Стереотипы о семейном празднике

- Спасибо, всего хорошего Дверь захлопнулась, попутно прокручивая замок до двух щелчков. Последовал тяжёлый вздох, оперевшись об косяк, потер виски, желая избавиться от головной боли таким способом. В последние праздничные дни от них начинали требовать каких-то невообразимых таблиц, заставляющих многих сотрудников недовольно пыхтеть. Благо, Романов был с характером, отчего спорил с начальством битый час, добившись результата и довольно выходя из офиса. Приехав после столь насыщенного дня, он с ужасом для себя обнаружил, что полки холодильника не забиты до краев, а сейчас необычно пустуют. Лёгкая паника в тот момент охватила разум, однако, поскольку такое уже случалось не впервой, набрал нужный номер и заказал доставку на дом. Ведь идти по морозу страшнее всего, особенно будучи одетым в тонкое пальто, особенно не поев неизвестно какой промежуток, зная, что через несколько часов начнется очередной разрушающий шквал немецких снарядов. Было уж слишком очевидно, насколько брюнет не любил вспоминать сие событие, во время кошмаров просыпаясь с вспотевшим лбом, дрожащим телом и слезами на глазах. Курьер, на удивление, в настолько оживленный час приехал всего за 40 минут. Такое чудо заставило бы написать теплый отзыв об этом юноше, но определенно завтра. Сейчас перед ним стояла лишь одна задача - разобрать все это изобилие продуктов. Пыхтя, в попытках найти оставшиеся силы, героически понес сразу два большущих пакета в руках. Не то, чтобы Сашка был настолько хилым, но чек вышел не с тремя нулями. Поставив их с громким треском на ближайший стул, пометил в голове, что остальные пакеты заставит перетащить самого Москву. Оттуда тот стал вытаскивать ингредиенты для многих салатов, кучу специй, куриные грудки, а также специальные формы для выпечки и сахарную пудру. Не успев перенести все до холодильника, в квартирке пронесся мелодичный звук отрывка из балета Чайковского. Это заставила Александра удивлённо вздрогнуть, бросая все и следуя за телефоном. - Добрый день, Василиса Ярославовна. - И тебе, Сашенька, - с хрипотцой ответил женский голос. - Чего вы позвонили, что-то случилось? - Спросить хотела, ты на Новый год приедешь то хоть? А то уже так давно нас, стариков, не навещал. - Нет, в этот раз не выйдет. Неделька выдалась сложная, завалов много, - набравшись уйму опыта с 19 века, сероглазый умело соврал. - Да я и сам уже собрался праздновать с~ - С Москвой что ли будешь? - резко перебила. Было ощутимо, как Тверь по ту сторону заметно напряглась. Это понятно, ведь отношения между ними не заладились с самого начала. Междоусобицы - частое явление во времена замятни, о чем хорошо можно проследить в нынешних справочниках. Естественно, столкнувшись с образом того бесчувственного и порядком убитого Миши, Василиса никогда не хотела увидеть его снова, но каждый раз приходилось. Да и итоги самой борьбы были для нее не многообещающие, искренне считая, что голубоглазый - тот ещё лжец. Хоть за помощью к монголо-татарам обращались оба. Из-за этого Калинина никак не хотела признавать, что ее ценный Романов, являющийся в представлении маленьким ребенком, сможет заиметь связи с такой змеюкой. - Сашенька, образумься наконец, в него не стоит влюбляться, он погубит вас обоих! Ты может ещё наивен в силу своего возраста, но этот человек тот ещё лицемер. Дорогой, ты не сможешь обрести счастья. После минутной паузы последовали гудки. Знала бы Василиса, что говорить такое уже поздно, и ей нужно было сказать это далеко в 18 веке, когда влюбленность ещё не сменила ярое восхищение. В голове всплыл образ прошлогоднего посещения голубоглазого и Новгорода. /// - Может, не пойдем? Что там у них делать? - вновь заявил блондин. - Нет, Московский, мы уже сюда приехали, твои просьбы не учитываются. Столица закатил глаза, мысленно подмечая, что одним днём припомнит этот поступок со стороны любимого. Но все равно стиснул их похолодевшие руки вместе, конечно же без перчаток, из-за которых они уже удачно поссорились утром. Дело в том, что в дорогом Александре резко проснулось желание съездить в гости, да не к какому-нибудь ненавистному Екатеринбургу, а Твери, являющаяся ещё хуже. Однако решив окончательно добить, взял с собой Михаила, довольно