Обыкновенные периоды, приведшие к чему-то большему

      Калеб кусал кисть руки почти до крови, лежа на кровати, вжавшись в скомканое одеяло. Гон. Ужасное чувство, когда нету постоянного или единоразового партнёра. Хотя с этим состоянием может посравниться течка, когда в её период хочется почувствовать в себе чужой член, что вдалбливается в тебя, а потом кончает, заполняя полностью и создавая узел. Но сейчас не о течке.       Шатен прикрывает глаза, слегка хмурясь и вскоре вскидывая брови к верху, рыча, словно реальное животное. В домашних штанах нереально узко и липко от естественной смазки, но он вынужден терпеть, ведь простой дрочкой от такого эффекта не избавишься. Гон как никак. Хорошо, что он вовремя успел взять отгул с работы, иначе бы, возможно, самая первая омега, бета или гамма, что встретилась бы на пути была бы вытрахана, хотя он не настолько "животное" во время подобных периодов. Скорее всего. Ведь он за свои одиннадцать лет, а именно столько лет назад у него начался первый такой период, ни с кем ещё не трахался. Почему он не может себе заказать проститутку или проститута? Ответ очень прост...       В глубине квартиры послышался щелчок и вскоре хлопок двери. Пришёл главный хозяин квартиры, по совместительству отчим Калеба, Войд. Он и являлся причиной того, почему младший ещё ни с кем не спал. Нет, тот его в этом случае отпускал на все четыре стороны, лишь бы свой алгоритм выполнял и служил на благо Империи. Пасынок был влюблён в него ещё с тех пор, как только его встретил. Ему было четырнадцать лет, когда его родители и сестра умерли в несчастном случае, котором присутствовал и он. Машина несколько раз перевернулась, и к удивлению остался в живых только он, хотя был в довольно тяжёлом состоянии. На месте происшествия был Войд с ещё некоторыми полицейскими и скорой. Найдя выжившего, он решил взять его к себе под опеку. Почему, для чего, с какой целью... Увы, для Калеба это осталось загадкой, но зато этот мужчина был, к удивлению, довольно мягок с ним, нежели его мёртвый отец. С тех пор прошло тринадцать лет. Калебу в данный момент двадцать семь, а Войду сорок. А чувства к старшему всё росли и росли. Особенно когда начались периоды вторичного пола. Он прекрасно знал об этих периодах и даже подготовился специально, купив себе подавители, но судьба, видимо, не на его стороне, ведь у него аллергия на какое-то вещество, что находилось в подавителях, что использовались не только для тех, что он купил тогда, но и для всех. Поэтому и пришлось мучаться. А ситуацию усугублял ещё и это до чёртиков спокойный запах травы после дождя, запах отчима, которым пропахла вся квартира. И, по логике, запах бет не должен возбуждать, ведь он нейтрален, но... Младшего это слишком возбуждает, что он аж ночью еле как засыпает.       В дверь стучат, и слышится довольно басистый голос:       –Калеб, всё в порядке? – хозяин комнаты дёргается, глаза раскрываются, зубы отпускают страдальческую кисть руки, и он переворачивается, открыв глаза и смотря на дверь. – Тобой пахнет аж с лестничной клетки, – сглотнув, ему отвечают хриплым голосом:       –..Гон.       По ту сторону ничего, кроме молчания, не раздаётся. И резко ручка дёргается, и в комнату входит старший, сразу находя взглядом па-сынка, что расфокусированым взглядом смотрит на него в ответ. Брюнет подходит к нему ближе и садится на корточки возле кровати так, чтобы их головы находились друг напротив друга. Рука беты касается головы, что на подушке, и начинает поглаживать. Гамма прикрывает глаза и утыкается полностью лицом в подушку. Ему хочется провалится сквозь землю от желания прямо здесь и прямо сейчас трахнуть своего отчима. В ответ вздыхают.       –Калеб, я тебе много раз говорил. Лучше найди себе партнёра или закажи себе кого-нибудь, – на него снова смотрят, – так тебе будет лучше.       –Нет... – выдыхает шатен и тихо простонал, когда его погладили.       –Ты своего истинного можешь проискать всю жизнь и будешь мучаться от подобного столько же.       –... – в ответ ему молчали.       Фиолетовоглазый встал и, пожелав удачи на ближайшую неделю, вышел, закрыв за собой. Калеб снова прикрыл глаза и потянулся к своей ширинки, начиная поглаживать свой член сквозь ткань. С уст сорвался тихий стон. В голове пристал образ Войда. Лежит на кровати, полностью голый, руки по бокам от головы, сама голова повёрнута вбок. Лицо красное, глаза горят от похоти. Он начал быстро двигать рукой, а фантазия становилась всё бурнее и бурнее. Фиолетовоглазый откидывает голову, раскрывая рот, пока его долбят в зад, а его член дёргался, наровясь излить семя на торс.       Кареглазый не выдерживает и кончает себе в боксеры, с тяжёлым дыханием засыпая.

