Укради меня из этого ада...

Дилюк наконец вытащив из заточения Альбериха, работал как ни в чем не бывало, что бы не вызывать подозрений. Хотя его подозревали всегда и во всем. Пожалуй еще не было в его карьере врача дня, где он не получил ни один выговор. К счастью Мерехим уже был мертв, а остальные сотрудники на корпарате, вот только было одно неприятное «но». Самый дотошный прихвастень Мерехима был почему-то все еще здесь. Он часто любил ходить за Дилюком и следить за каждым его шагом, только Рагнвиндр если хотел что-то скрыть легко это делал. Но сбежать с рабочего места под его взором точно не получится. — А что это мы работаем, а не идем на корпаратив? В кое-то веке выходной между прочим. — сказал с виду молодой парень, который, кажется, был учеником Мерехима. Хорошо, что он не знает о смерти его учителя, такая шумиха поднимется, что Дилюк точно не уйдет незамеченным и застрянет на долго, не успея убежать с Альберихом. Хотя он пожалуй с самого начала знал, что та встреча с Кэйей была последней, тот наверняка давным давно уехал как можно дальше, что бы забыть все и начать новую жизнь. — Ага, мне такое не интересно, в отличии от некоторых я свою унылую жизнь в алкоголе не топлю. — сказал Дилюк, все так же безразлично. Он стоял бессмысленно перебирая бумаги и создавая вид активной деятельности. — Кто бы говорил, бывший наркоман, хотя что же я, бывших не бывает. Еще и работали закладчиком, я все про вас знаю. — сказал прилипчивый сотрудник, который специально видимо давил на больное, просто чтобы задеть красноволосого. — Не лезьте в это, если не нужны проблемы, мой вам совет. — сказал Рагнвиндр, который начинал злиться, он не любил когда трогают эту тему, раскрыться перед Кэйей тоже было очень сложно, но необходимо. — Вы злитесь, значит слухи не врут, вы ужасный человек, но ничего, скоро и вы будете в стенах этой больницы, вам не уйти. — сказал ученик Мерихима, у которого видимо руки чесались испортить кому-то жизнь. — А вам лишь бы создать ложных слухов. — невольно прошипел Дилюк, уходя в неизведанном направлении от разговора. — Убегаете? Ну ничего вас быстро догонят — сказал парень, как из-за угла появилось двое санитаров. На Дилюка готовили засаду, неужели они так быстро узнали о всех его делах. Это было хуже некуда, хотя нет, Альберих успел бежать, а значит свой долг врач выполнил, помог пациенту. Можно было идти в полный отрыв и бежать, главное никого не убить иначе замять это как убийство Мерехима не получится. На удивление отпинать двух санитаров было не сложно, они были совсем уж слабыми, единственная опасность была в их шприцах. Пока те двое лежали без сознания, в атаку пытался пойти ученик Мерехима. Но тот оказался совсем уж слабым, так что его шприц был быстро обломан, а сам он лежал у стенки без сознания. Теперь пора уносить ноги, Дилюк шмыгнул на улицу, пока не поднялась шумиха. Только пробежать как обычно пропускной пункт не получилось, там началась возня из-за отсутствующего пропуска. «Никогда такого не было и именно сейчас. " — думал про себя Дилюк, поглядывая на здание больницы. Тут раздался телефонный звонок, потребовалось меньше трех секунд, что бы понять от кого он и с какой целью. Кто-то нашел тела без сознания и сообщил о том, что никого нельзя выпускать. Рагнвиндр не долго думая вбежал по почти полностью вертикальной стене, и на верху, все-таки задевшись о колючую проволку и перемахнул через забор. Приземление тоже было не сказочным, кровь сочилась кажется отовсюду, но Дилюку пришлось забыть об этом и бежать. Далеко так не уйти, но стоять на месте смысла нет. Так врач бы и несся вперед, пока не выдохся и его не поймали санитары или менты, вот только из-за угла не очень аккуратно, но зато быстро вырулил авто. За рулем был Кэйя, который не штаны просиживал, а сбегал за автомобилем, дабы помочь своей «красноволосой принцесссе». — Хочешь жить, запрыгивай. — сказал Альберих, который смотрел вдаль, смотря на преследователей, что уже совсем близко. Дилюк не медлил ни секунды, он быстро открыл дверь и сел, после чего Кэйя вдарил по газам. Уже на ходу захлопнув дверь, мужчина выдохнул с облегчением. Раны неприятно ныли и оставляли кровавые следы, но сейчас было не до них. — Спасибо. я