The power of words.

      Как и говорил Горо, корабль причалил к берегам Ватацуми, когда солнце уже склонялось к горизонту, окрашивая океан и пляж в оттенки розового и оранжевого. Сойдя на берег, генерал сразу же отправил двух своих подчинённых отнести подписанные бумаги на рассмотрение госпожи Кокоми, а после приказал передать просьбу о приготовлении особого ужина.       По правде говоря, Итто даже не подозревал, что тот может быть таким властным и раздавать указания направо и налево. Впрочем, как же иначе, когда сам Аратаки Итто почтил этот остров своим присутствием? Кроме того, за всю жизнь это был его первый визит на Ватацуми, а потому он по большей части даже не общался ни с кем, а просто рассматривал всё, что попадалось взгляду.       Горо отвёл его в небольшое помещение под навесом в деревне Боро, где через всю одну большую комнату стоял длинный стол с двумя лавками по бокам. Поскольку на Ватацуми нет туризма, то и ни о каких кафе с ресторанами речи и быть не могло, но всё же Горо нашёл своеобразный выход из ситуации. А Итто особо и не капризничал по такому поводу, поскольку не привык питаться в каких-то шумных и полнолюдных местах.       Уже совсем скоро на стол начали подавать первые блюда и напитки. К наполняющемуся столу также начали подтягиваться и остальные жители деревни, среди которых были, в основном, солдаты армии. Один из таких, севший неподалёку от Горо и Итто, когда стол уже почти был накрыт, набрался смелости и спросил: — Генерал Горо, у нас какой-то праздник? — Да, можно и так сказать, — с улыбкой на лице ответил генерал. — С сегодняшнего дня наши дела пойдут в гору, так что можно уже позволить себе питаться не одной похлёбкой с кашей. А ещё у нас сегодня особый гость, знаменитый Аратаки Итто, так что почтите его визит своим весельем! — Всем привет и всем наесться до отвала! — Подхватил Итто, и все рассмеялись.       Когда стол окончательно был накрыт, все кинулись на блюда, потому что давно никто не видел такого размаха. Горо себя вёл, конечно, поскромнее, но всё же позволил себе порцию побольше, чем обычно. А у Итто и вовсе глаза разбежались от такого количества блюд, так что он просто не знал, что попробовать первым. Благо, он вскоре остепенился и, когда все наелись и пригубили немного саке, босс банды Аратаки начал всех развлекать, демонстрируя все свои таланты.       Ужин выдался действительно шумным, но никого это не потревожило. Наоборот, Ватацуми уже забыл, что такое громкие гуляния, а потому даже потревоженные старики лишь с улыбкой смотрели в окно в сторону небольшой пирушки. Более того, многие из солдат армии в тот вечер впервые узнали, что их генерал, оказывается, знает много анекдотов и не боится рассказывать сортирные шутки, так что стены сотрясались не только от хохота Аратаки.       Когда большинство народу уже разошлось, а часть и вовсе уснула прямо за столом среди объедков, уже стояла глубокая ночь, и Горо предложил Итто проводить его до гостевого домика, который ему любезно выделили. Тот не стал отказываться, и они вместе пошли к домику на окраине, возле которого Аратаки остановился, как вкопанный, и уставился на Сангономию. — Вау! — Лишь это смог произнести он. — Ага... — Чуть хмельным голосом ответил ему Горо и решил тоже полюбоваться давно ставшими привычными видами.       По ночам Ватацуми и вправду преображался, становясь каким-то попросту сказочным местом. Лунный свет отражался в водоёмах, которые и без того светились благодаря всевозможным организмам в воде. И на фоне этого великолепия природы среди воздушных частиц, похожих на медузы, высился среди гигантских раковин дворец Сангономии. У Итто от этого зрелища даже перехватило дыхание, но спустя несколько минут молчания он повернулся к Горо и заговорил. — У вас тут всё такое красивое, — загадочным голосом произнёс он. — Жаль, что я только сейчас смог на всё это посмотреть. — Ты у нас впервые? — Чуть удивился Горо и повернулся к нему лицом. — Мне показалось, что ты чувствовал себя, как дома. — Всё верно, — Аратаки сделал шаг вперёд и встал почти вплотную к генералу. — И всё благодаря тебе. Ты ведь устроил всё это для меня. — Только ужин, — чуть смущенно улыбнулся Горо и отвел взгляд в сторону, снова начав разглядывать дворец своей госпожи, однако почти сразу сильные пальцы, слегка царапнувшие его кожу когтями, мягко взяли его за подбородок и повернули голову генерала обратно, заставляя установить зрительный контакт. — У меня тоже есть чувство благодарности, — Итто чуть наклонился, из-за чего его лицо почти вплотную оказалось напротив лица Горо, который даже мог почувствовать его дыхание на своих щеках. — Не против?       