***

      Горячие струи воды, что падали градом на его оголённое тело, стекали по бледным изгибам вниз.       –Шестой день... – шепчет он, прижимаясь разгорячённой спиной к холодной стенке душевой. – Ещё немного...       Вскоре выйдя из душа, Калеб вытер свои волосы и тело и обмотал свой торс полотенцем. Выйдя из ванны, он отправился в свою комнату, проходя мимо комнаты отчима. Остановившись возле неё, он вдохнул запах, о чём сразу же пожалел. Горячо выдохнув, чувствуя внизу живота прилив возбуждения, он приоткрыл дверь, быстро затуманившимся взглядом смотря на сидящего за рабочим столом на кресле на колёсиках инспектора. Тот, не заметив подглядывающего, продолжал осматривая какие-то бумаги, должно быть, отчёты. Сглотнув, па-сынок входит, прикрывая за собой дверь, чем привлёк внимание старшего.       –Калеб? Зачем пожаловал? – начал он, медленно поворачиваясь в его сторону, и округлил глаза. – Калеб. Иди и переоденься, – нахмурившись, он обернулся обратно. Шатен начал тихо подходить. – Переоденешься – возвращайся.       Встав за его спиной, он отодвинул "отца" от стола и, заставив его встать, прижал к столу, впиваясь требовательным поцелуем, руками пытаясь чуть ли не срывать со старшего одежду, из которой получилось сдёрнуть только рубаху и футболку, что была под первым элементом. Тот возмущённо промычал, отталкивая "сына", что, в итоге, получилось, и дал ему пощёчину, звук которой звонко раздался по комнате.       –Ты что творишь?! – грубо спрашивает фиолетовоглазый, своим взглядом прожигая в кареглазом дыру.       Тот медленно поворачивает голову обратно и резко берёт в одну руку обе кисти брюнета, прижимая к стенке, а само тело нагибает над столом, одновременно впиваясь в его шею засосами, будто бы помечая ими, аля "этот мужчина мой". С уст Войда срывается тихий стон, и спустя пару секунд ласки переходят на ключицы и слегка волосатую грудь.       –Ж-живо... Прек-крати... – запыхаясь, говорит он и вновь стонет, когда по одному из его сосков прошёлся горячий язык.       Над ним нависнули, смотря прямо в глаза.       –Войд... – он поднял его голову за подбородок. Подвинувшись ближе, длиноволосый продолжил, шепча в самые губы: – Я люблю вас, – старший округлил глаза. – Да, люблю, – он прильнул к щеке отчима, целуя, – и люблю я вас очень давно... – поцелуи опустились снова на шею, но уже не оставляли отметин. – Наверное, неприятно осознавать, что вас па-сын является геем, да и тем более влюблённым в вас, но увы, я не могу больше держать свои чувства и желания в себе.       И кусает за шею, получая в ответ вскрик. Инспектор стискивает зубы и сжимает ладони в кулаки. Набрав всю свою силу, он отдёргивает свои руки и толкает па-сынка, из-за чего тот, потеряв равновесие, падает на пол. Ровно встав, старший потянул его наверх, и в мгновении ока младший оказался за дверью, что быстро заперли. Сначала Калеб не понял, что произошло, но когда понял, обернулся и начал стучаться, осознав, что он натворил.       –Войд! В-войд, ради Света, прости меня!! – в ответ по ту сторону молчание. – Я не осознавал, что делал! Прошу, открой дверь! Войд!       Но сколько бы он не пытался тарабанить в дверь, ему не открывали. На глаза накатили слёзы, и руки опустились. Медленным шагом он отправился в свою комнату, с громким хлопком закрывая дверь.       –...       Ноги сами повели его к кровати, и он упал на неё, даже не переодеваясь в свою одежду. Раскрыв рот, он прикусил ткань наволочки. Одна рука сжала одну сторону подушки, а другая сначала несильно по ней стучала, а потом начала по ней сильно барабанить.       "Чёрт!!"

