Я - хранитель.

Pov: Инк

«Я проснулся с дикой болью в области рёбер. Вокруг меня был лишь жёлтый свет, который освещал это белое пространство и не давал снова уйти во мрак. Кажется… Я уже бывал здесь… Или нет? Это место знакомо мне, но не могу сказать что это. Мое тело было покрыто мелкими и черными вкрапинками. Предполагаю — двоичный код. Но откуда он? Почему он так сильно слился с моими костями? Что-то произошло в прошлом?» Я встал на ноги и осмотрелся. Пелена в глазах больше не мешала полностью разглядеть окружающее пространство. Пустота… Здесь буквально ничего нет, кроме летающих вёдер с жидкостью. Я не понимал, что это, но и не пытался узнать. Я заметил, что проснулся без одежды. Забавно. Белые, а точнее сероватые, кости выглядят очень мило, особенно, когда на них виднеются тонкие и черные полосы, похожие на татуировки. В каком-то роде даже гламурно. Оу… Кажется, у меня теперь нет души. А была ли она когда-то? Да, определенно была, я помню это. Но где же она сейчас? Возможно ли получить ее назад или создать новую? Что… Я сказал создать? Почему я это сказал? Не важно, сейчас интересно… А, что я только что говорил? Плохая память всегда подводила меня в самый неподходящий момент, но я решил просто не вспоминать то, что утеряно в моей голове. Ведь, это уже не имеет значения. Я решил ближе подойти к летающим вёдрам, уж очень они привлекали моё внимание своей необычностью. Их было десятки… Нет, сотни, а может даже тысячи. Цвета были самые разнообразные и притягивающие взгляд, но в силу своего маленького роста, я не смог посмотреть на них ещё ближе. «Нет гравитации» Ух ты! Чувствую себя как в космосе! Так легко и беспрепятственно передвигаться по пустоте! Это забавно, и почему я раньше не заметил этого? А может, она появилась только сейчас? Я начал приближаться к объектам, чтобы рассмотреть их со всех сторон. Мой интерес был превыше всего: любых эмоций, действий и чувств. С одной стороны это даже странно. Новое место, летающие разноцветные ёмкости, я — без души и одежды. Удивительно! Отсутствие каких-либо эмоций, чувств и, собственно, души — и есть своя уникальность. Я пуст внутри. Оболочка. «Ауч! Что-то отбросило меня! Как только я приблизился к одному из вёдер, меня просто откинуло с неимоверной силой и ударило об землю! Гравитация снова присутствует? Я оказался на… Земле? Полу? Понятия не имею что это, но будем надеятся, что всё-таки пол. После удара я заметил трещину на плече, которая не хотела срастаться, но она и не приносила боли. Хех, я же скелет, почему я вообще должен чувствовать физическую боль? Правда… Двигать правой рукой теперь достаточно неприятно» Ох, вау! Рядом со мной что-то льётся… Это жидкость? Я подошёл, чтобы рассмотреть новый неизученный объект, моментально привлекший всё моё внимание. Хм, пахнет, как краска, по констинстеции похожа на масляную. А на вкус? Как только краска коснулась языка, по костям разлилась магия. Мои и без того пустые чувства совсем перестали показывать себя… Я понимаю, что стал обычной оболочкой, которая не может адекватно функционировать и показывать себя. Может, отсутствие души так повлияло?.. Разум опустел, поток мыслей закончился.

***

Инк стоял в Дудл-сфере совершенно один. После принятия белой краски его повреждённая конечность начала восстанавливаться, излучая при этом характерный звук, похожий на хруст крекеров… Или костей. Создатели решили изменить ход истории, поменять события местами и дали новоиспеченному художнику не жёлтую краску, как должно было быть, а белую. Игра, смена позиций и реальностей. После того как краска начала выветриваться, в Дудл-сфере появился инструмент — кисть, с помощью которой можно было создать предмет и оживить его. Инк ещё не знал для чего ему это дали, поэтому решил сам изучить свойство нового атрибута. «Доступ к вселенным запрещён» Большая кисть оказалась достаточно лёгкой для Инка. Он мог спокойно вращать её руками и даже рисовать в воздухе. Это придало ему небольшую уверенность в том, что в этом мире он не бесполезен. Художник осмотрел новый предмет: коричневое деревянное основание — чудо! Ведь кругом одно белое пространство, в котором даже не существует погодных условий и других собеседников. Создатели молча наблюдали за стараниями скелета, лишь изредка насмехаясь над его неловкостью, но говорить с ним отказывались. Может, боялись? Или были уверены в своей правоте? Всё возможно… На самой кисточке были золотые держатели, с помощью которых можно было без усилий нарисовать что угодно. На них был черный узор, похожий на двоичный код который растекался по костям самого художника. «Хех, символично» — пронеслось у того в голове. Не успел Инк опробовать своё «оружие», как новая краска снова полилась откуда-то и заполнила пространство. Черная и едкая, напоминала чернила или же нефть. Художник был поражен такой скудной цветовой гаммой. Если бы у него была душа, то он скорее всего бы и не стал пробовать новую жидкость на вкус, но сейчас им двигало только любопытство. Краска коснулась языка и разлилась магическими волнами по всему телу, принося странные ощущения. Взгляд и манера поведения изменилась. Из глаз и рта начал выливаться избыток этой субстанции, что было похоже на сумасшествие. Зрачки, которые раньше были ели видны и вовсе пропали. «Ненависть, злость и отчаяние слились в хрупком теле одного маленького скелета. Убивать? Нет, он не хотел этого. Сейчас он мог лишь злиться на себя и свое бесцельное существование в этом пустом пространстве» Так как доза химиката была достаточно мала, Инк быстро пришёл в себя. Он понял, что краски дают ему чувства и, если есть белая и черная, значит есть и другие. Он взял кисть в руки и одним движением создал себе наряд. Правда он отличался по цветовой гамме от того, которого привыкли видеть многие: шарф, топ и комбинезон были полностью черного цвета, а футболка с нарукавниками — белыми. При смешивании этих двух цветов получился светло-серый — это слияние украшало лямки и другие мелкие детали на одежде художника. — Не нравится мне это. Но выбора, как такового, у меня нет. — сказал он вслух, надеясь на милосердие создателей, чтобы те дали ему больше красок. Но этого не произошло…

