ЛИР

Лео              Я очнулся, ощущая нихрена не лёгкое тело Ромы на себе. Нифигово так нас накрыло! Со мной всякое бывало, но отрубиться от оргазма это что-то новенькое.              Немного полежав, пытаясь придти в себя, я толкнул его легонько в плечо, не в силах говорить — во рту пересохло и горло болит.              Рома открыл расфокусированные глаза, пару раз хлопнул своими ресницами длиннющими и… Опять врубил своё безразличие, после, не смотря в глаза, встал.              Выбросил снятый презик и, вернувшись ко мне, лёг рядом и всё бы норм, если бы не покерфейс и взгляд потухший.              — Прости, — выдал он для полного моего аута, а у меня нет сил не то, что помыться, а даже воды себе налить, про копание в чувствах и говорить нечего, поэтому я не сразу понимаю к чему он вообще говорит и что от меня хочет.              — За глоток воды прощу всё, и ещё немного, — все же выдохнул я, охренев от своего хриплого голоса.              Рома опять встал и, налив в кружку жижи, подал мне, а я и взять то её нормально не могу, руки трясутся как у треморного.              С помощью святого духа, не иначе, я умудрился выпить залпом стакан, ничего не пролив.              Фух.              Так намного легче.              Запоздало до меня дошла мысль о том, что Рома с какого-то хрена просит прощения. Не за сушняк же. Чёрт, чё у него в голове?              — Прости за что? — на всякий случай уточнил я, не теряя надежды на то, что мне послышалось.               — Ты мне доверился, а меня совсем накрыло и я мог сделать что-нибудь неприятное или болезненное, — ответил Рома, даже не смотря на меня, сидит себе, деловой, стену буравит.              — Ты идиот? — сорвалось с моих губ прежде, чем я успел обдумать нормальный ответ. Мышкин хобот, после произошедшего думать было совсем тяжко!              — Да? — то ли спрашивает, то ли утверждает, на что я хмыкаю:              — Ага, идиот. Мой любимый идиот. Иди давай сюда, мне как минимум ещё минут пять надо, прежде чем я сам смогу встать.              Он, к счастью, выполнил мою просьбу, лёг рядышком и обнял меня, после чего спросил:              — А зачем тебе вставать?              — Помыться? Или тебе нравится спать липким? Я, конечно, заметил у тебя сегодня пару фетишей, но мне кажется это уже точно перебор.              — Нет, но вставать мне не нравится больше. Сейчас.              — Ром, посмотри мне в глаза. Пожалуйста.              Он неуверенно выполнил ещё одну мою просьбу, и я честно старался не материться, не бить его подушкой и не делать ничего, что бы он мог не так понять. А хочется. Вздохнув, я собрал мысли в кучу и максимально серьезно сказал:              — Это был самый шикарный секс в моей жизни. И, если ты вдруг надумаешь себе какой-нибудь фигни и решишь больше не повторять, извинения тебе не помогут. Я не девушка, не ваза, не нежный лютик. Я люблю пожестче. И я люблю тебя. А когда то и это вместе, то я готов умереть от восторга. Понятно объясняю?              — Ага. Но умирать не смей! Что же с тобой в следующий раз будет, когда я решу попробовать что-нибудь ещё?              — Воскресну, — беззаботно махнул я рукой я. — Но ради моей психики, предупреждай о своих задумках как-то заранее! Я ж чуть от стыда не сгорел!              — Тогда это не было бы сюрпризом. Не смей меня стесняться! Если тебе не нравилось, ты мог просто сказать.              — Да я не то что тебя, я просто… пфф, — как же сложно то, о таком даже говорить некомфортно. — Не знаю как объяснить. Это странно. Я был не готов. И это было феерично. Блин, я краснею, даже говоря об этом! Как девица в первую брачную ночь! Ужас, до чего довёл меня!              — То ли ещё будет… — пообещал загадочно и начал подниматься. — Всё, вставай, пошли.              — Ты меня пугаешь, — буркнул я, но поплёлся за ним. Задница болезненно взвыла. Мда, всё-таки переборщили.              — Я буду стараться, чтобы тебе понравилось.              