Слижешь?

Середина теплого августа, теплый воздух проникает в каждую щель и окутывает тело. солнце безостановочно стреляет лучиками, выгоняя учениц с крохотного балкончика обратно в душное здание. Девушки расположились на излюбленной кухне, обсуждая всё подряд. За пару недель нахождения здесь, "школа пацанок" превратилась в дом: теплый и уютный. Казалось, что еще никогда Виолетта не была в месте, где ей так комфортно, где ей так рады. любовь поселилась где-то в стенах этого здания, и уходить не собиралась. теплейшие чувства к каждой из одноклассниц переполняли. Я дома. *** Смотрит на девушку, расположившуюся слева от нее: платиновые пряди слегка вылезают из-под кепки, которая, кажется, была неотъемлемой частью Киры - никогда та не снимала ее. Грубые черты лица, обычно находящиеся в безразличной физиономии, расплылись в улыбке - искренней и чистой. Неподступная с первого взгляда кареглазка стала совсем родным человеком - такая настоящая и приятная. моя. *** Блондинка вскакивает из-за стола закашливаясь и убегает на веранду. Малышенко также пробивает на смех - повадки Киры всегда забавляли. Казалось, что только они и могут отогнать навязчивые мысли Виолетты куда-то в угол подальше, давая насладиться моментом - таким счастливым и красочным. Девушка снимает очередное видео, которое сохранит на долго - пребывание в этом доме - чудо, о котором Малышенко могла лишь мечтать. Старательно облизывает остатки кефира с вехней губы и смеется - внимание, внимание, внимание. Для эгоцентричной Виолетты только оно и нужно. "Смотрите, какое видео! смотрите какая я!".. В кадр влезает кареглазая, демонстрируя фокусы со своим языком - разрезаный, словно у змеи. завораживает. Лица девушек совсем близко, глаза темноволосой останавливаются на лице Киры, пытается зацепить взгляд той. - Слижешь? - намекает на ненавистные остатки кефира, улыбаясь во все тридцать два зуба. - Ннет, - явно не ожидала такого, мнется, но удачно отшучивается. Обе заливаются смехом и отпускают ситуацию. Или нет? *** Выходные в школе проходили довольно нудно и монотонно - книги, разговоры, сон. Напряжение снимало лишь ощущение родственной души рядом - Кира стала ближайшим человеком, при виде которого где-то в душе расцветали пышные бутоны, а сердце ускоряло темп, готовясь вырваться из тела. Зная истории друг друга осознать свою симпатию было тяжко, но Вилка буквально таяла от взаимодействий с ней, а Кира лишь наблюдала за этим и всё больше старалась крутиться недалеко от Малышенко. *** Громкая музыка бьет в уши, ноги сами собой начинают невольно дрыгаться в такт, но в танец не рвутся - устала. после любых психологий желаний было два: либо поплакать, либо повеситься. Но эмоций едва хватало но измотанный вдох-выдох. Нет, нет, нет. Не может сидеть, так только хуже. Подскакивает и начинает насчитывать круги по комнате. Звуки смеха и пьяных криков доносятся с улицы, так и зазывая присоедениться - вечеринка, означающая конец недели, в самом разгаре. Но зеленоглазая не может - дала себе обещание воздержаться хоть раз. И ведь сдерживается: сжав кулаки до такой степени, что ногти впиваютсяв нежную кожу рук, выравая волосы, давая волю слезам.. но сдержавается. Запретный плод сладок? *** Тяжелой походкой в комнату вваливается Медведева, держа в руках пока закрытую баночку пива. Разум явно помутнен, но контролирует себя хорошо. На долго ли? В проявлении эмоций та слаба, но видя зеленоглазую девушку, которая в гордом одиночестве пребывает в комнате, подлетает сразу, падая на свободное место на кровати, пытаясь завести диалог и прилагая все усилия, чтобы не казаться.. холодной? Ей почему-то хотелось отдавать всё тепло этого мира. - Из-за тебя девочки без бармена, - непринужденно, всё в стиле Киры. - Я не приглашала к себе вроде, - отвечает колко, призадумываясь над продолжением, - а ты вот сама пришла, - говорит уже мягче, показывая теплую улыбку. Обе лишь давили лыбу, не зная, что говорить. Неловкое молчание было вполне комфортным. Рядом с ней можно и час так просидеть. Пьяная голова Киры не смогла выдать что-то умнее, чем потянуться с к Вилке. И блять, каким же правильным решением это было. Только этого Малышенко и ждала. Спасибо, спасибо, спасибо. Ладоши младшей бережно взялись за щеки блондинки, а пальцы той обвивали шею. Раздвоеный язык смело изучает рот девушки, на что получает довольно робкий ответ, ведь происходящее казалось невозможным. В порыве страсти руки залезают под заношенную