Падение

      — «Из-за своих ног мне прийдётся уйти из истребителей… А как Иноске, Танджиро и Незуко?»       Солнце светило ярко, освещая каждый участок земли.       Зеницу опёрся об ствол дерево и притронулся к шраму на правом глазу, ощупывая снова. На протезах стоять было тяжело и непривычно. Выглядывающие, золотисто-коричневые глаза из-под высокого воротника смотрели на людей, оценивая. Они были напуганны, шептались с друг другом, озирались по сторонам.       Проскальзывая усталым взглядом, Агатсума приметил высокий столб, на котором сидел ворон. Он оглядел всех присутствующих, а после каркнул:       — Здравствуйте все! — Это заставило вздрогнуть и обернуться. —Глава организации охотников, Убуяшики Кагая, решил ввести тренировки со столпами и киното! — каркала ворона.       — Стол… С кем? — послышалось неподалёку от блондина.       — Все истребители, находящиеся во всех областях страны, будут разделены на три группы… — Агатсума слушал в пол ухо.       — «Если бы я проснулся на день раньше и пошёл бы вместе с Танджиро в деревню, то смог бы я ему помочь?» — думал он.       — Но! Нужно сделать ремарку! Истребители в тех регионов, где демоны не были зафиксированны, будут вынуждены…       — «Да, наверное, сдох бы, утянув с собой и Танджиро, и…»       — А кормить нас как будут? — прервал монолог знакомый голос.       Зеницу посмотрел на источник голоса печальным взглядом.       Поднятый серых оттенков крюк был ореинтиром, привлекающим внимание.       — Об этом позже! — недовольно сказал ворон, продолжив:       — Перейти в другие регионы с большим количеством демонов… — Парень с обидой опустил руку, подбочившись.       Зеницу преободрился. Под недовольное шептание, блондин устремился к парню, опираясь на всё, что только можно.       Знакомая маска, отдалённо напоминающей кабана, блестела под солнцем. Крюк, вместо правой руки, выглядел угрожающе, но не для Зеницу.       Блондин положил тёплую руку ему на плечо.       — Иноске! — прошептал он.       Маска со шрамом на пол «морды» оглянулась с недоумением, что в мгновение сменилось радостью.       — Моницу! — заорал он, обняв крепко друга.       Ворон прервался, с недовольством смотря на друзей.       — Да тише ты! — шикнул он, потирая ребро. Все оглянулись на них с возмущением.       — Если вам неинтересно, то можете идти! — крикнул кто-то.       — Но это непосредственно вас коснётся!       — Извините, пожалуйста! — Блондину было неловко. «Кабан» замолчал.       Ворон недовольно смерил их взглядом, продолжив:       — Одна группа из области будет меняться с другой областью, для облегчения ваших тренеров, ибо они…       — Слушай, ты слышал, что произошло в деревне кузнецов? А то все толдычат только об этом… — прошептал в самое ухо Иноске.       — Потом, всё потом…       — Но если кто-то из группы приуспеет в тренировках, то может спокойно переходить в другую продвинувшуюся группу! Первая тренировка будет по выносливости! В каждой области по своему учителю! Дальше вам уже сообщит ваш ворон. Вопросы?       Девушка подняла руку.       — А как мы будем переодолевать большие расстояния? И… как будет происходить «пересменка»?       Все закивали, соглашалаясь с ней.       — Переодолевать будете с помощью поездов, машин или же пешком. Как только отдохнувшая группа прийдёт к «работующей», то занимается патрулированием, а вторая идёт отдыхать, после начиная тренировки.       — А сколько всего учителей?       — Слушай, как там Танджиро? — Иноске раздирало изнутри от любопытства.       — Тренировка одной группы будет проходить две недели, одну вы отдыхаете и перемещаетесь к «работающей»…       — Спит! — прошептал блондин. — Всё, тихо! Ты мешаешь людям слушать!       Агатсума поднял голову, смотря на ворона.       — Спасибо вам всем за уделённое внимание! Желаю вам удачи!       — А я прослушал всё… — с разочарованием сказал он.       Иноске ударил по плечу, отведя друга в сторону поместья «Бабочки».       — Ты мне лучше скажи, как ты? Что с той деревней?       Подняв маску, спросил он. Шрам, проходящий через его лицо и разделяющий на два, был прямым и чуть не задевает глаза. Но парню было плевать. Он был просто рад встрече с другом.       — Ну… — замялся Агатсума, — у меня рёбра болят и рука… А в деревню кузнецов направились луны и…       Инвалид замялся. Парень помрачнел и кивнул.       — Ясно… — Надел снова маску, с секущим швом на всю морду.       — Я… слышал, что ты через две недели после квартала проснулся… Ты молодец. — постарался перевести тему Зеницу. Из-под маски послышалось довольное хихикание.       — Я просто сильнее тебя и Тонпатиро, — хвастался он. Зеницу лишь улыбнулся.       — Да, именно так.       Парень в маске задумался, притихнув. Блондин изогнул бровь, ожидая дальнейшего распроса.       — Слуш, а к Тончиро можно сгонять?       — Нет, к нему не пускают… Говорят, что не надо его беспокоить. — Помрачнел Агатсума.       — А если мы просто посмотрим на него? Считово?       — Да, — кивнул Зеницу.       — А если об этом никто не узнает?       Впуская в поместье холод, дверь отварилась и оттуда, как воры, вошли Зеницу с Иноске.       Повсюду бегали люди с подносами, забегая в палаты.       — Так, ты говоришь, что Комабоко на втором этаже?       — Да… Что ты делаешь? — Иноске зацепился крюком за щель в досках, начав карабкаться на верх.       — Веди меня… — тихо и таинственно прошептал он.

