Я - хранитель.

Одиночество… Бескрайняя тьма, которая скрывает за собой нечто особенное. И почему все так её боятся? Да, неизведанное пространство… Пустота… Но такая манящая. Интерес всегда приводит к тому, чтобы исследовать что-то необъяснимое и притягательное. Но он обоснован лишь в том случае, если страх не сковывает тебя как прочные и железные цепи. Инк боялся одиночества. Боялся остаться один в этой вселенной. И эта фобия началась чуть ли не самого появления. Попробуй полюбить то, что тебя убило, лишило души, а потом и вовсе выбросило в пустоту, не имеющую конца. Где нет ни единого звука, постороннего предмета, ласкающего рецепторы запаха. Там не было ничего. Лишь белая вечность, за рамками которой скрывался целый калейдоскоп вселенных. Но чтобы найти его, нужно было начать своё существование с чистого листа. По-новому учится жить, искать смысл данной задумки и чудесным образом обрести чувства. Хоть они и были ненастоящими, но они были. И в данный момент есть сейчас, и будут после. Заставляет задуматься, а как же было раньше? Что же было до того момента? До разрыва, до появления? Ведь не было понятий, такие как «Создатель» и «Вселенные». Был только ты. Один. В бескрайней тьме. Даже несмотря на белизну вокруг, всё равно это ощущалось как тьма, которая поглощает твоё сознание и не даёт мыслить так, как хочешь именно ты. Ведь всё было прописано изначально. История, характер, задатки мыслей и существования. Не каждый сможет преодолеть этот барьер и вдохнуть чистого воздуха свободы. Дорога вновь привела Хранителя в пустоту, а точнее в дудл-сферу. Нужно было поставить замок на Шокотейл, чтобы в дальнейшем его не атаковали. Он отправился один. После небольшой ссоры с Мечтателем, он хотел провести несколько эксперементов над химикатами. И спустя долгое время изучить прошлые записи, оставленные в «личной библиотеке», которую Дрим и показывал. Лишние глаза были не к чему. Да и сам друг предупреждал, что даже он не знает о том, что хранится в этом месте. Хранитель долго решался на этот шаг. Идти без сопровождения туда, где сейчас творился хаос не особо хотелось. И фобия, и собственные мысли отговаривали его, но цель была поставлена, и ради неё он готов был переступить через свои страхи. Раз это его мультивселенная и его дом, значит он должен сделать для неё всё, что может на данный момент. И если понадобиться убрать свои страхи далеко в ящик и закрыть на замок — он сделает это. Не раздумывая. Сказать — одно, а сделать — совсем другое. Если человек боится высоты — он никогда не сядет в кабину воздушного шара. И насильно заталкивать его туда не нужно, это только усугубит ситуацию. Пока он не примет взвешенное решение сесть самостоятельно — страх никуда не уйдет. Если говорить на основе фактов, то люди ведь не боятся самой высоты… Они боятся падать. Страх того, что ты можешь случайно вылететь из корзины и разбиться о землю. Или под другими обстоятельствами упасть с большого расстояния и не выжить. Так работает и с другими страхами. Арахнофобы, к примеру, боятся того, что паук может оказаться ядовитым и после укуса забрать твою жизнь. Или же то, что эти маленькие пушистые создания заползут тебе в ухо и начнут плодиться у тебя в организме. Хранитель ведь боялся не самого пустого пространства, не самого одиночества, а то, что за ними скрывается. Пустота огромна и найти в ней что-либо очень трудно. Видимо поэтому создатели решили подарить ему краски, дабы мир стал восприниматься по другому и уже родная пустота перестала быть местом заточения. Собравшись с мыслями, он открыл портал и с твёрдым решением изменить себя и свои чувства вошёл в него. Уже до боли знакомая тьма вновь бросилась в глаза. Уже ничего не удивляло Инка, да и не могло в принципе. Зелёную краску он так и не получил, а значит эмоцию эту чувствовать не мог. Он подошёл к ведеркам, которые обозначали каждую вселенную. Теперь светлых