Горо поначалу почувствовал лёгкий испуг, что вновь отразилось на его ушах, хвосте и округлости глаз, однако всё же что-то заставило его не отстраниться. Что-то глубинное и непонятное ему самому требовало податься вперёд, не дожидаясь действий Аратаки. Тем более, раз уж инициатива уже была проявлена... Генерал, помолчав несколько секунд, всё же расслабился и кивнул, подаваясь вперёд. Итто же в ответ улыбнулся и, прижав Горо к себе покрепче, коснулся его губ своими. У Горо в этот момент что-то ухнуло в груди, а сам он прикрыл глаза и укрепил поцелуй. Одна его рука легла на поясницу бандита, а вторая на грудь, и в этот момент он почувствовал, как сильно колотится сердце Аратаки, как будто намереваясь выскочить наружу.       Но в какой-то момент поцелуя ему стало мало. То ли это было просто саке, уже попавшее в кровь, то ли получение долгожданного физического контакта, но Горо решил окончательно осмелеть и, не разрывая поцелуя, легко толкнуть Итто в сторону входа в дом. Тот, в свою очередь, из-за накрывшей лавины чувств и эмоций даже не сразу понял, что от него хотят, однако затем отнял свои губы от Горо и, взяв его за руку, потянул за собой.       Дверь легко распахнулась, и сначала внутрь вошёл Аратаки, а следом уже генерал. Внутри оказалось гораздо темнее, чем снаружи, а потому глазам потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к смене освещения. Горо прикрыл за собой дверь, пытаясь выдохнуть тот объём воздуха в лёгких, образовавшийся от спёртого дыхания, а затем повернулся и увидел в темноте высокий силуэт с поблескивающими красным глазами. На удивление, он его больше не боялся, а даже наоборот, это добавляло какой-то искры внутри него.       У Итто больше не осталось сил сдерживаться, а потому он с нечеловеческой скоростью приблизился к Горо и впился своими губами в его в грубом, требовательном поцелуе, на который тот отреагировал с не меньшим рвением. Аратаки сгрёб его в охапку и даже чуть приподнял для собственного удобства, из-за чего Горо лишь носками обуви касался земли. Одна рука генерала сразу же зарылась в белых волосах, когтями массируя кожу, а вторая машинально легла на зад Итто, сжимая одну ягодицу. Это действие выбило из Аратаки тихий стон и заставило чуть толкнуться вперёд бедрами, из-за чего генерал почувствовал, как что-то твёрдое упирается ему прямо в бедро.       Спустя несколько секунд грубого и глубокого поцелуя, Горо немного отстранился, чтобы встать на ноги, и вновь толчком отправил Итто в комнату, где стояла кровать. По пути он легкими движениями пальцев расстёгивал ремни, на которых держалась верхняя часть одежды бандита, так что ближе к пункту назначения он оказался в одних штанах и обуви.       Столкнувшись задней частью голени с каркасом кровати, Итто, не долго думая, сел на неё, из-за чего уровень его лица оказался примерно на уровне подбородка генерала. Он вновь поцеловал его, начиная стягивать сначала элементы брони, затем нательную сорочку, затем штаны. — Как же на тебе много лишней одежды, — басисто усмехнувшись, проговорил Итто почти в губы своему любовнику, а после вздрогнул и почувствовал, как мурашки щекотящим потоком спустились от головы до пяток, когда Горо в ответ провёл коготками по его шее и чуть сжал грудную мышцу. — Хорошо, что с тобой у нас всё гораздо проще...       С этими словами Горо надавил рукой на грудь Аратаки, заставив его отклониться назад и упереться локтями в кровать, открывая всё своё тело в распоряжение генерала. И тот в свою очередь медлить не стал. Одна его рука тут же сжала твёрдый член через штаны, вновь заставив Итто вздрогнуть от удовольствия и неожиданности, а сам, уперев колено в кровать, стал медленно и нежно ласкать его шею, заставляя бандита шумно дышать.       Когда генерал стал опускаться ниже, ему пришлось сменить точку опоры и встать ногами на пол, а его рука, до этого сжимавшая член, тут же ловко расстегнула ремень на штанах и скользнула под ткань, нащупывая желаемое. Параллельно его губы и язык, переходя от груди к мышцам пресса, вычерчивали на мягкой коже узоры, и в какой-то момент Горо позволил себе дерзость, прикусив кожу на одном из верхних кубиков. Из-за этого Аратаки уже не мог держаться, и сквозь шумные выдохи стали пробиваться басистые стоны, зачастую по ритму совпадающие с ритмом движения руки у него в штанах.       Несколько устав от ласк живота, Горо смело решил, что пора переходить к чему-то большему, а потому, заставив Итто приподнять бёдра, спустил с него штаны вместе с бельем до колен, а сам прошёлся языком от пупка, по лобку и до самого основания члена. Он почувствовал, как Аратаки пытается сдерживать себя, кусая губы и учащая темп дыхания, но это его совсем не устраивало. А потому, обхватив основание пальцами, обвёл головку члена языком и объял её губами. — Во имя Архонтов...       