4. Белая Астра в ответ
30 декабря 2022 г., 01:39
Проснулся Ирука со странным ощущением. Он ещё не до конца понял, что вчера, кажется, что-то начало зарождаться между ним и Какаши-сенсеем, а когда сонливость прошла, то вскочил на ноги с футона и оглянулся. Боялся мужчина только того, что всё окажется сном, иллюзией, в которой он жил больше месяца... А когда всё закончится, Хатаке уйдёт, так и не сказав ему ни слова.
«Миссия, Ирука! Миссия!» — твердило ему подсознание, и он ему поддался, попросив вскоре заменить его в академии, да и в штабе было кому работать. Какаши ему сегодня не попадался, поэтому он точно не знал какую миссию взять. Какую-нибудь лёгкую, чтобы отвлечься от Копирующего ниндзя Конохи и подумать над своими обязанностями, как шиноби скрытого Листа! С этими мыслями он нашёл для себя миссию ранга «С». В свитке было расписано, что нужен человек, для защиты очень важного человека страны Огня из деревни скрытого Листа. Его надо было сопроводить в деревню скрытой Травы, а точнее, до границы между страной Огня и страной Травы, а там этого человека должны были встретить.
Ирука посмотрел на фотографию человека, которого ему придётся сопровождать. Его звали Сукеа – фотограф, странствующий по деревням, но принадлежащий Конохе.
«Хм, может он, таким образом, информацию собирает?», — мысленно подумалось Умино, и эти мысли у него закрепились, когда он не смог найти более точной информацией об этом человеке. Нет ни фамилии, не было написано, к какому клану он принадлежал и о боевых способностях тоже ничего. Просто Сукеа, странствующий фотограф из Страны Огня.
— Ирука-сенсей, вы что, на миссию собрались? — за спиной мужчины, заглядывающего в свиток, оказался Генма, положив свой подбородок на плечо сенсея. Зубами он, кажется, как всегда жевал сенбон.
— Да, отдохну хоть, — вздохнул Умино, отстраняясь от Генмы. Ему было не то чтобы неприятно такое поведение, он просто не хотел видеть своих товарищей в таком виде. — А вы работайте, я вернусь быстро, вы даже соскучиться по мне не успеете, — в конечном итоге усмехнулся Ирука, оглядев помещение каким-то грустным взглядом. Ну вот, стоит ему сейчас уйти и не факт, что когда он вернётся, им так же, как и сейчас, будут дорожить.
Прощание выдалось недолгим, Ирука-сенсей отправил запрос на подтверждение своего участия в этой миссии, и неожиданно его одобрили очень быстро! Даже десяти минут не прошло! Пятая на расстоянии дала все распоряжения, где и когда он найдёт этого Сукеа, подписав внизу размашистым почерком «удачи!».
«Ну, надеюсь у вас с Какаши-сенсеем всё под контролем», — мысленно сказал он, вскоре отправившись по адресу.
Стоило ему постучаться в двери квартиры, находящейся на жилой улице, как перед ним сразу же распахнулась дверь, и появился высокий шатен с небрежно торчащими волосами. Веки его были подведены фиолетовым цветом, да и под глазами были фиолетовые вертикальные полосы. Умино хмыкнул, склонив голову и рассматривая мужчину. Кого-то он ему напоминал, но его мысли прервал мягкий голос:
— Вы – Умино Ирука? — мужчина улыбался не только губами, но и серыми глазами, да и выглядело это так очаровательно, что Ирука-сенсей на секунду замер от чувства дежавю.
— А, да, — кивнул чунин, — можно просто Ирука.
— Прекрасно, Ирука! Меня уже оповестили, что вы будете меня сопровождать. Надеюсь на вашу помощь. Меня зовут Сукеа, — он сделал поклон в знак уважения, и Ирука ответил ему тем же.
Когда оба оказались у ворот деревни, их окинул завистливым взглядом Изумо, что патрулировал у входа. Кажется, то что вчера Умино ушёл, так и не сказав ничего тем троим, сильно задело их чувства... Но ничего, скоро это всё прекратится.
Они вышли за пределы Конохи спокойно, направляясь в сторону деревни скрытой Травы. В руках Сукеа держал фотоаппарат, и кажется, он был очень дорогим. Сенсей не увлекался фотографиями, но вдруг спросил из любопытства, когда уже их путь продолжался в ветвистом лесу:
— Вы пишите статью или занимаетесь чем-то другим?
