Я - хранитель.

Как только Инк собрался вылететь из дома за Эррором, на него тут же свалилось две эмоции. В этот раз они почти слились в одну и большим потоком рухнули на Хранителя. Благо он успел увернуться. С реакцией проблем не возникло. Сейчас ни эйфория ни похоть не помогут избавить пустую черепушку от настойчивых решений. Наконец-то все цвета будут украшать его пояс. Злость заполонила разум и никак не хотела уходить. Сейчас он очень желал проучить Эррора за столь глубокий обман. Как же так? Он вводил всех в заблуждение, сделал из себя героя и притворился что ничего не знает. Правда сейчас раскрылась, но всё же один вопрос остался не ясен: почему создатель всё время молчал? Он же мог сказать правду в любой момент, дабы прекратить это безумие, но он ничего не сделал. Веселился видимо время от времени, заставлял других страдать пока сам являлся зрителем. Он всё видел, знал и просто наблюдал за этим? Немыслимо! А может он не мог связаться? Или из-за изменений в мультивселленной произошли сбои, которые даже создатели не могут обойти? Но почему? Терять время было нельзя. Эррор выскочил на улицу и уже был готов сбежать. Инк быстро поставил замок, дабы виновник всей ситуации не смог удрать от наказания. На глаза попался тот самый запрещённый цвет, который он поклялся не использовать. В голове все мысли тут же исчезли. Такая знакомая тишина, за которой скрывается неизведанное. Да, сам эффект краски был давно всем известен, но Инка привлекало немного другое. А сможет ли он сейчас остановится? Интерес пожирал его сознание, предлагая всё же схватить краску и выпить. Время замедлилось, в ушах немного зазвенело. Вот же оно, решение всех проблем, а главное быстро и безболезненно для самого Инка. По крайней мере до итога самой битвы. Он не понимал, что движет его руку, которая уже тянется к черному цвету. Инк знал, что скорее всего это будет самой большой ошибкой. Она понесет за собой не одну тысячу жизней и заставит многих впасть в отчаяние. Он не понимал как субстанция попала к нему в рот и как эмоция снова овладела им. Кости медленно наполнялись ненавистью, разум начал мутнеть, из-за чего мыслить здраво получалось с трудом. Видимо злость стала одной из причин этого не разумного поступка. И это удивительно, не правда ли? Как легко можно нарушить обещание, которое когда-то дал самому себе. Поддавшись негативному чувству, он отбросил остатки мыслей и погрузился в бесконечный омут. Инк вылетел из дома, разбив окно на втором этаже. Эррор уже был готов атаковать, пока не увидел до боли знакомое выражение лица. Он хотел изначально сбежать, но просто не успел. Мир уже был под замком, а значит придется бороться, как бы сильно он этого не хотел. С другой стороны если бы он рассказал раньше, может всё было бы по-другому? Может если бы он не исчез, то смог бы найти в себе силы и рассказать правду. В любом случае сейчас думать об этом бессмысленно. Перед глазами серьезный противник. Остаётся только атаковать или защищаться. Битве в любом случае быть, хоть Эррор и не желал этого. Шанс умереть сейчас возрос. Одна эмоция Хранителя говорила о том, что нужно срочно искать решение. Эррор попытался успокоить его, дабы тот не натворил чего-то ужасного. Ведь если история повториться, ничего уже не спасет эту мультивселенную. Все труды уйдут в пустоту. Монстры, после всех попыток наладить мирную жизнь вновь умрут. Или будут обречены на вечные страдания. — Я не хотел ранить твои чувства! Я и сам в оконцовке понял каким мудаком был. Я не смог просто существовать без тебя, ибо ты зараза глубоко засел у меня в душе. Инк не верил этим словам. Он думал это лишь отговорка или отвлеченте внимания. Сейчас он был крайне свиреп и не мог контролировать свои действия. Чернильные кости с звоном взлетели в белое пространство и приготовились к бою. Они застыли в воздухе, направляя острые концы в сторону Разрушителя. Инк начал терять рассудок окончательно. — Лжец. — голос его звучал максимально холодно и безжизненно. Будто кукла из любого фильма