Ant gyvenimo bangų

Кому первому пришла в голову мысль набрать шишек в перелеске, выясняли потом долго. Актёры покрывали друг друга как могли. Но факт оставался фактом: война в шишки была потом продолжена с гораздо бо́льшим ажиотажем, нежели пальба из казённого оружия. - Получи, фашист, гранату! - Андреев открыто веселился, ибо снял надоевший протез и мог бегать наравне со всеми между деревьями. Где-то недалеко раздавался задорный смех Лаанеметса: тот удирал от Плавинса, набравшего целую горсть шишек и упорно преследовавшего парня. - Дети! - улыбалась одна из гримёров, со стороны наблюдая за творившимся безобразием. К обстрелу шишками мало кто подключился из съёмочной группы: у них хватало своих забот. Фридман пока сквозь пальцы смотрел на эту войнушку, ибо обсуждал со сценаристом детали постановки следующей сцены. Словом, никто не мешал взрослым мужикам развлекаться как детям, отыгрываясь за недавнее показное сражение. Пока не обнаружилась закономерная случайность. - Ну, вот кто просил бежать через заросли орешника?! - ворчал под нос дежурный врач, обрабатывая потом ссадины и царапины, порождённые случайными столкновениями с ветвями кустов и деревьев. - Хоть глаз не выкололи! А вы-то, понас Норейка! Я думал, вы как временный врач удержите своих товарищей от влезания в кустарник! Или вы, господин Андреев!.. Обширная компания не выглядела виноватой, скорее, делала вид, что признаёт свою вину. Зато у всех без исключения в глазах плясали весёлые чёртики. Когда к вечеру, после завершения съёмочного дня, игра в шишки повторилась, врач вооружился зелёнкой вместо йода. Селютин, коему царапины обработали первому, успел предупредить остальных, дожидавшихся своей очереди после Томкуса. В итоге, когда врач после ухода того выглянул из палатки, то обнаружил пустую поляну и стоящего посередь оной Михаила, на лице которого при свете фонарей красовались пара зелёных пятен и крайне довольная ухмылка. - Где все? - потребовал врач у него. - Так они теперь в прятки играют! - Селютин развёл руками и бочком, как и Томкус, покинул место действий. Кто-то из съёмочной группы сдавленно хихикнул, но и только. Витаутаса с Михаилом, покрытых частично зелёнкой, на следующий день не снимали крупным планом. Но ёрничали все, кому не лень, называя их "пятнистыми". А война в шишки и последующие прятки от дежурного врача были продолжены и в последующие дни.