Теплая кожа

У меня дрожали руки. У меня — изгоя, хладнокровного неверморца, сына величайшего шоумена, волнение было так велико, что сводило на нет всю мою выдержку. Я беспокоился так, словно был девственником. Однако если подумать — неудивительно. Я никогда так сильно не любил кого-то. И никогда у меня не было «занятия любовью». Был деловитый секс по договоренности, был неудержимый трах, но медленного, нежного, осторожного единения душ не было никогда. –Тайлер, ты уверен, солнце? — осторожно спросил я, словно бы не веря в происходящее. Сложно объяснить, почему произошедшее ночью не было для меня таким важным событием, как-то, что я хотел сделать сейчас. Нет, безусловно это было важно и круто, и Небеса мне свидетели — я хочу еще, однако это была моя территория, давно изведанная, в каком-то смысле. –Да, я хочу этого, Ксавье, — боже, как этот человек может говорить таким сексуальным голосом и при этом выглядеть так открыто и невинно? Существо, которое является его частью, убивало людей и нелюдей, жестоко и быстро, но сейчас Тайлер выглядит как ангел. Возможно, так страшно начинать потому что всегда я действовал по принципу «расслабься и получай удовольствие», а не старался подарить его партнёру? Я всегда брал от секса все, не слишком заботясь о том, кто там был «на другом конце провода». Если у нас все случилось, значит человек достаточно хорош собой, неглуп, относительно адекватен. Возможно, я даже немного влюблён. Но сейчас… –Я сделаю все, чтобы тебе понравилось, — шепчу я, склоняясь к его лицу и оставляя лёгкий поцелуй на алой от смущения щеке. Я и забыл, как легко он краснеет. Избавиться от футболки легко, но я делаю это медленно. Отстраниться от лже-нормиса, встать на колени над его бедрами, вцепиться пальцами в края футболки, потянуть вверх, откинуть в сторону. Легко. Привычно. Красиво. Пока мы оба расслаблены, торопиться некуда, да и не очень хочется, поэтому я позволяю себе совсем маленькую шалость. –So, you my pretty, pretty once, — тихо начинаю я, напевая прекрасно знакомую нам обоим песню и в такт музыке, которая звучала в голове, покачиваю бёдрами. Опуститься ниже, потереться еще не совсем твёрдым членом о бедро Галпина, услышать тихий вздох — все это приятно, желанно. –I wanna get you high, – мурлычу себе под нос, оглаживая ладонями стройное, подтянутое тело замершего от удивления Тайлера, чуть крепче сжимаю пальцы на его талии, чуть тяну на себя — хочется увидеть, как он выгнется, это наверняка будет безумно красиво. –Мэрлин Мэнсон! Но там же другой текст, — изумлённо говорит он, послушно прогибаясь под моими ладонями, футболка, все еще надетая на нём, скользит вверх. И правда красиво. Обнажается теплый живот, тонкая дорожка волос, ведущая ниже. Если чуть приспустить белье, то можно увидеть очертания тазовых косточек. Удивительно изящное тело, покрытое кое-где моими же засосами. Я мягко огладил большим пальцем один, как раз расцветавший в области таза. Как и когда я вчера успел его оставить? –And you my pretty, pretty once, — с улыбкой продолжаю я, по-кошачьи прогибаясь в спине, нарочно опускаясь полностью на бедра любовника, ощущая, что моя выходка тем не менее имела успех: член Тайлера уже был твёрдым и чертовски горячим. На секунду я закрыл глаза, представляя, как славно было бы сейчас оседлать его, но… –Never leave you, boy, but blow your mind, — внезапно шепчет, не поёт Галпин и уже я удивлённо останавливаюсь, но через секунду понимающе усмехаюсь. Встретились два поэта, что тут скажешь*. –Люблю тебя, — не выдержав признаюсь я. Кто еще принял бы меня, с моими-то внезапными музыкальными паузами на самом интересном месте? –И я тебя, — просто отвечает бариста, улыбаясь и откровенно наслаждаясь своим положением: ему явно пришлись по вкусу тепло и тяжесть моего тела, прижавшего его к кровати. –Останови меня, если будет плохо, — попросил я, коротко целуя его в губы и медленно опускаясь ниже.