ужасов, в которую вселился демон. Битва началась. Скорость атак Хранителя значительно выросла. Он искренне желал, чтобы Эррор умер. Чтобы он заплатил за свои ошибки, за всю ту боль, что причинил другим монстрам. За всё, что когда-либо делал и возможно сделает в будущем. Эмоция, которая сейчас преобладала заставляла думать так. Но сам же Инк этого не хотел. Именно тот Инк, который защищал каждое существо, который старалсч со всеми подружится. Именно тот проказник, которого многие ценили. Ему было больно от того, что единственный монстр, которому он смог доверится так предал его. Так жестоко обошёлся с ним. Дал малую надежду, а потом забрал её вместе с остатками несуществующих чувств. Он отомстит. Здесь и сейчас, чтобы больше никто не мог ранить его. Да, он бесчувственный. Он лишь раз дал слабину своим эмоциям, проникнулся ими и решил для себя, что всё же сможет полюбить. Сможет быть таким же как все остальные и жить счастливо. Хотел почувствовать всё на себе хоть и понимал, что это невозможно. Краски лишь заменяли ему душевную состовляющую и позволяли проявлять эмоции. Хоть так он мог нормально вести себя среди других. Он всего лишь хотел иметь родную душу рядом, хоть и сам был не в состоянии дать того, что просит. — Я единственный раз понадеялся! Я поверил в то, что смогу полюбить, но ты уничтожил меня тогда! — спокойно произнес Инк, пока летел в воздухе. Он паралельно создал чернильные цепи, чтобы сковать противника. Кости умчались в сторону Эррора. Тот лёгким движением ушел от атаки. Благо успел заметить подлянку со стороны Хранителя и с помощью нитей ушел от многочисленных атак. Инк разлил свою магию повсюду, дабы сделать «минное поле». Наступив один раз, не сдвинешься уже и вовек. — Я не знал, что так получится! Ты — эгоист, раз не смог понять меня тогда! — сделав импровизированный щит, он отступил от надоедливых чернил. Один промах и он может увязнуть в них надолго. В худшем же случае быть обездвиженным и поддаться своему противнику. — Да? Это мне говорит монстр, который обвинил создателя в моем исчезновении, хотя сам приложил больше усилий к этому! — чернила вновь разлетелись по всему пространству, не давая и шага ступить. Они окинули ещё большую площадь. Хранитель надеялся, что так он сможет одержать победу над своим противником. Эррор был не глуп. С помощью нитей он ушел с опасного места и телепортивался за спину Художника. Инк получил глухой удар костью и вернулся на землю. Это дезориентировало его на мгновение. Разрушитель не хотел сделать больно, лишь сбить надвигающуюся угрозу, в надежде на то, что удар поможет забыть хоть что-то. — Я не хотел тебя ранить! Я не знал, что ты можешь чувствовать боль! — кричал Эррор, пока уходил от очередной бесполезной атаки. С одной стороны звучит как сарказм, но и в этих словах была доля истины. Разрушитель может и не хотел этого, но подсознательно ничего поделать не мог. Это его происхождение, его силы и жизнь. Большую часть времени он провел в таком состоянии. Даже не удивительно, что Эррор до сих пор своими словами делает больно. Он думал, что это некая игра, ибо сам Хранитель пока не применял жестоких приемов. Видимо разум ещё не совсем покинул серые кости. Даже самая малая капля, может спасти растения от засухи. А в данной ситуации это было как никогда важно. Знал бы Разрушитель, что уловки и хитрости были чуть ли не важной составляющей самого Инка. Хотя… Да, он знал. Но не всегда получалось отследить их все. Скорость передвижения отличалась, тем более с учётом того, что Хранитель выпил сильный химикат. Они не один раз сражались, не один раз стояли в разных углах на боксерском ринге и знали почти все атаки друг друга. Преимущество в этом плане было у Эррора, ведь тот не потерял память в отличии от своего оппонента. Было до конца не особо понятно, смог ли Инк вспомнить все свои битвы и уловки противника. Но память не подводила. Хранитель украдкой создал несколько ниточек, которые расползались по небольшому периметру. Он подсмотрел это у Эррора