футболку, гладят юное тело, на что Виолетта лишь улыбается куда-то в губы кареглазой. Тканевое изделие оказывается на полу, а полусферы, ещё закрытые топом оказываются в ладонях Киры. Еще никогда она не видела Виолетту такой. Такой покорной, красивой, нежной. Образ похуистической Вилки рушился с каждым её стоном и движением старшей. Контроль над ситуацией полностью на блондинке: воссидает на младшей, стягивая спортивный топ, который так мешал насладиться девушкой полностью. Избавившись от топа кареглазая приступает. Небольшая грудь шикарно умещалась в руках, пока Кира проделывала дорожку горячих поцелуев, от изящной шеи до фигурных ключиц. Виолетта могла только поддаться правилам Медведевой, по этому тихо постанывала, изредка сминая футболку девушки, нависшей над ней. Красные пятна украшают всю грудную клетку и часть живота зеленоглазой - еще никогда блондинка не была так довольна собой. Руки опускаются на бедра, а язык вновь тянется к сухим губам Ви. Поцелуй. Опять. Такой теплый и приятный. Виолетта опять чувствует себя маленькой девочкой, состоящей в своих первых отношениях: нежность, любовь и доверие окружают с неистовой силой. Не отпускай меня. Но отстраниться пришлось, ведь прожить без воздуха в легких пока никто не смог. Шорты из дешевого трикотажа удачно исчезают, становясь комком в углу комнаты. Остатки белья Кира снимать не спешит - наслаждается увиденным. Холодная ладонь проходится по внутреннему бедру и сжимает его, от чего из уст темноволосой выходит громкий стон, а табун мурашек проносится по всему телу, заставляя сжаться на пару секунд. Большим пальцем сквозь ткань прикасается к промежности девушки, пристально следя за реакцией: глаза закрываются, на лице гримаса наслаждения, а спина прогибается. В животе Малышенко завязывается тянущий узел, и терпеть медлительность кареглазой становится тяжко - желание мечется по всему телу, вот-вот готовясь вырваться. - прошу, - скулит, с трудом выговаривая каждую букву, - хватит играть, - на выдохе заканчивает измученная ожиданиями Виолетта. Кружевное белье черного цвета спускается всё ниже. Голова Киры удобно устраивается между ног младшей, пока та гладила, накручивала, сжимала блондинистые волосы. Первое касание языка приходится на клитор - пробует. Чувствует, как волосы сжались сильнее, что было знаком для продолжения. Блондинка начинает выводить различные узоры половинчатым языком, то наращивая, то сбивая темп. Взлянув на эмоции Ви поняла, что та на пике - сердце билось никогда, а ноги предательски начинали содрагаться; поэтому отстранилась, оттягивая момент. Втягивает темноволосую в поцелуй, на что она открывает рот, захватывая воздух и губы подруги. Отстраняется, легко чмокает в лоб, выдавая всю нежность. Резко входит двумя изящными пальцами в уже и так, тяжело дышашее тело девушки, от чего из уст вырывается протяжный стон. Боится сломить, сделать больно - фарфоровое тело Виолетты казалось самой хрупкой вещью в этом мире. *** Да. То, чего они так ждали. Ви - момента "объединения"; Кира - дня, когда увидит ее: робкую малышку, прячущуюся где-то за решеткой с надписью "шут". Вот она, настоящая Виолетта: лежит перед ней, расплываясь в улыбке от осознания того, что сейчас ее любят, сейчас она нужна, сейчас она с особым человеком. *** Изначально Кира проникала медленно, но довольно резко, всё также изучая. По истечении минуты ускоряется, делает всё предельно аккуратно, еще боясь сломать хрупкое тело, которому она так хотела доставить удовольствие. Спустя пару минут, когда темноглазка вынимает длинные пальцы, Виолетта кончает, на выдохе с облегчением произнося имя блондинки. Спина выгибается до предела, её тело, покрытое множеством рисунков, сводит приятная судорога, внутри расстекается тепло. Ноги еще дрожат, дыхание сбито, из глаз льются слезы, оправдать которые она не хотела - просто счастлива. Поднимается из лежащего положения, "подныривая" под руку старшей, кратко целует в щеку, не отрывая взгляда. В её объятиях слишком комфортно. Кира осуществляет заветный щелчок крышечки и делает глоток холодного пива, которое принесла еще в начале вечера. Поворачивается на Виолетту, указывая на капли, что остались на губах, - слижешь? - теплая улыбка озаряет лицо, вспоминаются не так давно прожитые моменты. Такая она, Вилка Виолетта: хрупкая, преданная, нежная. Ради нее она и умерла бы. И Виолетта тенется к ней - слижет, конечно слижет. Тяжко тебе будет с такой привязанностю, малышка