Сукеа с улыбкой повернулся на Ируку и сначала подумал, прежде чем ответить:
— Пишу статьи, и узнаю что-то новое у шиноби. Вот сейчас, например, хочу написать статью на тему любви, — говорил он мягко, как-то любовно поглаживая свой фотоаппарат. — То, что происходит в Конохе, меня взволновало! Ох, это так необычно!
— А? — сенсей удивился такому ответу, не совсем понимая, что имел в виду этот человек, но вскоре он начал как-то опасаться его... Ведь на него не действует чары запретной техники!
Сукеа, заметив настороженность Ируки, поспешил сказать:
— Вы меня не так поняли! — он помахал руками перед собой, неловко почесав затылок. — Хокаге-сама рассказала мне о случившемся, а когда одобрила вас на роль моего телохранителя, она применила на мне технику, чтобы я не поддавался вашему очарованию! Так что ваше беспокойство понятно, да и я знаю ситуацию, поэтому мы можем спокойно так разговаривать на эту тему.
Это... слегка успокоило. Ирука улыбнулся – ярко и радостно, ведь нашёл ещё одного человека, который не поддавался его чарам! Это, несомненно, был единственный спокойный разговор за последний месяц.
— Тогда, вы пишите статьи, и на сей раз тема ваша «любовь»? — переспросил Умино, пробираясь к поляне. Шли они уже около двух часов.
— Да, так и есть, — улыбнулся Сукеа, включая фотоаппарат и наставляя объектив на сенсея. — Может быть, вы мне что-нибудь можете поведать? Влюблены ли вы в кого? Может быть, у вас есть уже пара?
От вопроса незнакомого человека лицо Ирука-сенсея вдруг заалело! Он неловко почесал свой шрам на носу и отвёл взгляд.
— Даже не знаю, как это сказать точнее... — голос стал тише и он добавил. — Скорее, влюблён, но пары нет.
— Хм, — протянул Сукеа, но объектив не отвёл от учителя. — Хотели бы вы, чтобы это оказалось взаимно? И что вы чувствуете, находясь рядом с этим человеком?
Он будто был на допросе! Но неприятного ощущения от этого не было. Умино посмотрел прямо перед собой, уголки губ его приподнялись и он сказал:
— Да, наверное, взаимности хотел бы каждый человек. Ну а что я чувствую... — он не заметил, как вдруг остановил движение и следом за ним остановился Сукеа, смотря на Умино через объектив камеры. — Тепло, счастье... Лёгкость от того, что он находится рядом. А ещё... наверное, я бы хотел, чтобы он проводил со мной праздники, Новый Год и мой день рождения. Чтобы мои молитвы были, наконец, услышаны.
— Молитвы? — тихо поинтересовался фотограф.
— Я молился, чтобы не быть одному в Новый Год, вот и всё, — вздохнул сенсей, а после как-то смущённо глянул в камеру, направленной на него. — А, можно это останется между нами? Не хочу оказаться на первой полосе в новостях, — Ирука рассмеялся, ступая дальше.
— А, да, конечно, — Сукеа стоял ещё каких-то пару секунд, пока не убрал камеру и не отправился за сопровождающим. На его губах всё так же была улыбка.
Ну а дальше они проводили время в молчании, лишь Ирука настороженно вслушивался в шелест листьев и треск под ногами.
На время им пришлось остановиться, ведь вдруг Сукеа захотел есть! Ну, что за дела?
Ирука сидел на ветке дерева, подперев рукой подбородок и смотрел вниз, на макушку фотографа. Тот уплетал что-то вкусное, да и Ируке предлагал, но Умино не был голоден, лишь было немного скучновато. В последний раз, когда он был на миссии, были и сражения и опасности, а здесь ничего... Хотя, может быть, это и есть самое лучшее время для того, чтобы отдохнуть?
— Ирука, вы точно не голодны? — мужчина поднял голову на сенсея, показав на еду в своей руке.
— Да, точно не го... — тело резко содрогнулось от странного предчувствия! Сердце, казалось, сжалось до крохотного размера, и дышать ему вдруг стало тяжело. Он быстро взял себя в руки, оттолкнулся от ветки дерева, перевернувшись в воздухе. Мимо лица пролетел вражеский кунай, а на конце была взрывная печать!
