Эйва Мэйбек

      Медленно, под шум прибоя и лучей заката, на своем полюбившемся месте вдали от базы, моя душа тлела и медленно сдувалась от переполненных эмоций сегодняшнего дня.       Со шквалом паники и с полной верой в сбое своего процессника, доктор Рэтчет был готов упасть в перезагрузку, едва держась в вертикальном положении, проходя первый этап осознанности увиденного.       Вторая волна убеждения в реальности случившегося и принятия, что чертов оперативник с близнецами не причастны, ведь буквально мгновение назад их Рэтчет откачивал от зашлакованного просроченного масла, вызвала самый страшный гнев в пересмешку с панической атакой, пытаясь заставить меня выплюнуть энергон смертельный для человека, из-за которого органика умирает за считанные секунды после принятия голубоватой жидкости. Но мой дрожащий голос в какой-то момент сумел привлечь внимание доктора, убеждая, что операция на живом теле человека и извлечение пищевой системы не лучший вариант, чем провентилировать и остудить свою собственную систему. Тха… Тхе…       Замерев и проанализировав, мех принял тот факт, что спустя пять минут неразберихи и моих уговоров не вызывать всех автоботов в мед.отсек, я до сих пор жива, он был готов отдаленно слушать слова, что я пыталась донести.       Скулы болели от нисходящей с лица улыбки, в то время, когда, закрыв рукой глаза, я прокручивала разговор в голове, глупо похихикивая над выражением фейса меха. Никогда не видела столь чувственного и глубоко «астрального» выражение у кибертронцев.       — Вы сохраните это в тайне от других, доктор Рэтчет?       — Но вы… ты… почему?!       — Ваше доверие… Я…я хочу завоевать его не из-за того, кто внутри я или что скажет ваше кодирование, а то, кем я являюсь на самом деле. И даже, если они узнают правду и отвернутся, — Рэтчет хотел возразить, но отступил, — я хотя бы буду знать, что я пыталась! Пожалуйста, доктор Рэтчет!       — ~ О, Эйва, — тяжело провентилировав, мех закрыл надлинзовые щитки, но вскоре открыл и мягко кивнул. — Но при двух условиях! Во-первых, ты позволишь мне изучить тебя! От твоего организма до цикла приема и перезарядки! И во-вторых, как только ситуация станет опасной, я рассказываю Прайму!       — Спасибо… — всхлипнув, слезы облегчения про скользили по раскрасневшимся щекам. — Спасибо, доктор Рэтчет.       — Просто, Рэтчет, — нежность плескалась в окулярах меха, смотря на раскисшую девушку, что стыдливо утирала соленую воду из уголков своих глаз. Примус только знает, как же долго в ней томился этот груз и страх, но теперь многое объясняется в поведении и знаниях Эйвы. Все это не просто случайность. Она готовилась к этой встрече годами. Примус, Прайм очень великодушный предводитель, и скрывать такое не в правах доктора и старого друга, но… Если это на благо девушки и для ее безопасности, ему придется нарушить протокол. Слишком много деталей неизвестно. Необходимо время, и… больше доверия Эйвы.       — Но почему вы подумали, что это вина Джаза… В смысле, — неловко она прикусила губу, — галлюцинации — это возможно?       — Один раз ему удалось, — фыркнул мех. — Не относись к этому фраггеру легкомысленно, Эйва. Хуже его скуки, только скука ужасных близнецов.       — ~ Улыбка девочки сводит с ума! В её сердце огонь в душе расцветает весна! ~       Внутри все перевернулось от испуга. Инстинктивно откатившись в сторону, резко вскочила на ноги, сжав кулаки, но взгляд быстро прояснился, обнаружив меха, что упал кормой на песок, излучая удивление.       — О… — покраснев от стыда, неловко пригладила свои взлохмаченные волосы, смущенно отводя взгляд. — П-прости, Бамблби. Ты меня напугал.       