Возвращение

      — Пошли, — Дин досадливо вздохнул. — Нам здесь делать нечего.       Ответного комментария не последовало, и Дин повернул голову к Кетчу. И недоуменно вскинул бровь.       Друг стоял с нечитаемым выражением лица, глядя себе на ладони.       — Эй. В чем дело? — Дин шагнул к нему.       Губы Кетча шевельнулись, и, он не отрывая взгляда от рук, негромко произнес:       — Так много крови...       Дин остановился, сообразив, что тот во власти какого-то кошмара или, может, даже флешбэка. Руки Кетча были чистыми. Однако в двух шагах от них был труп молодой женщины, и хоть она не лежала в луже крови, последней было достаточно, чтобы что-то напомнить. Хотя Дин не мог не удивиться — Кетч был хладнокровным убийцей, и очень трудно было предположить, что кровь убитого человека может оказаться для него... чем? травмой, что ли? Хоть тот и изменился после своей первой смерти, род его занятий оставался тем же... Правда, сейчас он охотился только на монстров. Неужели для него стала такая большая разница?       Все эти мысли сменяли друг друга в мозгу Дина, и он потряс головой.       — Эй, — он шагнул ближе и тронул Кетча за плечо. — Ты в порядке?       Кетч вздрогнул, уставился на Дина неузнающим взглядом, но через секунду расслабился. Дин невольно заметил, что тот даже не попытался схватиться за оружие.       — Да, вполне, — ответил наконец тот.       — Я сказал: нам тут нечего делать. Поехали отсюда.       Кетч кивнул, и они вместе пошли к машине.       Дин сел за руль и завел мотор. Кетч устроился рядом на пассажирском сидении. Он молчал — и это говорило громче любого крика.       — Когда это случилось? — наконец поинтересовался Дин.       — Что? — Кетч тряхнул головой, словно выходя из анабиоза. — О чем ты?       — Ну, тебе же Карли Олмонд что-то напомнила? Твое первое убийство? — озвучил Дин самое напрашивающееся предположение.       — С чего ты взял? — Кетч изумленно на него уставился.       Дин бросил на него недоверчивый взгляд.       — Чувак, ты застыл у трупа как примороженный. И начал говорить про кровь. Только не говори, что не помнишь.       — Про кро...       — Ну, ты сказал "так много крови"... — Дин осекся, увидев мгновенно позеленевшее лицо Кетча. — Только не в Детке! — рявкнул он и ударил по тормозам.       Артура не нужно было уговаривать. Он распахнул дверцу еще до того, как машина полностью остановилась, и рванул на обочину.       Дин вышел со своей стороны и поморщился, услышав безошибочный звук рвоты. Он чувствовал себя немного виноватым: ведь видел, догадывался, что творится с другом. Просто... это было не уложить в голове. Артур Кетч — и боится крови?       Звуки рвоты наконец прекратились, и Дин сделал несколько шагов к Кетчу. Тот сидел на корточках на траве и пытался отдышаться.       — Ты как? В порядке?       Кетч повернул к Дину мокрое от пота лицо, бросил короткий взгляд, сплюнул и потом кивнул.       — В полном.       Он медленно поднялся на ноги, в несколько шагов вернулся к машине и прислонился к ней. Дин присел на капот и сунул ему салфетку. Кетч кивнул и тщательно вытер губы. Бросил салфетку в траву. Провел языком по губам и устремил взгляд на дорогу — она была пустой, лишь где-то вдали спускался туман.       Какое-то время они оба молчали.       — Ничего не хочешь мне рассказать? — Дин знал ответ, но ничего другого придумать не мог.       Кетч покачал головой, потом посмотрел на Дина и отвернулся.       — Ты серьезно? — недоверчиво вопросил Дин. И добавил: — В общем-то, сутки назад я сам болтался в полубреду у тебя на руках и заблевал тебе все ботинки.       