миров, освобождённых от отрицательных эмоций стало не два, а около десятка. Изначально Хранитель не понял почему так, ведь они с командой заходили только в один мир, а получилось так, что от уничтожения корня проблем, избавили и рядом стоящие от негатива. Это интересное наблюдение он подтвердил как только зашёл в вселенную, которая также освободилась от оков Кошмара. Это был Necotale. Маленькая, но тоже позитивная история, в которой сейчас всё так же было пусто. Фриск была настолько истощена, что даже подняться на ноги было трудно. Наверняка, она и сама бы сделала перезапуск без помощи Хранителя, но тот оказался в нужное время и в нужном месте. Он отнес девочку к здешней Альфис, которая каким-то лишь чудом смогла сохранить самообладание и оставаться в сознании долгое время. Немного подлечив девочку, доктор отошла в другую часть лаборатории, а Инк тем временем рассказал о случившемся. И тогда маленькая Фриск сделала свое дело. Сам Хранитель наблюдал это уже с дудл-сферы, тем самым после самого перезапуска запечатал ещё один мир. Тьма отступала, и миры возвращались к своим порядкам и устоям. История текла так, как и должна была. И это удивляло. Несмотря на всю ту боль, что принес Найтмер в мир детей, они всё так же продолжали идти по пути, который выбрали изначально. Они тянулись со всеми подружиться или же старались никого не убивать зазря и свои решения взвешивали с нейтральной позиции. Инк обошёл ещё несколько вселенных, которые не были окутаны тьмой. Кто-то из детей уже самостоятельно сделал перезапуск, кому-то тоже требовалась помощь. И в оконцовке рядом с Chocotale все близлежащие миры были запечатаны и полностью чисты. Наверняка Найтмер уже заметил это, но почему-то не предпринимал какие-либо попытки напасть. Возможно не верил в силы новоиспечённого Инка, а может был занят другими делами. Сам Художник записывал на шарфе те миры, которые удалось запечатать, чтобы Эррор после смог стабилизировать коды и восстановить изначальную комбинацию. Теперь в дудл-сфере стало немного ярче. Да, десяток освобождённых вселенных это даже не треть всех остальных, но тоже результат. Инк лизнул флакончик с жёлтой краской и спустя пару минут улыбнулся. Смотреть на то, как другие монстры вновь смогут жить, а не существовать, очень нравилось ему. Сверкающие глаза детей, вновь быстро решённые головоломки и сохранённая история — всё, что так не хватало Хранителю. — Ах, ну да, точно! — засмотревшись на таймланы, он совершенно забыл о первоначальной цели пребывания здесь. С небольшой тоской в глазах, он закрыл окна, с помощью которых наблюдал за мирами, и отправился в область набросков. По пути его так же сопровождала тьма, но он старался не забивать голову этим. Скоро всё изменится, ведь так? Они вновь одержат победу над Кошмаром и вернут в мультивселенную стабильностью, которая была до этого… Инк не питал надежды на это, но стремился к наилучшему результату. Да, вероятнее всего они не смогут уберечь многие миры и в битве могут даже проиграть, но это ведь не плохо. Нельзя исключать даже тот факт, что человек после пройденных издевательств пойдет по светлому пути. Разные обстоятельства могут заставить его вступить на тёмную дорогу и больше никогда не вернуться. Хранитель старался мыслить объективно и оценивал возможности всей команды здраво. Не преувеличивая силы каждого, чтобы в момент схватки не потерпеть поражение. Это было одно из самых важных качеств, которое ему удалось развить за время пребывания в пустоте. Но сейчас в силу своей нестабильности он не мог пользоваться даже этим. И ему предстояло то самое испытание, в котором он сможет принять свои слабые стороны и развить сильные, вместе с этим ещё стабилизировать эмоции и чувства. До области набросков оставалось совсем немного. Вдалеке уже виднелись маленькие ведёрки, в которых жидкость еле-еле доходила до половины. И Хранитель бы смог самостоятельно