***

Летели дни, месяцы, года, а новых цветов так и не появилось. Время для Дудл-сферы текло совсем по-другому. И если для нас, людей, день — это 12 часов в сутки, то для Инка этот промежут стал чем-то больше, чем вечность. Всё это длилось до того момента, пока один из создателей не решил с ним заговорить. — Мне… Мне нужна помощь, я не могу закончить это. — далее последовали всхлипы и плач. Голос казался отдаленным, более подрастковым, нежели детским. У Инка он раздался эхом в голове и никак не хотел останавливаться. Он хотел помочь… Метался из стороны в сторону пытаясь разговорами успокоить плачущего создателя. Инка тянуло это чувство, хоть он и был бездушен. Что-то до боли знакомое и теплое в районе грудной клетки заставляло идти на поводу у чужих эмоций. Но из-за нехватки красок, ему не удалось направить юное дарование на истинный путь сотворения новой истории… Подросток, в состоянии отчаяния, разорвал листок, на котором были зачатки новой вселенной и отбросил свою идею в глубокий ящик, который позже закрыл железным замком, а ключ выбросил в океан. Хруст… Обжигающая боль начала пронизывать серые кости начиная с грудной клетки и заканчивая удушающим приёмом на шее. Хоть скелетам и не требовался воздух для продолжения жизни, но человеческие повадки всё же были встроены в них. И как только приток магии остановится… Смерть неизбежна. Инк схватился за голову, в которой громко отражался безудержный крик маленького создателя… И это сводило его с ума. Разрушение одной, казалось бы, маленькой и ещё не полностью существовавшей вселенной далось ему слишком тяжело… И невыносимо больно. Да, скелетам не чужда физическая боль, но потеря одного звена из целой системы вселенных далась художнику не просто. Он ещё не окреп, не понимал зачем он здесь и что ему нужно делать, но новое чувство подсказывало ему… Вело на правильный, а точнее уже на изведанный, путь. Тишина… Всхлипы и плач прекратился. Боль медленно отступала… Снова пустота в грудной клетке и новые голоса. Они все просили помощи, искали вдохновения на создание своих миров, и тогда Инк понял. Он встал с земли, отряхнул одежду, закинул кисть на спину и приблизился к ведрам с жидкостью. «Отключить гравитацию» Художник снова поднялся в невесомость. Вокруг него так или иначе закружились вселенные, которые требовали немедленного вмешательства. Один из голосов сказал: — Помоги, я снова потерял вдохновение… — он прозвучал тихо и очень отдаленно, если сравнивать с остальными говорящими, что означало лишь одно — скоро рухнет ещё один мир, ещё одна альтернативная вселенная всего сущего! Нельзя, ни в коем случае нельзя позволить случится этому. Инк стал немного осознавать зачем он появился в этом пространстве и что ему предстоит сделать, но не до конца. «Доступ к вселенным разрешен» «— Почему я? Почему вы просите меня о помощи? Кто я такой…» — за долгое время пребывания в Дудл-сфере он не раз задавался этими вопросами, но ответа так и не последовало. Он даже предположить не мог, где именно нужна помощь и как стоило отнестись к этой просьбе. Художник был в смятении, он не ожидал такой резкой перемены. После долгого одиночества даже эти странные голоса казались частичкой надежды на дальнейшее существование. Возможно, если бы не крик создателя, Инк так бы и сидел на белом «полу» без причины на жизнь. Одно из ведер немного шевельнулось. Просьба о помощи стала звучать громче. Художник переместился к источнику звука и заметил, как жидкость на поверхности немного дребизжала, как будто кто-то изнутри пытается достучаться до существа, находящегося за пределами этого мира. Без каких-либо колебаний Инк протянул руку к жидкости, и как только эти две материи соприкаснулись — сменилась обстановка. Открыв глаза после внезапного перемещения, художник очутился в одном мире из области набросков. Он ещё не был закончен, даже персонажи ходили с пустым взглядом… В них не было жизни, не было того огня, который прослеживается у многих монстров, даже несмотря на путь, который выбрал человек. Художник стоял вступоре. Он не знал, что делать… Выпить краску? А какой толк от ненависти или опустошения? Вряд ли создатель хотел бы наполнить свой мир таким негативом. Тогда Инк решил смешать эти две субстанции, чтобы получить новую эмоцию — рассудительность. Это чувство основывалось на объективном мышлении и веры в происходящее, а не пустые мечты о единорогах на ровном месте. Как только магия слилась в одну и начала растекаться по костям, зрачки художника изменили форму и цвет. В правой глазнице появилась серая звезда, а в другой ромб такого же цвета. Теперь его взгляд состоял не просто из белых точек, а из полноценных форм, правда без ярких оттенков. Один из набросков подошёл к Инку и начал осматривать. Сама фигура выглядела незаконченной, анатомия существа страдала и не поддавалась ни одному логическому объяснению. Как вообще создатель мог так неосторожно и небрежно сделать такой образ? Это было похоже на не законченный скетч, больше по состоянию персонажа и не дашь. Инк достал кисть, ещё немного отпил черной краски и начал исправлять ошибки, при этом разговаривая с автором этого наброска. — Небрежность никогда не приведет тебя к чему-то большему. Учись и развивайся, чтобы достичь высоких творений. Ты же видишь как страдают твои монстры? Так сядь и сделай уже что-нибудь. — Инк произнес это достаточно грубо, всё же не каждый человек способен в точности изучить рисование и делать идеальные рисунки. Многим это просто не под силу, даже если они будут обучаться у лучших мастеров в этом мире. Но ребенок понял, что ему пытаются донести, и использовал белизну для уничтожения парочки персонажей. Как только художник закончил с одним из монстров сразу стало понятно — это Санс. Ничем не отличающийся от многих скелет в лёгкой ветровке, футболке и коротких шортах. Набросок посмотрел на создателя, затем на Инка и крепко обнял второго…

