On the way to dreams

***

Вики Уокер представляла его совсем по-другому. Она не думала, что он будет таким молодым и вызывающе привлекательным. Мальбонте Уайт на вид было чуть за тридцать, не больше. Густые темные волосы, зачесанные назад, обрамляли его дерзкие скулы. Бледное лицо, широкие плечи, сильные руки. Роскошный костюм сидел точно по фигуре. Уайт тоже оценивающе оглядел ее с ног до головы, его черные глаза блестели. Вики собрала всю волю в кулак, чтобы просто протянуть руку для приветствия. От прикосновения его пальцев по спине девушки пробежали мурашки. — Как дела у… дедушки? — спросила она. — Как и следовало ожидать, — ответил. Он взглянул на одинокий чемодан, который стоял на тележке для багажа. — Это все? — В мои планы не входит задерживаться здесь надолго, — произнесла она. — Меня бы вообще сейчас тут не было, если бы родители не уговорили меня приехать. — Мило с их стороны. — Они хорошие люди, — ответила девушка. В ее глазах загорелись искорки. — Уверен, что это так и есть, — с холодной вежливостью кивнул. — Машина ждет. Он подхватил ее чемодан и быстрым шагом направился к выходу, девушка едва поспевала за ним. Его поведение оставляло желать лучшего, но девушка вполне могла понять его чувства. Она была гораздо ближе к роду Уайт, чем он — человек, носящий эту фамилию. Лимузин, припаркованный в зоне для особо важных персон, был длинным и черным. Из машины вышел шофер, одетый в униформу, и открыл перед ней дверь. Девушка проскользнула внутрь, чувствуя себя как настоящая королева. Это был совершенно иной мир. Мир, о котором она даже не мечтала. Мужчина сел рядом с ней и нажал на какую-то скрытую кнопку, стеклянная панель отделила их места от водительского сиденья. — Я полагаю, вы не родной моему деду, — осторожно начала. Он кивнул, тряхнув своими темными волосами. — Когда моя мать вышла замуж, мне было четырнадцать лет, а моей сестре — девять. Он дал нам свою фамилию. — Ваш настоящий отец не возражал? — Он умер. Моя мать вдова. — Простите. — Не нужно извиняться. Он был хорошим мужем ей и отличным отцом для меня и сестры. — Лучшим, чем для собственной дочери, — грустно усмехнулась Вики. Она отрицательно покачала головой, когда Маль хотел что-то сказать. — Я знаю, что она рано умерла. Письмо, которое Джек написал мне, все объясняет. Он настоял на том, чтобы Ребекка, моя мать, бросила меня, как только я родилась. Его тогдашняя жена, моя бабушка, умерла через год после того, как мою мать сбила машина. Через два года он женился на твоей матери. Уайт молчал некоторое время и поглядывал на Викторию с любопытством. — Кажется, тебя это все не очень беспокоит. — Я не вижу никакого смысла в том, чтобы оплакивать что-то, что произошло двадцать пять лет назад, — ответила девушка. — Мои родители чудесные люди. Они любят меня как родную дочь. — А если бы ты узнала, что тебя удочерили, прежде чем получила письмо от дедушки, ты, должно быть, заинтересовалась бы тем, кто твои настоящие родители. — Все может быть, — согласилась. — Но я бы никогда не стала разыскивать их, чтобы увидеться. Мы переехали, когда мне было всего несколько месяцев, поэтому меня не беспокоят какие-либо воспоминания. Он по-прежнему с интересом разглядывал девушку. У нее были каштановые волосы, которые делали удивительно выразительными ее голубым глаза. А, кроме того, маленький прямой носик и нежные губы. — Однажды я видел фотографию Ребекки. Ты очень на нее похожа. Вики почувствовала легкий укол в сердце. — Ты знал, что у нее был ребенок? — спросила она. — Я узнал об этом, только когда мне сказали, что включил твое имя в завещание, — ответил, покачав головой. — Наверное, это стало для вас настоящим шоком. — Конечно, — согласился он. — Я здесь не для того, чтобы заявлять о своих правах, если тебя это волнует, — гордо