дойти до них, если бы не новый поток краски, внезапно свалившийся на голову. Зелёная. Долгожданное чувство, которое должно было появиться ещё в самом начале пути, но видимо создатели решили повернуть сюжет в новою сторону. Жидкость, как и в большинстве случаев, свалилась на Хранителя неожиданно и окрасила близлежащее пространство в нежный салатовый цвет. Он напоминает середину лета, когда вокруг деревья уже одеты в сарафан из пушиствой листвы, а цветы так и наровят подарить окружающим свою красоту. Это действительно удивляет. Природа порой способна на многие умопомрачительные вещи, в которые изначально даже поверить сложно. Инк тоже не верил в то, что чудесным образом получит новый цвет. С последнего раза прошло достаточно времени, так что из памяти вылетали мысли о химикатах. Фиолетовый цвет, который давал отвращение или неприязнь, он получил после того, как убил Эррора из прошлой мультивселенной, разрушенной сразу после инцидента. Порядок получения новых цветов был никому не известен, ведь их дают создатели. И когда им в голову взбредёт новая мысль — непонятно. Да и предугать исход того или иного события достаточно сложно. Поэтому Инк старался не задумываться об этом. Жил моментом и не забывал о важной цели. Получение красок же стало дополнением к духовной составляющей Хранителя. Его косточки вновь наполнились новым чувством, а один из зрачков наконец-то приобрел узнаваемый вид. Зелёный ромбик украшал левую впадину, в то время как жёлтая звёзда — правую. Хранитель взглянул на обстановку под другим углом. Теперь притягательным и интересным стало буквально всё: гора листков, которые мирно лежали рядом с областью набросков, летающие ведёрки с жидкостью и тьма вокруг. Интерес и удивление связаны между собой. Ведь первое как раз и побуждает второе. Изначально ты изучаешь притягательный предмет, а уже после удивляешься его способностям. Инк наполнил флакон новым цветом и только после этого отправился изучать старые записи. Подчерк на удивление был разборчив, хоть и некоторые буквы, казалось, существовали сами по себе. Его нельзя было назвать калиграфичным или идеальным, но что-то особенное в нем было. Какие-то самостоятельно придуманные линии, хвостики у прописных букв и другие особенности, которые не сразу бросаются в глаза. Да, Хранитель вдохновлял своей работой других, придавал мирам окраску и выполнял свою работу идеально, но с подчерком у него всегда были проблемы. На каждом из листков он был разный. Где-то наклон в правую сторону, где-то в левую. Соединения между буквами порой отсутствовали. Это в первую очередь говорит о его творческих способностях. Но даже так он мог разобрать то, что написано. Все же записи написаны его рукой, хоть и достаточно давно. С каждым событием и новой информацией количество заметок увеличивалось и в итоге получилась целая мини библиотека. В глаза бросился листок с множеством помарок. Он привлек Хранителя своей отличительной чертой — краской. Почти полностью он был покрыт черным химикатом, так что разглядеть написанное было весьма трудно, да и подчерк был весьма неразборчив. — Я пьян был что-ли?! Ужас, никакой эстетики! — возмутился Хранитель и стал разбирать чуть-ли не по буквам: «Эррор… Лес… Нити… Инъекция… Глаза… Поцелуй…» Для него эти слова особо ничего не значили. Лишь набор не связанных между собой значений и в голове они никак не складывались, но наталкивали на мысли. Он нашел ещё около десятка листков с похожими предложениями, где текст не особо отличался друг от друга. Изначально Хранитель не знал как реагировать на такое, ведь подтверждения никакого не было. Да и сейчас были другие важные записи на которых стоило обратить внимание. Всё же он пришел сюда не для того, чтобы разбирать старые болячки. Он понимал, что сейчас вспомнить хоть что-то о своем прошлом не получится. Если разум блокирует воспоминания и при любом намеке на триггеред