— Сукеа! Прячься! — сказал он резко, опускаясь ногами на землю. Кунай с взрывной печатью вонзился в дерево, и вскоре произошёл громкий взрыв!
Ируке хватило секунды, чтобы оглянуться и заметить отсутствие фотографа – значит, послушал его и спрятался. Это заметно облегчало задачу. Вот только, кто на них напал – он не знал. Тот, кому нужен был Сукеа, или тот, кому нужен был Ирука? Даже удивительным было то, что Цунаде-сама позволила Ируке выйти на настоящую миссию, сопровождать ценного человека. Пусть тот и писал статьи, но Умино нутром чувствовал, что Сукеа был очень важен для Конохи.
Кунай в его руке оказался мгновенно, Ирука спрятался за деревом, прижавшись к нему спиной. Так, спокойнее, нужно было взять себя в руки и точно понять, где находится враг. Он посмотрел в сторону, откуда прилетел вражеский кунай, чувствуя, что именно там кто-то был. Но он же не может выйти из-за укрытия и подставиться под удар, так? Надо выждать подходящего времени... А лучше найти фотографа и уйти от преследователей, чтобы Сукеа не пострадал!
— Ирука, — раздался голос с другого бока от сенсея, и Умино резко дрогнул, повернув голову на знакомого человека! Сукеа смотрел на него совершенно спокойным взглядом и улыбнулся.
— Сукеа, ты... как ты... — он хотел было спросить, как он оказался рядом так бесшумно, как послышался свист чужого оружия. Не было времени думать, он схватил фотографа за плечи и оттолкнулся от места, в котором прятался, падая с ним в руках прямо в кусты.
Умино выглядел сосредоточенно, прикрыв рот мужчине своей ладонью и озираясь по сторонам. Он также налегал на грудь фотографа, чтобы скрыться от преследователя, как вдруг Сукеа рукой попросил дать ему сказать. Ирука убрал свою ладонь, ожидая слов.
— Я не уверен, что им нужен я, ведь за мной даже не наблюдали, когда я попытался спрятаться, — сказал мужчина уже более серьёзным тоном.
— Значит, нужен я, — сказав это, Ирука почувствовал, как внутри него что-то закололо. Неужели это был Сэтоши Ури? Да, определённо он! Какаши его не оповестил о своих планах, так что... сколько ему ждать подкрепления он не знал. Да и будет вообще это подкрепление? На его плечах был человек, которого ему поручили, поэтому о своей безопасности ему стоило думать в самую последнюю очередь. — Сукеа, слушай меня внимательно. Если им нужен я, то тебя они не тронут. Сейчас же уходи, оставь всё на меня, я справлюсь с врагом и отправлюсь вслед за тобой. В любом случае, тебя встретят у границы страны Травы, — голос сенсея не терпел возражений, но кажется, что Сукеа был весьма удивлён этими словами.
— Я понял, Ирука, — сказал он почти что шепотом, а Умино незаметно поднялся с мужчины и указал ему в сторону, куда Сукеа должен был отправиться, как только Ирука выйдет из-за укрытия.
С кунаем в руках Ирука выбрался из места укрытия, замечая, как в него уже летят сюрикены. Один, два, три... Семь сюрикенов направились прямо на него! Умино переместился, делая полукруг, но сюрикены были куда проворнее, и, кажется, управлялись с помощью чакры. Он отбил пять, в то время когда два из них вонзились в его плечо и ногу. Зацепившись за ветку дерева, сенсей смог забраться чуть выше, чтобы попытаться разглядеть врага. Благо сюрикены приносили уже не такой заметной боли, как было это лет так пять назад...
— Эй! Сэтоши, я прав? — сказал Умино, выдёргивая из своей плоти оружия. Он твёрдо наступал на ветку, показав себя уверенным для предстоящей битвы. — Мне вот интересно, ты трус или так застенчив, что прячешься от того, кого хотел использовать для своих грязных дел!?
Молчание... Но Умино хватит и этого. Он сосредоточился на своих шести чувствах, направляя чакру по телу, чтобы не пропустить удар или чтобы заметить приближающуюся фигуру. Одно быстрое движение, рывок! Кунай из руки Умино направился в сторону движущейся фигуре! Преследователь смог отбить оружие, но спрятаться не смог, потому пришлось ему показаться перед Ирукой, ретировавшись к ближнему дереву.
