Меж двух огней

Часть 1. Туше

Пролог

В аэропорту он заглянул в туалет. Оставив чемодан у двери, огляделся. Кажется, только одна кабинка занята, впрочем, целая кабинка ему не требовалась. Он шагнул к писсуару, расстегнул брюки и скосил глаза на карту города, которую держал в свободной руке. Жидкости в организме накопилось больше, чем он полагал. Выронив карту, справился с основной задачей, а потом наклонился за планом, пытаясь на ходу застегнуть брюки. Чья-то ладонь плотно закрыла глаза, а в следующий момент последовал не сильный, но ощутимый удар по голове, от которого тело обмякло, однако в сознании он остался. Почувствовал, как брюки скользнули вниз. Он дёрнулся, но напрасно. Тот, кто закрыл ладонью ему глаза, оказался сильнее, да и по-прежнему мышцы не слушались, даже рукой не шевельнуть. Настроение у него было ни к чёрту. Он заперся в кабинке туалета и достал особый косячок. Выкурить или не стоит? И услышал, как открылась дверь. Вот ведь не везёт! Выглянув в щель, увидел необычного юношу: черты лица восточные, золотисто-карие раскосые глаза в зеркале, а вот шевелюра ― ярко-рыжая. Парень крепкий, но изящный. И уронил из рук какую-то картонку, закусил губу. Усмехнувшись, он опустил взгляд ниже, отметил, как выразительно ткань облегает нижнюю часть тела. То, что надо. А если не захочет? А какая, к чёрту, разница? Ему требовалось нечто в этом роде. Слишком зол, но устроить драку сейчас нельзя, а вот так... Не первый раз. Хотя рыжий может шуметь или отбиваться, но если сделать всё с умом и правильно... Сноровку не пропьёшь. Когда странный азиат наклонился за упавшей картонкой, он метнулся к нему. Ладонью закрыл глаза, слегка ударил по голове, сдёрнул брюки, которые так и остались расстёгнутыми, вместе с бельём. Потом, приобняв за талию, увлёк в кабинку. Благо, кабинка достаточно просторна, чтоб тут развернуться. Рыжий невольно упёрся руками в крышку унитаза, дёрнулся, хотел повернуть голову. Ни черта! Демонстрировать своё лицо всем желающим не входило в его планы. Он быстро накинул на голову рыжему свою куртку, ещё раз приложил, тщательно контролируя силу удара, слегка надавил на спину, одновременно сражаясь с пряжкой ремня и молнией. Ударил он умело, в конце концов, мучить парня он не собирался, а на специалиста в таких вопросах рыжий не похож, стало быть, в первый раз. Ну да ничего, зато у него самого опыт имелся. После удара мышцы невольного партнёра расслабились, поэтому больно не будет. Кроме того, неприятности с властями никому не нужны, так что он всё равно собирался проявить осторожность. Думать больше не хотелось, злость мешала, потому он, закончив необходимые приготовления и убедившись, что мальчишке ничего не грозит, позволил себе действовать и решительно подался вперёд. Рыжий глухо вскрикнул от неожиданности и рванулся вверх... Он цепко удержал парнишку в нужном положении, начал уверенно двигаться, задыхаясь от желания выместить свою злость, передать другому, но всё же контролируя себя. Более того, на сей раз это было приятнее, чем раньше. В нос ударил слабый апельсиновый аромат. Невольно он чуть склонился, принюхиваясь. Ну точно, аромат исходил от рыжего парнишки, от его кожи. И тот тоже хрипло дышал, раскачиваясь от его толчков, глухо стонал и не оставлял попыток вырваться, но так даже интереснее. Хотя чего сопротивляется? Он вовсе не груб и уж точно не причиняет рыжему боли. Не останавливаясь, поймал чужое запястье и завёл руку за спину, ускорил ритм. Мальчишка что-то глухо бросил, с угрозой, но он не понял, язык незнакомый, потому слегка ударил по шее, чтоб тот угомонился, снова расслабился и не портил кайф. Заодно сменил позицию, дабы рыжему сложнее стало дёргаться: развернул и толкнул вперёд ― теперь тот стоял, упираясь