сознание начинает защищаться с помощью шума, помех и нескончаемой боли, то и стараться не стоит. Да, интерес был превыше всего, но что он даёт в итоге? Ничего… Хранитель посчитал это пьяным бредом и отбросил мукулатуру в сторону, с надеждой вернуться к этому позже. Следующим атрибутом на глаза попался дневник. Его обложка напоминала тетрадь первоклассника. С миловидными рисуночками, розовой цветовой гаммой и различными аксессуарами в виде паеток, блёсток, бумажных склеек и другое. Он открыл его и стал просматривать отдельные страницы, ведь большинство из них были пусты. По-видимому это чья-то вещь, ибо подчерк значительно отличался от Хранителя. Да и особых значимых записей здесь не было. Короткие зарисовки, неудачные попытки написания стихов и разбор каких-то детских рассказов. Самой информационной, оказалась стопка отдельных бумаг. Там хранились записи о вселенных, среди которых можно было отыскать и пропорции цветов. Инк не особо заморачивался когда писал что-то важное. В одной куче лежали воспоминания, в другой памятные вещи, в третьей — беспорядочные мысли, и так далее. Творческий беспорядок, так скажем. Найти что-то полезное среди всего хаоса практически нереально, но Хранитель и в этом видел что-то прекрасное, по крайней мере раньше было так. Сейчас он всячески проклинал свою прошлую наивность в таких важных делах. — Так-с, а вот и краски. Кошмар, еле отыскал. — тяжело вздохнув, он наконец-то приблизился к тому, чего хотел изначально. В арсенале Хранителя и правда было всего 10 цветов, что удивляло его ещё больше. Как и раньше, он думал, что этого мало. Как можно творить историю целого мира без множества других прекрасных оттенков? И ответ на свой вопрос он всё же нашел. На листке было сказано, что это всего лишь минимум его возможностей, ведь никто не запрещает смешивать цвета и получать новые. Также были написаны все доступные химикаты, которые он таскал с собой. Это те, что дали ему создатели. А рядом мелким шрифтом указаны координаты, где можно найти тот или иной цвет в дудл-сфере. Удобно и очень продуманно, ведь если понадобится какой-то определенный, то он сразу сможет его отыскать. — Хм, то есть мне ещё нужен розовый, синий и оранжевый. — Хранитель немного обомлел, ведь оставшиеся цвета выражали исключительно позитивные эмоции: умиротворение, эйфорию и… Похоть? Хранитель только сейчас узнал о значении этого цвета. В черепушку забрались неприятные мысли. На бумаге лишь немного было написано о каждом из цветов и только черный и розовый удостоились чуть ли не дессертации на тему их опасного влияния. На обороте страницы было много предупреждений о том, что это самые сильные химикаты в наборе и что их нужно пить с крайней осторожностью, а лучше смешивать с ещё каким-либо цветом. И тогда-то Инк вспомнил о неприятном происшествии, которое всё никак не выходило из головы. Он проанализировал у себя в голове убийство Эррора и сору с Дримом. Обе были вызваны переизбытком краски, но чувства отличались. При первом инциденте он почти не раздумывал о последствиях. Хранитель даже не помнил как это произошло. Перед глазами только кость, которая вот-вот будет воткнута в череп беззащитного Разрушителя. Во втором же случае он лишь высказывал то, что было на языке. Благо его смогли остановить в нужный момент. Сейчас у него на руках были верные пропорции всех химикатов, которые нужно употреблять каждое утро. Или же время от времени, чтобы он мог на протяжении всего дня стабильно заниматься работой и не отвлекаться на очередную передозировку. Если же нужно усилить какое-либо чувство, то достаточно отпить пару капель или лизнуть край флакончика. Только вот даже с этой информацией он немного боялся последствий. — Я… Не хочу, чтобы монстры страдали из-за моих эмоций. — процедил он, теребя листочек в руках. Он призадумался, каждый раз вспоминая о случаях безвольной агрессии или ненависти. Без