— Ирука-сенсей, а я думал, что с вами будет веселее, — нарочито огорчённо вздохнул человек, находящийся на земле. — Но, как оказалось, вы умнее, чем я думал. Да и смогли узнать, кто причастен ко всему, что происходит в деревне. Жаль, что вы кое-где прогадали.
Уголок губы Ируки дрогнул, в желание улыбнуться, но не стал пока раньше времени выдавать все свои козыри. Сейчас этот Сэтоши знает только то, что Ирука провёл ночь с Какаши-сенсеем, за личиной которого скрывался сам Сэтоши. Но тот не знал... что всё это – снова представление для одного зрителя. Так стоит немного ещё поиграть.
— Да что ты? — Ирука спустился с ветки, внезапно почувствовав острую боль в местах, где были сюрикены. Словно... они там и остались, проникая в плоть глубже... Стараясь игнорировать боль, он продолжил, приготовив кунай: — Хатаке Какаши в курсе о тебе, он видел твоё лицо, так что тебе не сбежать, он, наверняка, следит за тобой прямо сейчас!
— Что? Какаши? — вдруг расхохотался Сэтоши, выглядя, на сей раз, очень мерзко. Его светлые глаза залились каким-то диким восторгом, а лицо скривилось, казалось, от нарастающего возбуждения от этой игры. — Как бы тебе помягче сказать, Ирука-сенсей... Не хотелось портить твои ожидания и мечты, но Какаши даже не в курсе о том, кто я такой. А мне остаётся схватить тебя, убить и использовать твоё лицо, чтобы натравить жителей деревни на Пятую Хокаге!
Не успел чунин моргнуть, его нога и плечо вдруг отказали! Именно там, где ранее были сюрикены! Сэтоши воспользовался чужим замешательством и оттолкнулся от земли, направляясь к сенсею, держа наготове кунай. Он пропустил через кунай чакру, удлиняя лезвие, и теперь конец оружия выглядел длиннее, с искрящимся и светящимся концом, который достигнет Ируку за какую-то секунду!
Раздался звон металла! Из рук Сэтоши выбили его оружие, да так, что оно со скрипучим свистом вонзилось в дерево. Между ним и Ирукой образовалась фигура Какаши, и яркие искры разлетелись по сторонам, когда ладонь Копирующего ниндзя дотронулась до чужой грудной клетки!
Сэтоши отхаркнулся кровью, когда его отбросило волной удара, и упал на землю, но, кажется, что его такое не очень-то и задело. А потом... он медленно начал растворяться, подобно иллюзии.
— Какаши-сенсей, — в голосе чунина было столько радости от появления этого человека, но вот двигать плечом и ногой он не смог, потому обхватил себя здоровой рукой и упал на одно колено. — Чёрт, эта техника... Не понимаю, что со мной. Не могу двигать некоторыми частями тела.
— Он отравил свои сюрикены и заблокировал твои точки Тенкецу, — коротко объяснил Какаши, хотя Ирука не совсем понял, как такое может быть при помощи какого-то яда.
— Как у него это получилось?
— Он хорошо контролирует свою чакру. Используя её он нарушил твою систему канала чакры. Очень неожиданное умение, — сказал Хатаке, закрывая собой Ируку и озираясь по сторонам внимательным взглядом.
То, что этот Сэтоши знал такие техники – было, несомненно, очень напряжённо. Какаши-сенсей прекрасно знал, с кем имеет дело, поэтому не совсем волновался за себя, но беспокоился больше за Ируку.
В тишине раздался мягкий смех Сэтоши, вскоре сопровождаемый голосом:
— Как интересно всё вышло, — будто эхом отзывалось в ушах двоих ниндзя, но на самом деле, они поняли, это была иллюзия. — Так значит, меня раскрыли... А я думал, что после начала жаркой ночи и не совсем её удачным завершением, Ирука-сенсей будет разбит, подавлен...
Какаши сощурил глаз с шаринганом, не поддаваясь провокациям. Ирука же прикусил губу, чувствуя нарастающее беспокойство.
Мимо скользнула тень, лезвие сверкнуло перед глазом Хатаке, намереваясь вонзиться в шаринган, но Копирующий больше не собирался подставляться под подобные удары и заблокировал чужой кунай своим, теперь-то глядя на Сэтоши прямо в лицо.
— Так тебе он важен? — тягучим голосом поинтересовался Сэтоши.