произнесла Вики. — Я более чем удовлетворена тем, что у меня уже есть. Большего мне не надо. — У тебя свой магазин одежды? — Он мой лишь наполовину, — ответила она, удивившись такой осведомленности. — Конечно, он не идет ни в какое сравнение с империей Уайт, но мне этого достаточно, чтобы твердо стоять на ногах. Однажды я даже останавливалась в одном из отелей, принадлежащих семье, — добавила она. — Очень мило. — Делаем для этого все возможное. Но сейчас ты будешь жить в нашем доме. — Твоя мать не против? — Нет, насколько мне известно, — улыбнулся. — Ты тоже живешь там? — поинтересовалась она. — Я живу в пентхаусе в нашем отеле. — Холостяцкая берлога? — С чего ты решила, что я не женат? — он одарил ее любопытным взглядом. — У незамужних женщин особое чутье в таких вопросах. — А ты сама так и не встретила того, за кого хотела бы выйти замуж? — на сей раз, улыбка задержалась на его лице надолго. — Я, как и ты, предпочитаю независимость, — ответила девушка. — По крайней мере, на данный момент. Аэропорт остался позади, машина ехала по шоссе. Со всех сторон их окружал город, Лос-Анджелес. Город, в котором она родилась. Вики до сих пор трудно было принять это. — Куда мы едем? — спросила она. Маль махнул рукой куда-то вперед. — Джек предпочитает жить за чертой города, подальше от смога. — Ты всегда называешь его по имени? — Он сам так хотел. Во всяком случае, от меня. Сестра зовет его отцом. — Как твоя сестра восприняла все эти новости? — Плохо. Она привыкла быть единственной любимицей в семье, — некоторое время он изучающе смотрел на девушку. — А ты не такая, как я себе представлял, — неожиданно заметил он. — Это хорошо или плохо? — Посмотрим, — ответил он, усмехнувшись. Вики, обрадовавшись разрядившейся атмосфере, немного расслабилась. Последние дни она пребывала в постоянном напряжении. Ей предстояла первая встреча с умирающим дедом. Она должна с этим справиться. Джек писал, что все, чего он хочет, — это увидеть ее перед смертью, услышать, что она простила его. Она выполнит его желание, хотя, быть может, это будет не совсем искренне с ее стороны. Дом, к которому они подъехали, был такой огромный, что мог бы вместить дюжину семей. Стены из белого камня были озарены поздним солнечным светом, с террасы открывался потрясающий вид на город. Навстречу им, приветливо улыбаясь, вышла женщина. Это была Агнес Уайт, жена Джека. — Сразу видно, что ты дочь Ребекки! — воскликнула она, обнимая Вики. — Спасибо, что приехала. Это так много значит для моего мужа! Он горько сожалеет, что вел себя так все эти годы. Если бы ты только могла простить его… — Я уже простила, — заверила ее. — Поэтому я сейчас здесь. — Где он? — спросил Мальбонте. — Он спит, — лицо женщины омрачилось. — Ему весь день ужасно нездоровилось… — Он поправится. Он всегда был сильным, — голос мужчины звучал уверенно. — А сейчас Вики, наверное, хочет отдохнуть. — Пойдем, я покажу тебе твою комнату, — кивнула девушке Агнес. Вики последовала за ней вверх по витой лестнице, чувствуя на себе пристальный взгляд Мальбонте. Она с облегчением вздохнула, когда они свернули в галерею. — Красивый дом, — произнесла она. — И такой огромный! — Он еще не слишком большой по сравнению с другими нашими владениями, — ответила Агнес, улыбаясь. — Вот мы и пришли. Надеюсь, тебе будет удобно. Спальня была размером с квартиру Вики. На возвышении в центре комнаты стояла кровать, убранная шелковым покрывалом. Комната была обставлена с исключительным вкусом. — Обед в восемь, — добавила женщина. — Но я могу попросить, чтобы тебе принесли что-нибудь, если ты голодна. — Нет, нет, — заверила ее девушка. — Я поела в самолете. Я первый раз летала первым классом. Не уверена, что смогу когда-нибудь еще сесть в «эконом», — рассмеялась она. — Сомневаюсь, что тебе