Обо всем понемногу

      Дома уютно. На улице по-прежнему метет метель. А тут тепло, очень тихо, только за стенкой у соседки слышен телевизор. Дима приоткрывает форточку. Кирилл утром закупорил все, мерзнет, бедняга. «А как не мерзнуть, если подкожного жирка нет, и не предвидится»? Дима помнит прикосновение к боку любимого – ребрышки, хоть считай. Тогда Кир вертится от щекотки, повизгивает и хохочет. Надо бы следить, чтоб надевал зимой свитер поверх рубашки. Вон, полный шкаф теплой одежки, так надо носить. Поймал себя на мысли, что говорит словами «бабани». От нее научился подмечать волшебное в простом. Будь то листочек цветка на подоконнике, смешного снеговика по пути на работу, снежинка на рукаве модного кирюшиного пальто… Дома уютно… Какой-то особый зимний уют, когда серый день еще не стал плотными сумерками, и все равно сонно, тихо. Невольно вспоминаются стихи: Никого не будет в доме Кроме сумерек. Один Зимний день в сквозном проеме Незадернутых гардин Только белых мокрых комьев Быстрый промельк моховой Только крыши, снег и кроме, Крыш и снега – никого. Редкий выходной в конце года. Уж непонятно, что там наговорил Прокопенычу и Игорю Кирилл, но с утра Дима проснулся от такой тишины и света в окне, что не поверил своим глазам. Кровать была пуста, на стуле – домашняя флисовая оранжевая кофта Кири. А в телефоне два сообщения. От полковника и майора. «Выздоравливай, отлежись». Дима чувствовал себя неплохо, хотя вчера вечером ему точно казалось, что заболевает. Видно, от нервов снова трясло. Он и заснул, выпив настойку пиона, и морщась от неприятного вкуса. И заснул, словно провалился в бездонную дыру. До утра. И опять зачертит иней И опять завертит мной Прошлогоднее унынье И дела зимы иной. Вот только Кирилл отключил будильник на димином телефоне, встал сам, вовремя. Поел или нет – явно вопрос нерешенный. Скорее, «нет», чем «да». Можно прибраться в квартире – вещи имеют обыкновение расползаться по всевозможным поверхностям. Да и пыль протереть не помешает. Можно сходить за продуктами, по дороге покормить котов, да и в кормушки бросить пшена. И засесть за «Криминалистику», пока есть время. Но Дима вместо этого смотрит в окно на метель и снежные вихри.