— А что? — хмыкнул Какаши, вывернувшись из такой близости. Оказавшись за спиной Сэтоши, он только хотел было ударить, но враг оказался проворнее: развернулся и с громким лязгом уже сам заблокировал удар.
— Как, «что»? Это же глобально меняет дело, — чужие губы расплылись в улыбке, а потом... снова это чувство, будто всё это было иллюзией! Сэтоши вновь растворился и вот находился уже за спиной молодого учителя, приставив к его горлу лезвие из чакры. — Вот теперь ситуация мне нравится.
Какаши двинулся с места, кажется, совершенно не понимая, что делать дальше. Сейчас он думал о том, как бы выдернуть из лап этого ублюдка Ируку, но Умино вдруг незаметно мотнул головой. Его два пальца здоровой руки были устремлены вверх, а сам сенсей концентрировал чакру. В его теле было 361 точка Тенкецу, и функционировали на данный момент примерно 250. Сэтоши смог заблокировать только те, которые бы помешали его движениям, и с помощью яда обездвижить места поражения. Он, видимо, не знал на что способен Ирука, раз побоялся того, что с помощью чакры он сможет вывести из своего тела яд, потому и намеревался заблокировать все точки Тенкецу. Но вот Ирука от большей части сюрикенов увернулся, однако его теперешнее состояние приносило немного проблем. Но и у сенсея был козырь в рукаве, осталось лишь сделать всё правильно. Всего-то собрать в нужном месте оставшуюся чакру, невзирая на состояние тела!
Хатаке, бегущий вперёд, вдруг резко остановился и отступил назад, вставая в стойку.
— И что, убьёшь его? — спросил Хатаке, замечая, что его враг медлит. Видимо, Ирука ему нужен живым и сейчас он убивать этого человека не собирается.
— Конечно, — сказали ему с ухмылкой. — Но мне он ещё нужен живым, пересадка лица требует ясного ума. Думаешь, сможешь меня победить? Наивный...
— Нет, не я, — сухо ответил ему Какаши. Его шаринган в это время работал до такой степени, что в глазнице стало сильно колоть, словно кто-то выковыривал его глаз иглами.
И тут вдруг началось!
Хатаке отпрыгнул на приличное расстояние, создав теневого клона, и оба сразу же разбрелись по разным сторонам. В это же время под ногами Сэтоши начали вырисовываться печати, образуя три круга, что были совмещены линиями.
— Техника ограничивающего барьера завершена, — выдохнул сенсей, с улыбкой глядя на одного из Хатаке, давая ему понять, что можно действовать!
— Ч-что? — Сэтоши замер на месте, не в состоянии сдвинуться. Его руки и ноги не могли пошевелиться даже на крохотный миллиметр!
Какаши и его клон приготовились, призывая в руки электрический заряд! Двигались они синхронно, направившись прямо к Сэтоши Ури, и в момент, когда их два заряда начали соединяться между оригиналом и клоном, среди потрескивающих звуков можно было услышать: «Цепь молнии!»
Смертельная цепь, связывающая двух нападавших, обхватила Сэтоши за горло, потянув его назад. Всё вышло так, что Ируку, который успел припасть к земле, это даже не коснулось, но глядя на то, как смертоносное оружие обвивает чужое горло, Умино почувствовал себя не совсем хорошо. Впрочем, это теперь было не важно.
Клон и оригинал Какаши-сенсея натянули электрическую цепь, перетянув врагу горло с такой силой, что вскоре такой нагрев от молний начал ни то чтобы душить, он начал зажаривать глотку, а вскоре голова, не выдержав такого давления, просто отделилась от тела. Сэтоши и не успел моргнуть, как две части тела разлетелись по сторонам. Даже крови не было, ведь вдруг запахло жареным. Цепь молний поджарила место разрыва до хрустящей корочки.
Клон подошёл к Ируке, поднимая его с земли, когда ограничивающий барьер был убран.
— Всё в порядке? — поинтересовался клон Какаши, осмотрев его плечо и ногу.
— Ах, жить буду! — на лице Умино расцвела улыбка, после чего он вдруг что-то вспомнил и добавил: — Блин, у меня же миссия! Сукеа, должно быть, недалеко отсюда. Но вряд ли я смогу его сопровождать и дальше в таком вот состоянии.