***

      Кочо тихо переговаривалась с женщиной в тёмно-фиолетовом кимоно и в белом каппоги. Она выглядела более живой, чем вчера.       — Здравствуйте, госпожа Кочо, — Зеницу поклонился. — Как там мой друг Танджиро?       — Здравствуй. Всё ещё плачевно. Навести его сможешь через неделю.       Зеницу запрокинул голову, наблюдая краем глаза за Иноске. Тот выглядывал сверху из угла и воротил головой, мол: «Так долго не протяну».       — Ясно… А я могу чем-нибудь помочь вам? — посмотрев на столпа, спросил он.       Та улыбнулась.       — Нет, к сожалению. Да и давай лучше мы осмотрим тебя. — Она развернулась и пошла по коридору.       — Так… мне стоит ли сделать коррективы? — спросила женщина с заколкой-ромашкой.       — Да, госпожа Тамаё. Мы потом ещё обсудим ваши яды… — Обернулась Кочо. Зеницу, опираясь об стену, пошёл вслед за ней.       Тамаё кивнула и пошла в другую сторону. Иноске нахмуренно проследил за ней.       Люди всё также ходили по поместью, пока не раздалось заветно: «Перерыв».       Наконец, когда всё стихло, он разжал пальцы руки и тихо спрыгнул на пол, царапая крюком пол.       — Так, Гонпачиро, где ты есть? — прошептал он, проходя дальше на носочках по коридору.       Вдруг, послышались постукивания, что приблежались. Зеницу.       — Он там. Будь тише, ему нужно отдыхать!       Иноске шумно отодвинул дверь, ввалившись в палату.       — Конпатро! — проговорил он. Зеницу зашикал, приставив палец ко рту.       Танджиро тяжело дышал. Парень в маске опустился на стул рядом с койкой, наклонив голову и вслушиваясь.       — И давно он так? — Поднял голову и посмотрел на блондина.       — Он проснулся через два дня после деревни кузнецов и снова заснул. — «Кабан» кивнул.       — А Пензуко?       — Спит. Госпожа Кочо и остальные колют её лекарствами, чтобы лучше себя чувствовала. Говорят, не особо и помогает… — мрачно сообщил он своему товарищу.       — А ты знаешь где она?       — Нет… — Иноске хмыкнул.       Ветер за окном свистел, давя на Зеницу. Он словно говорил: «Чего же ты ждёшь? Говори! Он сможет помочь!»       — Слушай, а чего он намылился в ту деревню?       — Мы обещали друг другу, что тот, кто первый проснётся пойдёт за клинками, если не будет возможности кузнецам их принести…       — А чего меня не попросили? Я же мог сгонять! — возмутился однорукий.       Агатсума с возмущением посмотрел на того.       — Мы трое обещали друг другу, но ты забыл об этом!       — А этот кузнец в последний момент напи…       — Он сразу после квартала ему прислал письмо! Тебе об этом говорили, ты! — возмущался блондин.       «Кабан» потёр шею, сказав:       — Мне об этом никто не напоминал…— Зеницу тяжело вздохнул, посмотрев на сопящего. Наступила тишина. Зеницу в обеспокоение посмотрел на друга и, не выдержав атмосферы, сказал:       — Знаешь, я в последнее время думаю, что именно мне стоило бы оказаться вместо Танджиро в той деревне…       Иноске оглянулся на друга. Ничего не говоря, он подскачил с места, ударяя товарища по затылку.       — Не говори так! Если бы ты со своими ногами оказался там, то умер бы сразу! — возмущался он, схватив за воротник униформы. Агатсума испуганно смотрел на друга, что вспылил. — Ты… — В комнату зашла Тамаё. Она в недоумении посмотрела на товарищей, напрягшись. Её рука потянулась за узел пояса.       Иноске ослабил хватку, отходя и из-под любья зыркая на неё. Зеницу взбодрился, спросив:       — Здравствуйте, госпожа Тамаё, как Незуко?       — С ней всё хорошо, а теперь, пожалуйста, покиньте палату, — неуверенно сказала она, указав на дверь. Парень в маске схватил друга за руку, поттащив на выход. — Если вы будете драться, то я позову госпожу Кочо.       — Хорошо, извините… — пробормотал блондин. Иноске смотрел за её действиями.       На первом этаже было шумно. Тарелки звенели в столовой. Люди бегали из палаты в палату с подносами еды и лекарств. Друзья молчали несколько минут, пока в маске не спросил:       — Я не помню, спрашивал или нет, но почему в поместье «Бабочки» демоны?       — Госпожа Тамаё доказала свою преданность делу и ей доверяют. Остальные, как я понял, «неправильные»…       Иноске кивнул и посмотрел в окно. Люди скидывади снег в одну кучу, формируя что-то похожее на гигантскую лягушку.