***

      Войд стоял на кухне, оперевшись о столешницу, хмурясь, и пил крепкий кофе. Его чуть не изнасиловал человек, которого он взял под своё крыло. Но вовремя он остановил его.       –И чего мне ещё от тебя ожидать, а, Калеб? – прошептал инспектор, прикрыв глаза.       "Войд... Я люблю вас. Да, люблю, и люблю я вас очень давно... Наверное, неприятно осознавать, что вас па-сын является геем, да и тем более влюблённым в вас, но увы, я не могу больше держать свои чувства и желания в себе," – пролетели в голове слова Калеба. Щёки залились краской, и брюнет открыл глаза, смотря в коридор, что вёл в спальные комнаты. В том числе и комнату шатена.       Взгляд опустился на пол.       –А если бы... – в голове всплыли мысли о том, если бы он в тот момент не оттолкнул своего "сына". – ... – он поднял голову, смотря в потолок.       Простояв так какое-то время, он хмыкнул и, отпив полностью, поставил чашку в раковину, отправившись в комнату длиноволосого. Тихо зайдя, он прошептал имя хозяина комнаты. Тот не отозвался. Видимо, спит. Фиолетовоглазый выдохнул и, включив свет, подошёл к кровати. Сняв тапки, он взобрался на постель, нависая над полуголым Калебом, а я напомню, что тот даже не удосужился снять с себя полотенце и переодеться в другую одежду. Войд попытался перевернуть его, но заметил, как тот не отпускал зубами ткань наволочки для подушки. Разжав его челюсть, он перевернул спящее тело полностью, увидев слегка опухшие глаза и мокрые щёки.       "Чёрт... – он сел на тело снизу и почувствовал своей промежностью чужой стояк через жёсткую ткань. – Вроде последние дни гона, а он уже на готове..."       Немного поёрзав, он встал с паха и сел на бёдра, убрав резким движением руки полотенце, открывая себе вид на вставший агрегат па-сынка. Прикусив губу, он коснулся его, начиная надрачивать, размазывая естественную смазку по всему стволу. В собственных брюках становилось теснее, а одежда чуть ли не душила. По правде говоря, Войд был девственником, так как он не особо обращал внимания на тему секса, из-за чего его некоторые считали асексуалом, но ничего из этого не означало, что он никогда не хотел попробовать на себе это. И вот, так скажем... Выдался счастливый случай. Хотя довольно странно. Он – парень, по сути, не имеющий второго пола, ведь пол беты сложно назвать полом. И, по логике, он должен выбрать девушку или парня но чтобы он был сверху. Но... Разнообразие никогда не помешает, ведь так?