Махнув мани, он сел, скрестив серво. Окуляры Бамблби мягко светились любопытством.       — ~ Но глаза закрой. За мечтой сияющей, тающей стремись, прямо в самую высь! ~ — пропел красивый, нежный голос, усугубляя мое смущение, но даря надежду.       — Ты прав. Я немного замечталась, — неловко водила ногой по песку, вырисовывая замысловатые узоры, исследуя взглядом меха. — Бамблби, еще раз приятно познакомиться. Что ты здесь делаешь?       — ~ Вечерняя. Прогулка. ~ — ох, так он общается не только строчками из песен, но и может вырывать конкретные слова из разговоров! — ~ Сладкая. Прогулка перед сном? ~       — Да. Мне нравится приходить в это место. Тут прекрасные восходы и закаты, — улыбнулась с теплотой, наблюдая за тонкой алой полосой заката, что почти скрылась за горизонтом. — Ох, только Джазу не рассказывайте, пожалуйста! Он говорил, что за пределы базы запрещено выходить в одиночку, только с патрулем.       — ~ Хорошо, что я с тобой, детка! Это наш секрет! Наш секрет! ~ — показав палец вверх, как учил Сэм, Би неловко закончил сеанс связи под хохот Джаза на другом конце линии. Упс…       По правде говоря, Би анализировал с Джазом возникшую тяжесть на искре из-за недавних слов Сэма, что не заметил, как его колеса привели в эту часть острова, пока не уловил тихие счастливые звуки, привлекшие к человеческой женщине. Мех узнал о новом члене команды пару дней назад. Новость казалась ему удивительной не только из-за решения Рэтчета взять человека в свои ученики, но и из-за разрешения Прайма принять человеческую самку в команду автоботов. Это… было странно. Одно дело, когда автоботы и НЭСТ взаимодействовали, как союз, дополняя друг друга, а другое, когда совершенно посторонний человек входит в их состав команды, что подтвердило недавнее событие, где девушка присутствовала на личном собрании автоботов. Осознавала ли она, что хотел ей показать и сказать Прайм?       Бамблби продолжал сидеть, наблюдая, как Эйва присаживается на песок рядом с ним, прижимая колени к своей груди. Ее очень красивые и необычные для человека глаза, наблюдали за волнами, светясь теплотой и радостью. В искре Би мимолетно вновь что-то укололо, пытаясь привлечь внимание меха к чему-то глубоко шевелящему в исходном коде, но мягкий голос отвлек от загадочного ощущения.       — Уверена, Рэтчет и Джолт вскоре создадут тебе новый вокалайзер из моих нанитов. Наверное, трудно выражаться отрывками чужих голосов, не имея возможности рассказать о собственных чувствах.       Бамблби приподнял свои слуховые аудиосенсоры, когда процессник воспроизвел недавние слова Сэма.       — Би. Ты больше не обязан быть со мной рядом и ржаветь на стоянке или в гараже бездействуя. Ты создан для чего-то большего! И… Я… поговорил с Праймом, поэтому… больше нет необходимости защищать меня. Но мы можем видеться и связываться, конечно! Как только я найду квартиру, мы вместе затусим!       Искра в груди меха болезненно сжалась. Как же в такие моменты Бамблби не хватало голоса, чтобы правильно выразиться, рассказать о связи хранителя… Даже если оно было односторонним, Би хотел…! Хотел…! Быть частью жизни Сэма.       Маленькая теплая ладошка вырвала меха из воспоминаний, нежным движением дотрагиваясь до серво. Она не произнесла ни слова, не отрывая своего чарующего взгляда от океана, но тепловое излучение человеческого тела, пронеслось по нейросети меха, чье энергетическое поле расслабилось и тихонечко зазвенело от приятной, тихой поддержки девушки. Эйва вызывала у меха только положительные чувства и интуиция разведчика согласно напевала о чистоте помыслов Эйвы Мейбэк. Би хотел бы с ней подружиться.

