DoubleDad

      Она была достаточно вежлива и дружелюбна, чтобы Костя старался вести себя соответствующе. Он ведь профессионал, в конце концов. И может обуздать пламенем вспыхнувшую в груди ревность.       Видеть, как заботливо Прокопенко касается острых дрожащих плеч нуждающе прижимающейся к нему молодой жертвы, выше его сил. Он отворачивается к окну, за которым ночной Петербург даже не собирался засыпать, вопреки поздним трём часам после полуночи.       — Ну что вы, что вы, Ирина Алексеевна, — нежно бормочет Федя за его спиной в тишине квартиры. — Теперь всё позади. Сейчас приедет скорая, а за ней милиция, и вы забудете обо всём, как о страшном сне.       Костя едва слышно хмыкает. Вряд ли, — думает он, бросив быстрый взгляд на ногу человека, которому заказали её убийство, — она столь быстро забудет о том, как её чуть не пристрелили. И момент мучительной смерть своего неудачливого «жнеца». У девчонки психика травмирована на всю жизнь.       Но ему даже не жалко. Ибо…       — Фёдор Иванович, — жалобно блеет она. Костя слышит шорох одежды. И титаническим усилием заставляет себя не оборачиваться, понимая, что и так раздраконен. — Мне так страшно. А что если за мной придёт кто-то еще?       — Тогда вам стоит отдать книгу, — произносит Гром резко, сжимая пальцы на хлипком деревянном подоконнике. — И всем станет на вас плевать. Ценность-то представляет только ваше знание о её местонахождении.       — Я… — звучит растерянно.       — Можно было и не так грубо, Константин Игоревич, — хмуро прерывает девушку Прокопенко. — К сожалению, он прав, Ирина Алексеевна. Отдайте книгу в музей, и тогда в вашу жизнь вернутся мир и покой.       — Да… Да, вы правы, Фёдор Иванович. Я так и сделаю. Она слишком много бед принесла мне и моей семье, — сокрушается девушка. — Это будет правильным решением.       Книга, о которой они только что говорили, представляла из себя украденный сразу же после революции предками девушки из Царской библиотеки сборник фольклорных рассказов. Инкрустированная настоящим золотом и драгоценными камнями чуть ли не на всех страницах, она стоила, ну… внушительных денег даже сейчас. Особенно сейчас.       Костя наконец замечает подъехавший кортеж милиции и скорой, о чём сразу же спешит сказать Феде. Он резво разворачивается на пятках в намерении скорее покинуть квартиру и видит, как осторожно Прокопенко отстраняет от себя руки Ирины.       — Сейчас сюда зайдут медики, и они о вас позаботятся, — с улыбкой обращается Федя к девушке.       — Вы не останетесь? — сипит Ирина в ужасе.       — К сожалению, нет, — Прокопенко качает головой и отходит на несколько шагов, ближе к Косте. — Нам еще надо заехать в милицейский участок, составить отчёт… К тому же организовать задержание нанимателя. Очень много дел, Ирина Алексеевна. Извините.       Прокопенко слегка склоняет голову на прощание и направляется к двери. Костя без слов следует за ним. Зверь в груди, рвущийся наружу, затихает. Гром чувствует, как его отпускает, и расправляет плечи. Как, оказывается, черна и сокрушительна ревность.