отрицательных эмоций невозможно прожить, это факт. Быть постоянно на позитиве тоже достаточно тяжело, ведь приходится сдерживать поток мыслей и не выливать его на окружающих. В этот момент он даже немного завидовал Дриму, ведь тот не способен испытывать такие чувства. Как только Хранитель снов всплыл в голове, на ум сразу же пришла картинка «веселых игр» двух влюбленных монстров. Инк искренне не понимал, что в этом занятии может быть прекрасного. Возможно потому, что он так и не смог довериться кому-то, а может из-за отсутствия души. На самом деле причин много, но он всё никак не мог понять. — Я… Я не смогу кого-то осчастливить, ведь не способен чувствовать даже любовь самостоятельно. — медленно с нотками грусти в голосе начал он рассуждать вслух. — Кому нужен бездушный монстр? — он опустил голову и читал остатки записей о сильных химикатах, параллельно зачитывая интересующие строчки. — «Розовая — любовь, в больших количествах — похоть». Ну и как понять это. В книгах говорится, что любовь хоть и сильное чувство, но даже оно не берется из неоткуда. Некоторые монстры никогда не смогут почувствовать его, а я отпил несколько капель и уже готов подарить всего себя? А как только действие краски пройдет, так и закончится это? Блеск. — он считал это немного неправильным. Да, химикаты позволяли ему испытывать эмоции и он сам выбирал какой именно флакон использовать, но тема близости никогда не была ему доступна. Он считал это чувство слишком высоким для него. — Есть вселенные, которые нуждаются во мне, создатели, которые ждут поддержки и вдохновения. Что ещё нужно? — в голове опять промелькнула парочка скелетов. На их лицах сверкали искренние улыбки. Они были как одно целое. Каждый заботиться друг о друге и в сложные моменты помогает пережить ситуацию. Их взгляды… Наполнены светлыми чувствами. — Эррор… У него ведь тоже был такой взгляд как только мы встретились. — память мелкими отрывками начала возвращаться. Мысли о Разрушителе открывали потоки числовых значений, которые проскальзывали мимолётно. Но сознание продолжало блокировать поступающую информацию, именно поэтому в следующую минуту Хранитель уже не мог думать даже о своей насущей проблеме. Помехи заглушали даже собственный голос. В голове вновь хаос, в котором звенящий шум не переставая гудел в голове. Он схватился за нее руками и со всей силы ударился об пол пустоты. От удара поток мыслей прекратился. Пролежав в бессознательном состоянии какое-то время, его пробуждение было весьма неприятным. Изобразив перед собой зеркало, он заметил дыру, от которой пошло несколько трещин на весь череп. И тут в разуме неожиданно всплывает картинка. Монстр с примерно такой же раной, что-то передает Дриму и скрывается в портале. На этом всё закончилось. — Что это было? — немного удивленно спросил он у самого себя. — Хоррор? Начальная стабилизация освободившегося мира дала возможность увидеть картинки из прошлого. Инк пока так объяснил это воспоминание, только вот никак не мог понять что оно означало. — Почему с каждым разом вопросов всё больше? Да что здесь происходит? — немного злости вырвалось наружу. Он не любил недосказанность, только вот сейчас расспросить об этом никого не мог. Он считал это каким-то знаком, который поможет распутать клубок нитей и дать ответы на интересующие вопросы. Хоть и чувство гнева овладело им, Хранитель не решился идти и вновь начинать ссору, посчитав это бессмысленным. — Лучше подожду, так будет правильнее. — сделав пометку на шарфе, он изобразил небольшое спальное место и расположился напротив зеркала, чтобы залечить появившуюся рану. Времени это заняло немного, но голова всё так же болела. Зато шум больше не мешал дальше размышлять. — Наверное… Это не правильно так думать. Всё же любовь — прекрасна. Она дарит новые эмоции, а в результате рождает новую жизнь. Может, всё не так плохо. Платоническая чувства, к примеру, тоже