***

      Вибрация спокойствия и расслабленности поля Бамблби отражалась от брони, укутывая мое тело в теплый кокон, усыпляя после двух долгих напряженных и бессонных дней.       Образ Фурии, укутавшего меня в кольцо своей альт-формы, возник перед взором, напевая одну из историй его мира, среди окружавших нас песков и роя ярчайших звезд, что не сравнятся с сегодняшним звездным небом над Диего-Гарсия.       Часть ноши в моей груди ослабила тиски, позволяя моей сонной голове прислониться к серво самого милого меха, которого я когда-либо встречала, и в блаженстве, в одном из безопасных мест на Земле, закрыть веки, уплывая на волнах колыбели в сладкий мир сновидений.       Так давно мне не удавалось спать более четырех часов, поэтому, когда сквозь слипшиеся веки, лучи восходящего солнца ослепили меня, в груди все приподнялось в глубоком удивлении, прежде чем почувствовать равномерный, мощный, живой импульс энергии позади спины.       Задохнувшись от шока, приподнялась на локтях, почувствовав теплый металл под собой, и оглянулась. Улыбка сама собой расцвела на лице, заметив потухшую оптику Бамблби, чьи мани прижимали меня к его груди, а вентиляционные системы едва слышно жужжали, сигнализируя о спокойной перезарядке меха.       Ох… Равномерные импульсы искры столь близко к моей груди притягивали и усыпляли бдительность, подталкивая затуманенный разум открыть мою тайну и дать почувствовать меху мои импульсы и энергетическое поле, что тянется в нужде стать услышанным.       Но…       Пальцами нежно дотрагиваюсь до грудного отсека Бамблби, ловя утешительные волны центра жизни меха, после чего поднимаются к лицевой пластине, мягко постукивая, чтобы осторожно разбудить разведчика, не провоцируя боевые программы.       — Бамблби… Бамблби, с новым световым циклом.       Нежно голубой свет не спеша активировался, удивив меня тем, что ни одна вентиляционная система не дрогнула. Надо же, Фурия, конечно, рассказывал о разведчиках разные истории, но встречать такой контроль систем после перезагрузки… я впечатлена!       — ~Доброго… утречка… малышка ~       Смущенно улыбнувшись, никак не могла оторвать себя от этих чудесных окуляр, светящихся чистым голубым оттенком, пленивших мой взгляд. Бамблби отвечал взаимностью, с бетским любопытством ища что-то загадочное в человеческих жемчужных глазах.       Этот момент… особый и… единственный в своем роде, давал расцвести нечто новому между двумя незнакомцами.       В горле застряли слова истины. Я правда так жаждала произнести их, довериться этому меху, потому что чувствовала, что он заслуживает их и внутри меня все доверительно подпевало в знак согласия. Я была готова. Уверена, что Бамблби выслушает, как и доктор Рэтчет, примет меня такой, какая я есть… И…       — Какая прелесть! Наши малыши развлекаются без старших!       Медленно, как будто очнувшись после сна, мы с Бамблби одновременно повернулись в сторону двух серебряных мехов, уютно устроившихся, как ни в чем не бывало в двух метрах от нас.       Джаз источал расслабленность, сидев в позе лотоса, слегка придерживая кулаком свой шлем, и… ухмыляясь, источал игривость, которая с легкостью читалась в поле меха. Сайдсвайп же, стоял позади первого лейтенанта Прайма, перекрестив мани возле грудного отсека, едва сдерживая искры смеха и желания сказать что-то эдакое дерзкое и смешное.       Мое спокойствие сдуло южным ветром, подкинувшим четкое воспоминание о запрете гулять в данной области одной, и теперь, предпринимая попытки утихомирить громкое гудение в груди, ощущая веселый взгляд под козырьком Джаза, все тело стало покалывать от стыда с глыбой смущения, приправленное сладкой сахарной пудрой.       «Ну почему же его мнение так волнует меня или этот негодяй специально заставляет чувствовать меня не в своей тарелке?!»       — Ч… то… кхм… Что значит развлекаемся без старших? Мы не играем в игры!