***

      В нос врезается запах травы, такой приятный для Калеба. Он вскидывает брови к верху, снова вдыхая, и немного выгибается. Шатен чувствует на своём пенисе чьи-то касания. До ушей доносятся хриплые скулёжи, и его член резко облегает что-то горячее и узкое.       –А-а-ахх... – слышится гортанный стон, что был произнесён в унисон.       Кареглазый поворачивает голову в бок, глубоко дыша. Кое-как разлепив глаза, он сначала тупо пялился в стену, но когда узость резко пропала и снова появилась с громким шлепком, простонал, выгибаясь. Переведя взгляд вперёд, шатен округлил глаза, поворачивая голову полностью. На нём восседал его отчим, сидя конкрентно на его члене, а телесно-пепельные руки касались торса гаммы для опоры. Раскрыв рот от удивления, длиноволосый не находил слов, чтобы что-либо выразить. А на нём всё ещё двигались, но в медленном темпе. По комнате разносились стоны обоих. Но шатен решил коснуться бёдер "отца", тем самым останавливая его и неосознанно заставляя того посмотреть на себя.       По лицу было видно, что тому резко стало неловко. Но никто не осмеливался двигаться или что-либо делать, чтобы избавиться от наступившей ситуации. Оба смотрели в глаза друг друга. Но вскоре секретарь всё-таки посмотрел ниже, скользя по груди, усыпанной его же засосами, а также торсу, опускаясь на член. Щёки залились от осознания того, что он был полностью вставшим.       –...Не пялься, – слышится сверху, и младший поднимает на него взгляд.       –Зачем ты это делаешь..? – спрашивает лежащий, поглаживая голые бёдра инспектора. Тот прищурился.       –Я к тебе ничего не чувствую, – как кол в сердце прозвучали эти слова для па-сынка, – но я готов быть твоим секс-партнёром в течки и гоны. И вне их.       Руки старшего поползли к груди, и Войд начал снова подниматься и опускаться, доставляя удовольствие обоим. Его бёдра сжали, начиная двигать их в более быстром темпе.       –Нгх-х... – проскулил старший, когда попали по его простате, после чего туда начали долбиться.       Брюнет склонился над телом шатена, и в его губы впились поцелуем. Калеб приподнял свои бёдра и, схватившись за упругие ягодицы, начал вдалбливаться в чужое нутро, ловя ртом чужое мычание от наслаждения. Прошло пару минут, и оба излились. Фиолетовоглазый упал на голое тело, тяжело дыша, в то время как тот его поглаживал по запутанным волосам. Когда оба привели дыхание в порядок, Войд кое-что заметил:       –У тебя всё ещё стоит... – и выдыхает. – Подожди немного, и мы продолжим, хорошо?       –М... Мгм..

***

      –Нгхкх..!! – инспектор закатывает глаза, пока в его рот всовывают пальцы, исследуя полость и играясь с языком, а в измученный зад долбятся.       Его уже какой раз... Пятый? Возможно, и больше, но не суть... Чуть ли не вдалбливают в кровать. Внутри него много спермы гаммы в гоне, а под ним и на его животе не меньше, хотя в нутре гораздо больше. Его спину целуют и оставляют на ней засосы.       –Войд... – доносится сбивчивый голос до его ушей, и к одному из них поднимаются, опаляя горячим дыханием. – Войд... Люблю тебя... – он вбирает мочку чужого уха в рот, посасывая. – Любфу тева... – и вновь кончает в зад, невзначай прикусывая мочку.       Фиолетовоглазый вскрикивает, уже какой раз кончая. Оба обессиленно падают на постель. Младший поглаживает чужой торс и грудь, пытаясь отходить от послеоргазменного состояния. Его партнёр тоже пытается отходить. Из него выходят, позволяя сперме вытекать из его дырочки, что расширяется и сужается. Бёдра, на которых появлялись еле заметные синяки, дрожали от сверхчувствительности после длительного полового акта.       –Нам надо в душ... – шепчет старший, прикрывая глаза. Его клонило в сон.       –Мгм... – его обняли за талию.       Видимо, им предётся отложить мытьё и смену белья на следующий день, ведь оба начали засыпать.