Стараясь не особо ковылять, чтобы Рома опять там себе что-нибудь не додумал, я добрался до душа, проклиная эту сраную лестницу. Как можно было душ и туалет сделать настолько далеко от спальни? Мне нравился его гараж, но душ — это прям гигантский таз дерьма в бочке меда.              Рома всё же обратил внимание на моё недовольство и серьёзно сказал:              — Когда-нибудь у нас обязательно будет нормальный дом.              — У нас?              — Да. Есть возражения?              Вообще были. Главное — я не планировал доживать до этого чудного мгновения. Но Роме я, конечно же, об этом не скажу, лишь поцелую. Поцелуй вообще отлично помогает не сболтнуть лишнего.              ***       Паук              Я открыл глаза и потянулся. Мышцы слегка ныли, но ничего не болело.              Наконец-то.              Лео спит рядом, смешно свернувшись калачиком, и я решил его порадовать, ну или хотя бы попытаться.              Встав, я только сейчас обратил внимание, что вещи раскиданные мной вчера, пропали. Они нашлись в шкафу, из которого я вытянул чистые боксёры и оглядел кучу не моих вещей. Серьёзно, кучу вещей. Их в три раза больше чем моих!               Окей, я не против, но он что сюда всё притащил? Зачем вообще такое количество?              Ладно, хорошо, опустим это.              Открыв холодильник, я понял, что Лео у меня ну очень хозяйственный. На все руки мастер прям. Всё маленькое пространство забито под завязку всякой всячиной. Как ещё дверца не отвалилась, не понятно.              А что готовить-то? Надо книжку что ли себе какую прикупить. Или хотя бы загуглить как это делают нормальные люди.              Блядь.              Что он вообще любит есть?              Я точно имбецил. Почему я никогда не интересовался?              Я вздыхаю, еще раз оглядываю еду и решаю приготовить омлет. Да, потому что я такой индюк и не умею готовить практически ничего.              Достаю всё что нужно, еще и колбасу с помидорами. И принимаюсь за дело, одновременно с этим ставлю чайник.              Хочу сварить кофе в турке!              Да, у меня есть турка. Но понимаю, что вообще не знаю как это делать.              Интересно, где мой телефон? Скорее всего в вещах внизу. Если я уйду, яичница сгорит, Лео проснётся от запаха гари и я всё испорчу. Нет, не пойду. Буду действовать на глаз.              Две ложки кофе, вода. А сахар? Он любит сахар? Блядство! Кладу еще ложку сахара, ставлю на плиту и жду неизвестно чего.              — Кажется, у меня тоже появился новый фетиш, — вдруг слышу я голос за спиной, и от неожиданности чуть не переворачиваю эту блядскую турку.              Резко оборачиваюсь и вижу довольного Лео, который, нагло развалившись на диване, совсем не сонно смотрит на меня.              Мудак.              — Хорошо, что ты не знаешь реальные мои кинки. Они бы распугали блядских розовых феечек в твоей голове. Вставай давай и помоги мне, блять.              — О-о-о, — тянет Лео, сверкая глазами. — Ты же понимаешь, что теперь просто обязан мне о них рассказать?              О, да, я прям представляю этот диалог. У меня встаёт, когда ты измазан чужой кровью и суровый как Дьявол. А что нравится тебе? Нет, я даже представить не могу его ответ.              Что ему нравится?              Ладно, кроме того, что я мучаюсь и пытаюсь приготовить какое-то подобие еды?              Кофе собрался свалить из турки, но я вовремя это заметил и поднял её с плиты.              — Хватит валяться!              — Блин, Ром, а можно я тебе розовый фартук припру? Ты будешь в нём тако-о-ой сексуальный.              — Нет! Я задушу тебя им же.              — Ну вот. Никто не хочет выполнять мои скромные сексуальные фантазии. Жизнь боль.              Охуевший!              Наливаю кофе в новую кружку, а на ней медведи держатся за лапы друг друга, супер милые прям, у меня раньше таких вещей и рядом то не было. Закрываю глаза, но не комментирую и ставлю напиток перед парнем на стол. Омлет уже тоже готов, накладываю и подаю.              