Наука,грубая сила и хитрость

Высокий юноша как завороженный смотрел на девушку, которая играла на скрипке. Перед ней был раскрыт чехол от инструмента, видимо, так она пыталась немного заработать. Девушка была невероятно грациозна, черные густые волосы были собраны в тугой хвост, который доходил ей до самой поясницы. Когда она открыла глаза, как бы пробуждаясь от своей игры, из под густых черных ресниц показались два изумрудных глаза. Она обратила внимание на парня, который все это время смотрел на нее разинув рот. Он был шикарно одет, явно из богатой семьи, в руке держал стопку книг по медицине. Он застенчиво поправил очки на носу и решился подойти к девушке. Вблизи она показалась ему ещё более хрупкой. "Здравствуйте. Девушка, не подскажете, что это за инструмент?",-он ослепительно улыбнулся, казалось, будто его голубые глаза тоже улыбаются. Он вот вот растает, как снег, настолько белыми были его волосы. "Хватит прикидываться, молодой человек. Даже пятилетний ребенок знает, что это скрипка",-девушка махнула хвостом прямо перед носом юноши и собиралась уходить. Однако такая грубость только привлекала. Его тянуло к ней, как магнитом, еще никогда он не встречал таких девушек. "А знаете, мы с вами обязательно ещё увидимся,-она медленно обернулась, глядя на искрящегося от улыбки юношу,- как ваше имя, леди?" Она немного помедлила. Странное чувство кипело внутри нее, хотелось либо убежать, либо на всю жизнь остаться рядом с этим странным молодым человеком и обсуждать с ним его бестолковые книжонки. "Каори. Просто Каори",-девушка снова резко развернулась и быстрым шагом поспешила уйти, чувствуя как щеки начали краснеть. "А я Наоки. Просто Наоки",- кричал он вслед, улыбка не сходила с его лица. Так прошло несколько месяцев. Каждый день после учёбы Наоки бежал к фонтану, возле которого Каори играла на скрипке. Он мог часами слушать, как она играет, глядя на то, как ее густые черные волосы развеваются на ветру. После того, как Каори поиграет на скрипке, они устраивались на лавочке возле фонтана. Наоки угощал девушку мороженым, хоть она каждый раз и отказывалась. "Мы с тобой уже достаточно давно знакомы, но никогда не говорили друг о друге. Я ведь о тебе совершенно ничего не знаю, ты для меня по прежнему просто скрипачка возле фонтана",-Наоки горящими глазами смотрел на девушку, совершенно забыв о своем мороженом, которое уже таяло и норовило капнуть на его идеально выглаженные брюки. "Нечего рассказывать. Имя мое знаешь, этого достаточно ",- она осторожно подала Наоки салфетку, чтобы он вытер всё таки капнувшее мороженое. "Тогда, я расскажу о себе,-Каори нахмурила брови надеясь на то, что юноша поймет, что ей это не интересно. Но он уже начал без умолку тараторить,- Я Сайонджи Наоки, учусь в медицинском университете, где когда то учился мой папа. Он врач педиатр, почти всех детей этого города лечит именно он" "Я кажется знаю его. Можно по пальцам пересчитать, сколько человек ни разу не слышали его имя",-Каори явно была удивлена. Вот так знакомство... "Моя мама работает медсестрой, вместе с папой. Они у меня чудесные, хотел бы я когда нибудь построить такую же крепкую семью, как у моих родителей,-юноша мечтательно посмотрел на брызги фонтана, которые переливались на солнце,- а ты, Каори? Хотела бы когда нибудь завести семью?" "Нет",-твердо сказала Каори. Наоки всем корпусом повернулся к ней и смотрел на нее круглыми от удивления глазами. "Как это нет? О чем ты?",-он искренне не понимал, как можно отказаться от такого счастья. Он всегда мечтал быть счастливым в браке так же, как и его родители. "Вот так, нет. У меня в отличие от тебя нет родителей, я в детском доме росла. И я не знаю, как это, счастливая семья. Я не стану ни хорошей женой, ни хорошей матерью",-Каори почувствовала ужасную боль, которую она каждый день пыталась заглушить. Чаще всего справиться с дурными мыслями помогала скрипка, на которой Каори самостоятельно научилась играть благодаря идеальному слуху. "Ну вот выйдешь за меня замуж, потом посмотрим, какая ты будешь жена",-Наоки самодовольно улыбнулся, а Каори вскочила со своего места. Они действительно стали самой счастливой семьей на свете, о которой мечтал Наоки. Почти сразу после их брака на свет появился малыш Укио, который был почти точной копией отца. Единственное, что ему досталось от матери- изумрудные глаза и идеальный слух. Но, как и в любой семье, со временем начали появляться проблемы. Отец Наоки, уважаемый врач педиатр, никак не мог смириться с тем, что его сын женился на Каори. Он всегда говорил, что Наоки "подобрал ее с улицы", девку, которая кроме как играть на скрипке больше ничего не умеет. Однако его сын без памяти любил свою жену и верил в то, что она прекрасная жена и мать. Сам он выучился и стал не менее известным врачом хирургом, к которому приезжали пациенты со всех городов и даже стран. Сайонджи никогда не нуждались в деньгах, поэтому Каори могла себе позволить работать на дому, обучая детей любого возраста игре на скрипке. Но отец Наоки продолжал ругаться с сыном и ненавидеть Каори, каждую минуту, каждую секунду переживая за маленького внука. Поэтому когда маленький Уки заболел, дедушка на всей скорости спешил к внуку, рядом сидела его жена. Лобовое столкновение с грузовой машиной. Моментальная смерть. Счастливая семья, о которой всю жизнь мечтал Наоки, вдруг разрушилась.