и использовал против него. Иронично… Инку удалось обездвижить противника его же оружием. Чернильные нити добрались до души Эррора и отбросили его на пол. Тот даже пискнуть не успел, а уже лежит в луже чернил и смотрит на медленно надвигающего Хранителя. Две кости тут же вонзились в запястья, дабы тот не смог использовать использовать свое главное оружие. Хищник украдкой приближался к своей жертве. — Ну да, я же бесчувственный монстр. Я думал, что смогу полюбить тебя. Но ты оказался не просто монстром, а зверем. — Стой! Краски… Они ведь тоже эмоции, так? Ты никогда не говорил об этом. Только красный флакон видел в действии, я даже подумать не мог, что ты умеешь любить. Ну. или умел. — Эррор судорожно произносил каждое слово. Ему давалось это с трудом, ибо впервые он начал чувствовать страх. Страх умереть так же, как и миллион ошибок. Как слабак. — А я не умею, Эррор. Я же тварь… Эгоист… Бесчувственный монстр который думает лишь о себе. — черная улыбка окрасила лицо Хранителя. Он и правда выглядел очень устрашающе. Даже Найтмер побаивался такого состояния, ни то что другие. Убей его. Убей его. Убей его. Создатель всё не мог прекратить говорить. Он настраивал Хранителя против Эррора и подкидывал тонну бредовых идей. Сознание всё же затуманенно, а значит он легко поддается манипуляции. Инк создал в руке кость. Он подошёл к Эррору и как в прошлый раз сел к нему на бедра. История повторяется… — Прости меня… Я правда не знал… — промямлил Эррор, будто в этой ситуации это могло его спасти. — Не знание не освобождает от ответственности. Я хотел умереть после твоего «не знаю». Как ты мог, Эррор? Неужели тебя заботит только цель? — взгляд Инка не изменился. Все те же глубокие черные впадины и жидкость, вытекающая из глазниц. Надежда угасает с каждой секундой. Его голос всё так же холоден. Слова Эррора никак не помогали в сложившийся ситуации. Сейчас он хотел увидеть маленький огонек в глазах. Хоть какой-то намек на вернувшийся разум. — Самоубийство… Я был глуп, когда решился на что-то подобное. — Это не так… Я тоже не знал, что смогу полюбить. Мне тяжело осознавать это. Меня предали все, как ещё по твоему я должен реагировать на такие чувства? — в его голосе чувствовалась та самая боль. Он тоже когда-то доверился монстру, который в итоге оказался предателем. Ториель… Она была совершенно не той, кем видел ее Разрушитель. Точнее хотел видеть. Очень трудно осознавать, что твое доверие растоптано и все вокруг считают тебя глюком, ошибкой. Что ты не должен был существовать вовсе. У него не было цели, не было рядом никого, кто мог бы помочь и поддержать в трудную минуту. Эррор был один. Инк поднял руку с костью над головой. «Неужели ты и правда его убьешь, Инк. Вспомни о том, как горели его глаза при виде тебя. Не становись тем, кем был когда-то. Стань лучшей версией себя» Голос в голове звучал незнакомо. Сейчас столько создателей на белом свете, что всех запомнишь с трудом. Но… Так тепло… Его слова успокаивали. Будто среди холодной и жестокой зимы вдруг выглянуло солнце, освещая всё вокруг, превращая сугробы в дивные маленькие ручейки. В голове сразу же заиграла флейта. Та самая меланхоличная мелодия, которую Хранитель любил исполнять на своем инструменте. Мир вокруг начал преображаться. Темнота исчезала в пустоте, не оставляя после себя и капли прежних чувств. Удивительно как порой несколько слов поддержки могут изменить все вокруг, включая сам разум и душу. И сквозь долгое молчание, Эррор наконец-то увидел серые зрачки. Маленькие точки света на огромном полотне ненависти. Эта была та самая капля, которая могла изменить ситуацию и спасти будущее мультивселленной. Инк уже не уверен в своей правоте. Неужели он вновь поддался негативу и не сумел справится с переизбытком эмоций. Не зря говорят, что многие чувства напоминают наркотик. Он въедается в тело и дарит незабываемые впечатления, итог которых никогда не будет положительным. Несмотря даже какая эмоция преобладает. Краски с положительным эффектом тоже не рекомендуется