подходя к обители. Перед ними возвышался дом, обделанный досками и брёвнами. Зажиточная пара в целом была поклонниками Древней Руси, во всей своей красе. Она и вправду прекрасна, с какой стороны бы не посмотреть, а в особенности мирная жизнь крестьян, ещё не знающая о появлении внешних противников. Именно на этом затхлом домишке настоял Новгород, обещая, что в ближайший срок перестроит ее во что-то более приличное, добросовестно выполняя обещание. Теперь "избушка" выглядел совсем только построенной, пусть с того случая прошло множество лет. Заходя за ограду, плотно прикрыли щеколду. Лисица Тверца взметнулась, с угрозой глядя на пришедших гостей. Но, заметив знакомые лица, мгновенно успокоилась, лишь став метаться под ногами и издавать странные звуки. - У тебя есть последний шанс отказаться. - Я его потерял ещё тогда, когда заказывал билеты, - деловито фыркнул, нажав на звонок. С противоположной стороны можно услышать оповещающий звук о новоприбывших, и словно по щелчку, спустя 20 секунд последовало топанье, а вслед явные предложения грубого контекста, адресованные второму сожителю. Дверь распахнула сама хозяйка. Тверь, как и всегда, была одета с иголочки, красуясь своим ярким сарафаном лазурного цвета. На талии завязан белоснежный фартучек, а на руках остались отпечатки от недавней деятельности - готовки пищи. Копна волос собрана в толстую косу, спадающую на грудь женщины. Видя перед собой двоих злейших врагов, можно провести между ними параллели, к огорчению, сходящиеся в том, что блондины совершено похожи. Те же волосы, запоминающиеся глаза цвета моря. Хотя, даже не так. Если у Твери он больше смахивал на свободное небо, то Миша затягивал с собой в самую глубь, куда добровольно за ним последовал Шура. - Привет, Сашенька, какими судьбами! - стала сразу же лобызаться Калинина. - И вам. Извиняюсь, что не оповестил, но к нам прибавится четвертый человек. - А что не предупредил, что будешь с… Москвой? Выдавила она это через зубы, ненавидя само упоминание названия города, кто отобрал все ее будущее процветание. Не прекращаемая злость так и искрит из всех щелей, и стоит полагать, что продлится такое отношение ещё не одно столетие. В целом, голубоглазый тоже не совсем дружелюбно отреагировал, благо, прожив столько времени на этой черствой Земле, он привык, что не нравится абсолютно всем. Но это ли не знак, означающий, что отбросы общества отклоняют от себя по истине сильных и независимых людей? Перетерпев все лицемерие общества, гордо выстоял ее взгляд, попутно отвечая. - А что так радость прекратилась, коль не примешь? - Только из-за Саши, - прошипела на ухо, сверкая неутолимой опасностью. - Что тут происходит? - мужской басистый голос послышался откуда-то сзади. Василиса обернулась, натыкаясь взглядом на своего муженька. Великий Новгород в это время расслаблялся в зале, однако, спустя время, все же последовал за супругой, подмечая, что та долго не заходит обратно с кучкой народа. Выйдя на морозную улицу, совсем не ожидал увидеть Александра, что весь раскраснелся от мороза. Веселье и азарт сменились на безразличие, натыкаясь на лишнюю блондинистую голову. Крепко обнимая худощавое тело Невского, обратился к Москве. - А ты чего здесь забыл? - Святогор Рюрикович, подождите. Это моя вина, что я не сказал об этом раньше. Просто подумал, что поехать с Мишей будет лучше, нежели одному, - взволновано прощебетал брюнет, в надежде, что его услышат. - Раз так, то уж примем тебя на этот раз - Только без отравы в чай, - это скорее предназначалось для Твери. - Какая отрава? - одновременно спросили единственные темноволосые в их сборе. *** Если бы у него спросили, какой самый красивый город, увиденный за всю долгую жизнь, то блондин бы без колебаний ответил - Санкт-Петербург. Он искренне считал свою вторую Столицу идеальной, выкладывая на ее развитие немалый бюджет. Ни для кого не секрет, что Питер построен по плану, лично составленному Петром Первым. Ещё в далёком 1703 году в устье реки Невы была заложена крепость, считающаяся датой основания. Он вместил в себя около 15 разных стилей, начиная от классического барокко до модерна. Каждый раз приезжая сюда, как впервой удивлялся такому разнообразному архитектурному ансамблю. Не зря бывший