Не то, чтобы ему было приятно об этом вспоминать (черт, да он и помнил-то не особо много. Во всяком случае, из реальности), но с Артуром у него не было проблем это произнести вслух.       Тот повернул к нему голову и окинул резким, пронизывающим взглядом. Дин закатил глаза:       — Да в норме я, в норме. Просто вчера слегка перебрал. Сегодня уже как огурчик. Речь не обо мне.       Плечи друга расслабились, он снова уставился на дорогу. Опять наступило молчание.       Дин заставил себя расслабиться и устремил взгляд туда же. Несмотря на причину остановки, тишина не была тревожной. Артур или расскажет, или нет. Давить на него бесполезно. А сейчас еще и Детка пострадать может, если его опять вывернет. Не стоит испытывать судьбу.       — Это было еще в школе, — внезапно прозвучало с британским акцентом.       — Ты впервые убил кого-то в школе? — удивился Дин.       — Да... Нет. Дело не в этом.       — Как это? — Дин повернулся к нему всем корпусом. — Ты кого-то убил в школе, но дело не в этом?       — Это было на переходном экзамене в школе. Но да, вспомнил я, — Кетч чуть скривился, — не об этом.       Дин моргнул. Потом еще раз.       — И тебя после этого не выперли из вашего Хогвартса? — недоверчиво спросил он.       Артур в ответ вскинул бровь.       — С чего бы? В этом состояло задание, если уж хочешь знать. Убить своего лучшего друга.       — Э? — Дину показалось, что он провалился в кроличью нору. — А, ты меня разыгрываешь.       Но Кетч не улыбнулся, как всегда, когда Дин разоблачал его дурацкие шутки. Только повел плечами и просто вновь уставился на дорогу. Улыбка сползла с лица Дина.       — Ваши там совсем прибабахнутые, — наконец выдавил он. — Для чего?       — "Повиновение. Честь. Единство", — процитировал Кетч. — Девиз академии. Тест на лояльность и эффективное пресечение любых привязанностей.       — Ошизеть, — только и смог сказать Дин. И после паузы спросил: — Но вспоминал ты не это. А что тогда?       Артур бросил на него взгляд, говоривший "какая разница?", но потом все же ответил:       — После Испытания, — он произнес это слово как с большой буквы, — отношение к нам изменилось. Мы стали для всех взрослыми. И начались эксперименты.       После последнего откровения у Дина встали перед глазами уроки истории и нацисты времен второй мировой войны. Он, видимо, издал какой-то звук, потому что Кетч даже слегка возмутился:       — Не такие! Никто не использовал нас в качестве подопытных кроликов в научных целях. Нас исследовали, чтобы определить предельные возможности тела и духа, и затем разрабатывали индивидуальные программы обучения.       — Дай угадаю. То, из-за чего ты мне сейчас чуть не изгваздал Детку, было одним из этих... "исследований предельных возможностей"? — Дин пальцами изобразил кавычки.       Кетч кивнул.       — Помимо индивидуальных тестов, у нас были и групповые. Нас объединяли по специальностям и отправляли по несколько человек с заданиями, либо в какую-то определенную обстановку, — он сделал паузу. — В тот раз мы с Родди должны были провести двое суток в забое. В заброшенной угольной шахте, — пояснил Кетч в ответ на недоуменный взгляд Дина.       — У кого-то из вас развилась клаустрофобия, и ты его убил? — предположил Дин, подавляя внутреннюю дрожь.       — Нет, — Кетч качнул головой. — Произошел непредвиденный несчастный случай. Спустя всего пару часов после того, как мы оказались внизу, случился обвал. Я отделался парой ушибов, а Родди... погиб мгновенно, ему размозжило голову и наполовину завалило камнями, — взгляд Кетча против воли скользнул вниз, но Дин быстро закрыл его ладони своими. И невольно вспомнил, как эти самые руки вчера удерживали его, не давая вновь провалиться в черную бездну Ада, и отпаивали какой-то мерзкой дрянью.       — Ты не виноват, — произнес он, не очень понимая зачем. — Сколько тебе было?       — Пятнадцать, — Кетч судорожно выдохнул и медленно отстранился, вытаскивая свои ладони из-под рук Дина. — Какая разница?       — Ты был пацаном. Неудивительно, что шок остался, хоть тебя сразу и вытащили, — Дин осекся, при виде лица Артура по спине прошел холодок. — Вытащили же, правда? — Ему понадобилось полминуты, чтобы осознать правду. — Черт... — он замолчал. — Ты хочешь сказать... Черт, — он сжал губы и потом спросил более ровным тоном. — И сколько ты провел там в обществе трупа своего одноклассника?       — Как и предполагалось — двое суток. Я сразу же доложил о случившемся, — Дин вздрогнул от этого "доложил", сколько раз он слышал это слово от отца. — Старейшины совещались, но потом решили не прерывать эксперимент. Они сочли, что случившееся не нарушило сути задания. Я... — Артур сглотнул. Он подумал было остановиться, но... к черту. — Я связывался... передавал по рации... чтобы меня забрали оттуда, — чувствуя, как жалко это звучит, он до крови закусил губу.       — Но они не отреагировали, — подытожил Дин, заставляя себя открыть рот и хоть что-то сказать.       — Да. Я не получил никакого ответа, кроме как продолжать задание.       — И в чем оно состояло? — Дин рискнул взглянуть в лицо Артуру.       Тот пожал плечами.       — Наблюдение за обстановкой. Измерение температуры воздуха и уровня шума. Суть очевидно была не в этом — мы с Родди должны были показать, как ведем себя в обстановке полной изоляции и потенциальной опасности.       — Ты выжил. Это все, что имеет сейчас значение, — сказал Дин.       — О да, — голос Артура сочился сарказмом. И он вдруг со злостью рубанул рукой воздух: — Я не понимаю! Я со времен детства не вспоминал этой истории. Почему сейчас? С какой стати?       — Это выглядело, как ПТСР, — прямо сказал Дин. Это было то, что почти с самого начала вертелось у него на языке.       — Я догадываюсь, — Артур скривился. — Но у меня его даже тогда не находили. С чего вдруг... — внезапно он осекся, его глаза сощурились. — А у тебя, я полагаю, со времен зеленой юности не было проблем с реакцией на алкоголь?       Дин с ходу уловил мысль.       — Думаешь, это Он сделал? Устроил нам проблемы на ровном месте?       — У тебя есть другие объяснения? Может, конечно, что-то нарушилось из-за наших скачков во времени, но ты ведь видел Его лицо, — Дин помнил, да. Еще бы. — Он не хотел нас отпускать. Я думаю, неспроста Он несколько раз повторил, что вернет нас на Небеса в любой момент, если мы только выразим такое желание. Вместе или по одиночке.       Дин кивнул, потирая лицо рукой. Внутри закипали злость и обида. Какого хрена? Они разве не заслужили нормальной жизни?! Почему опять кто-то хочет вставить им палки в колеса? Почему опять все, как бесплатный сыр, который, как известно, только в мышеловке?       Артура переполняла горечь. И отвращение от того, что кто-то влез к нему в душу и сорвал все защиты. Словно надругался. Отчаянно хотелось кого-то убить. Но под рукой не было никого, кроме Дина и самого себя. Но никогда. Никогда больше. Воздух внезапно сгустился, и Артур оказался в кабинете директора Хесс. Отчаянные, умоляющие глаза Джорджи. Зажатый в ладони кинжал. Шаг в пустоту, который он не смог не сделать. Удар — словно по себе самому.       Артур смутно осознал, что его "ведет", что подгибаются ноги... и что через секунду он позорно бухнется на колени. Но в это мгновение его удержали крепкие руки и снова прислонили к машине. Дин. Его-ровестник-почти-пасынок, бывший конкурент за сердце Мэри Винчестер (Фрейд, молчать! Пристрелю!), его Немезис. Его спаситель, соратник, брат по оружию. Друг. "Лучший друг", — всплыло откуда из глубины сознания. Он никогда не произносил этих слов после смерти Джорджи. Даже забыл, что они значат. "Никогда больше".       — Если кто-то заставит нас пойти друг против друга, — прозвучало сквозь пелену, — мы встанем спиной к спине и будем биться до смерти.       — Я убил его. Я убил своего лучшего друга, — слова казались потоками крови.       — Я знаю. Я понял...       — Нет, — Кетч с трудом выпрямился, пелена вокруг рассеялась, но руки Дина по-прежнему крепко его держали. — Ты не знаешь, — он замолчал на минуту, потом продолжил. Отрывисто, с болью. То, что случилось много лет назад, сейчас придвинулось буквально вплотную. Джорджи... — Я убил его. Он меня просил. Я бы предпочел отсечь себе правую руку. Но он просил. И я не мог отказать.       — Почему твой друг просил тебя его убить?       Артур несколько раз выдохнул и отстранился, отцепляя от себя руки Дина. Потом посмотрел на него с кривой улыбкой.       — Я — убийца, Винчестер. И уже тогда был выбран на эту стезю. Это была моя специализация. А Джорджи был аналитиком. Он не умел убивать. Когда мы оказались в кабинете директрисы... мы не сражались. Мы оба знали, что только один из нас сможет выйти живым. И Джорджи протянул мне кинжал. Я не хотел его убивать. Но он сказал, что не сумеет сделать это правильно. С одного удара. Если ударит он, я буду умирать медленно и мучительно. И ему придется делать это снова и снова. Он сказал, что не сможет с этим жить. Я знал, что это правда. Я знал его и видел его глаза. И я сделал это. Взял у него кинжал и... — у него сорвался голос, глаза заволокло. — Никогда больше, — хрипло прорычал он.       — Никогда больше, — подтвердил Дин.       И напряжение вытекло из Артура Кетча, оставив его измотанным и ослабевшим. На губах впервые с начала этого мучительного разговора мелькнул намек на улыбку.       Дин сам слегка улыбнулся. Сел на капот и устремил взгляд на пустую дорогу. Туман уже изрядно придвинулся, он был густой — скоро не будет не видно ни зги. Двигаться все равно пока не "светило". Надо включить "аварийку" — вокруг пусто, но рисковать Деткой он точно не будет. Мало ли какие отмороженные есть среди местных.       Он покосился на Кетча. Тот выглядел так, словно его пару-тройку раз прокрутили в стиральной машине, но был уверенным, спокойным, расслабленным. Его бывший враг. Странный парень, от которого когда-то у него шли мурашки по коже. Тот, кто умер, воскрес и сумел доказать, что действительно "из хороших парней". Верный друг, с которым они не раз спасали друг другу жизнь. Соратник по спасению людей и борьбе с монстрами. Убийца. Тот, с кем Дин чувствовал себя "одной крови" практически с первой встречи. Он не был похож на Сэмми, ничего общего. И отношение Дина было совершенно другим. С Артуром они были равными, а Сэмми был как часть его самого — младший брат, родная душа, семья, неизменная часть прошлого, настоящего, будущего, всегда.       Сейчас Дин мог признаться себе, что сутки назад напился до бесчувствия, потому что, несмотря ни на что, отчаянно скучал по брату. Тот остался на Небесах, и годы жизни Дина на Земле станут для него парой часов — Дин испытал это на себе и ни секунды не сомневался, что так и будет. И Сэмми был счастлив. Он был в безопасности, и от этой мысли на душе становилось гораздо легче. Не было уже этого дергающего внутри ощущения, что младший может оказаться в опасности. Не нужно было больше о нем заботиться. Жизнь Сэма была определена. С ним все хорошо.       