имеют место быть в мире. — Инк не считал секс чем-то действительно важным в отношениях. Если монстры готовы прожить всю жизнь вместе, то они и будут рядом, даже с отсутствием связей. Единственный минус в таком случае это то, что продолжить род они смогут только с помощью лабораторных вмешательств, если, конечно, захотят. Это дело каждого. Мысли на какой-то момент прекратились и он смог расслабиться. Прикрыл глазницы шарфом и наслаждался тишиной. Тихо и спокойно. — Кажется, пора опробовать новые пропорции. Эта пустота пугает. — внезапно понял Инк. Как только поток мыслей прекращается, значит краски начали покидать тело и наступает опустошение. Хранитель привстал, положил пояс перед собой, а в другую руку взял листок с указаниями. — Одинаковый объем, вот в чем подвох. Так как краски все же давали не только чувства, но и жизнь Инку, он мог чувствовать некий поток магии, исходящей от них. Лишь малую её часть, но даже этого было достаточно, чтобы понять как без измерительных приборов отпить нужный объем. Эта способность была одна из самых полезных, но заметить её не просто. Он даже не предполагал, что химикаты имеют магическую природу. В любом случае это было только на́ руку и в следующее мгновение он стал медленно перебирать флаконы, чтобы пополнить запас эмоций. Использовать данную способность оказалось достаточно просто. Краски быстро перемешивались друг с другом и создавали идеальное сочетание. Каждая компенсировала эффект другой, поэтому они равномерно распределялись по всему телу, в том числе и в голове. Настроение сменилось на нейтральное. Эффект был почти тот же самый, как и в начале его пути всего с двумя красками, но сейчас набор его эмоций был увеличен. Хоть и твердая уверенность в своих силах и действиях никуда не исчезла. — Прекрасное чувство. — он понимал сейчас, что никогда не ощущал себя так хорошо. Хранителю хотелось как можно дольше пробыть в этом состоянии, но дела, к сожалению, не ждут. Пока остальные ищут место побольше, для обсуждений, Инк начинал приходить в себя. — Нужно найти, чем же так опасен черный цвет. — один из до сих пор интересующих его вопросов. Да, он на себе проверил его в действии, но хотелось знать и то, что он писали в прошлом. Запись нашлась быстро, она лежала рядом с таким же листком, только в нём была информация о розовой краске. — «Передозировка одним из любых химикатов ведёт к смерти, если выпить ровно один флакон. Черного химиката нужно в два раза меньше» — неужели он настолько мощный? То есть я мог погибнуть ещё в той битве… — мысли опять сводятся к одному и тому же. Хранитель был бы рад забыть об этом, но разного рода ситуации всё возращали его в начало. Ещё на бумаге была пометка о том, что использовать её в бою категорически запрещено, а также нет смысла смешивать с другими. Химикат почти полностью забирал способность другой краски и фактически не изменял своего действия. Но смесь белой и черной краски давала свой эффект. Очень похоже на Инь-Янь. Там цвета дополняли друг друга и сливались в одну композицию, создавая целостность картинки. Ненависть и опустошение в этом случае не вытеснялись, а наоборот сливались в одну новую и неизвестную эмоцию. — Сколько раз я занимался этим, что так подробно описал всё? Устрашает. — он немного поморщился. Дальше на бумаге было ещё несколько предостережений, которые Хранитель и так знал, поэтому, дочитав до конца, он отбросил макулатуру в ту же стопку для важной информации. — Надеюсь после этого я больше не причиню кому-то боль. — последнее умозаключение перед выходом из дудл-сферы. Время, проведенное в одиночестве, он запомнит надолго. Теперь для него открылись почти все тайны использования эмоций, а также появились и новые, которые целиком и полностью связаны с прошлым. Время идёт, а значит вскоре на все вопросы найдутся свои ответы, но есть и такие, которые останутся не разгаданными по сей день.