***От лица Тайлера ***

Вообще-то, Ксавье не любил петь и, судя по звукам, которые я периодически слышал то в душе, то во время работы, не особо умел. Но зато он умел медленно проговаривать слова так, что мне становилось жарко. Низкий, с легкой хрипотцой голос, ритмично начитывающий текст, возбуждал и в куда менее подходящий ситуациях, а уж сейчас… Знакомая сладкая дымка заволокла мой разум, мыслей почти не осталось — и видит Бог, я скучал по этому состоянию полного расслабления, которое я впервые познал именно с Ксавье. Я не верил, что может быть плохо. Не сейчас, когда в его глазах столько решительности и нежности, не когда я чувствую, как бешено бьётся его сердце и чуть подрагивают руки. Мне сложно было понять, почему, из-за чего это происходит — запах волнения, возбуждения, нежности, прикосновения к моей коже привлекали все мое внимание без остатка. Он прикасался… правильно. Так, как будто я был замком а его пальцы — единственным подходящим ключом. Я не смог бы объяснить, почему моё тело мелко дрожит от его прикосновений, но это было сладко. Но внезапно тепло, в котором я утопал, закончилось. Я моргнул и чуть привстал на локтях, пытаясь сориентироваться в ситуации — Ксавье метнулся к своей сумке, а через пару секунд активных поисков, прыгнул на кровать, сжимая в зубах блестящий квадратик, а в руках какой-то маленький контейнер, тюбик и что-то, похожее на салфетку. Я в недоумении чуть склонил голову набок. Нет, презерватив и смазку я опознал мгновенно, к этому вопросов не было, однако две другие вещи были для меня загадкой. Когда Ксавье с улыбкой достал из контейнера аккуратно сложенные чёрные медицинские перчатки я, признаться, настолько пришёл в себя, что даже возбуждение несколько спало. –Ты не обидишься, если я скажу, что не очень люблю медсестёр и уколы? — напряжённо уточнил я, наблюдая за тем, как обтянутые тонким нитрилом пальцы ловко раскручивают тюбик со смазкой. –Сам же мне потом спасибо скажешь, — улыбнулся неверморец, мягко толкая меня в грудь, прося лечь, а после, когда я из чистого упорства не поддался этому жесту, приблизился и поцеловал меня так, что мне стало абсолютно все равно на перчатки и многое другое.