***

Все смеялись, танцевали и радовались возвращению героев из долгого путешествия. Осака поймала себя на мысли, что никогда в жизни ей не было так весело. А Укио вдруг резко встал и ушёл прочь. Противно и больно. "Зря я тебя тогда послушал",-Укио перебирал в руках стрелы и даже не поднял взгляд на сестру. Ему хотелось кричать, хотелось встряхнуть слишком радостную Осаку, чтобы она наконец пришла в себя. Как она вообще может смеяться и танцевать?! "О чем ты?",-она пыталась перевести дух после танцев, из за одышки она еле проговаривала слова. "О родителях, Осака. Спустись с небес на землю и хватит скакать, как лань. Тебе уже 19 лет",-у Осаки закружилась голова после слов брата. Этот тон... Она уже слышала его однажды. Когда была маленькая. "Я не понимаю. Уки, объяснись пожалуйста",-Осака села рядом с братом и хотела взять его за руку, но он отстранился. "Почему ты не захотела, чтобы они ожили? Потому что они будут мешать тебе строить твою личную жизнь с этим ублюдком Сенку?",- Укио сжал кулаки, костяшки пальцев побелели. Ком в горле сменился невообразимой злостью. "Да что с тобой такое?! Я просто не хотела, чтобы они ожили сейчас, не будет ли лучше оживить их, когда мир окончательно встанет на ноги?",- она тоже встала и подошла к Укио, который стоял к ней спиной. Но вдруг он резко развернулся и закричал. Он никогда не кричал на неё. Никогда. До этого дня. До этого дня, когда всё разрушилось. "Да?! Поэтому ты сразу после этого пошла целоваться с этим уродом?! Поэтому ты только что плясала со всеми, пока наши родители уже три тысячи лет в камне?! Скажи мне, Осака!",-он резко схватил ее за плечи и начал трясти. Что то внутри разбилось. Вырвалось наружу то, о чем она и сама никогда не задумывалась. Осака резко оттолкнула брата, он задел стол, на котором стояла посуда. Посуда тут же упала на пол и разбилась. Как и их сердца в этот вечер. Больше не склеить. "Повезло тебе, Уки! Любимый сыночек, который успел увидеть счастливых родителей, который погрелся в объятиях отца и слушал пение матери. А вот меня ненавидели с самого рождения! Я никому не была нужна! Так за что мне любить их? За то что они плевали на меня? За то что мне приходилось прятать синяки, чтобы в школе надо мной не издевались? За то что отец повышибал мне все молочные зубы, а мама ни разу в своей жизни не пришла в мою комнату, чтобы поцеловать на ночь?" Голос начал пропадать от истошных криков. Всё, нет больше сил. Всё сказано, больше нечего скрывать. Значит, можно добить. "А теперь ты становишься такой же жестокой сволочью, какой был наш любимый папочка. Посмотри на себя!"- Укио резким движением заломал ей руки. Она вскрикнула от боли, а Укио от ужаса. Он тут же отпустил сестру и посмотрел на свои ладони испуганными глазами. "Нам друг друга никогда не понять. Никогда не смей меня упрекать в том, что я ненавижу родителей. У меня был только один близкий человек, но кажется и он со временем превратится в монстра",-Осака со злости швырнула в стену миску с какой то кашей. Миска и ее содержимое разлетелось в разные стороны, а Осака убежала. Прочь. Прочь от всех. Надо бежать. Она ведь всегда убегала. От отца, а теперь убегает от брата.