Журнал судьбы

Спустя два месяца

      Несколько секунд Чонгук вслепую шарил рядом с собой, но кровать уже успела остыть: кажется, тот, кто спал на этом месте, давно ушёл. Страдальчески вздохнув, он все-таки разлепил глаза и огляделся. Все было как обычно, только на полу бесформенной кучей валялась одежда, которую они с Тэхёном срывали друг с друга еще несколько часов назад…       Чонгук сладко потянулся, чувствуя приятную усталость после ночи, зевнул, потер лицо и, окончательно проснувшись, сел, опустив ноги на прохладный пол. Отчетливо слышалось мерное позвякивание ложечкой по стенке кружки, поэтому он встал и прошлёпал в единственно верном направлении.       Замер в дверном проёме кухни, прислонившись к косяку, и залюбовался. Он никак не мог перестать этого делать — любоваться Тэхёном по утрам. После сна тот был еще прекраснее, чем обычно, такой домашний и уютный, что щемило сердце.       Тёмная вьющаяся челка спадала на лоб, закрывая глаза. Тэ пытался зачесать её пятернёй назад, чтоб не мешалась, но это было бесполезно: непокорные прядки всё равно возвращались обратно.       Терпкий аромат кофе тонкой струйкой поднимался от чашки, которая стояла перед ним. Он сидел на стуле с ногами, положив подбородок на одну коленку, и читал статью в журнале. Даже вверх ногами Чонгук сумел прочитать кричащий заголовок статьи: «Как узнать, что парень тебе изменяет».       Заметив его, Тэхён медленно отложил журнал и встал напротив, скрестив на груди руки.       — Нам предстоит трудный, но неизбежный разговор. Всё что было — это было ошибкой.       Чонгук вытаращился и глупо приоткрыл рот, потому что никак не мог поверить, что этот ледяной тон и эти фразы предназначались ему.       — Это было чудовищной ошибкой. И я не могу поверить, что я так облажался, доверяя тебе, — продолжал Тэхён, и смерил его взглядом с головы до ног. Чонгуку стало не по себе. Что происходит?!       — Тэхён, ты чего? Ты о чем сейчас? — Чонгук не чувствовал за собой никакого греха, но поджилки тряслись, да еще и статья эта… Название прям очень говорящее.       — Я не знаю, как после всего случившегося мы можем быть вместе, — с надрывом произнес Тэхён и демонстративно отвернулся.       Чонгука, который вдобавок к внутренней нервной дрожи добавилась вполне реальная дрожь в руках и ногах, ощутил, как на лбу выступает липкая испарина, и облизал пересохшие губы.       — Тэ, дай я тебя обниму, поцелую и ты мне все расска… — Тэхён не дал ему договорить: резко скинув подрагивающую ладонь со своего плеча, он развернулся и процедил:       — Не думаю, что мы после всего произошедшего сможем вообще когда-либо это сделать. Есть вещи, которые невозможно простить, и то, что совершил ты, попадает именно в эту категорию.       — Тэ-э-э… — взвыл Чонгук, ни черта не понимая. — Давай поговорим!       — Нет, Гук-и, это моё окончательное решение. И ситуацию ничего не может спасти. Даже если ты сейчас упадёшь на колени, — на этих словах Чонгук действительно брякнулся на пол, всем своим видом вымаливая прощение, но не понимая за что. Тэхён, словно не замечая, продолжал говорить ровным голосом:       — И клятвенно пообещаешь, что это в последний раз. Я не смогу тебя простить.       Тэхён демонстративно обошёл Чонгука, так и продолжающего стоять на коленях, и на секунду задержался за его спиной, чтобы сказать:       — Мы оба совершили одну большую глупость, так что давай не будем совершать новых. Поставим на этом точку.       Внутри Чонгука что-то умирало и корчилось; на глазах навернулись слезы, в горле встал ком, а губы неконтролируемо подрагивали.       — Сколько раз я тебя предупреждал! — раздался за спиной резкий голос Тэхёна. — НИ-КОГ-ДА! Никогда не играй в доту на компьютере Хоби под его учёткой! Ты, блядь, испоганил ему вчера всю статистику! Он рвёт и мечет. Первое, что он утром написал, это что хрен он теперь оставит нас одних в комнате.       Что, блядь?!       Чонгук вскочил одним плавным, текучим движением, развернулся к Тэ и оскалился.

***

      Тэхён понял, что Чонгук его не так понял.       Но было поздно: глаза Гук-и потемнели, и он со звериным рыком кинулся в его сторону.       Взвизгнув, Тэхён вылетел из кухни и стал нарезать круги по квартире, пытаясь спастись от цепких рук Чонгука. Тот почти поймал его, но Тэхён увернулся в самый последний момент и успел забежать в ванную, захлопнув за собой дверь.

***

      Чонгук некоторое время стоял, прислонившись к двери спиной. Закрыв глаза, он пытался привести дыхание в норму, восстанавливая из жалких ошметков разнесённое в пух и прах сердце.       — Тэ, зайка моя, выходи по-хорошему, — вкрадчивым голосом проговорил он и ласково спросил: — Ты ведь знаешь, что я эту фанерку, которая нас разделяет, вынесу с одного удара, да?       — Не выйду, — нервно отозвался из-за двери Тэ и чем-то зашуршал. По голосу было слышно, как ему страшно. — Скоро приедет Хосок, он тебя убьёт, вот тогда я и выйду.       — Ну нет, к смерти в самом расцвете сил я не готов, — хохотнул Чонгук и с удовольствием прибавил: — У меня еще только активная половая жизнь началась, — на этих словах за дверью ванной все стихло, и он плотоядно облизнулся, представляя, что потом сделает с Тэ. — Причём очень-очень хорошая жизнь. Медвежонок, у меня к тебе предложение, а давай ты соберешь манатки и переедешь ко мне в квартиру? И Хоби не придётся никого убивать, и его учётка больше не пострадает, и нам с тобой не придётся выставлять твоего лучшего друга, чтобы потрахаться.       На этих словах дверь в ванную распахнулась и Тэхён с глазами размером с монету в пятьсот вон застыл на пороге.       — Ты сейчас что, предложил нам жить вместе? — осторожно уточнил он.       Чонгук широко улыбнулся, кивнул, ловко закинул пискнувшего Тэхёна себе на плечо и унёс в комнату, по дороге нежно похлопывая по ягодице.       — Именно! — и Чонгук направился к шкафу. — Собирай вещи!       — Эй! Я же еще не согласился! — возмущенно вякнул Тэ, но после того, как Чонгук с намеком встряхнул его, сразу сдался: — Да согласен я, изверг! Опускай меня, буду собираться.       — Знаешь, я передумал, — хмыкнул Чонгук и уронил возмущающегося Тэхёна на кровать. — После того нервного срыва, что ты мне с утра устроил, сердце не на месте, — с этим заявлением он плюхнулся на Тэ сверху, надежно прижимая его своим телом к матрасу, и проговорил в самые губы: — Ты просто обязан срочно сделать мне искусственное дыхание «рот в рот».