***

      Джаз с трудом сдерживал рвущийся через вокалайзер смех, наблюдая за различными ступенями смущения и возмущения малышки Эйвы. Припоминание особого вчерашнего отрывка разговора и пару снимков с обеспокоенным красивым личиком детки, подогревало веселье оперативника. Бамблби был так любезен в предоставлении информации, что совесть Джаза слегка шевельнулась… а возможно, это лишь булькнуло в топливном баке.       Но… все же кое-что связанное с совестью присутствовало на дне его баков. Какое-то странное ощущение, противно шевелящиеся в искровом кожухе, заставляющее Джаза ослепительнее улыбаться и контактировать с двумя другими разведчиками чаще, куда чаще даже для обыденного Джаззи.       — Что-то не так?       Заглушив вентиляционные системы от неожиданности, с трудом удержав активацию оружия, бывший глава подразделения специальных операций, чья улыбка дрогнула на наносекунду, вопросительно посмотрел на человеческую девушку, не заметив, как та оказалась на пять шагов ближе к разведчику, продолжая смущенно, но с долей обеспокоенности, неотрывно смотреть в его визор.       Джаз видел за свою долгую жизнь множество взглядов, отражающих миллионы эмоций, вкладывающих миллион значений, но… почти никому кроме двух кибертронцев еще не удавалось одним лишь взглядом пробиваться сквозь миллиард масок и улыбок, так близко к его процесснику.       Тросы меха напряглись. Он не мог пропустить, как детка соскользнула с мани малыша Би и подошла к нему так близко. Ни как… Что его отвлекло? Что за мысли? Ощущения? Но искру не покалывало.       — Задумался о неких нарушителях… — игриво прощебетал Джаз, наблюдая, за вспышкой стыда, подмечая нервные движения: прикосновение к волосам или легкий прикус нижней, мягкой губы маленькими человеческими зубками.       — Джаз, — его имя произнесено было с такой честной, открытой и невинной мольбой, — я была с Бамблби.       Честная… Это и впрямь удивляло. Детка не подыгрывала и не пыталась извернуться, прекрасно понимая намеки Джаза.       Умная самочка.       Только… Почему малыш Би провел всю ночь с Эйвой? Разве поддержание отношений с Сэмом не главная задача? И что это за гляделки между ними проскользнули ранее? Именно тогда искра Джаза решила напомнить о своего рода сбое. Док уже обязан был прочитать результат с того сканера… Ощущения покалывания начинали раздражать меха и мешать его работе.       — Эйва, — вокалайзер Сайдса, отвлёк малышку, давай шанс Джазу поймать оптику Би, и прочитать в движениях своего подчиненного особую степень расслабленности и… восторженности? Интересно… — Хотел сказать спасибо.       — За что? — я удивленно проскользила по фейсу Сайдсвайпа взглядом.       — Рэтчет передал вашу обеспокоенность о моем… здоровье из-за разлучения с моим братом-близнецом. Но все же, близнецам стоило держать свой вокалайзер взаперти, — раздраженно выплюнул мех, заставив меня улыбнуться.       — Не ругайте их. Скидс и Мадфлэп импульсивны, но они волнуются за вас.       Оптика мехов расширилась.       — Примус… они что?!       — Детка, мы говорим о тех и одни же мехах? Ну… тех самых… один зелененький, другой красненький?       — ~ Не стоит говорить идиотам, что они идиоты ~ — мудро изрек старческий голос из радио Бамблби.       — Бамблби! — возмущенно окликнула я, и мех поднял мани в виноватом жесте, непонимающе оглядываясь на двух своих собратьев. Он что-то не так сказал?       — Вы взрослые мехи, — указательный палец пригрозил трем ботам. — Не ведаю, намеренно или нет, но Скидс и Мадфлэп ваши младшие братья, не стоит говорить о них всякие несуразицы! Сайдсвайп, — оглянулась на серебряного бота, — они правда беспокоятся, ведь… кто, если не другие близнецы, знают, как больно находиться вдали от своей собственной половинки искры. Поверь, — мягко улыбнулась на растерянность в оптике автобота, — они обеспокоены, просто, не показывают этого.       