думал, что это конец. — сказал Дилюк, который был просто нереально счастлив. За ним вернулись, его не забыли, ему помогли. это значило для него слишком много. — Я был бы полным эгоистом, если бы оставил тебя там умирать. Тем более я говорил, что мы сбежим вместе и я свое слово сдержу. — сказал Альберих, немного усмехнувшись. Когда дорога стала чуть по спокойней, смог наконец обратить внимание на кровь, что не заметил в пылу побега. — Серьезные порезы? Сколько еще протянешь? Болят? — начал засыпать вопросами синевласый, который вне стен больниц стал снова говорливым. — Я впорядке, не стоит беспокойств. Зашью, когда найду чем. — сказал Дилюк, который откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза, было больно, но под другими чувствами эту боль удавалось глушить. Все тело горело после падения с внушительно высоты или это не от этого?.. во всяком случае лучше не становилось. — Дилюк, я же вижу, что тебе плохо, что с тобой? Хватит строить из себя героя, мы больше не в больнице, а я больше не немощный пациент, могу и о тебе позаботится. — сказал Кэйя, серьезно глянув на пассажира рядом. — Я в силах о себе позаботится, правда, кровь потом уберу из салона сам, не переживай… — сказал красноволосый, все так же не открывая глаз. — Я же не об этом думаю… Потерпи еще немного и не потеряй сознание. — сказал Кэйя, укорившись еще сильнее. Мужчина гнал как не в себя, опыт погонь был очень полезен, плавно лавируя между рядами, вскоре машина срулила с трассы в сторону леса, на не большое ответвление. Прошло не так много времени, пока они оказались у небольшого захалустного домика, что выглядел заброшенным. Но внутри оставался вполне обитаемым. — Люк, можешь идти?.. насколько все плохо?.. — спросил Альберих, уже выйдя иж машины и открыв дверь со стороны Дилюка. Синевласый аккуратно тормошил того за плечо, оглядывая с ног до головы и только теперь видя насколько много крови утекло. Рагнвиндр с трудом открыл глаза и мутым взглядом посмотрел на нарушителя его спокойствия. Сил осталось совсем мало, пальцы немели, а сознание так и норовило ускользнуть. — Да. сейчас. дай мне пару минут. — сказал Дилюк, которому по виду было пару минут до смерти, а не до прилива сил. — Какой же ты все-таки врун. — сказал Кэйя и аккуратно поднял мужчину на руки, к счастью, бывший врач при своем состоянии даже отпора дать не мог. Его голова легла на плечо Альбериха и сам он весь немного напрягся, видимо от боли, но по крайней мере так было удобней его нести. — Эй, оставайся в сознании, нельзя спать, Люк, пожалуйста. — говорил Кэйя, пока быстро нес его в дом, там положил его на диван и быстро выхватив аптечку начал перетягивать раны. С такими повреждениями нужно везти в больницу, но сейчас это равносильно смерти, их точно ищут и пока дело не будет доведено до конца, покидать эту халупу точно нельзя. Потому приходидось справляться самому и надеяться, что Дилюк силен и сможет справиться даже при полевой медицине. На это в общем-то и была вся надежда, на то что он неубиваем. Это была далеко не самая сложная ночь в жизни Кэйи, бывало и гораздо хуже, но это была одна из самых страшных ночей. Истощенный после лечебницы Альберих, сидел всю ночь перед кроватью, пытаясь сбить поднявшуюся температуру красноволосого и не дать тому погибнуть от ран. Это было даже не столько чувство долга и благодарности за побег, сколько личная привязанность к Дилюку, который был опорой в нелегкие времена. Утром Альберих сидел не живой не мертвый, сжимая руку Рагнвиндра, чтобы чувствовать пульс на запястье. Красноволосый пережил ночь, значит обязан жить дальше и справиться с теми повреждениями. Он тяжело дышал, но лучше чем ночью, да и температура почти полностью упала. Из состояния полусна его выдернула дернувшаяся рука Дилюка. Красноволосый приподнялся посмотреть что с его рукой и почему она зафиксирована, а потом увидел синеволосую причину. Рагнвиндр немного улыбнулся и лег обратно. — Спасибо. — тихо сказал Дилюк, у которого все еще мало сил, но состояние уже гораздо лучше. Альберих широко улыбнулся видя, что Рагнвиндр все-таки пришел в сознание и еще жив. Это было такое большое облегчение, будто Кэйя бы сейчас расплакался, совсем расчувствовавшись. Но