Единственной проблемой было то, что в этом времени — где сейчас находился Дин — Сэмми был еще жив. И считал Дина погибшим. И понимание, что он не может, не имеет права вмешаться, вызывало тоску на душе. Как и то, что брат был близко — руку протяни, а увидеться с ним не увидишься.       Его слегка толкнули в плечо.       — Если будет невмоготу, ты всегда можешь вернуться, — сказал Артур.       — Я знаю, — Дин бросил на него взгляд.       — Я не уверен, что сейчас подходящее время об этом говорить, но ты никогда не думал, что ты — ангел-хранитель Сэма?       Дин уставился на него.       — Ты ничего не забыл? Мы уже не на Небесах. Да и я уж точно не ангел, — он хмыкнул.       — Я выразился в переносном значении, — Артур склонил голову на бок. — Ты можешь наблюдать за ним, охранять от опасностей.       — Чувак, он прожил долгую жизнь, его незачем от чего-то оберегать. Все уже свершилось. Он прожил жизнь и попал в Рай.       — Это так. И он умер своей смертью.       Дин вскинул на него глаза и прищурился.       — Откуда ты?..       — Я успел переброситься с Сэмом парой слов, пока вы с Ним вели тет-а-тет. Сэм мне подтвердил. И еще он сказал одну вещь, которая не выходит у меня из головы. — Кетч сделал паузу, о чем-то размышляя. И посмотрел Дину прямо в глаза. — Он сказал, что до определенного момента чувствовал твое присутствие. Как будто ты был незримо рядом — а несколько раз и даже практически зримо, и ему помогал. А потом это исчезло.       — Ты считаешь, что...       —... твое присутствие рядом уже вписано в историю. И если ты будешь приглядывать за Сэмом, пока мы здесь, это ничего не нарушит.       — Мы не можем знать наверняка, — Дин постарался заглушить предательскую надежду.       — Мы можем это проверить. Сэм рассказал мне про пару случаев твоего незримого присутствия — первые несколько раз, когда, кроме самого ощущения, он не видел ничего необычного. Если нам (или тебе) случится оказаться рядом, значит, твоя помощь брату в историю уже вписана.       — Не очень приятно чувствовать себя марионеткой, для которой все ходы записаны, — Дин сглотнул, раздираемый противоположными чувствами.       — Зато это безопасно. Эй, — Артур снова пихнул его в плечо, и на этот раз почти по-братски ласково. — Когда тебя волновало, как ты выглядишь со стороны? Разве тебе сейчас не главное снова увидеть Сэма? Живого и здорового?       У Дина неистово защипало глаза, он отвернулся. А коварный бриташка продолжал:       — Кроме того, в какой-то момент Сэм перестал чувствовать твою помощь. Возможно, мы вернемся в Рай все же раньше, чем ты думаешь. И если уж на то пошло, то твое — наше — возвращение истории не нарушило. Мы решили уйти, а Сэм не исчез. Он до самого конца смотрел нам вслед и улыбался. Если бы наша с Ним договоренность меняла историю, это бы изменило все в момент решения. Да, с одной стороны, все свершилось. А с другой, мы не знаем подробностей. Да и иного варианта все равно нет.       — Ты убежден, что все предначертано, — Дин скептически посмотрел на Артура. — А как же свобода воли?       — Я убежден, что твой брат попал в Рай, — парировал тот. — И наша договоренность с Ним этого не изменила. Разве это не все, что нам нужно знать?       Дин покрутил головой, примеряясь к этой мысли. Привыкая к ней.       — Это все, что нам нужно знать, — наконец признал он и почувствовал, что на душе стало легко-легко. Он поднялся рывком с капота. — Надо включить "аварийку", а то кто знает, не гоняют ли тут в тумане местные долбодятлы.       Дин сунулся в открытое окно машины и нажал кнопку на магнитоле.       — О Боже! — закатил глаза друг. — Ну почему обязательно это должен быть "Led Zeppelin"!       Дин запрокинул голову и засмеялся. Жизнь начинала налаживаться!