употреблять в больших количествах, ибо решения принятые в состоянии той же эйфории могут в оконцовке принести угрозу не только скелету, но и окружающим в целом. И с каждым разом тебе хочется большего для осуществления своих желаний. Инк хотел отомстить, но не таким образом. Лишь негатив направлял его на тернистый путь. С одной стороны ты сделаешь что хотел, но с другой навсегда потеряешь то, чего добивался большую часть жизни. Он всё так же сидел с поднятым орудием и смотрел на Эррора. В голове продолжала играть флейта, звук которой медленно затихал. Зрачки медленно преобразовывались из серых точек в уже знакомые очертания. Звёздочка немного заискрилась жёлтым, а ромб осветил своим зелёным сиянием. Он поднял голову вверх, чтобы слезы не смогли упасть на одежду. Ему было быльно от мыслей, что одной из причиной такого состояние стало любопытство. Лишь очередной эксперемент, который Инк хотел провести даже не задумываясь о благополучии всех жителей мультивселленной. Рука медленно стала опускаться в сторону грудной клетки. Чернильная кость начала разваливаться, почерневшие остатки стекали — Я… Не могу. — он заставил магию исчезнуть. Правда ведь говорят, что после любой зимы всегда наступает весна, а за ней и светлое лето. — Я люблю тебя, придурок! — прокричал Эррор из всех оставшихся сил. Он смог это сказать даже несмотря на многие противоречия в своей голове. Разрушитель отрекся от неких принципов и смог переосилить самого себя. Всё это время он боролся с самим собой. Сложно принять то, в чём был не уверен долгое время. Он же… Ошибка, а такие как он не в праве любить. У них нет выбора, нет нормальной жизни, нет ничего. Эррор сам себе говорил это на протяжении всего существования, даже не осознавая свои проблемы с головой. Хоть и в большинстве случаев он вел себя как обычный монстр, но в черепушке мысли порой заводили его в угол, не давая возможности выйти. Такой исход событий явно ещё скажется в дальнейшем, ведь скорее всего он признался под страхом смерти. Но его чувства были правдивы. С того самого момента, когда Инк покинул родную мультивселенную, Эррор много пробыл в одиночестве. Больше не было смысла разрушать и убивать всех, ведь это было попросту скучно. Да, его цель стояла превыше всего, но он не забывал и о собственных интересах и прихотях. Не зря же он перестал ходить в Underlust, он никогда не предпринимал попыток разрушить Outertale, и наверняка есть другие миры, которые симпатизировали Разрушителю. — Ну наконец-то ты это сказал, Эррор. — на его лице засияла улыбка. На столько искренняя, на сколько это возможно в его случае. Хранитель достал флакончик с новой ярко-розовой краской и сделал небольшой глоток. В смеси с черной она давала не такой бурный эффект, но реакция не заставила себя долго ждать. Два сильных и противоречивых по своим свойствам химиката не могут сосуществовать вместе. Поэтому бурный поток чернил стал просится наружу. Благо Инк вовремя успел спрыгнуть с тела бывшего оппонента и спокойно выпустить радужный поток, который окрасил пространство смесью черной и розовой краски. Эррор поморщился и отвернулся. Он не ожидал такого поворота событий. Этот день в принципе не такой, как многие другие. Кости, державшие его запястья исчезли. Разрушитель смог встать и спрятаться в доме. После пережитого стресса ему не хватало большой дозы шоколадного и крепкого рома. Благо запасов было достаточно, чтобы уйти в свой мир и забыться. Инк же и вовсе сомневался в себе. Что он только что сказал? Это от части было принятие чувств Эррора или же он под действием негатива начал сходить с ума? Его не интересовали отношения, ведь он считал, что бездушное существо не способно любить. Он даже изначально не был уверен, что существует краска, способная вызвать влюбленность. Скорее всего он платонически уже видел Эррора как своего партнёра, но не был уверен до конца. Весь его путь Эррор был рядом. Поддерживал по-своему, рассказывал что-то личное. Даже его тело говорило о чувствах. Когда они только