Ленинград ласково называли городом ангелов, крыш, мостов. Из уст туристов превосходно звучали величественные сравнения с Пальмирой и Венецией. Самолично принимая для себя мучительную участь быть сожженным ради блага петровского создания, Москва сильно породнился с этим городком. Вот и сейчас, проезжая мимо Александро-Невской лавры, после долгого буднего дня в офисе, наконец-то расслабился и посвятил свои мысли возлюбленному. За этот месяц Михаил сильно утомился, намереваясь побыстрее приехать домой, а квартиру на Невском он взаправду им считал, и уснуть часов на 12 в объятьях с шатеном. Но само собой, после длительного отсутствия, вызванного завалами на работе, которые пришлось разгребать две недели, дабы не быть вызванным обратно прямо во время наступающего года, явиться просто так тот не мог. Отчего путь они держали прямо в ближайший цветочный магазин. Само такси будто специально поджидало его около Московского вокзала. Садясь внутрь салона, водителем оказался знающий человек, соблюдавший правила и следя, дабы все были пристёгнуты. Говорил он мало, но отчего-то именно сейчас решил подать голос. - Знаешь, такие чудаки мне встретились пару дней назад, - слегка притих, поворачивая налево. - Наверное, возраста твоего парнишка, только чуть помладше. - И что такого? - голубоглазый ответил ради приличия, не сводя взгляд с недавней переписки. - Я сначала подумал, что они встречаются. Ну, как обычно бывает, - кивок. - А там то этот пидор оказался, будь он проклят. Вот моду взяли, эта молодежь, ещё девку туда пристроил. Первопрестольный закатил глаза. Ну надо же, очередной ненавистник подобной ориентации. Хотя, так и изначально можно догадаться, видно же, что воспитан в СССР. К таким людям он относился нейтрально, не особо их виня, ведь зародки схожего неуважительного отношения складывались ещё давно, что узрел собственными глазами. Может, его дорогой Саша до сих пор шугался лёгкого прикосновения плечами на улице, но вот нынешние подростки выросли необычайно вольными, выставляя свою любовь для всего общества. - А как выглядели хоть? - Да один такой интеллигентный, причесанный. Гей этот проклятый, сразу видно. Кудрявый, в очках сидел, краснел все время. Прямо на твоём месте был. И ещё какая-то, с родинками под глазами, не местная что ли… Миша еле сдержал чуть не вырвавшийся смешок, вот же неожиданность. Видно, им обоим попался один и тот же водитель. А кто второй был, Казань? Даже ничего не сказала, а могла бы и заехать. - Так, а знаешь куда они ехали? - от такой формы слова Саша точно бы бросил едкий комментарий. - В секс-шоп, представляешь! Суки, породил же их дьявол… - Ну тише ты, имей уважение, в Культурной столице же. А вот такой поворот вызывал кучу вопросов. Сашенька, его нераспустившийся лепесток лотоса, имел что-то общее со столь пошлыми вещами? Даже если и так, то зачем? Решил удовлетворить себя сам, бросая надежду, что старший вообще приедет после праздников? Да и Камалию ещё потащил... От ощущения недосказанности вызвались волнение и небольшая обида. Но звонить сразу же бывшей супруге не захотел, намереваясь лично поговорить с сероглазым, или дождаться, пока тот сам признается. *** 30 декабря, 19:00. Александр расположился в гостиной, находясь в своеобразном коконе из одеял. Рядом находился Нева, соизволивший проявить свою любовь к хозяину и лечь на колени, мурлыкая при каждом поглаживании за ухом. В руках покоился один из романов Федора Михайловича Достоевского, попавший в журнал " Русский вестник" в 1868 году. Такими спокойными вечерками в одиночестве он всегда читал любимую литературу, особенно сильно запавшую в душу. Таких писателей было немного, ведь по мнение самого шатена, многие из них абсолютно переоценены, однако по-настоящему шедевры вечно будут храниться в специальной библиотеке, под которую отделена комната. Питер, являющийся настоящим ценителем искусства, а в особенности веков своей юности, мог хоть тысячи раз перечитывать одни и те же произведения, ведь хуже те не становились, а наоборот, помогали прочувствовать истинную задумку за пустыми буквами. Фоном шла нашумевшая турецкая сага "Великолепный век". На самом деле, телевизор можно уж давно выключить, чтобы тот попусту не увеличивал задолженность за