— Ирука! — вдруг раздался знакомый мягкий голос из стороны. Умино ошеломлённо посмотрел на говорящего, наблюдая, как из-за дерева выходит тот самый фотограф! — Я решил, что сменю тему статьи! Кадры вышли потрясающими, — он улыбался, кажется, довольный всем, да и выглядел так, будто вот недавно ничего здесь не произошло. Да к тому же, успел наделать снимков!
— Сукеа... Я думал, что ты уже ушёл, — со вздохом сказал Умино, решив не комментировать смену чужой темы для статьи.
— Мэ, я попрошу кое-кого проводить господина, — отозвался оригинал Какаши, подойдя к Ируке с другого бока. Он подхватил сенсея, отозвав призыв клона, позволив учителю опереться на его плечо.
— И кого же? — удивился Ирука, глянув на измученное лицо Какаши. Его измучила не битва, а, скорее, беспрерывное использование шарингана.
— Ямато, — сказал Какаши, устремив взгляд в сторону. — Пора бы уже показать себя.
— Семпай, — отозвался мужчина, оказавшись перед ними так быстро, что Ирука даже оторопел! — Я бы вмешался, если бы Сэтоши был сильнее.
— Ага, — лениво кивнул Хатаке. — Здесь нужно прибраться, а тело передать Хокаге-саме. И ещё проводить этого человека до назначенного места, — он кивнул на фотографа спокойным взглядом, и развернулся в сторону расположения деревни скрытого Листа.
— Ну, как всегда, — мрачно отозвался Ямато, развернувшись на раздельные части тела.
— Значит, это вы мой спутник? — с улыбкой спросил Сукеа.
Стоило фигуре Какаши и Ируке отдалиться на приличное расстояние, Ямато глянул на Сукеа и улыбнулся. В его улыбке не было ничего хорошего.
— Семпай, хорош придуриваться. Вы либо сейчас исчезнете, либо помогайте мне с телом.
Губы Сукеа сомкнулись, но улыбка не сошла с лица. Он натянул свой шарф на подбородок и откашлялся, восстанавливая свои голосовые связки:
— Ямато, думаю, — окинув место оценивающим взглядом, он щёлкнул пальцем, — ты здесь прекрасно справишься!
А после, Какаши, в обличье фотографа исчез в облаке дыма, оставив Ямато одного.
***
По приказу Хокаге Ируку разместили в особую палату, в которую было запрещено приходить медицинскому персоналу. Разрешалось лишь Какаши и Ямато, ведь эти двое могли противостоять чарам техники. Цунаде разрабатывала обратную технику, а Какаши и Ямато объяснили, что же вообще произошло, и кто такой этот Сэтоши Ури. Перед тем, как начать рассказ, Какаши напомнил Ируке о том, что когда-то Наруто и Джирайя столкнулись с группой бандитов в стране Чая. И как говорилось ранее, с их предводителем было покончено. Но не совсем... Точнее, главным их предводителем был именно Сэтоши Ури, который вскоре вернулся в страну Чая, застав сражение своих людей с людьми Листа. Он тогда смог вовремя скрыться, направляясь в Коноху, чтобы попытать удачу там. — Но... откуда он узнал о свитке Первого Хокаге? — поинтересовался Умино, лежа на койке в палате, с перевязанным телом. — Да и Ямато-сан никак не реагирует на эту технику. — Цель Джирайи-сама – найти следы Орочимару, — сказал Какаши, сидя на краю кровати Ируки. Он смотрел на него спокойно, но внутри всё колотилось от волнений. Нет, всё уже позади, но слова Сэтоши он услышал чётко, но спрашивать, что было между ним и Ирукой, он не хотел. Возможно, что и сам сенсей не желал об этом говорить, поэтому Хатаке оставалось доверять этому человеку. — Именно в стране Чая он нашёл его след. А то есть – Сэтоши Ури. Он был одним из подопытных Орочимару, в кого вживляли клетки Хаширамы. Ямато является таким же, как и Сэтоши, он тоже в прошлом был подопытным, и имеет клетки Хаширамы. Когда Ямато сообщил, что эта техника не действует на него, мы сразу предположили, что, возможно, и преследователь – человек, на кого не действует техника, кто имеет ту же черту, что и Ямато. Это было весьма логично, ведь Хаширама Сенджу, создавая эту технику, наверняка, позаботился бы о том, чтобы его это не коснулось. Из этого