Ant gyvenimo bangų

Над фрагментом с акулой, двигавшейся благодаря сигналам встроенного радиолокационного маяка, думали недолго. Побеседовав с парой океанологов, обитавших в Ялте, сошлись на молодой особи акулы-лисицы, завсегдатая поверхностных атлантических вод. После чего отправились за тушкой оной в музей. Бумаг о сохранности экземпляра было подписано немало, нервов оказалось потрачено столько же, пока наконец им не вручили заветное чучело. После чего пробил "час Кусто": в акулу надёжно сунули внутрь и закрепили маячок, установили автоматические пружины для движения челюстей и - оставили на палубе под брезентом до назначенной сцены съёмок. Разумеется, долго чучело акулы без дела не лежало. - Так. Это что вообще такое? Авенс глубокомысленно оглядел выглядывающую из-под стола в матросском кубрике акулью морду. Поскрёб щетину на подбородке. - Правильнее будет спросить, кто именно, - заявил он Масюлису, стоящему чуть впереди, но тоже у порога. В другой раз акулу обнаружили на камбузе. - Да вот, уху надумал делать! - развёл руками Андреев, даже не пряча ухмылку. - Сейчас американца позову! - в голосе Норейки звучало ехидство. - Зови, - поддержал Пикялис замысел Бориса. - Мы с ним поделимся! Миг, другой, и все трое весело прыснули, сознавая комизм ситуации. И всё же Лаанеметс опережал всех с проделками в обнимку с чучелом. - Четвёртый раз повторяю: когда ты это проделал? Ааре поднял голову. Акула, раззявив зубастую пасть, почти осмысленно взирала на него и разыгрываемых, торча меж приоткрытых оконных створок салона. - Когда мы эту рыбину сдадим обратно в музей? - риторически вопросил Алёшин у коллег, тоже разглядывая тушку оной. Нет, всё-таки с определённого ракурса акула походила на таран морского образца! - Завтра к вечеру должны вернуться, - припомнил Грамматиков. Лаанеметс еле сдержал смешок. Затем звук боли: в затылок ткнулись сразу три сильных пальца, заставив схватиться за ушибленную точку. - Вытаскивай! - скомандовал ему Урманавичус не терпящим возражений тоном. Парень вздохнул. Мало жалея о своих проделках: поражённые лица товарищей стоили всех воспитательных тычков и затрещин!