он был кремень, хотел оставаться сильным, сказать, что все что видел Дилюк в больнице это так, временные неполадки и он достоин. Вот только было не совсем ясно чего именно. — Я так рад что ты жив. Мы смогли убежать, теперь все страшное позади. — сказал Кэйя, который не мог физически перестать улыбаться. Один из редких случаев, когда он улыбался искренне, хотя для Дилюка Альберих был готов улыбаться всегда искренне. Прошло еще пару часов, Кэйя все это время крутился возле кровати, но когда Дилюк заснул, ушел на кухню готовить еду из остатков провизии, что хранились в доме. Повар из Альбериха был неплохой и что-то сварганить он был в состоянии. Приготовив рисовую кашу на воде, потому что молока, что не удивительно не было, пошел обратно в комнату к пострадавшему. Дилюк к тому моменту уже снова проснулся и сидел рассматривая убранства и довольно нелепо завязанные бинты, хотя свою задачу они все-таки выполнили. — Бинтуешь ты довольно неумело, удивительно как они вообще остановили кровь. — сказал Рагнвиндр, который не мог не придраться, хотя хотя бы из вежливости стоило бы помолчать. — Ну извините, что я не такой идеальный, хорошо что ты идеален и выжил даже после моих махинаций. — усмехнулся Кэйя и поставил на стол возле дивана тарелку с едой — Но каким бы идеальным ты ни был, тебе нужно поесть, может не так вкусно как хотелось бы, но я постарался. — закончил Альберих, снова улыбнувшись. Дилюк не ожидал услышать слов о идеальности, но лицо удержать смог без особого труда. Стоит привыкать к коментариям Кэйи, раз уж он приютил на время у себя. — Я не… Ладно, все равно спасибо, я ценю твою помощь. — сказал красноволосый, видя как Альберих кажется снова просиял от такой простой похвалы, зато от кого, от самого Дилюка Рагнвиндра. — Все-все, попридержи похвалу, а то я совсем расклеюсь, ешь давай. — сказал Кэйя и сел напротив в кресло, откинув голову и наконец расслабившись. Кажется он постиг полного уюта, рядом сидит и кушает Дилюк, а больше никого нет и никто не наблюдает. После даже такого сравнительно не долгого нахождения в лечебнице, Альберих был измотан и истощен, он искал в этом мире только одного, покоя, умиротворения и гармонии. Так и уснул Кэйя сидя в кресле, слишком сильно расслабившись после тяжелых дней. Рагнвиндр поев приготовленный рис, хотел поблагодарить Кэйю, но невольно вспомнил, как сам в больнице принес тому еду и после получил довольно смущающую благодарность. Хотелось ответить чем-то подобным, вот только Дилюк вовремя заметил, что его дорогой друг спит. Бывший врач тяжело вздохнул, поднялся с дивана и накинул на спящего плед, что лежал неподалеку. Рагнвиндр снова посмотрел на свои бинты, а потом решил их заменить, аптечка как раз лежала неподалеку. Дилюк не особо любил показывать свое тело, а бинты сейчас были у него поверх одежды, Кэйе точно было не до аккуратности, пока он спасал бывшему врачу жизнь. Красноволосый снял с себя бинты, а потом одежду и начал аккуратно обработывать глубокие порезы, что, к счастью, уже не кровоточили так сильно как раньше. Мужчина плотно сжал зубы, постепенно привыкая к боли, что сохранялась все это время. Дилюк даже половины не закончил, как уловил на себе заинтересованный взгляд Кэйи, который уже некоторое время наблюдал за его работой. Рагнвиндр отвернул голову в сторону и недовольно фыркнул. — Отвернись хоть для приличия. — сказал тот, понимая, что Альберих вероятно уже все видел, все эти шрамы, надрывы и прочии уродства на теле. — Ой ой ой, кто-то стесняется. — сказал Кэйя и усмехнулся, его самого чужое обнаженное тело совсем не смущало. Альберих встал с места, оставив плед лежать на диване и немного улыбнулся, сев рядом и взяв в руки вату смоченную антисептиком. — А ты заботливый, даже укрыть не забыл, а сам тут корячишься в одного. — сказал синеволосый и начал помогать, аккуратно проходя по ранам. Через некоторое время он поднял свой взгляд на лицо Дилюка, пытаясь понять, почему тот молчит. Кэйя лишь мельком заметил смущенное и покрасневшее лицо красноволосого, после на его глаза легла чужая ладонь. — Не смотри. — негромко сказал Дилюк, который теперь казался совсем уж беззащитным, неужели этот «идеальный» человек так сильно стесняется сам себя.