несколько рубашек? Они пахнут тобой, — Нингуан опускается на колени за спиной Бэйдоу, массируя её напряжённые плечи.       — Очень возражаю.       Через несколько минут на пороге дома появляется Елань. В чёрном приталенном пальто и высоких сапогах она выглядит невозможно по-деловому, будто на собеседование, а не на отдых. И пахнет от неё так же: резкий, насыщенный аромат одеколона.       — Вы готовы? — спрашивает она, волоча за собой чемодан, — Кстати, Бэйдоу, не поможешь?       Бэйдоу стонет, уже нагруженная двумя тяжеленными чемоданами. Точнее, тяжёлый из них только один — Нингуан, но она так мило попросила помочь, сказав, что сильные женщины ей нравятся, что Бэйдоу не смогла отказать.       — Я думала, сладкая парочка решит сбежать вдвоём. Но вы позвали меня. В чем подвох? — ворчит Елань с заднего сидения, сложив руки на груди. Она, кажется, всё ещё недовольна тем, что машину ведёт Бэйдоу.       — Язва, — цокает Нингуан, закатив глаза, — Мы переживали за твою задницу. Нет никакого подвоха.       — Невероятно, — Елань качает головой, разводя руками, — А кто полчаса назад обещал жаркий лесбийский секс под покровом ночи в лучшем отеле ЭлЭй?       Бэйдоу сдерживает смех, искренне удивляясь способности этой женщины обратить всё в шутку. Невзирая на обстоятельства, она всегда по-своему оптимистична, саркастична в высказываниях и иронична в юморе. Может поэтому вокруг неё всё время так много людей?       — Ну, это не подвох, — Нингуан улыбается шире, кладя руку на колено Бэйдоу, — А наоборот бонус.       Чем дальше тянется дорога, тем разносторонней становятся их разговоры. Нингуан рассказывает о своей работе, со светящимися глазами отмечая мельчайшие детали. То, как активно она жестикулирует, перечисляя последние произошедшие события в компании, приводит женщин в умиление. Может же быть человек чем-то настолько поглощен...       Елань и Бэйдоу делятся тайными подробностями со службы. Говорят, что на самом деле всё не так круто и пафосно, как в гангстерских фильмах, что получить пулю – больно, словить её – невозможно, выжить с простреленной башкой – тем более.       — Вообще, можно, — с умным видом заявляет Елань, — Если пуля войдет в лоб и вылетит из затылка, то нарушится работа только одного полушария. Там уж мозг сам подстроится, если повезёт. И не смотрите так на меня. — она пожимает плечами, — Я проходила курсы оказания первой помощи.       Едва она успевает закончить фразу, как сильный толчок, сопровождаемый громким треском, заставляет её по инерции впечататься в дверь. В ушах звенит оглушающий визг тормозов, а глаза слепит мощная фара надвигающейся фуры.       Снова резкий толчок, удар, всё вокруг мелькает с бешеной скоростью, переворачивается с ног на голову. Бэйдоу рывком прикладывает к рулю, Нингуан тянет куда-то вперёд, тут же отбрасывая назад.       Бэйдоу отключается на несколько долгих мгновений. В ушах стреляет тупой болью, по лбу течёт что-то тёплое, лёгкие отказываются дышать. Адреналин, бурлящий в крови, вынуждает проснуться, утерев капающую с лица кровь.       — С-сука, — шипит она сквозь зубы, касаясь холодными пальцами неровных краев раны на лбу.       — Бэйдоу!       Нингуан вскрикивает. Яркий белый свет режет ей глаза, не даёт понять, что происходит, не даёт сфокусировать зрение и даже глотнуть воздуха. Огромная многотонная фура стремительно надвигается, намереваясь раздавить маленькую Инфинити.       Бэйдоу молниеносно нащупывает рычаг, заводит двигатель, и с визгом шин по асфальту выворачивает машину из-под колёс фуры, подставляя под удар самую заднюю часть корпуса.       Мгновение, и машина слетает с трассы, с грохотом ударяясь о жёсткую землю. Под капотом что-то вспыхивает, и ядовитый чёрный дым врывается в салон.       Нингуан закашливается, глаза щиплет и наворачиваются слезы, дышать отчего-то больно и нечем. Дверь рядом с ней распахивается, впуская внутрь чистый воздух, и Бэйдоу протягивает к ней окровавленные руки, помогая отцепить ремень и выбраться из машины.       — С-суки... — вырывается из Нингуан, прежде чем она рухнет на землю, как подбитый зверь. Её тошнит, дерет горло, во рту вкус желчи, дыма и металлический – крови.       Бэйдоу плюет на острую пронзающую боль в области бока, оббегает машину, дёргает за ручку двери, пока та, наконец, не поддаётся и вовсе не срывается с креплений.       Задние сидения все в крови. Пахнет кровью, ладони скользят, при попытке ухватиться за кресло. Елань без сознания. Не приходит в себя, даже когда Бэйдоу сильно трясёт её за плечо. Она хватает её под поясницу и выволакивает из машины, стиснув зубы от боли.       Как только они оказываются вне зоны поражения, Инфинити взрывается, разлетаясь щепками на тысячи кусочков.       — Она жива?! — кричит Нингуан, подлетая к безвольному телу Елань, царапая коленки и совершенно не обращая внимания на собственный кровоточащий затылок, — Скажи, что она жива! Бэйдоу! Ну же!       Бэйдоу нащупывает вену на бледной шее и замирает. Под пальцами ощущается слабая, неритмичная пульсация.       — Жива. В отключке, — сиплым дрожащим голосом еле выговаривает она, пытается справиться с нарастающей паникой, судорожно глотая кислород, — Вызови... скорую...       Нингуан что-то быстро говорит, — она не понимает что, — достает из кармана уцелевший телефон, плачет, дышит рвано, мажет кровью по экрану и всё же набирает номер скорой.       Бэйдоу трясёт. Холодный ужас сковывает тело, подбирается к горлу и душит когтистыми лапами, вцепляется в кожу, выворачивает наизнанку, перекрывает кислород. Тело не слушается, продолжая напоминать о ранении, голова вот-вот взорвётся от пульсирующей боли, всё вокруг стремительно темнеет, окрашиваясь в нездоровый фиолетовый цвет.       Она без сил ложится на землю, на сырую холодную пожухлую траву. В гудящей голове, как мантра, звучат бесконечные обрывки воспоминаний...       кости брошены       этот серый ниссан следует за нами уже несколько кварталов       жить становится всё интереснее       меня пытались убить       о чем молчит гестапо       давай уедем       И Бэйдоу не справляется, чувствуя как по щекам текут обжигающие слезы.