***

–Солнце, просто расслабься, все хорошо, ты готов, просто дыши, — бормотал Ксавье, глядя прямо в глаза Тайлера, еще не входя даже, только готовясь. Обилие эмоций — медленная растяжка, буйство приятных и болезненных ощущений, поцелуи вперемешку с укусами — все это вывело Галпина из равновесия и в нем тревожно ворочался хайд. Пока это не было особо заметно, только глаза его чуть покраснели и сила, с которой он периодически хватался за плечи Ксавье, выросла в разы. И художник был уверен, что чувствует, как у его любимого не-нормиса растут когти. –Тайлер? Солнце, все хорошо, успокойся, я рядом, – быстро зашептал неверморец, гладя Тайлера по щеке, ласково целуя его в губы и тут же прекращая: его крайне недвусмысленно укусили. До крови. –Тайлер, слушай мой голос, — Торп говорил медленно и внятно, особым тембром, так, как учил его отец, потому что именно сейчас он хотел видеть перед собой Тайлера, своего милого, прекрасного парня, а не его темную сторону. А еще он очень хотел выжить. Хайды не отличались особым терпением в принципе, а уж учитывая, сколько эмоций и потрясений обрушились на Галпина за эти сутки... «Поторопился я с трепетными жестами, ох поторопился!» — мысленно сокрушался Ксавье, пытаясь не скатиться в истерику. Галпин старался, парень действительно пытался сосредоточиться на голосе неверморца, но новых ощущений, запахов, страхов — всего было слишком много. –Я…не…– попытался ответить Тайлер, но следующие звуки, вырвавшиеся из его горла, были мощным рычанием. «В следующий раз снимем комнату в отеле. Если доблестный шериф сейчас не прибежит на этот дивный звук, я уверую в Бога» — мрачно подумал Ксавье, с трудом удерживая взбесившегося хайда на месте. Гарантии, что сила зверя не обернется против источника перегруза нервной системы — против него, Ксавье, лично — не было никакой. –Тайлер, слушай мой голос. Следи за моим дыханием. Дыши вместе со мной. Позволь моему голосу вести тебя. Слушай. Меня., — особым образом чередуя тональности собственного голоса и соблюдая ритмику дыхания, Ксавье был сосредоточен как никогда, –Вдох, выдох. Тайлер. Вдох, вдох, вдох, выдох. Слушай меня. Рычание прекратилось. Ксавье быстро облизнул губы. Не то чтобы ему нравилось происходящее. Ох не так он себе представлял их первый секс в человеческом облике, не так. Но бросить гипноз на половине — еще хуже, чем довести его до конца. –Тайлер. Ты слышишь меня? Тайлер. Слушай мой голос. Тайлер. Дыши. –Я слышу тебя, — слабо отозвался Галпин, переставший пытаться вырваться или обратиться. Теперь он лежал, дыша в том же ритме, в каком поднималась и опускалась грудная клетка Ксавье. –Тайлер. Дыши. Тайлер. Слушай. Мой. Голос. Успокойся. Укроти зверя. Тайлер тихо застонал, брови его чуть нахмурились, глаза были полуприкрыты. Он сделал тяжелый, долгий выдох. Лицо его разгладилось, синюшный оттенок кожи исчез, заострившиеся было черты лица вернулись к норме. Ксавье не задержал дыхание только потому, что если он прервёт ритм вдохов и выдохов связь разорвется и процесс может пойти вспять. Неужели у него получилось? «А отец говорил, что я бездарность!» — подумал Торп, осторожно кладя ладонь на лоб любовника. –Тайлер. Слушай меня. Тайлер. Ты молодец. Тайлер. Просыпайся. –Да, Хозяин. Ксавье застыл, не переставая ритмично дышать. Вдох, вдох, вдох, выдох, выдох, выдох. «Бл@ть!» Тайлер открыл глаза. Моргнул. –Ксавье? Я…м…вырубился? Все хорошо? Парень чуть нахмурился, глядя на замершего с широко раскрытыми глазами, голого, ни капельки не возбужденного неверморца. –Эй, Ксавье? Солнце? Что произошло? Ты бледный как Уэнсдей, — неуклюже выкатившись из-под любовника, Галпин кинул взгляд на так и не раскрытый презерватив, мельком проинспектировал собственные ощущения и вздохнул. Видимо, он превратился прямо во время…мда. Тогда неудивительно, почему он ничего не помнит. Правда, отчего тогда Ксавье соляным столбом застыл? –Я обратился, да? Наверное, это было не очень приятно, — виновато начал Тайлер, приобнимая напряжённого художника за плечи. Тот нервно усмехнулся. –Неа. Не обратился. Тон его Галпину не понравился. –Тогда я не понимаю. Солнце, объясни что произошло. Секунду назад ты…ну…мне было непривычно, но я думал мы, — Тайлер покраснел и запнулся, вспомнив, как сильно хотел продолжения. –Я…ты начал обращаться, я испугался. И…ты же знаешь, мой отец гипнотизёр. Он надеялся, что я пойду по его стопам, и…теперь он может быть доволен, — скороговоркой произнес Ксавье, сжавшись. Он был уверен, что новость эта не понравится его хайду очень и очень сильно. Тайлер молчал. –Ну…ладно? Я не совсем понимаю, зачем, но я доверяю тебе. Ты бы не сделал это без веской причины, — немного неуверенно сказал хайд, не зная, как реагировать на новость. Ничего такого уж особенного он, признаться, не ощущал, разве что лёгкую головную боль. –Испугался, — вздохнул Ксавье, утыкаясь лицом в плечо любовника, пытаясь успокоиться, –Это я виноват. Поторопился, не учел, что для тебя это может быть чересчур быстро. –Глупости, Ксавье, я же тоже хотел этого. Мы оба не учли мой… характер. В следующий раз получится, — нежно проурчал бариста, мягко гладя дрожащего неверморца по спине. «Но перед следующим разом я пропью курс успокоительных. Что-то там такое мне выписывала покойная доктор…» — подумал Тайлер, ощущая себя немного виноватым. –Тайлер, есть еще кое-что, — начал Ксавье, поднимая лицо, –Перед тем как очнуться, ты назвал меня… –Хозяином, — неожиданно для самого себя закончил фразу хайд, меняясь в лице. –Бл@ть, — абсолютно синхронно сорвалось с губ обоих парней.