встретились, глаза Разрушителя сияли. Да, в тот момент он был не столь счастлив, скорее его посетила тоска, но на то были и свои причины. Желтоватый румянец в первую очередь говорил о его чувствах. Он прятал его от чужих глаз, но Инк не столь глуп, чтобы не заметить такого очевидного. А сейчас… Всё так запуталось. Инк выпил этот флакон не потому что хотел ответить на чувства Разрушителя. Он сделал это ради своих целей. Лишь некий предлог, чтобы посмотреть на реакцию и проверить лжет он или нет. Жестоко, не правда ли? В его глазах играли бледно-розовые сердечки. Их было мало, но они как будто по инерции вращались в глазницах, напоминая игривую карусель. Он смотрел на окрасившийся «пол» и думал о том, что он мог сделать, пока Эррор был прикован костями. Его фантазия выдавала разного рода пошлые картинки. Инк тяжело задышал. Точно ли он хотел этого? Почему именно сейчас он думает об этом… Буквально пару минут назад он считал, что сделал это ради своей выгоды, а сейчас… Его будто подменили. Он видел в Разрушителе то, что не видели другие. За многочисленными ошибками в глазах скрывались два прекрасных блестящих агата, которые тоже пережили много боли. Этот взгляд ему был знаком. Несмотря на улыбку и саркастичные шутки, Эррору было очень непросто пережить предательство. И эта часть его жизни отражалась в прекрасных глазах. Даже сквозь влюбленный взгляд, Инк видел как ему тяжело принять свои чувства. Пережив внезапную атаку химических чувств и нахлынувших фантазий, он поднялся на ноги. Голова, из-за огромного количества токсичной краски, начала гружится. Передвигаться было сложно, хоть и до дома расстояние не было столь большим. Эти пара метров казались огромной пропастью, в которую можно свалиться и не выбраться никогда. Почему-то только сейчас Хранитель вспомнил о разговоре с Саенсом. Как тот проводил обследование и сказал, чтобы Инк не пил никакие краски. Ему до сих пор интересно зачем это было нужно. Сделав мысленную пометку в голове, он отпустил наплывшие воспоминания и пошёл в дом. Силы восстанавливались медленно, а пить очередную краску было опасно. Поэтому сейчас пострадавшему нужна горячая ванна здоровый сон. Эррор тем временем заканчивал пить ром. Это была не последняя бутылка в его арсенале, так что этот вечер ещё не закончился. Так как дом пустовал и из мебели был только кухонный гарнитур, он расположился именно на нём. Несмотря на ажурный стол, который стоял по середине комнаты, ему показалось, что сидеть рядом с холодильником очень удобно. Ром будет холодный и не успеет потерять своего вкуса, да и вставать никуда не надо. В доме была тишина. Была… Пока Инк не споткнулся о строительный материал и не упал на бетонный пол. Эррор знатно испугался, ибо не слышал, как тот вошёл. Он спустился на первый этаж и увидел сладко спящего Хранителя. Ну или потерявшего сознание, в любом случае он не кричит, что уже хорошо. Алкоголь уже начал распространяться, поэтому магия, да и разум в целом прекращали слушаться. Но оставлять радужного придурка на полу Эррор не хотел. Стянув бежевый шарф с пострадавшего, он окутал им руки, чтобы глюки не мешали столь деликатному процессу. Аккуратно взяв на руки Инка, он летящей походкой отнес того на кухню и усадил за стол. Хранитель по инерции положил руки на стол и уснул. Разрушитель вернулся на свое местечко и достал новую бутылку с горячительным напитком. Его голова упёрлась в стену, а взгляд направлен в неживой деревянный потолок. Мысли уносили его за грань существующей пустоты. Туда, где его чувства и эмоции были в огромном клубке, который разобрать нужно было давненько. Он пил ром маленькими глотками, а после вновь закрывал глаза и уносился в забвение. После произошедшего его разум никак не мог поверить в это. Как будто всё было сном. В самом страшном кошмаре. И пока его тело ещё могло передвигаться, он открыл портал в свою пустоту. Там ему было комфортнее, чем здесь. Да и мало ли, что сделает с ним Инк. Эррор ушёл, оставив после себя записку на кухонном гарнитуре.