Pov: Инк

Тепло. Не знаю, что монстры должны чувствовать при объятиях, но это достаточно увлекательно. Хоть Санс и выше меня ростом, он всё равно выглядит дружелюбно. А… Что за? Я увидел, как с дальней дороги на нас льется что-то белое, субстанция стирающая всё воем пути. «Нужно немедленно спасти монстра» — первая мысль, мелькнувшая в тот момент. Я подпрыгнул в воздух, взяв скелета за куртку и машинально нарисовал своей кистью платформу, на которую мы и приземлились. — Аккуратнее, стирать уже законченных персонажей ничего не даст тебе. — обратился я к создателю. И он согласился с этим. На листке вновь появились наброски, только на этот раз более детализированные и дополненные. Как только белизна исчезла из виду мы опустились на землю и стали прогуливаться по новому городу. «Здесь будет Сноудин. Как тебе, Инк?» — спросил у меня создатель. Я не ожидал вопросов в мой адрес, но всё же ответил: — Двухэтажный дом не правильно поставлен. Начерти дополнительные линии и пойми, как строиться проекция. Я помогу. Сразу было видно, что рисует ребенок. Линии прерывистые, незаконченные. Карандаш слабо держит, как будто боится накосячить. Зачем чего-то бояться, если в любой момент ты можешь все стререть и исправить? Ух, тяжело. Я помогал в этом мире, пока краска, которую я взял с собой не закончилась. Мы почти завершили эту вселенную, осталось лишь придать ей красок. Санс был очень благодарен за помощь и ещё раз обнял меня напоследок, а вот создатель… — Спасибо тебе, хранитель. Заглядывай, как будет время! — с энтузиазмом в голосе сказал этот ребенок, а после этого меня сразу телепортировало в… Мою пустоту. «Спасибо тебе, хранитель.» — эхом повторилось у меня в голове. Хранитель… Так приятно слышать это. Если есть этот мир, значит существует ещё множество вселенных, которые нуждаются в моей помощи. Наверняка и законченные миры требуют поддержки и вмешательства с моей стороны. Я — хранитель, и я обязан защищать то, что дорого моим создателям. Я направлю их на новый путь. Путь объективности и строгости.

***

Черная краска действовала на Инка как жестокость, а в слиянии с белой давала удивительный эффект. В таком состоянии он был похож на крестного отца, который вечно сидел в своем пространстве и наблюдал за всеми, и только лишь в моменты отчаяния других, он вылезал из своей зоны комфорта и шёл помогать. Да, он не стал таким хранителем, как многие его знают сейчас: озорник и проказник с ужасной памятью. Он стал совершенно другим… Более жестоким. Ему ещё предстоит узнать свои новые способности и привыкнуть к роли «отца» всей мультивселенной. Смогут ли создатели подарить Инку чуть больше эмоций, чем сейчас? Или они продолжат играть с скелетом в грязные игры? Никто знать не мог, оставалось лишь надеятся на волю людей, которым, по всей видимости, стало скучно в очередной раз.