Сайдсвайп ухмыльнулся столь яро убежденному в данном факте взгляду, ощущая приятные нотки заботы в искре, что на пару наносекунд ослабила давящие тиски связи со второй половинкой… иск… ры…       Я облегченно выдохнула, когда мех ухмыльнулся, ощущая в эм-поле отголоски благодарности, как внезапно волна боли захлестнула весь корпус меха, чьи окуляры вспыхнули и погасли, и бот стал заваливаться назад.       — ЛОВИТЕ ЕГО!       Джаз совершил резкий рывок под Сайдсвайпа, принимая вес его корпуса на себя, а Бамблби успел дотянуться до мани, и затормозить падение, помогая мягко опустить меха на Джаза.       Внутри меня все пульсировало от испуга, пока сознание не зафиксировало, что я оказалась на корпусе меха, ища защелки брони грудного отсека.       — Рэтчет уже ед… Детка! Что ты…!!!       — Искровой импульс был нарушен, а у меня нет с собой сканера для извлечение данных, — пальцы нащупали защелки, и я разблокировала их, давая механизму открыть грудной отсек. — Для убеждения, что искра не требует срочного заряда, нужно вручную посмотреть, — искровой кожух защищал мягкий свет искры: неповрежденный, мягкий и крепкий, подавая едва явные колебания импульса искры. Вдали уже был слышен сигнал скорой помощи, альтернативной формы доктора Рэтчета. — Джаз, общая связь открыта? — строго спросила я, не отрываясь от наблюдения за искрой.       — Да.       — Доктор Рэтчет, у Сайдсвайпа произошел шок искры. На данный момент происходит процесс восстановления и нормализации импульса, и судя по увеличения перекачки в шлангах энергона, оно только набирает обороты.       Звуки трансформации рядом не дали мне вынести причину произошедшего. Я по-быстрому ушла с пути доктора, замечая меха Джолта и Оптимуса Прайма, трансформировавшегося позади. Взгляд быстро вернулся к доктору, подключившегося в медицинский порт данных, хмуро рассматривавшего кожух искры.       — Молодец, Эйва.       Слова Рэтчета позволили почувствовать легкую дрожь, пробежавшуюся по моей коже, и заставили вспомнить о дыхании, которое с момента, произошедшего было задержано.       — Что с ним, Рэтчет? — спросил Прайм.       — Как и сказал Эйва, произошел шок искры. Так как отсутствуют внешние дефекты, а внутренних повреждений не обнаружено… — Рэтчет мимолётно взглянул на Прайма. — Предполагаю, связь близнецов… Мы не узнаем точно, пока Сайдсвайп не придет в онлайн.       Обеспокоенно сжала дрожащие пальцы в кулак, сосредоточенно наблюдая и боясь отойти далеко от Сайдсвайпа и доктора Рэтчета.       «Так и знала! Примус, а если произошли ужасные события со второй половинкой искры Сайдсвайпа? Нет-нет-нет! Даже не думай об этом, Эйва! Все будет хорошо! Все будет хорошо. Хорошо, ясно?!»       — Эйва, — вокалайзер Рэтчета, вырвал из меня панические мысли. — Идите вперед с Джолтом, и приготовьте АИМИ1. Подключитесь через ваше устройство к аппарату, и введите на АИМИ1 биометрические данные Сайдсвайпа, высланные уже на датапад.       Мимолетно кивнув, рванула уже к ожидавшему меня в альт-форме меху, с неловкостью садясь на переднее сидение, стараясь, как и в первой поездке с Джазом, не прикасаться ни к чему руками. В данный момент было большое облегчение вцепиться пальцами в свои колени, сосредотачиваясь на задании, а не на рассуждении о том, как доктор Рэтчет успел спасти мое положение от подозрений…       Фейс Джаза мимолетно пронесся перед глазами.       Да что со мной не так! Он же такой дружелюбный мех, один из первых пытающийся поближе познакомиться со мной, стать другом! Почему же я не могу рассказать ему правду! С Бамблби я едва не вымолвила моментом, а Джазу… Что не так?       