Ой, всё, перебор! Лучше карбюратор перебрать, чем это!              Заваливаюсь на диван, так и не сделав себе чай, а Лео, всё так же улыбаясь, встаёт, абсолютно голый между прочим, и потягивается. Ловит на себе мой заинтересованный взгляд, но не обращая на него внимания, тянется к своему рюкзаку, который уже начинает меня пугать. Кроме него у Лео с собой обычно ничего нет, а значит именно в этой бездне он приперает ко мне эту гору вещей.              Как в воду глядел. Лео достал зубную щётку, розовое!!! полотенце и, сука, тапочки с помпоном! Синие пушистые тапки с помпоном!              — Ты ведь понимаешь, — спрашиваю, наблюдая за этим кошмаром. — Что если это кто-то увидит, то гараж сожгут вместе с нами?              — Не, ты нас точно спасёшь! — подмигивает он мне и… слинивает из комнаты.              Ну, вообще-то да, спасу. Тут есть люк, но не хотелось бы. Не хочу терять свой гараж. И бежать из города тоже как-то не прикольно.              Я всё-таки встаю и завариваю себе чай.       Возвращается Лео минут через десять, умытый, довольный, без трусов, но в тапочках.              Ты щас допрыгаешься тут! И будешь сам виноват!              Долго любоваться столь чудесным видом не получается — Лео залазает в шкаф, берёт там свои трусы, и, почему то мою футболку, но я только за. Быстро одевшись заваливается обратно на кровать и с удовольствием вдыхает запах кофе.              — Спасибо! — мило улыбается чудовище.       Я хочу его укусить. И поцеловать. И долго-долго обнимать.              Но я ничего не делаю, просто любуюсь, как он ест. Будто это и правда съедобно.              — А ты чего не ешь? — замечает он.       — Не хочу.              Я о себе даже не подумал, хотел его порадовать.              — Меня напрягает твоё отношение к еде. Ты собрался помереть до тридцати от язвы?              — Не планировал. Я просто привык есть мало и редко.              От дальнейших расспросов меня спас стук в ворота. Чмокнув Лео в макушку, я натянул джинсы, толстовку и спустился вниз.              ***       Лео              — Привет, я от Артура, — услышал я голос, когда Рома открыл дверь, — Я звонил, ты не отвечаешь.              — Телефон далеко. Чё хочешь?       — Печка потекла. Сделаешь?       — Надо посмотреть. Завози, сделаю диагностику и завтра дам ответ.              Поняв, что это просто очередной клиент, я перестал прислушиваться и возвратился к пересоленному омлету и сладкому кофе. Вообще я пью без сахара, но Рома так переживал, что я не смог ему об этом сказать. Доев, я помыл посуду, заодно протерев забрызганную плиту, и тут услышал шаги: Рома поднимался ко мне, проводив клиента.              — Лео, у меня есть к тебе серьёзный разговор.       — Ты меня пугаешь. Если чё, так и знай, это не я!       — Ты о чём?       — А ты о чём?       — О юристе.       — Каком юристе?       — Нотариальном, наверное.       — Если ты мне нормально расскажешь суть проблемы, наш разговор не будет похож на беседу пациентов психиатрического отделения, — и меня конечно прикалывают абсурдные беседы, но он вроде о чём-то серьезном хотел поговорить.              — Те документы, которые мы вчера забрали, это завещание. В общем, вот.              Рома протянул мне бумаги, и я, присев, начал читать. Это было завещание, составленное, судя по всему, его матерью. Насколько я понял, а я не очень хорош в таких вещах, его мама была единственным собственником квартиры, приобретенной ещё до брака, и она все полностью завещала единственному сыну.              — Ты не вступил в наследство?       — Вступил, но по праву наследования, а не по завещанию. Я тогда о нём не знал.       — Девять лет прошло… Слушай, это срочно? Ждёт до понедельника?       — Ага, наверное.       — Просто можно сразу пойти к нотариусу, но я бы сначала посоветовался. Есть у нас в универе один препод, кстати классный мужик, я ему в том году на даче помогал за зачёт. Если б ты мне копии сделал, я б с ним в понедельник перетёр. Можно и сейчас, но я вроде как на больничном.       — Сделаю. Спасибо. Ничего страшного, если я пойду поработаю?       — Если тебя не напрягает, что я тут буду один в трусах, то нет. Мне домой только к четырём, так что до двух могу покайфовать на этом прелестном диване.       — Я быстро.              Он опять чмокнул меня в макушку и ушёл работать. Я же довольно уставился на холодильник. Хер ты сдохнешь от язвы!              ***              Паук              — Блядь, да кто вообще так с машиной обращается? У него, что, руки из жопы растут? Еблан, сука, ты вообще знаешь для чего это нужно? — я негодую, проверяя тачку. Так засрать машину, это ж умудриться надо!              Дверь открывается и выходит Лео. Одетый! С рюкзаком, сука! Блять! Уже что, два?              — Только не говори мне, что уже пора.       — Не буду. Сам видишь, — пожимает плечами Лео.       — Не знаю, кто меня сейчас бесит больше — ты или тачка.              Я кидаю гаечный ключ на пол и тот раздражающе звенит.              — Ты похож на злого хомячка! — хихикает Лео, на меня своими лампочками сверкая.              — Откушу тебе ухо и будет не до смеха, — бурчу я на это.              — Во-во. Вылитый. А вообще, я поговорить хотел. Во-первых вот, — Лео протягивает мне конверт с деньгами, про который уже успел забыть.              — Во-вторых, меня напрягает, что у меня до сих пор нет твоего номера, а в соцсетях я тебя по имени не нашел.              — И не найдешь. Я только в вк. Был. Давно не захожу. Я там с тёлками только общался. Кому надо обычно приходят, до меня хрен дозвонишься, всё время забываю про телефон.              — А-а, то есть, если в очередной раз случится какая-нибудь шеболда, и мне придётся пропасть на недельку, тебе не сообщать? Ок, переходим к следующему вопросу…              — Ты охуел? Я тебя убью! Записывай!              Лео послушно достаёт телефон и вбивает нужные цифры, подписав меня «злой хомяк», после чего делает прозвон.              — Так вот, — продолжил он, как ни в чём не бывало. — Третий вопрос, точнее дело. Я сегодня привезу тачку, если всё пойдет нормально часам к одиннадцати-двенадцати. Необходимо будет перекрасить полностью и сменить номера. Номера я тоже привезу, а вот краска с тебя.              Блять, надо быстрее заканчивать с этой колымагой.              — Цвет?       — Чёрный. На работу будет дня четыре.       — Окей.       — И ты не мог бы вызвать мне такси?       — Руки грязные, возьми мой телефон и вызови. Вообще просто берёшь и делаешь, не спрашивая.       — Ну мало ли, вдруг тебе там девицы написывают, а я нечаянно увижу, и потом буду грустить?              Если ты не заметил, то мне нравится одна. С членом только. Зато с каким.              — Заодно их и пошлёшь.       — Ок, потом не говори, что это я виноват.              Лео забрал телефон и быстро вбил нужный адрес.              — Ну и последнее. Наверху, на плите кастрюля. Если ты не поешь, я приеду и всю тебе её залью в глотку с помощью воронки. Не поленюсь, специально заеду куплю. Привяжу тебя ремнями к трубе, и буду заливать до утра.              — Долбоеб помешанный. Поем я, поем. Всё, целуй и вали.              — Ты обещал! Не забудь. А чё, такси подъехало уже? Так-то холодно его на улице в одном свитере ждать.              — Целуй говорю!              Он и поцеловал. Да так, что это ещё таксисту пришлось ждать.              Пришлось срочно отмывать руки и идти есть, пока не забыл. Суп оказался вкусным: куриный с вермишелью. Вспомнил, что ел такой в детстве, аппетит пропал, но я всё равно доел свою порцию. Потом позвонил этому знакомому знакомого и сказал, что сделаю тачку раньше, пусть только переводит полцены и сможет вечером уже забрать.              Договорив, я отправился, времени не было ни-ху-я.