придется снова сделать это, — улыбнулась та. — Спускайся, когда будешь готова. Мы будем на верхней террасе. Уокер закусила губу, заподозрив, что ее шутка была неправильно понята. Она приехала сюда не за финансовой поддержкой, а затем, чтобы воздать дань уважения умирающему, вот и все. Ей не хотелось становиться частью того мира, в котором жили эти люди. В действительности, чем быстрее она вернется к своей обычной жизни, тем лучше. Свалившееся на нее как гром среди ясного неба письмо Джека стало потрясением, как для нее, так и для ее родителей. Он писал, что обращается к ней только потому, что не может спокойно умереть, пока не убедится, что исправил то зло, которое причинил ей. Вики не хотела ехать, но воспитание не позволило ей отказать умирающему. В начале восьмого она спустилась из своей комнаты. В доме чувствовалась приятная прохлада, а на террасе, наоборот, было очень жарко, несмотря на раннюю весну. По всей территории были расставлены шезлонги с зонтиками. На одном из кресел в одиночестве сидел Маль Уайт. Закинув ноги на соседний шезлонг, он неспешно потягивал какой-то напиток. Увидев Уокер, он вежливо встал. — Оправилась после перелета? — В общем, да, — сообщила. — Хотя в Лондоне сейчас должно быть только три часа утра. — Всегда лучше побыстрее привыкнуть к разнице во времени, — сказал он. — Что ты будешь пить? — Чай, пожалуйста. Он подал знак человеку, который стоял возле двери, выходящей на террасу. — Когда я смогу увидеть дедушку? — спросила, решив не откладывать дела в долгий ящик. — Завтра утром. Сегодня он еще не готов встретиться с тобой. Прошло какое-то время, прежде чем она решилась произнести: — Сколько ему еще осталось? — Несколько недель. Может, больше. Может, меньше, — ответил, и глаза его потухли. — Но он не унывает. Надеюсь, в твои планы не входит довести его до инфаркта раньше времени. — Конечно, нет, — девушка старалась, чтобы ее голос прозвучал уверенно. — Я не хочу предъявлять никаких претензий. Через пару дней я собираюсь вернуться домой. С минуту мужчина изучающе смотрел на нее, а затем произнес: — Ты чертовски далеко ехала ради пары дней. — Не вижу ничего особенного. Я уже говорила, что ни на что не претендую, а лишь выполняю свой долг. Так что можешь не беспокоиться, все достанется тебе! — Думаешь, это все, что меня интересует? — подбородок Мальбонте вздернулся, а губы вытянулись в тонкую линию. — Я полагаю, что ты готовился стать единственным обладателем всего этого, — сказала она спокойно. — Вряд ли тебе удастся убедить меня, что ты с радостью поделишься со мной. — Я не собираюсь ни в чем убеждать тебя, — его голос был полон льда. — Можно к вам присоединиться или вы предпочитаете спорить один на один? — спросила Агнес незаметно приблизившись к ним. — Должна сказать, что для людей, которые встретились несколько часов назад, вы не теряли времени даром, а сразу сцепились! — улыбнулась она. Оглянувшись в сторону Мальбонте, Вики поймала ироничный взгляд его серых глаз. То, что он не поверил ни единому ее слову, было очевидно. Что ж, скоро он поймет, что она говорила правду. Через два дня она отсюда уедет. — Он достает тебя, так ведь? — спросила она девушку. — Ну… — выдавила улыбку. — Кажется, он думает, что я обманываю, говоря, что меня не интересует какая-либо финансовая помощь с вашей стороны. — Должна признать, что ты ведешь себя весьма необычно, — задумчиво проговорила Агнес. — Большинство людей, оказавшись в подобном положении, рьяно берутся за получение личной выгоды. — Я — не большинство. Естественно, я сожалею, что не знала мою родную мать, но я отлично жила с моими родителями. Я люблю их больше, чем кого-либо в этом мире. И мне не нужна за это компенсация. — Скорее всего, ты расстроишь такими словами своего дедушку, — произнесла Агнес. — У