Подъехав к пятому ангару, бот Джолт открыл дверь, и только выскользнув, я помчалась вперед, забираясь по лестнице на рабочий стол Рэтчета, хватая свой планшет. Джолт как раз успел поставить на платформу, по-видимому тот самый аппарат АИМИ1: прямоугольный, с кучей разнообразных проводов, торчащих из задней стенки, и с небольшим экранчиком на верхней панели. С боку же я заметила специальные порты для присоединения, по-видимому, именно через них мне и нужно присоединить планшет.       Джолт едва не испугал меня, впервые со дня знакомства подойдя вплотную, предоставляя мани перед глазами, и произнося тихим, довольно нежным вокалайзером:       — Помощь. Добраться.       — А…эм… — глупо приоткрыла рот, совсем растерявшись. Это… внезапно. Я думала, мех не общается и не подходит близко, потому что не любит людей, но… он оказался… робким? — Благодарю, Джолт.       Осторожно, помощник Рэтчета помог мне добраться до платформы, и в той же приятной, ненавязчивой и легкой тишине, каждый продолжил выполнять свои задачи.       Как раз заканчивая с вводом данных, услышала спешащий топот, направляющийся к пятому ангару, и только через тридцать секунд появился сам Оптимум Прайм, с педантичной осторожностью неся на мани Сайдсвайпа. За ним ругался доктор Рэтчет, криком заставляя Джаза и Бамблби вышвырнуться из, и так маленького, медбея.       — Медленно и осторожно Оптимус! — суетливо и цепко наблюдая, как Прайм укладывает корпус меха на платформу, доктор крепко держал в руках гаечный ключ, пару раз странно дергая мани при резком движении лидера. Он же не хотел ударить по шлему своего лидера?! — А теперь, прочь пошел!       Небрежно оттолкнув Прайма к выходу, Оптимус поймал мой ошарашенный взгляд и мягко улыбнулся, поспешно выйдя из, по-видимому, опасной зоны.       — Джолт, за запасами энергона.       Подключив датчики к Сайдсвайпу, прибор запищал, посылая новые данные в мой планшет. Нахмурившись, быстро изучила их, сверяясь по памяти с таблицей нормативов биометрических данных кибертронцев.       — Ты должна быть осторожней, — проворчал Рэтчет, возясь с системами меха.       — Только если чья-то жизнь не зависит от моих знаний, — прикусив нижнюю губу, грустно сказала в ответ.       — Эйва, ты слишком нам льстишь. Впрочем, мое мнение останется прежним. Кодирование или нет, но всем станет… проще, понимаешь? — на мгновение оторвавшись, он взглянул на меня своей профессиональной, опытной и мудрой оптикой.       — Мой друг говорил нечто похожее.       — Так кто он? — невзначай пытался подловить меня доктор, на что я в ответ тепло улыбнулась. — Автобот? Нейтрал?       — Если Фурия захочет, он проявит себя. Так… я была права? Увеличение объёма прокачки энергона обозначает восстановление связи близнецов?       — Твой друг хорошо учил тебя, — с долей раздражения от неудачи заполучить ответ, доктор Рэтчет фыркнул, оставив последнее слово за собой, — но недостаточно.       Едва сдержала смешок.       — Поэтому я с вами.       — Язык.       Нет. Все же не сдержала.       АИМИ1 запиликал. Все данные стали набирать обороты, сигнализируя, что пациент начинает приходить в себя.       Доктор Рэтчет моментально подскочил ко мне, резко подхватив, отводя к рабочей зоне.       — Боевые системы активируются в первую очередь, — пояснил Рэтчет, — будь подальше от таких как ужасные близнецы или оперативники.       Напряженно кивнула, более волнуясь за состояние Сайдсвайпа, чем из-за слов Рэтчета, но вскоре все же облегченно выдохнула.       Мех подключился к сети не спеша, как будто совершенно не хотел этого делать, желая подольше оставаться в другом месте. Даже через электромагнитное поле ощущалось блаженство, спокойствие и капля нетерпения. Означает ли это хорошие новости?       — Как ты себя чувствуешь? — не успев моргнуть, доктор оказался у платформы, по-видимому успев убедиться в адекватности бота. — Искру тянет, сжимает или…       — Док, — умиротворённо улыбнувшись, Сайдсвайп схватил Рэтчета за манипулятор, изрядно так напрягая медика. — Как после хорошего, очень тщательного и качественного фрага.       — Язык! — возмущенно крикнул Рэтчет, пока я за его спиной краснела от смущения, исследуя глазами пол. — Сколько раз, ржавый кусок хлама, я тебе говорил регулярно о пользе постоянного медицинского наблюдения за искровой деятельностью в твоей ситуации! Как он?       Прикусила губу, проглатывая смешок, вызванного контрастным переходом от гневной речи медика до обеспокоенного старого меха. Это выглядело… по домашнему… так уютно и тепло…       — ~ О, Топорик… — резкий переход на кибертронский немного шокировал меня, но восхищение мгновенно охватило все мое тело. Слух ласкали щелчки и трели, из которых состоял кибертронских язык. Но куда более речь Сайдсвайпа заставила внутри груди все напевать в ответ от позволения быть наблюдателем такой личной сцены. — Солнышко в хлам разбитый, но все такой же великолепный и прекрасный, как шлаков интербот.       — ~ Болты в твоем ржавом процесснике! У обоих! Совет чаще допускать интерфейс по жесткой линии, без процессорные фрагеры, не просто назывался советом! Теперь, как блаженный идиот, под кайфом проваляешься некоторое время, пока связь не окрепнет вновь. Где твой брат находится?       — ~ На корабле Зантиум, конечно! — ярко вспыхнула голубая оптика, излучая все больше счастья и облегчения. — Как же я не с терпением ожидаю золотистую корму на моем шипе…       — ~ О, Примус, — тяжело провентилировал Рэтчет, оперевшись на мани на край платформы. — Без процессорный, кто на корабле?       — ~ Джазу станет весело от новости, — я напряглась от сожалеюще-веселого тона меха. — Но Айронхайду куда веселее.       — ~ Кто! Фрагге… — было начал гневно кричать доктор, но Сайдсвайп перебил.       — ~Врекеры: Лидфут, Тоспин и Роутбластор. Уилджек. Блюстик. И… Проул…       Мурашки пробежали от мрачности в тоне на последнее звании.       — ~Примус Всемогущий… — Рэтчет сделал неосознанно пару шагов назад, как будто ошпарился из-за слов. На мгновение я запаниковала, неужели мех по имени Проул совершил нечто плохое? Плохое Джазу? — Уилджек взорвет всю планету к шлаку.       — Кто такой Уилджек? — вопрос вырвался своевольно с долей облегчения, и прежде чем я поняла оплошность, две пары оптики с удивлением смотрели на меня. Они же не забыли, что я была здесь? Да?       — О~ Привет, Эйва, — непривычно радостно улыбнулся Сайдсвайп, совершенно превратившись в иного бота, чем раньше. Кажется, теперь я куда более лучше понимаю, что имели близнецы под «серьезным и кислым» Сайдсвайпом. И улыбка у такого меха… великолепна, и куда больше идет прекрасному фейсу, чем серьезность.       — Уилджек, ученый, — фыркнул Рэтчет, надавив на шейные магистрали серебряного меха. — Без процессорный, маникормовой, ржавый, как сам Юникронов отпры…       — Ах-ха-ха, Топорик! — засмеялся Сайдсвайп, предпринимая попытки сесть. — Здесь присутствует спарклинг.       Внезапно, резко и быстро, по медблоку разнесся скрежет металла об металл, и только после того, как оптика Сайдсвайпа неожиданно потухла и мех перестал двигаться, я заметила гаечный ключ в руках доктора, явно появившегося из воздуха! Честное слово говорю!       — Рука дернулась, наверное, механизм совсем заржавел. Не смей смеяться, малыш.       — Да я.хп… Ах, ну…ха… Прос. уф… тите, доктор Рэтчет, — грудь все еще дрожала от сдерживаемого смеха. — До меня доходили слухи, что вас боятся, но я никак не понимала из-за чего.       — Я страшный? — ухмыльнулся доктор, отвернувшись от меня.       — Нет. Вы чистая искра, Рэтчет.       Его пальцы остановились на наносекунду, а после продолжили создавать видимость в исправлении несуществующей поломки в корпусе одного без процессорного, пока старая искра приятно покалывала от слов Эйвы, а под воздействием кодирование, не успев спохватиться и остановиться, Рэтчет слегка повернул шлем, поймав яркий свет благоговения, восхищения и… явно всего того, что в этих глазах не должно существовать для любого кибертронца.       — Отлично, что ты напомнила о нашем первом условии, — отвлечься от пагубных мыслей за прожитые миллионы световых всегда помогала работа. — Мои сканеры не предназначены для… тебя, поэтому, на данный момент, мне придется поверить на слово о состоянии твоего здоровья, — приняв серьезный, капельку устрашающий вид, Рэтчет прищурился. — Эйва, сколько энергона требуется для функциональной работы твоего тела? Является ли подзарядка дополнительной поддержкой энергии?       — Точно про временной промежуток подзарядки мне неизвестно, но, до четырёх земных циклов максимум могу оставаться в активном состоянии. Правда, все же предпочитаю каждый цикл спать по четыре часа.       — Хм… Теперь понимаю твой удивительно-ранний приход в медбей. Что ж, одобряю повседневный цикл сна — это благоприятно для функционала каждого. Какого значение энергона?       — Эм… Зависит от наличия энергии…       — Эйва.       Тяжело вздохнула, так как тема для меня была не из лёгких, а воспоминания еще хуже.       — Были времена, когда его не было. Приходилось пихать в себя человеческую еду в надежде продержаться еще чуть-чуть, — тросы Рэтчета напряглись. — В итоге мой организм не перерабатывал эту… мерзость. Делалось хуже. Но все же спустя время, пару человеческих продуктов пришлось мне по вкусу: шоколадный пудинг и шоколадное мороженое. Не ведаю, почему именно они, но это помогает. Когда энергон имелся в малых количествах, например, небольшая кружка, на нем я могла продержаться около трех-четырех дней. Пополняя же энергию полностью, выпивая около полтора-двух литров, до следующего приема у меня есть месяц.       — Скажи правду, малыш, — напрягшись, неуверенно улыбнулась меху. — Вчера, когда капитан Леннокс позвал тебя в… человеческую столовую, ты ела, потом очищала организм из-за чего остаток энергона ушел вместе с человеческой едой. Все это и привело тебя к тому, что ты тайком пила энергон, пока я не пришел?       — Простите за это…       — Я не к этому! Какой уровень энергона сейчас, Эйва!       Вздрогнув, опустила взгляд на мэнди на руках. Как же я не хотела беспокоить Рэтчета этим вопросом… Впрочем, как только Фурия узнает, он будет зол.       — Думаю, около пятнадцати процентов.       Тишина испугала. Фейс Рэтчета выражал не просто гнев, но и большую злость. Но он молчал. Недолго. Вскоре вышел из мед. отсека, оставляя меня одну.       В груди все перевернулось и упало вниз. Страх сковал тело.       «Он… бросит меня? Отвернется? Я… разрушала доверие…» — пугающие юные вопросы моей части, заполняли голову с ужасающей скоростью, и почти мгновенно первые слезы пробежались по щекам, когда тяжелые шаги вновь послышались, и скозь размытое изображение, салатового цвета мани с протянутой небольшой емкостью, заполонил пространство.       — Примус… Эйва, — мягкий голос Рэтчета пробился сквозь туманное полотно в голове, а нежное эм-поле в утешение окутало меня. — Я не хотел пугать тебя.       — Да, я знаю, Рэтчет, — стирая слезы, мягко приняла емкость, оказавшейся человеческой кружкой, наполненной энергоном. — Как взрослый человек понимаю, но…       — Знаю, малыш, — улыбнулся мех, подталкивая кончиком пальца кружку с энергоном к моему лицу, слегка настойчиво, но с любовью. Правда с силой не рассчитал, и половина голубой жидкости оказалась на лице из-за резкого движения, скатываясь на ключицы и пачкая черный топ.       Кто же знал, что именно в этот самый момент Бамблби и Джолт решат зайти в медбей, ошарашенно наблюдая за улыбкой доктора, который продолжал невольно поддерживать кончиком пальца снизу кружку в направлении моего заплаканного и облитого энергоном части лица и груди.       Боевая защитная маска Бамблби резко опустилась. Оптика заалела, а пушки резко нагрелись, направляя дуло на Рэтчета…       — О, Примус… — вторили мы с доктором.       Продолжение следует…