ладонями в пол, и тряс головой, пытаясь прийти в себя от удара. Он тихо хмыкнул и, помогая себе рукой, вновь вошёл в рыжего, подался вперёд, возобновляя движения. Юноша покачивался вместе с ним, ладони скользили по полу. Иногда с губ мальчишки срывались сдавленные звуки, а когда плоть внутри напряглась и излилась спермой, тот охнул, потому что сам отреагировал так же, и едва не упал ― в один миг руки ослабли. Он подхватил рыжего и привлёк к себе, прижавшись губами к горячей шее. Оба задыхались и дрожали, словно на двадцатиградусном морозе. Трясущимися грязными ладонями мальчишка пытался отвести от себя чужие руки. Бесполезно, он ведь сильнее, чем этот юнец, хотя тот тоже не слабак. С досадой он улыбнулся и на этот раз сильно ударил рыжего ребром ладони по шее. Юноша обмяк в его руках. Он ловко усадил напарника на унитаз, вытащил ворох салфеток и принялся приводить себя в порядок. Потом снял с головы мальчишки куртку и надел, потянулся и фыркнул. Вот теперь хорошо. Задумчиво дотронулся пальцами до скулы рыжего. Тонкие линии, решительный подбородок. Вот чёрт... Совсем ведь не его излюбленный типаж, ну да ладно, зато разрядка получилась отличная и даже приятная. Ему понравились чётко очерченные губы на побледневшем лице. Неожиданно он наклонился и мягко поцеловал юношу. Хотя "поцеловал" ― сильно сказано, лишь попробовал на вкус ― сладко. И опять проклятый апельсиновый запах. Тихо выругавшись, он вышел из кабинки, заметил чемодан и перенёс его к владельцу, осторожно прикрыв дверь. Тут воруют. Вообще-то, он и сам хорош ― украл удовольствие, но кража вещей ― не его профиль. Он внезапно вернулся и сунул в карман на груди мальчишки пару крупных купюр. Глупо и не слишком-то красиво, но... Он и сам не понял, почему так сделал. С тихим стоном он пришёл в себя и содрогнулся. В голове что-то стучало. И ритм такой же... На миг показалось, что внутри него по-прежнему мягко двигается чужая часть тела. Мышцы только ныли, а вот голова и шея болели нестерпимо. Словно в тумане он помнил толчок, что-то горячее внутри и боль... Хотя нет, скорее неудобство, чем боль. Хуже всего то, что потом это... От этого... было приятно, больше, чем просто приятно. Приоткрыв глаза, он увидел на полу у двери доказательство того, что ему всё-таки было больше, чем приятно. Чёрт возьми! Его же банально изнасиловали в сортире! От этой мысли он дёрнулся, чтоб вскочить, но со стоном уселся обратно на крышку унитаза. Лихорадочно вытянул руку, нащупал салфетки и принялся вытираться с ожесточением. Но странные ощущения не пропали: затаились внутри и напоминали о себе при каждом движении. Потом он вышел из кабинки и задумался. Можно ли это назвать насилием? Собственно, синяков нет, следов удара тоже не видно, да и в итоге... Он покраснел, подумав о том, что получил в итоге. Только злость не проходила. Какая-то сволочь подстерегла его и воспользовалась ситуацией, дабы потешить себя. Его использовали! Словно... Шагнув к раковине, он включил воду и посмотрел на себя в зеркало. Внимание его привлекло нечто на груди. Из кармана он выудил... деньги? Это не его деньги! Свои он даже не успел обменять, а это местные. И внушительная сумма. Его действительно использовали в качестве... С рычанием он смял банкноты и швырнул в урну. Хотелось взвыть и прибить кого-нибудь, задушить, растерзать! Какого чёрта? Обратиться в полицию? Позор. И даже рассказать никому нельзя. Он просто не сможет. Это ведь не трагедия, но он же не такой! Всматриваясь в собственное отражение, он плеснул в лицо водой. Чёрт, да по нему же видно, что он... Он же выглядит не так! Кому вообще могла прийти в голову мысль сделать это именно с ним?! Он прикрыл глаза в попытке успокоиться и восстановить душевное равновесие.