В этот момент Итто уже не имел никаких сил и желания сдерживаться. Он прикрыл глаза, откинул голову назад, оставил опорой лишь один локоть, а второй рукой зарылся в волосах генерала. Влага полости рта, тепло и узкость отверстия попросту сводили его с ума, поэтому он решил полностью раствориться в этом чувстве. Однако уже совсем скоро Горо вновь начал его удивлять и даже без давления со стороны Аратаки начал плавно двигаться. Сначала он просто обсасывал головку, чувствуя, как она пульсирует во рту, выделяя чуть солоноватую смазку, а затем решил углубиться. — Пожалуйста, Горо, — вновь простонал Аратаки, не зная, как справиться с эмоциями и пылающей кровью под кожей на щеках. — Только не останавливайся...       Горо и не собирался. Конечно, опыта у него в этом совсем не было, лишь собственные фантазии, но даже так он постарался выжать из себя максимум, играясь языком и помогая себе рукой. В какой-то момент он почувствовал, как сначала пальцы сжали волосы на его голове, а затем быстро переместились к подбородку, заставляя выпустить член изо рта. Однако даже так он не хотел расставаться с ним и с азартом в глазах и действиях пару раз мокро облизал его с основания до самого кончика. — Иди ко мне, — наконец смог выговорить Итто и притянул Горо к себе.       Генерал совсем не сопротивлялся и, неловко поддавшись на движение, упал сверху на грудь Итто, а тот, кажется, даже и не заметил этого. Он почти рывком стянул с генерала болтавшиеся на его бедрах штаны и плотно прижал к себе, увлекая его глубоким поцелуем и с силой сжимая одну из ягодиц, чем даже заставил его застонать от боли, смешанной с удовольствием.       Жар разгорячённых, влажных тел, смешанный с запахом пота и смазки, заставил головы обоих попросту отключиться, предоставляя тело инстинктам. Спустя несколько секунд Горо соскользнул с него на кровать и, потянув Аратаки за собой, чтобы принять целиком горизонтальное положение, почувствовал, как большая и сильная ладонь очень нежно и аккуратно обхватывает его член и начинает плавно двигаться вверх-вниз по всей его длине. От этого незамысловатого действия у Горо перехватило дыхание, и он упёрся лбом в шею Итто, чем только ещё больше раззадорил его на ускорение движений.       Опомнившись спустя несколько секунд от накрывшего его с головой удовольствия, Горо только сейчас заметил, что Аратаки чуть наклонился, лёг на бок и, прижавшись к нему, обхватил оба члена своей ладонью, сначала двигая рукой, а затем лишь толкаясь бёдрами. — Ох, Итто...       Это было единственное, что вырвалось из груди генерала в тот момент, после чего слова превратились в гортанный стон, смешанный с чем-то на подобие рыка. Он почувствовал, как рельефный, твёрдый половой орган бандита трётся о его собственный, скользя и издавая чмокающие звуки из-за обилия естественной смазки, выделившейся на члене Горо от долгого возбуждения.       Постепенно Аратаки стал ускоряться, напрягая бёдра и учащая дыхание, из-за чего его член начал постепенно пульсировать, а Горо из-за этого почувствовал тяжесть где-то внизу таза, которая вот-вот готова была сорваться. Ещё несколько движений, и Итто звучно застонал где-то у него над ухом, после чего накрыл губы Горо своими, пытаясь отдышаться, и в этот момент генерал почувствовал горячую, густую жидкость, ударившуюся о кожу его живота. От этого чувства генерал уже не смог держаться и, выгнувшись, прижался животом к прессу бандита, чувствуя, как на его живот и собственную кожу попадает несколько ударов горячей жидкости.       Полежав пару секунд без движений и пытаясь привести дыхание в нормальный ритм, Итто наконец отнял свою руку от пульсирующих стволов и, взяв первую попавшуюся под руку тряпку — скорее всего это было его собственное нижнее бельё — вытер с животов стекающую вниз белую жидкость. После этого он с облегчением выдохнул и, покрепче обняв Горо, огладил его щеку подушечками пальцев.       Слова были излишни, да они и не шли на ум совсем. За них всё говорили их тела: разгорячённые, влажные от пота, уставшие, но расслабленные, слегка подрагивающие от всё ещё иногда накатывающих волн удовольствия. Горо чуть приподнялся и наградил Аратаки лёгким поцелуем, который тот поддержал и обессиленно уронил голову на подушку. Генерал, в свою очередь тоже сильно уставший, прижался лбом к груди довольно улыбающегося óни и, приподняв уголки губ, стал слушать его приходящее в норму дыхание, биение сердца, после чего обнял его в ответ и стал растворяться в тепле его тела. Спустя несколько минут они уснули без задних ног, укрытые лишь в области бёдер пушистым хвостом Горо.