электричество, но были все же и вправду интересные моменты, стоит признать. Как и сейчас, вновь видя ту же сцену на балконе, где Ибрагим крепко положил свои руки на шею Хюррем. Тут уж никакие Пушкины не помогли отвлечься, переводя взгляд на экран. В тот момент, когда начинается кульминация, персонажи ведут трогательный диалог, а на щеках рыжей проявляются слезинки… Во всем доме раздался отвратный трезвон, оповещающий о прибытии гостя. Сероглазый хотел самолично задушить прибывшего, и уж точно нежданного, человека. Недовольно ступая голыми ступнями по прохладному паркету, соизволил открыть дверь. И тут же замер, наткнувшись на собственную столицу. Резко стало стыдно за все гадости, проплывшие в мыслях во время ходьбы до входа. Мишеньку он как раз ждал, и это слово абсолютно не олицетворяет настоящие эмоции. Захотелось наброситься на мужскую шею, расцеловать всего блондина и повиснуть на нем. Но, во-первых, сначала нужно дать переодеться. А во-вторых, повыделоваться за долгое отсутствие. Он прекрасно знал причину, но отказаться от такого удовольствия не мог, привыкнув брать от жизни все, что предоставлялось. - Тебе, моя Северная Пальмира, - вручил букет цветов. Да не просто безделушек, а глоксинии. Саша, знающий язык цветов, машинально принял его, с удивлением разглядывая и понимая, какой же замечательный аромат исходит. А означало это любовь с первого взгляда, сильные чувства со стороны Москвы. Тот прекрасно знал, как тронуть свою снежную королеву, чтобы его сердце навсегда растаяло и широко раскрыло двери. Упиваясь реакцией, продолжил. - Милый мой, не злись на меня. Ты же сам прекрасно понимаешь, поработав эти дни, я с уверенностью могу сказать, что не потребуюсь срочно в 23:56, в самый канун Нового года. Множество раз уже говорил, но повторюсь, ты самый прекрасный и обаятельный человек, которого я когда-либо встречал. Ни к одному живому существу мои чувства не были столь искренны, как к тебе. За наше счастье я готов гореть ещё двадцать раз. Блондин прервался, глядя на возлюбленного. Мягкая улыбка последовала следом, видя своими глазами, цвета чистого океана, лицо Романова. Его настолько тронули сладкие речи Московского, что и так сентиментальный, ещё больше проникся, отчего по фарфоровому лицу скатывались тоненькие слезинки. Смотрел искренней, преданной любовью, забыв обо всех прошлых обидах и планов долго упираться. Спустя пару секунд, притянул к себе Первопрестольного, крепко обнимая и утыкаясь в ключицу, вдыхая родной запах любимого тела. - Прощен, Мишенька… - Рад, Заря моя Северная, но почему ты опять хочешь заболеть? Дабы его золотце больше не морозило ноги, о чем сильно беспокоится Московский, слегка опустился, подхватив Петербург под колени и унося свою ношу обратно в спальню. Изначально юноша чуточку испугался от отсутствия опоры в плане пола, плотнее прижимаясь к возлюбленному. Однако совершено не стал противиться, находя даже комфортное ощущение того, что находишься под полной защитой. Далее был аккуратно опущен на кровать, укладывая голову прямо на подушки. Усталый Александр прикрыл глаза, все же решив выпустить шею из крепкого плена. И уже сонно продолжил; - Положи пакеты из прихожей в холодильник. И цветы в вазу. Блондин хмыкнул, пару минут полюбовавшись на драгоценное олицетворение города, все же выходя из комнаты. Первым делом он нашел какую-то вазу, по его памяти подаренную Пьером, из-за чего появилось мгновенное отвращение. Мозг уже не мог нормально воспринимать все эти имена, схожие с работой. Так что взял рядом стоящую, укладывая пышный букет цветов. Следом Михаил перенес пакеты с порога на кухню, заметно удивляясь их весу. По содержимому обнаружились лишь продукты для праздника, которых, казалось, было уж слишком много. Выполнив все поставленные задачи, устроился рядом, прижимая младшенького поближе и обхватывая талию. Саша в его руках повернулся к нему лицом, начиная сопеть в шею. Два неимоверно влюбленных сердца в этот промежуток времени вновь объединились, даря друг другу потерянные частички тепла за все длительное отсутствие одного из них. Лишь Нева был недоволен из-за того, что у него отнял место и внимание Александра один и тот же надоедливый человек, в котором хозяин умудрился найти что-то хорошее.