мы поняли, как враг смог распечатать свиток Первого. Благодаря его клетками в своём теле. Но, к счастью, Сэтоши не умел правильно пользоваться техниками Первого Хокаге, потому действовал грязно – использовал иллюзии, чтобы скрыть свои следы, представившись шиноби скрытого Листа, да и техникой воспользовался, которую смог распечатать. — Значит, в этом замешан Орочимару? — Умино напрягся, ведь в последний раз, когда Орочимару напал на Коноху, был убит Третий Хокаге. — Нет, мы так не думаем, — вмешался Ямато, который всё это время подпирал дверь спиной. — Скорее всего, он тот, кто сбежал от Орочимару. И он решил собрать своих людей, чтобы объявить миру шиноби войну, но в стране Чая его люди столкнулись с Наруто-куном, а потом настоящий предводитель столкнулся с Какаши-сенсеем. Да и не удивительно, что он знает о свитке первого Хокаге. Орочимару в прошлом прочёл весь архив, поэтому точно знал про такой свиток. Сэтоши мог слышать об этом, вот и воспользовался им, чтобы отомстить Конохе за инцидент в стране Чая. — Это более логично, — кивнул Ирука на слова Ямато, а потом притих, о чём-то задумавшись. — Выходит, угроза ликвидирована, и значит, я скоро смогу вести нормальную жизнь. Вот теперь Ируке стало страшно это осознавать... Нормальная жизнь. То, что было два месяца назад – одиночество, пустота, непримечательность, а самое главное – холод пустой квартиры. Он не смотрел на Какаши и Ямато, он глядел в сторону, в окно, наблюдая за скорейшим уходом лета. Какаши глянул на Ямато, глазами попросив их оставить, а когда дверь закрылась, Хатаке опустил свою ладонь на чужую, заставив Ируку обратить на него внимание. — О чём думаете? — мягко поинтересовался Какаши. — Недавно только на «ты» обращались, — усмехнулся Умино, чувствуя приятное покалывание в месте, где коснулся его Хатаке. Взгляд с шаринганом сузился, а под маской скрылась улыбка. — Так о чём думаешь, Ирука? — поправил себя Какаши-сенсей, а в груди от того, как он назвал этого мужчину, растеклось приятное чувство. — Думаю, что я бы в ответ подарил белую Астру, — спокойно сказал он, точно зная, что это означает «я люблю тебя больше, чем ты меня». Хотя, любить этого человека больше, чем полюбил Умино – уже невозможно. — Какаши, хотел сказать, пока есть смелость. Может показаться неуместно, а может это спугнёт тебя, но с тобой мне было хорошо, — улыбка сенсея вдруг стала какой-то печальной, но он продолжил. — Если ты не против, я бы хотел знать, что ты... — Да, — со вздохом отозвался Какаши, перебивая Ируку. Его умалишённое сердце колотилось о рёбра и вот-вот оно грозилось пробить их насквозь. — Ирука... Да, — мужчина приблизился к лицу сенсея ближе, кладя вторую руку на щёку учителя, — если ты меня спросишь, хочу ли я быть с тобой, то я скажу «да». Всегда и везде, сейчас и в будущем, мой ответ – да. Что-то в воздухе колыхнулось, взгляд Ируки-сенсея дрожал от столь волнующих его сердце слов. Он не ожидал... не ожидал, что теперь, счастье уготовано и ему. Счастье, которое носит имя Хатаке Какаши. Что-то в карих глазах блеснуло, и по щекам счастливого учителя покатились слёзы. Он обхватил лицо Какаши своими руками и улыбнулся, не сильно стукнувшись своим лбом о чужой. — Хорошо... Тогда, ты будешь со мной, Какаши? — сказал он так тихо, будто боялся спугнуть этого человека. Копирующий ниндзя с улыбкой вздохнул, снял с себя маску, явив взору Ируке своё светлое лицо. Было видно, что он выглядел счастливым. — Да, — сказал Какаши и притянул сенсея к себе, вовлекая в поцелуй. В этот момент они поняли, что всё произошедшее – было для них испытанием на пути к своему счастью. Ирука никогда не чувствовал себя так, как сейчас. Хотелось, наконец, кричать о чувствах, о любви, которую он испытал впервые за много лет, и о самом главном – о человеке, который изменил его жизнь, ворвавшись в неё совершенно неожиданно.
