Долгая дорога к себе

      Надо же. Десять лет прошло. Так быстро…       Кажется, недавно я шла по этой аллее первого сентября и очень волновалась. Я поступила в десятый класс в новую школу-интернат. Папа предложил попробовать: частная школа, делающая упор на выбор будущей профессии и дальнейшего жизненного пути. При этом мама не хотела отпускать младшую дочь в другой, пусть и соседний город. До сих пор не знаю, почему согласилась: ради школы, которая, действительно, лучше прежней, или чтобы хоть что-то сделать против маминой воли. Тем не менее, это было верное решение и замечательные годы. И сегодня я их вспомню вместе с бывшими одноклассниками.       А пока я медленно подхожу к входу и опять волнуюсь. Сейчас все начнут хвастаться своими мужьями и детьми, дорогими машинами, собственными квартирами и успешными бизнесами. Я десять лет избегала этого… потому что я просто живу и все. Парни меня не привлекают, девушек и ориентацию я скрываю даже от семьи. Машина обычная, квартира съемная, работаю переводчиком.       Зато, возможно, я увижу ее. Мою первую любовь, которая даже не знает об этом. Я и сама поняла через пару лет после выпуска. Благодаря осуждающим словам мамы с сестрой и папиному молчаливому согласию с ними я долгое время была гомофобом и неосознанно подавляла в себе возникающие чувства. Но невозможно же ненавидеть и избегать саму себя.       – Настя, привет! Без меня не заходишь? Я здесь! – Меня так резко вырывают из моих мыслей, что я не сразу понимаю, кто это.       – Света! – обернувшись, успеваю воскликнуть я и тут же оказываюсь в объятиях моей школьной подруги.       Подруги, соседки и одноклассницы. Я помогала ей по учебе, она мне в общении. Мы весело жили и учились вместе, а потом поступили в университеты в разных городах и потерялись…       Мы отстраняемся и пару секунд рассматриваем друг друга. У Светы чуть более взрослое лицо, но все те же искорки в глазах. Из-под шапки выглядывают ее кучерявые волосы, и я вспоминаю, как она выпрямляла их каждое утро, не давая доспать.       – А ты почти не изменилась! – одновременно говорим мы и смеемся.       – Ладно, пошли, холодно, – Света тянет меня за собой.       Мы заходим в кажущуюся прежней школу, и пока организаторы записывают наши имена, меня накрывает. Странным чувством. Вроде и приятными воспоминаниями о чудесных школьных годах, вроде и грустным осознанием – это время безвозвратно прошло.       – Я так рада, что ты, наконец, пришла на вечер встреч выпускников! И что я тебя застала, – быстро говорит Света, пока мы поднимаемся по лестнице, – я с трудом нашла время в плотном графике, я же – зам. финансового директора, и буквально на день приехала. Две ночи в поезде это жестоко, конечно… А ты здесь живешь?       – Не прям здесь… но в этом городе, – нервно шучу я. – Полюбила его, пока училась. Тоже рада со всеми увидеться.       – Кем работаешь? Как жизнь вообще? Как на личном? – сыплет вопросами Света.       – Работаю переводчиком в бюро переводов. И наслаждаюсь жизнью в одиночестве, – улыбаясь, договариваю я.       Я и вправду наслаждаюсь. Мне так гораздо проще и спокойнее. Не надо никому открываться. Не надо обещать открыться…       – А ты как поживаешь, финдир? – с сарказмом спрашиваю я, вспоминая, как Света не хотела идти по маминым стопам…       На что она смеется:       – А мне понравилось. Цифры, расчеты и особенно – деньги.       Больше мы не успеваем ни о чем поговорить – на третьем этаже, отойдя с лестничной площадки, собрался наш класс, и благодаря Свете мы, как всегда, оказываемся в центре внимания (вот уж по чему я не скучала).       Я только и успеваю постоянно с кем-то обниматься, фотографироваться и рассматривать друг друга. Все повзрослели, стали более вдумчивыми и ответственными, прибавили мимических морщин. Из явных изменений – капитан баскетбольной команды Слава набрал вес.       – О! Света, что я вижу?! Кольцо на пальце – кто-то смог тебя поймать!       – Скорее, дождался, пока я сама прибегу!       – А ты, Настя, родила до двадцати пяти, как хотела?       Я хотела?.. Серьезно?!       Смутно вспоминаю, как считала, что без детей и смысла в жизни нет.       И кричала об этом направо и налево, видимо…       – Да… как-то планы изменились.       Незаметно к нам присоединяется наш классный руководитель. Наталья Витальевна говорит, что рада нас видеть, а я замечаю морщинки у ее все таких же добрых глаз. Она, действительно, классная классная. Постоянно устраивала литературные вечера, водила нас в музеи и театры…       Стоя в толпе одноклассников, рассматривая и слушая их, я понимаю, что зря переживала, – все просто живут. Саша открыл свой бизнес, но только первый год получил прибыль. Золотая медалистка Лена шесть лет сидит в декретных отпусках. Самая интересная история – у Вити и Вики. Они с десятого класса вместе, после выпускного поженились, родили сразу двоих детей, получили высшее образование и недавно съехали от родителей. Или интереснее Сережа, который переехал жить в Канаду, но не смог прилететь на встречу. Многие взяли ипотеку, некоторые до сих пор боятся сдать на права, кое-кто такой же одиночка, как и я.       После подведения итогов жизни за десять лет Наталья Витальевна предлагает подняться на этаж выше, в актовый зал. Но на подходе к нему мы снова застреваем – слева и справа от больших дверей расставлены стенды со школьными фотографиями. Я нахожу наш выпуск и погружаюсь в воспоминания. Вот мы смеемся над чьей-то шуткой на перемене, вот мы делаем серьезные лица на уроке, вот мы прощаемся со школой. Некоторые фото во внеурочное время: в общежитии, на дополнительных занятиях, совместных выездах. Иногда я любуюсь ею… Она не была красавицей, но когда узнаешь ее, как человека, влюбишься и во внешность. По крайней мере, так было со мной.       – О чем мечтаешь? – толкает меня в бок Света. – Пошли, наконец, в зал.       Медленно двигаясь в ногу со всеми, я рассматриваю зал в поисках свободных мест и замечаю машущую нам Юлю. Нашу со Светой соседку по комнате и подругу… Ее подругу. Вот этой девушки, которая сидит рядом, которая после слов Юли поворачивается к нам, которая тут же улыбается мне, как никто и никогда. И я на мгновение забываю, как дышать.       Помню только одно имя. Катя…