***

      Ветер ужасно свистел, пытаясь пробраться в дом. Несколько людей всё ещё ходили по поместью, заглядывая в палаты.       Зеницу тихо и монотонно покачивался, идя по коридорам. Воротник его униформы был растёгнут и закрывал пол лица, пропуская немного воздуха.       Из палаты на носилках вынесли человека, накрытого простынёй. Ещё один умер. За стеной кто-то плакал.       — Может… мне стоит уйти в отставку? — вслух спросил он себя.       Никто не обратил внимание, только девочка посмотрела на его уставшее и осуновшееся лицо.       — Интересно, а когда Иноске с тренировок прийдёт? — задался он вопросом.       — У них дорога в горы и прийдут точно не скоро, — сказала девочка, идя обратно в палату.       Ветер завывал и скулил. Поднялась пурга. Зеницу вздохнул тяжело, наклонив голову на бок.       — «У меня дорога либо в сокрытели, либо в пенсию…» — думал он. Но на слове «пенсия» блондин остановился. Дедушка что, зря старался, обучая его?

***

      Парень, одетый в водолазку, со всех ног бежал по лесу, перепрыгивая через сугробы.       Маска кабана немного подпрыгивала на его голове, но тот лишь придерживал её.       — Куда прёшь? — слышалось сзади. Кто-то утопал в снегах.       — Хашибира молодец! Остальные модтягиваемся! — кричал мужчина, прыгая и отталкиваясь от стволовдеревьев.       — А какой у нас приблизительно план на тренировки?       — Точно! Я же забыл рассказать, что вас ожидает! — крикнул он в алом кимоно, отпрыгивая от дерева. — Все сюда!       Иноске остановился, с недовольством смотря на бывшего столпа.       Тяжёлое дыхание приблежалось и прямо рядом с мужчиной упал парень.       — Лизать снег приказа не было! — сказал он, но уже подбежали ещё человек двадцать.       — Слушайте все сюда! Тренировки на выносливость будут проходить в лесу на горе. — Он замахал бамбуковым мечом, привлекая внимание. — Воздух разряжённый, поэтому используем концентрацию дыхания! — При слове «горы» в глазах Иноске загорелся азарт и детское счастье. — Тренироваться у меня будете до того момента, когда полдня сможете не устав пробежать!       — Наконец-то… — захихикал Иноске. Горы скоро.       — Продолжаем идти! — Белобрысый отпрыгнул от снега в сторону дерева, отпрыгивая уже оттого.       — Не тормозим!       — Смотри, Бог Праздников! Я стану сильнее и сломаю тебе лицо! — орал Иноске, разбежавшись и, будто бы, озверев.       — Давай, только бегай, — с усмешкой говорил мужчина, перепрыгивая с дерева на дерево. — Подтягиваемся! — кричал он, обняв одной рукой с двумя пальцами за ствол дерева и подгоняя бамбуковым мечом какого-то паренька. — Бежим, пока кровью блевать не станете!       — Господин Узуй, а когда будет гора? — подбежав, спросил истребитель в зелёном хаори.       — Да ещё пару километров и всё, — говорил мужчина, тыкая в бок парня.       — А куда…       — Хашибира! В другую сторону! — крикнул одноглазый, указав мечом вправо. «Кабан» поскакал назад, перепрыгнув через сугроб.       — Догоняйте меня, сопляки! — крикнул он. Люди с недовольством покосились на него.       — Вот, берите пример! — крикнул Узуй, посмотрев назад, — кто это там отстаёт? — спросил он, направившись назад.       Ветер засвистел сильнее, подняв пургу, что летела в лицо парням.       — Не останавливаемся! Уже совсем скоро всё будет! Ореинтируйтесь по запаху глицинии! — слышалось на весь лес.       Иноске улыбался, как дитя. Он перепрыгивал через кусты, смеясь. Любит очень горы. Если бы не водолазка, то было бы ещё идеально.       Он вспомнил, как делал «Бог Праздников» и отпрыгнул с места, зацепляясь крюком за дерево. Он вглядывался в белую пелену.       — Ого! Ну не уж то я такой быстрый? — хвастался он.       Позади послышался колокольный звон и Хашибира в удивлении обернулся на него.       — Это жёны мои указывают, куда идти! Не стой столбом! — слышалось далеко. Хашибира усмехнулся, отпрыгнув дальше.