него полно планов на твой счет. — Тогда, боюсь, ему придется от них отказаться. Маль пристально смотрел в голубые глаза Виктории. В его взгляде было странное выражение. Девушка кивнула в его сторону: — Можешь думать что хочешь. — Расскажи мне о себе, — продолжала женщина. — Я знаю только, что ты окончила университет и сейчас у тебя собственный бизнес, но я хочу побольше узнать о тебе. У тебя есть молодой человек? — Нет, — честно ответила. — Я сама себе хозяйка! — Ну, это ненадолго. Ты очень красивая. — По голливудским меркам я вряд ли бы вошла даже в первую десятку! — рассмеялась она. — Если бы ты увидела всех этих голливудских красавиц без косметики, то, скорее всего, была бы шокирована, — парировала Агнес. — Макияж при верном освещении способен творить чудеса. Я не преувеличиваю. Девушка снова рассмеялась. Ей все больше нравилась мама Мальбонте. В отличие от него. — Кстати, Мальбонте, — Агнес оживленно повернулась к сыну. — Возьми как-нибудь Вики с собой на студию. — Судя по тому, что сказала мне, она не собирается задерживаться здесь надолго, — ответил он. — Полагаю, я успею посмотреть студию, — быстро откликнулась девушка. — Мне может никогда больше не представиться шанс посетить настоящую киностудию. Конечно, если ты очень занят… — Думаю, я смогу выкроить для этого время, — ответил, вздохнув. — Я договорюсь о встрече. Что ж, идемте обедать? Обед подали на другой террасе, расположенной позади дома. Все было приготовлено великолепно, и Вики наслаждалась бы вкусной едой, если бы не раздражающее присутствие Маля. Девушка постоянно ловила на себе внимательный взгляд его темных глаз, и кусок не шел ей в горло. — Когда я смогу увидеть Майли? — спросила девушка, чтоб хоть как-то поддержать разговор. — Когда она вернется из Сан-Франциско, — ответил Уайт. — Если она вернется до того, как ты уедешь. — Перестань нападать на девушку, — укорила его мать. — Она уедет, когда захочет, — Агнес посмотрела на Вики. — Думаю, тебе следует пойти в свою комнату и хорошенько отдохнуть. Завтра будет новый день. — Ты снова читала «Унесенные ветром», — прокомментировал ее сын. — Раз уж на то пошло, мне тоже пора ехать, — он встал, посмотрел на Вики и произнес: — Я сообщу тебе, когда поедем на студию. — Хорошо, — ответила девушка. Она слишком устала для того, чтобы придумывать какую-то колкость. — Тогда спокойной ночи. — Спокойной ночи. Уокер проводила его взглядом. С удивлением она отметила, что внутри у нее что-то дрогнуло — Маль был очень привлекательным мужчиной, пожалуй, самым привлекательным среди всех, с кем она общалась раньше. Забудь об этом, подумала девушка. Сексуальное влечение в такой ситуации просто немыслимо. — На самом деле он не такой жесткий, как может показаться сначала, — произнесла Агнес, наблюдая, как та смотрит на ее сына. — Я в этом не сомневаюсь, — улыбнулась девушка и прикрыла рот рукой, зевнув. — Давайте поговорим об этом завтра. Сейчас я даже думать неспособна. — Сможешь сама найти свою комнату? — спросила она. — Или мне проводить тебя? — Нет, нет, все в порядке, — Вики сейчас больше всего на свете хотела остаться одна. Она улыбнулась милой женщине. — Увидимся утром. Девушка обошла дом и легко нашла свою комнату. Кровать так и приглашала ее ко сну. Ей пришлось приложить немалые усилия, чтобы заставить себя умыться, прежде чем рухнуть в постель. Несмотря на то, что она смертельно устала, сон не шел. В голове кружились разные мысли. В семье родителей никогда не было недостатка в деньгах. Ее приемный отец был директором компании, мать написала несколько книг, которые хорошо распродавались, их дом был не хуже других. Но все же они жили не в таком мире, в каком жили Уайт. Может, она одна из них по крови, но она никогда бы не выбрала для себя такую жизнь. Пусть все достанется Малю…